Козлов А. В.

Медиагигиена массово-информационного пространства в условиях Cпециальной военной операции на Украине и военного положения

Монография

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 342:070

ББК 67.400:76.0

К59

Дизайн обложки А. В. Лебедева. Изображения на обложке сгенерированы ИИ.

Автор:

Козлов А. В., доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой коммуникационного менеджмента и рекламы, связей с общественностью Института журналистики, коммуникаций и медиаобразования Московского педагогического государственного университета, профессор департамента массовых коммуникаций и медиабизнеса Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, полковник запаса.

Рецензенты:

Владимирова Т. Н., доктор педагогических наук, доцент, проректор, директор Института журналистики, коммуникаций и медиаобразования Московского педагогического государственного университета;

Кафтан В. В., доктор философских наук, профессор, профессор департамента массовых коммуникаций и медиабизнеса факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при Правительстве Российской Федерации;

Холиков И. В., доктор юридических наук, профессор, главный научный сотрудник центра международного права, профессор кафедры международного права Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации.

В монографии рассматривается проблема медиагигиены массово-информационного пространства в условиях Cпециальной военной операции и военного положения. Автор анализирует современное состояние массово-информационного пространства и на этой основе предлагает органам государственной власти Российской Федерации и их информационным структурам комплекс мер, направленных на блокировку и нейтрализацию влияния массовой информации, которая оказывает негативное идеологическое воздействие на способность граждан разделять и поддерживать государственные интересы Российской Федерации, эффективно выполнять возложенные на них государством задачи. Особое внимание уделяется изучению вопросов государственно-правового, организационно-технического, профессионально-технологического оздоровления массово-информационного пространства.

Законодательство приведено по состоянию на 30 августа 2024 г.

Текст публикуется в авторской редакции.

УДК 342:070

ББК 67.400:76.0

© Козлов А. В., 2024

© ООО «Проспект», 2024

Введение

Медиагигиена массово-информационного пространства — новое направление исследований в рамках медиаобразования, под которым автор монографии понимает целенаправленный, организованный процесс передачи знаний о средствах массовой коммуникации, опыта потребления аудиторией массовой информации с целью повышения медиаграмотности и медиакомпетентности населения России.

При этом медиаграмотность рассматривается как степень владения человеком навыками применять в повседневной жизни и в процессе трудовой деятельности информационно-коммуникационные технологии, а медиакомпетентность как умение квалифицированно использовать средства массовой коммуникации (далее — СМК), т. е. каналы создания и распространения массовой информации (аудиовизиуальные, радио- и телевизионные средства, проводная и мобильная связь и др.), а также арсеналы культуры и искусства (театр, литература, кино и др.), инструменты и формы массового общения (лекция, конференция, собрание, митинг и т. п.) и др.1, на благо формирования и развития личности, сохранения и умножения духовно-нравственных ценностей российского общества.

Сама массовая коммуникация (далее — МК) определяется учеными как «процесс распространения информации (знаний, духовных ценностей, моральных и правовых норм и т. п.), эмоций (эмпатии) и действий (интеракций) с помощью технических средств (пресса, радио, телевидение, Интернет) на численно большие, рассредоточенные аудитории в целях формирования структур жизнедеятельности общества»2. Массовая коммуникация характеризуется «наличием технических средств, обеспечивающих регулярность, массовость, публичность сообщений, их социальную актуальность; социальной значимостью информации, способствующей повышению мотивированности МК; массовостью аудитории, которая вследствие ее рассредоточенности и анонимности требует тщательно продуманной ценностной ориентации; многоканальностью и возможностью выбора коммуникативных средств, обеспечивающих вариативность и нормативность МК; отсутствием непосредственной связи между коммуникатором и аудиторией в процессе общения»3.

Анализ литературы по проблеме показал, что в большинстве случаев медиагигиену принято рассматривать как навык, который позволяет читателям, зрителям, слушателям, пользователям сети Интернет сохранить психологическую устойчивость к деструктивной информации. Этот навык должен включать проверку источника информации, уточнение, что именно изображено на фото, поиск информации, подтверждающей прочитанную новость в иных источниках и т. д.4

В рамках данной работы под медиагигиеной массово-информационного пространства автор понимает комплекс мер органов государственной власти Российской Федерации и их информационных структур, направленных на блокировку и нейтрализацию влияния массовой информации, оказывающей негативное идеологическое воздействие на оценки, мнения и поведение людей, на их психическое, физическое и социальное состояние, на способность граждан разделять и поддерживать государственные интересы Российской Федерации, эффективно выполнять возложенные на них государством задачи.

В монографии анализируется современное состояние массово-информационного пространства (далее — МИП) и на этой основе предлагаются научно-практические рекомендации органам государственной власти Российской Федерации и их информационным структурам. Особое внимание автор уделяет анализу угроз информационной безопасности РФ в условиях Специальной военной операции на Украине (далее — СВО) и военного положения, изучению вопросов по государственно-правовому, организационно-техническому, профессионально-технологическому обеспечению оздоровления МИП. Их решение позволит сохранить моральные силы собственного народа, военную активность отечественных Вооруженных Сил.

