– Сестрица Ли, ты давно уже служишь императору, и я уверена, что ты прекрасно помнишь правило «нельзя говорить непристойности».
Лицо гуйпинь помрачнело, она разозлилась.
– Я же во дворце совсем недолго, поэтому еще не во всем разобралась, – сказала я, наигранно улыбаясь. – Если я скажу что-нибудь не так, я очень надеюсь, что сестрица гуйпинь проявит великодушие и не будет обижаться на непутевую младшую сестру.
Гуйпинь Ли бросила взгляд на наложницу Хуа. Она не осмелилась грубить у нее на глазах, поэтому ей пришлось утихомирить свой гнев и натянуто улыбнуться.
Фэй Хуа в этой ситуации была простым наблюдателем. Она никак не отреагировала на нашу перепалку. Когда мы замолчали, Хуа повернулась к Мэйчжуан и сказала:
– Насколько я знаю, пинь Хуэй в последнее время ничем не занята. Я хотела бы узнать, не найдется ли у тебя времени переписать для меня «Изречения Конфуция о женщинах»? Сейчас самое время напомнить жительницам гарема, что они должны вести себя как приличные женщины и быть осторожными в своих словах и поступках.
