Милые цветочки,

как я вас люблю!

Ландыш, мотылёчка,

маленькую тлю —

я люблю с тоскою

уходящих дней.

Ждёт нас всех Немое,

полное Теней…

Полуспрятана за пионами —

N красуется так эонами.

С поволокою взором прядает,

обещая эдемы с адами,

и владычествует контрастами

чёрно-белыми, преужасными.

N созданье венерианское,

кожа белая, мушка шпанская.

Как пошитая из фантазии,

N есть ультра-своеобразие.

Белый ангел и чернокнижница,

N по жизни

беспечно

движется.

Скакала она неустанно

в таинственных отблесках ночи

на чёрном коне молчаливом.

В себя погружаясь до боли,

на дне отыскать она тщилась

видение встречи счастливой.

А рядом скакал одинокий,

надежды утративший демон,

желавший любовного счастья.

Но дева любила другого,

и спутнику дать утешенье,

увы, не в её было власти…

Появилась — такая изменчивая,

многоликая и текучая,

необычная дева-женщина,

вероятно — самая лучшая.

В ней логизм растворён романтикой,

в ней и вечное, и конечное.

В её сущности прелесть антики

инновациями увенчана.

До меня она знала тьму мужчин,

я не первый её возлюбленный.

Не любить её в целом нет причин.

А любить — значит быть погубленным.

Мчи, мой котик! беги

в воле четырёхлапой!

Дни твои недолги:

солнце спешит на запад.

Мчи по вешней траве

вперегонки с судьбою!

«Ё» идёт после «е» —

рок идёт за тобою.

Светел радужный луг,

солнце сияет лихо!

Но, замыкая круг,

радость уходит тихо…

А пока хвост — трубой!

Цапки-царапки востры!

Котик занят игрой,

мир его — райский остров.