IV сезон

Галина Винар

ПОКА БАБУШКА НЕ ВИДИТ

Иллюстрации автора

БЕЛАЯ ВОРОНА

ALBUS CORVUS

Москва • 2025

Глава первая,

из которой понятно, что произошло, но непонятно как

Зеленый диван, усыпанный пестрыми фантиками, был похож на цветущую поляну. В центре этой поляны лежала Зойка Пузова, дожевывала шоколадный батончик и размышляла о том, почему бабушка так странно ведет себя в последнее время:

— Конфеты в зимних сапогах? Хм… Очень подозрительно.

Зойка жила с бабушкой и дедушкой. Дедушка был метеорологом. Эта профессия ему очень подходила: каждый раз перед тем, как портилась погода, сперва портилось дедулино настроение. Он начинал потирать правое колено и жаловаться на какую-то управляющую компанию. И никогда не ошибался в своих прогнозах. Из-за этого его никак не хотели отпускать на пенсию. Зойка подозревала, что в колене спрятан какой-то секретный датчик.

В бабушке никаких датчиков не было, поэтому ее на пенсию отпустили очень даже легко. До этого она работала учительницей географии, и ей по-прежнему было важно знать, где что находится. Она часто проверяла Зойку и дедушку: «А знаете, где протекает река Тахо? А где мои очки, знаете? А ключи где?» Вот и сегодня с кухни сначала раздался какой-то грохот, а потом вопрос: «Где сахарница?»

Затолкав все фантики носом в щель между сиденьем и спинкой, Зойка спрыгнула с дивана и побежала на кухню.

— На прошлой неделе я нашла конфеты в стиральной машинке, — бормотала она. — А еще раньше — в банке с рисом. Может, это новый тест по географии нашей квартиры?

По дороге на кухню она остановилась перед зеркалом. Оттуда на нее весело смотрела кругленькая собака, похожая на пятнистую меховую шапку на тонких ножках. Зойка немного взбила мех в области талии, покрутилась на месте, и вдруг ее осенило:

— Она их прячет! От нас с дедушкой! Хочет сама все съесть, чтобы тоже стать Пузовой!

Конечно, бабушка — Валентина Степановна — и так была Пузовой. Вот уже сорок лет — со дня их с дедушкой свадьбы. Но только по паспорту. Выглядела она скорее как Антипузова или в лучшем случае Косточкина. Зойка давно заметила, что бабушка вздыхает с тревогой каждый раз, когда ставит ее на весы. Завидует!

Валентина Степановна как раз закончила искать сахарницу в холодильнике и взялась за антресоли, когда собака зашла на кухню. Бабушка всегда искала исчезнувшие вещи путем перекладывания тех вещей, которые еще не исчезли. Собака огляделась вокруг. Сахарница стояла там, где частенько прячутся потерянные предметы, — на самом видном месте. Схватив ее зубами, Зойка сказала:

— Гав! — имея в виду «Нашла!».

— Ой! — ответила бабушка, имея в виду «Ой!».

Прежде чем уйти, собака внимательно осмотрела бабушку от острых пяток до серебристого пучка, вздохнула и покачала пушистой головой: между ней и гордой фамилией Пузова стояло как минимум пять килограммов несъеденного грильяжа. И еще сто невскрытых упаковок маршмэллоу.

Разгадав тайну странного поведения бабушки, невероятно гордая собой Зойка вышла на балкон, встала на задние лапы и начала наблюдать через стекло за тем, что творится во дворе. Из открытой форточки были слышны обрывки разговоров, чириканье воробьев и смех. Все было как всегда. «Почему в нашем дворе не как в телевизоре? — подумала она и вздохнула. — Там приключения, погони, тайны… Каждый день что-то новенькое! А у нас — только старенькое. Наверное, бабушка специально такой двор выбрала. Чтобы за меня поменьше переживать…»

Не успев додумать эту мысль до конца, Зойка встрепенулась. Она почувствовала, что что-то не так, еще до того, как поняла, что именно, и прижалась всей мордой к окну так плотно, как будто это было не простое окно, а увеличительное стекло.

Во двор зашел ничем не подозрительный мужчина. Он был одет в самую обычную одежду обычного цвета (серо-зелено-сине-коричневого). Пострижен совершенно обыкновенно, и вообще его было трудно описать. Единственное, что было в нем примечательного, это улыбка. Такая широкая и радостная, как будто секунду назад ему удалось стащить куриную косточку из помойки. Луч солнца скользнул по белоснежным зубам незнакомца, и Зойка зажмурилась. Самыми обыкновенными шагами — не слишком длинными, не слишком короткими, не решительными, но и не робкими, не быстрыми, но и не медленными — он подошел к двум старушкам, сидящим на лавке. Увидев под мышкой у мужчины с одной стороны томик Пушкина, а с другой — Тютчева, бабушки одобрительно закивали.

— Здравствуйте-здравствуйте, дорогие дамы! Замечательная погода, не правда ли? Ах, и дворик какой замечательный! — воскликнул незнакомец. — Какой ровный асфальт! Какой ароматный воздух! Уверен, что все это ис-клю-чи-тель-но благодаря вашим стараниям. Ну ладно уж вам, не скромничайте. Нигде таких двориков не видел! А я много где побывал...

Он многозначительно расширил серо-зелено-сине-коричневые глаза. Старушки затаили дыхание.

— Продолжайте в том же духе! Городу без таких, как вы, никак! — Завершив свою речь, он слегка поклонился и последовал дальше. Бабушки порозовели, как докторская колбаса, и потупили взоры.