Концепция медиагигиены массово-информационного пространства в условиях Специальной военной операции на Украине впервые изложена автором 22 сентября 2022 г. в ходе научной конференции по тематике СВО в Военном университете имени князя Александра Невского Министерства обороны Российской Федерации.

По теме исследования автор выступал в Академии гражданской защиты МЧС России, в Московском государственном университете им. М. В. Ломоносова, в Московском государственном лингвистическом университете, в Московском педагогическом государственном университете, в Институте государственной службы и управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, в Рязанском государственном университете имени С. А. Есенина, в Союзе журналистов Москвы, в Финансовом университете при Правительстве Российской Федерации.

Раздел 1. Угрозы информационной безопасности Российской Федерации в условиях Специальной военной операции на Украине и военного положения

С начала Специальной военной операции на Украине остро стала проблема обеспечения информационной безопасности Российской Федерации, под которой принято понимать — «состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних информационных угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод человека и гражданина, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальная целостность и устойчивое социально-экономическое развитие Российской Федерации, оборона и безопасность государства»5.

В свою очередь угрозы информационной безопасности РФ совокупность действий и факторов, создающих опасность нанесения ущерба национальным интересам в информационной сфере. В военно-политической сфере эти угрозы представляют опасность информационным ресурсам, средствам хранения и передачи информации, человеку как субъекту информационной деятельности.

К основным информационным угрозам «Доктрина информационной безопасности Российской Федерации» относит расширение масштабов использования специальными службами отдельных государств средств оказания информационно-психологического воздействия, направленного на дестабилизацию внутриполитической и социальной ситуации в различных регионах мира и приводящего к подрыву суверенитета и нарушению территориальной целостности других государств.

В документе особо оговаривается, что «в эту деятельность вовлекаются религиозные, этнические, правозащитные и иные организации, а также отдельные группы граждан, при этом широко используются возможности информационных технологий»6.

Общее современное состояние информационной безопасности в военно-политической сфере страны характеризуется «увеличением масштабов применения отдельными государствами и организациями информационных технологий в военно-политических целях, в том числе для осуществления действий, противоречащих международному праву, направленных на подрыв суверенитета, политической и социальной стабильности, территориальной целостности Российской Федерации и ее союзников»7.

В Указе Президента Российской Федерации «Об утверждении Доктрины информационной безопасности Российской Федерации» к стратегическим целям и основным направлениям обеспечения информационной безопасности отнесена «нейтрализация информационно-психологического воздействия, в том числе направленного на подрыв исторических основ и патриотических традиций, связанных с защитой Отечества»8.

Из общей проблемы обеспечения информационной безопасности РФ вытекает вопрос информационно-психологической безопасности личного состава силовых ведомств Российской Федерации и членов их семей и других категорий населения России как реакции на информационно-психологическую агрессию.

Под информационно-психологической агрессией автор понимает комплекс мероприятий в массово-информационной сфере с целью достижения информационного, психологического и идеологического превосходства субъектов (государства, группы государств, определенных политических сил внутри государства), которые могут включать:

— подрыв политической и социальной систем государства-противника;

— разрушение государственной идеологии;

— разжигание вражды между народами (этническими или религиозными группами);

— оказание системного воздействия на политическое сознание и общественное мнение личного состава войск и населения собственного государства;

— массированную психологическую обработку личного состава вооруженных сил, членов семей военнослужащих и населения государства-противника.

Геополитические противники России свои агрессивные действия осуществляют в рамках гибридной войны, т. е. комплекса мер, направленных не на «классическую» военную победу, а на разрушение политического строя государства-противника, чему призваны способствовать применение различных инструментов как военного, так и не военного типа, с целью внезапного захвата инициативы, для получения преимуществ как психологических, так и военных. Сегодня применению военной силы предшествует проведение информационно-психологических операций. Последние направлены на порождение идеологических противоречий внутри общества, стимулирование конфликтной повестки (межнациональной, межрелигиозной и т. д.) и эскалацию морально-нравственных противоречий, результатом которой должно стать разрушение экономики, политики, идеологии, межнациональной и (или) межрелигиозной стабильности.

При этом целевая аудитория информационно-психологических операций — не только личный состава силовых ведомств России, но и члены их семей, потенциальные мобилизованные и члены их семей, население новых территорий Российской Федерации, население приграничных областей России и др. Под прицелом врага — психика всего российского народа.

Формы ведения гибридной войны включают:

— операции информационно характера, которые проводят с целью воздействия на государственное управление и военный состав вражеского государства, чтобы противника ввести в заблуждение и заставить его принимать неверные решения, выгодные оппоненту;

— операции психологического характера, для подавления морального и боевого духа противника9.

На Украине в их проведении задействованы силы и средства украинской националистической пропаганды. Деятельность последних позволяет реализовать основные направления информационно-психологических операций в массово-информационной сфере.

Достаточно высокий эффект от подобных действий возможен благодаря прогрессу технических средств сбора, обработки и передачи массовой информации10.

