Волшебная сабля
В одном городе русском жил-был княжич Радмир. Дорос княжич до годков семнадцати; стал тосковать в одиночестве. Увидел то князь-отец и понял, что делать надобно. Послал сына в страны заморские искать себе жену верную, невесту прекрасную. Долго ли, коротко ли, погостил княжич у короля английского да короля французского, у императора германского да короля датского. Все принцессы хороши: волосы – цвета пера лебедя белого; глаза – цвета неба синего. Все хороши, да не по душе Радмиру.
Воротился Радмир в землю русскую, да так рад был, что в город въезжать не спешил. Заехал по дороге в лесок-перелесочек, да и остался там ночевать у костра жаркого. Вдруг просыпается ночью и слышит: рык да вой, крик да визг! Вскочил, побежал и видит: стая волков рычат на девицу красную, хотят в клочья порвать её да по кусочкам сожрать её. Схватил Радмир дрын дубовый, да раскидал лесных супостатов по веткам. Зверье хвосты поджало и пустилось бежать в разны стороны.
А девица та к ручью сбегала, умылась, да к Радмиру воротилась. Люба стала княжичу девица красная.
— Кто ты есть, красна девица?
— Зовусь Виринеей, царевной лесной.
— Но как ты здесь оказалася?
— Бежала я от гнева батюшки моего, царя леса дубового. Хотел он меня замуж выдать за сына владыки бора соснового. Но не люб он мне, ох не люб! Воспротивилась я, а царь разгневался. Из царства выгнал меня. Теперь уж я — бесприданница. Прознали о том разбойники серые, хотели сожрать меня. И сожрали бы, если б не ты, Радмирушка! Теперь, как скажешь, так и будет мне.
Взял княжич девицу за рученьки белые и молвит:
— Если скрасишь, девица, жизнь мою тоскливую, то не надобно мне другого приданного. Повезу тебя в город батюшкин, будешь ты там княжною русскою.
Посадил девицу на коня ретивого и отправились в город русский. Князь-отец Виринеюшке не нарадуется: и красива, и умела. Решили свадьбу играть, да за день до свадьбы все то и случилось.
Поднялся ветер-ураганище, шум, грохот, и недра земли содрогнулись. Дозорные на стене городской удивились: из леса войско на город идёт огромное, войско несметное, войско звериное. А во главе войска того — богатырь могучий с саблею яркою.
Подходит богатырь к воротам города русского, одет в одежды зелено-бурые, облачен в доспехи древесные. Взывает он гласом гулким:
— Почто, княжич, невесту сына моего к себе увез?
Отвечал князь-отец со стены городской:
— Чем докажешь, что невеста она сыну твоему? Отец девицы, что замуж выдавал её, прогнал её, отказался от неё!
Молвил владыка бора соснового:
— Отец её, сосед мой, отказался, а я не отказывался. Отпирай ворота и отдавай девицу!
Тогда князь-отец молвил гневно:
— Коли хочешь, сам и отпирай как можешь.
Подошел владыка лесной к воротам города, да как взмахнет трижды саблею волшебною и порубил в щепки ворота дубовые. Вошел в город, а за ним и всё войско звериное: глазами зыркают, люд мирный клыками стращают. Встали звери по одну сторону, а воины дружинные — по другую. Друг на друга скалятся, а напасть не решаются. Молвит тогда владыка лесной:
— Негоже людям со зверями цапаться. Вызываю князя на бой честный, но смерти его не желаю. Чье оружие первым сломится, тот себе девицу и оставит.
Поглядел князь на меч свой: меч старинный, в битвах прославленный. Согласился князь на бой. Скрестились меч княжеский и сабля волшебная, полетели искры аки брызги морские. И переломила сабля волшебная меч княжеский аки соломинку. Не успели опомниться, как усадил медведь девицу на спину себе, да и был таков. Уехал и владыка лесной с воинством.
