— Так мертвые мы. Потому и сохранились, — грустно ответил Сеня. — Мы до смерти тогда упились и похоронены давно, но повестка, она и мертвого найдет и поднимет, вы же знаете
Объяснить Пашке то, что для него смерть матери не осталась в прошлом, а как бы перешла в настоящее, он, конечно, не мог. Она не умерла, она умирала прямо сейчас, и будет умирать снова и снова, сегодня, завтра и всегда, и — будет рядом.
Слова Пашки звучали почти убедительно. Вот только Андрей не мог вспомнить, в какой момент он успел стать частью этого «мы». Когда страх ослепил его настолько, что он просто отключился от себя и слился со всеми остальными, потому что так безопаснее?
Может, Андрей и много о себе думал и математику не любил, зато любил литературу и знал, что второй раз король женится непременно на какой-нибудь ведьме.
— Ты, бабка, отпусти нас, — говорят.
— Куда ж я вас отпущу? — удивилась бабка.
— Известно куда — на войну, — отвечают покойники.
— А что вам там делать? — еще больше удивилась бабка.
— Как что? Умирать, конечно, — говорят ей покойники. — Видишь же, что жить так нам невыносимо.
— Так вы же и так уже мертвые! — вознегодовала бабка.
— Да, но уже мертвого только на войне снова убить можно.
— Ох уж эта война! И мертвецов не щадит! — вскрикнула бабка и отпустила покойников на все четыре стороны войну искать.
думал, что ненавидит их — этих жестоких, тупых и жалких людей, готовых идти, куда им скажут, делать, что им скажут, издеваться над тем, над кем скажут. Готовых бояться столько, сколько понадобится, даже если бояться придется всю жизнь.
