кітабынан сөз тіркестері  Логос. 2019 Том 29 #3 (130). Новые войны

Pro patria mori? Современное государство возникло в результате монополизации леги

тимного насилия (и формирования сопутствующих экономических и административных структур).

оказываются «невоенные методы противоборства». Это означает, что граница между войной и миром стирается, становится все сложнее различать, во-первых, «фронт» и «тыл» (поскольку источником военных угроз считается теперь «информационное пространство и внутренняя сфера Российской Федерации» [1]), а во-вторых, солдат и «ополченцев» или бойцов частных военных компаний. Это означает, далее, угрозу для гражданского общества, структур гражданской самоорганизации и коммуникации [2].

Сегодня уже в самой военной доктрине признается, что «правила войны» изменились и все более значимыми оказыва

командиров состоит в том, что их породили системы государственной власти, против которых они боролись [12].

многочисленные вооруженные силы. Революционеры не были способны захватить территорию военными методами. Вместо этого они добивались контроля над территорией, получив контроль над ее населением. Именно здесь, словами Клаузевица, и лежал «центр тяжести» революционной войны. Такие войны привнесли в сферу безопасности биополитику, противопоставив ее геополитике.

Цель революционной войны заключалась в свержении колониального или авторитарного/реакционного режима. В плане стратегии они отличались от классических военных конфликтов, поскольку особое значение в них придавалось в первую очередь политическим, а не военным методам. Революционеры не могли рассчитывать на то, что свергнут режим лишь военными силами. Они участвовали в асимметричной войне, в которой на стороне режима выступали гораздо более многочис

Во-вторых, отказ от универсальности принципа тождества. Основанная на картезианских аксиомах, одна из которых — «немыслимо одновременно быть и не быть одним и тем же»

Во-первых, это отказ от базовой для новоевропейской философии пресуппозиции — об универсальности познавательной способности.

— это единственное понятие, которое отличает действительную войну от бумажной» [62]) и продемонстрировать зависимость познания от «среды», или условий, в которых оно осуществляется.