Погоревал княжич, да не долго. Оседлал коня ретивого, да поскакал по следу войска звериного. Ехал по лесу три дня и к вечеру увидел крепость древесную, не рукотворную, а из земли выросшую. Видит: в самой высокой башне — окно, а в окне — Виринеюшка. Стал он по древу карабкаться и вскоре до окошка добрался.
— Идём, Виринеюшка, взбирайся на спину мне, увезу тебя в город русский.
— Нельзя, Радмирушка, свет мой. Узнает владыка лесной. Пустится в погоню и порубит тебя саблей волшебною.
— Душа моя, Виринеюшка! Где достать мне саблю волшебную?
— Нет места такого, где бы лежала она. Царевна лесная может саблю волшебную выковать, но единожды в жизни и токмо для мужа верного. В первый вечер начнет она, да на третий вечер окончит. Да боюсь — не успеем мы.
— Не бойся, душа моя! Придумаем что-нибудь.
Забралась царевна-девица на Радмира спину крепкую, спустились они, да и поехали в град русский.
По дороге проголодались. Видит Радмир, что бобриха в ежевике запуталась и говорит Виринее: «Сохотничаем?» Но девица умоляет: «Не тронь зверя, Радмирушка, её муж нам службу сослужит». Послушал княжич девицу, вызволил бобриху, жену бобра речного. Та поклонилась, да и прыг во своя си.
На третью ночь приехали в город русский на радость князю-батюшке, да тем же утром и обвенчались. Как кончили службу Церковную, так царевна лесная тут же удалилась в кузницу жаркую. И только стук молота да шипение пара доносится. Три дня трудилась не покладая ручонок белых. На третий вечер вручила мужу саблю яркую, ночью холодную, днем жаркую.
— Прими, Радмирушка, саблю волшебную и помни одно: чем сильнее жена тебя любит, тем крепче твое оружие; и кого жена сильнее любит, тот и победит.
Принял княжич клинок волшебный и стал ждать врага своего.
А тем временем, проведал владыка лесной, что похитил княжич девицу прямо из крепости его древесной, из башни самой высокой. Пустился в погоню с войском звериным, да не тут-то было. Бобр, тот, что муж бобрихи, плотины порушил. Разлилась река полноводная. Застряло зверье в болоте. Шесть дней добиралась погоня до города русского. У ворот встретил их княжич Радмир с саблею яркою. И молвил владыка лесной:
— За то, что незаконно выкрал ты девицу из моей крепости древесной и женил её на себе не сносить головы тебе!
И сошлись на бой княжич и владыка лесной. Пришли на то место и жены их. Жена владыки, царица лесная, для мужа приоделась: серьги длинные, платье шёлковое. Сразу видно: любит мужа своего. А Виринея пришла в платье простеньком из льна грубого да с глазами завязанными.
В первый раз встретились сабли волшебные. И было то удару молнии подобно. Царица лесная мужу кричит да подбадривает, а Виринея всё про себя молитву о муже шепчет.
В другой раз лязгнули сабли волшебные. И было то двум громам подобно. Тут Ягнеда увидела Радмира, и вдруг люб он ей стал. Отвернулась она от мужа своего и к Радмиру повернулась, да так что б видел он её: серьги длинные да платье шёлковое. А Виринеюшка всё молитву говорит, да слёзы роняет.
В третий раз скрестились сабли волшебные. И был тот удар подобен трём громам небесным. И разлетелась сабля владыки лесного на кусочки мелкие. Опустил клинок княжич и молвит:
— Как пощадил ты отца моего, так пощажу и я тебя. Уходи во своя си.
Удалился владыка лесной в край свой, не солоно хлебавши. Там стал он хаять жену свою за предательство. А та за то, что отругал её, отравила мужа своего. И стала Ягнеда края того владычицей грозною, чародейкой черною.
А Виринея с отцом помирились. И отдал царь лесной весь лес свой ей в приданое. И стал с тех пор лес тот дубовый землею русскою, а медведь — зверем русским. И жили Радмир с Виринеей радостно. И к Богу отошли в одночасье.