Технический арсенал информационно-психологических операций включает новейшие технологии в сфере электроники, информатизации, средств связи и коммуникации. Они позволяют эффективно использовать современные методы информационно-психологического воздействия, применяемые украинскими подразделениями информационно-психологических операций против участников Специальной военной операции на Украине, их родственников и других категорий граждан России11.

Анализ состояния массово-информационного пространства в условиях СВО и военного положения заставляет говорить о необходимости, во-первых, прогнозировать, блокировать и нейтрализовать угрозы; во-вторых, исследовать различные аспекты укрепления информационной безопасности Российской Федерации12, в том числе и проблему медиагигиены МИП.

Применительно к условиям Специальной военной операции на Украине и военному положению медиагигиена должна включать комплекс мероприятий по государственно-правовому; организационно-техническому; профессионально-технологическому обеспечению оздоровления МИП.

Раздел 2. Государственно-правовое обеспечение оздоровления массово-информационного пространства в условиях Специальной военной операции на Украине и военного положения

Мероприятия по государственно-правовому оздоровлению массово-информационного пространства в условиях Специальной военной операции на Украине и военного положения направлены на совершенствование российского законодательства.

С началом СВО и введением военного положения остро встал вопрос введения специальных ограничительных мер для обеспечения обороны страны и информационной безопасности государства13, направленных на регулирование работы средств массовой информации (СМИ) и информационных ресурсов.

Основа деятельности СМИ — свобода слова. Она является базой их успешной профессиональной деятельности на благо общества. Но свобода не может быть безграничной. Статья 4 Закона «О средствах массовой информации» запрещает использовать СМИ «в целях совершения уголовно наказуемых деяний, для разглашения сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну» и т. д.14

Данные ограничения носят общий характер. Помимо них, можно выделить группу ограничений, которые действуют в условиях особых экстраординарных правовых режимов. Это задекларировано в ст. 87 Конституции РФ15 и в ст. 7 Федерального конституционного закона (ФКЗ)«О военном положении»16.

Так, специальные ограничительные меры введены в Российской Федерации в связи с началом Специальной военной операции на Украине и введением военного положения в ряде регионов. Цель — обеспечение обороны страны и безопасности государства.

Начало СВО и введение военного положения, в свою очередь, предполагает начало выполнения журналистами поручений редакции в особых условиях.

Под этим термином в Законе РФ «О средствах массовой информации» понимается «осуществление сотрудником редакции профессиональной деятельности на территории Российской Федерации, на которой введено военное положение, в районах боевых действий, вооруженных конфликтов и на территории (объекте) проведения контртеррористической операции, определенных согласно законодательству Российской Федерации, в иностранном государстве, определенном Правительством Российской Федерации, которое находится в условиях чрезвычайного положения или в состоянии вооруженного конфликта»17.

В районах боевых действий, в зоне вооруженного конфликта, на территории Российской Федерации, на которой введено военное положение, журналист может находиться в качестве:

— военного журналиста18;

— военного корреспондента;

— журналиста, находящегося в опасной профессиональной командировке в районах вооруженного конфликта по редакционному заданию19.

Так как разговор в данном издании идет о деятельности «гражданских» СМИ, мы остановимся на двух категориях: военный корреспондент; журналист, находящийся в опасной профессиональной командировке в районах вооруженного конфликта по редакционному заданию.

В своей профессиональной деятельности названные категории (военный корреспондент и журналист, находящийся в опасных профессиональных командировках в районах вооруженного конфликта по редакционному заданию) в условиях Специальной военной операции на Украине действуют с учетом требований и запретов ряда нормативных документов.

24 февраля 2022 г., в первый день Специальной военной операции на Украине, Роскомнадзор опубликовал уведомление для российских СМИ20. Согласно ему все материалы, которые касаются СВО, должны опираться исключительно на информацию и данные, полученные из официальных российских источников.

Затем 4 марта 2022 г. был принят Федеральный закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и ст. 31 и 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»21. Он предусматривает уголовное наказание за распространение заведомо ложной информации о действиях российских войск, а также их дискредитацию.

В Уголовный кодекс РФ и Уголовно-процессуальный кодекс РФ введена ответственность за публичное распространение заведомо ложной информации об использовании ВС РФ.

В Уголовный кодекс Российской Федерации были внесены изменения в ст. 207.3 «Публичное распространение заведомо ложной информации об использовании Вооруженных Сил Российской Федерации», ст. 280.3 «Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности» и в ст. 284.2. «Призывы к введению мер ограничительного характера в отношении Российской Федерации, граждан Российской Федерации или российских юридических лиц».

25 марта 2022 г. был принят Федеральный закон «О внесении изменений в ст. 8.32 и 20.3.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»22.

В Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях введена ст. 20.3.3 «Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности или исполнения государственными органами Российской Федерации своих полномочий в указанных целях»23.

18 марта 2023 г. Президент России В. В. Путин подписал закон, который предусматривает ответственность за дискредитацию участников спецоперации, в том числе лиц из состава добровольческих формирований, лиц, содействующих выполнению задач,

...