У него глаза расширились, а дыхание стало частым. Кажется, на минуту он подумал, что это какой-то кошмар. Ведь ещё недавно со мной попрощался, но вот я на пороге его церкви.
– Вы, – мрачно поправила его я.
– А точнее «мы», – добавил Одар. – Какие-то проблемы?
– Нет, что вы, – спустя бесконечно долгое молчание все же выдал отец Боррель. – Приблизьтесь.
Бедолага.