«Про погоду — это он в точку, — мысленно согласилась Зойка. — Плюс пятнадцать градусов в конце июня — как тут не заметить? Действительно замечательная погода. Но при чем тут асфальт? Может быть, он думает, что бабушки сами его клали? — предположила она. — А-а-а! Он, наверное, иностранец! Приехал из такой страны, где бабушки после выхода на пенсию вступают в бригаду асфальтоукладчиц». Эта мысль удовлетворила Зойку, и она продолжила наблюдать.

После старушек мужчина подошел к детской площадке, где гуляли три мамочки и двое папочек с детьми. Назвал каждого ребенка самым смышленым и самым красивым. Затем достал из рюкзака пачку разноцветной бумаги и сложил каждому по журавлику. Зойка только присвистнула от того, как лихо ему удалось очаровать и этих. Обойдя весь двор, незнакомец наконец присел на лавку рядом с мальчиком Антоном. Тот выгуливал своего пса Ричи, который был немного похож на фокстерьера из-за густых усов и немного — на корги из-за размашистых ушей. Вернее, Антон выгуливал свой мобильный телефон, а Ричи неподалеку сам с собой играл в зеленый мячик для тенниса. Это была его самая любимая игрушка.

— Какой у вас замечательный пес! — попытался начать разговор улыбчивый мужчина.

— Угу, — буркнул Антон, не отрывая взгляда от экрана.

На подростка Тютчев с Пушкиным никакого впечатления не произвели. Сияющая улыбка и мягкий голос — тоже. Журавликов незнакомец предлагать не решился. Немного помолчав, он осторожно продолжил:

— Много команд, наверное, знает?

— Щас прям! — усмехнулся Антон, поднял голову и, увидев недоумение в глазах незнакомца, пояснил: — Да не знает он ничё! Откуда? Мне с ним возиться некогда. Ему же ЕГЭ на сотки сдавать не надо, в топовый вуз поступать не надо, династию математиков… — мальчик изобразил пальцами кавычки, — продолжать не надо.

— Как интересно... — протянул незнакомец и удовлетворенно прищурил глаза. А затем продолжил невозмутимо: — Ну, не всем же быть гениями! Вы ведь его все равно любите.

— Да-а-а, просто обожаю! — протянул Антон. — Особенно торчать с ним по часу на улице. Мог бы этот час поспать. Надо было у родителей вместо собаки попросить электросамокат. Хоть бы с ветерком в лицей гонял, а не плющился утром и вечером двенадцать остановок в битком набитом автобусе.

— Понимаю, понимаю, — сказал незнакомец. Затем вдруг резко вскочил с лавки и обратился к псу: — Ричи, хочешь поиграть?

Ричи довольно завилял хвостом. Мужчина поднял мяч с земли и, размахнувшись всем телом, запустил в противоположный конец двора. Засидевшийся пес рванул за ним стрелой, чуть не снеся по пути урну.

— Ну что ж, приятно было познакомиться. Скоро мой автобус подойдет. До свидания! — протараторил незнакомец и быстро скрылся за домом.

Добежав до места, где должен был приземлиться мяч, Ричи его так и не дождался. Обежав весь двор, обнюхав каждый кустик, он, растерянный, вернулся к своему хозяину. Незнакомца нигде не было видно. Впрочем, как и мяча.

Глава вторая,

в которой котлетку решают превратить в атлетку

«Куда все-таки делся мяч? — думала Зойка, расхаживая по комнате из угла в угол. — Может, он застрял где-то в ветках или залетел к кому-то в форточку? А может, это был мяч с крыльями?» Она видела такой в одном фильме. Утреннее происшествие никак не шло у Зойки из головы. Она даже забыла ненадолго, что к ним на ужин должна прийти Леночка.

Леночка была их соседкой, и, как поняла Зойка, у них с бабушкой были деловые отношения. По пятницам Валентина Степановна случайно готовила слишком много еды для троих и звала на помощь Леночку. Леночка никогда не отказывалась помочь, потому что готовить умела только готовую еду. Месяца два назад бабушка встретила Леночку на лестнице. Девушка шла выносить мусор и зацепилась пакетом за перила. Из него на пол высыпалось четырнадцать пустых пачек из-под чипсов, десять коробочек от лапши быстрого приготовления и двадцать две упаковки из-под сырков. Бабушка от испуга схватилась за сердце. С тех пор они и сотрудничают.

Дедушка Леночку недолюбливал. Если она приходила на ужин, он скрывался почти целиком за огромной газетой и изредка издавал оттуда звуки неодобрения. Зойка считала, что он просто не хочет ни с кем делиться бабушкиной едой. Сам дедушка свое поведение никак не комментировал. Что касается Зойки, то она каждый раз ждала Леночку с нетерпением, ведь девушка приходила и непременно рассказывала новую историю про что-нибудь непонятное и таинственное: про йогу, коворкинги, патчи с улиточной слизью или суперводоросль спирулину… Зойка была уверена, что соседкина жизнь состоит из сплошных приключений.

Ровно в 18:17 прозвенел дверной звонок, и собака тут же рванулась в коридор. На пороге стояла Леночка. В длинные темно-русые волосы были вплетены разноцветные нитки, шарики и колечки. Уши украшали сережки самых разных форм и размеров. Одета она была в рваные джинсы и короткую пушистую кофточку.

— Здравствуй, Леночка! Проходи скорее. Как хорошо, что ты пришла! — Бабушка обняла соседку и увлекла ее за собой на кухню. — Я купила свежий хлебушек в булочной. Кукурузный! Я помню, ты говорила в прошлый раз, что не ешь глютен…

— Никакого хлебушка! — категорично возразила девушка. — От него один вред. Мое тело — мой храм…

Из-за газеты раздался первый звук неодобрения. Что-то между кряканьем и хрюканьем. «Быстро сегодня», — подумала Зойка.

— …Со вчерашнего дня я на палеодиете! — закончила Ле

...