Но хуже всего был момент, когда он поймал ее, не дав разбиться. Тогда она оказалась в его руках — так близко, что он мог ощутить тепло ее кожи, различить запах волос и слабый аромат вина. Ее губы тогда чуть приоткрылись, и он ясно видел в ее глазах отражение тех же чувств, которые разрывали его на части.
Тогда ему впервые захотелось укрыть ее своими крыльями, спрятать от всего мира, защитить любой ценой.
Тогда он впервые захотел поцеловать ее.
И этот порыв испугал его до глубины души.
