«Сюрреализм в стране большевиков», как и другие проекты Александры Селивановой, ставил в центр не дискурс, а проблему формы, чтобы пересобрать историю искусств, опираясь на эволюцию пластической логики — и, конечно, именно на сферу воображаемого.
Этому помешали идеологические обстоятельства, когда любые, самые безобидные фантазии и «странности» объявлялись вредным мистицизмом, беспочвенной метафизикой,
