Кітаптан алынған дәйексөздер Альтернатива. Совиное гнездоавтор Камилла Лысенко
А когда человек чего-то не понимает, он боится. А когда он боится, он прилагает максимальное количество усилий, чтобы это контролировать.
4 Ұнайды
Самая ценная и компрометирующая информация в мире проигрывает перед банальным пистолетом.
2 Ұнайды
отдельном бархатном мешочке Кара хранит свое сокровище – золотой кашмирский шафран. Это поистине королевская специя – и по цене, и по свойствам. Красно-солнечные нити собираются вручную; для получения всего полкилограмма пряности необходимо обработать до ста тысяч цветов. При этом шафран дьявольски ароматен: требуется меньше ногтя специи, чтобы блюдо превратилось в благоухающее блаженство. И дьявольски опасен: переборщи с шафраном – и убьешь того, кого потчуешь им. Забавная черта человека: обладая возможностью, каждый распоряжается ею по-разному. В древности шафран использовали как специю, как яд и как афродизиак. Его рассыпали на ложе новобрачных вместе с лепестками роз; золотые нити вплетали в плащи и тоги; королевы и императрицы принимали с ним ванну, веря в способность шафрана
Барменша задумчиво смотрит на салфетку, но решает повременить с новостями – мозг не готов пока ни к какой информации, кроме запаха и вкуса крепкого кофе. У нее тоже есть своя утренняя медитация – это приготовление идеального кофе по рецепту, который девушка выводила для себя несколько лет, перебрав мышиную стаю вариантов.
Карина выкладывает на барную стойку каменную ступку, поддон с песком и медную турку с толстым днищем. Песок ставит прогреваться, а сама обращается к ящику со специями. Тут все как на ведьминской кухне: атласные мешочки с рассыпчатыми специями, вроде базилика или орегано; стеклянные колбочки со стручками ванили и завитками корицы; деревянные коробочки с целым мускатным орехом и какао-бобами
специй, и Карина радуется тому, что дверь закрыта и никто, кроме нее – ну и Ластика побочно, – не участвует в этом утреннем колдовстве.
В турку сыпятся две ложки свежемолотого кофе, которые тут же заливаются водой. Никакого сахара – она предпочитает чистые напитки. Сейчас главное – абсолютное внимание: кофе не должен закипеть. Пена поднимается трижды, барменша наконец переливает свою черную амброзию в чашку из тонкого фарфора и с благоговением делает глоток.
Да, по-снобски, но Каре нравятся такие вот идеальные картинки: смоляной кофе и снежный фарфор
Пока греется песок, Кара выуживает несколько какао-бобов из коробочки, заливает их прохладной водой и ждет пару минут. Вода отслаивает тонкую шкурку с шоколадного зерна, и кожа легко снимается ножом. Карина кладет в турку четыре соцветия гвоздики и палочку корицы, а в ступку – два зернышка кардамона, щепотку молотого мускатного ореха и насухо вытертые какао-бобы. Пестик летает по ступке, объединяя ароматы специй; после девушка аккуратно пересыпает их в турку. Турка отправляется в песок ровно на тридцать секунд; по бару вальсирует магический аромат нагретых
равнодушия под сладким флером свежей выпечки.
Удивительное изобретение человека – кофейня.
В одном небольшом пространстве добровольно собирается под сотню людей, которые, возможно, никогда бы иначе не попали под одну крышу. Они разбиты на столики, чаще всего дуэтами или квартетами; они не замечают ничего вокруг себя, кроме тарелок на столах и лиц собеседников. А ведь стоит повернуть только голову или оторваться от планшета; поймать чей-нибудь взгляд или просто молча понаблюдать за всеми сразу; постараться присмотреться к другим. Сколько историй скрещивается в ароматной коробке кофейни, сколько судеб встречается – самых разных и невероятных судеб, – сколько параллельных жизней сходятся в одну точку… Чтобы не обратить друг на друга внимания. Воплощение человеческого
потому что не может справиться с фантомом нависшей над ним боли. Молодой человек с упреком и сарказмом смотрит
На его взгляд, это было куда честнее, чем слагать стихи и строить Тадж-Махал из песка. Если бы только люди могли быть хоть немного честнее…
Ему с его патологической честностью, введенной подкожно против его воли, не было роли в этой пьесе.
Однако тем интереснее – это всегда было почти как вызов – становилось выслушивать то, что очередной влюбленный говорит о предмете своих чувств, когда его касается ледяная игла Возможности