Оглавление

Встреча

День не обещал ничего необычного.

Катя захлопнула дверь, проверила ключи и спустилась с третьего этажа. Раньше можно было не заботиться о ключах, но теперь помнить о них стало привычкой — после того, как пару раз пришлось вызывать специалистов и взламывать дверь, а потом менять замок. До этого ключи всегда были еще у мамы. Но вот уже полтора года, как мамы не было.

Катя ко многому в своей одинокой жизни привыкла подозрительно быстро (а может, просто затолкала неприятие в дальние уголки сознания), но вот брать с собой ключ при выходе из дома научилась только спустя месяцев пять после похорон.

Выйдя из подъезда, она привычно оглянулась на окна первого этажа — там, как всегда, торчало в обрамлении занавесок симпатичное личико Мирона. Катя помахала ему, он улыбнулся в ответ и сделал рукой неловкое движение, в котором можно было угадать приветствие.

Катя не знала, что за болезнь заставляла 10-летнего мальчика сидеть постоянно дома — что-то с мышцами и координацией. Но спрашивать было неудобно. Он с Катей всегда обменивался приветствиями, когда она уходила и приходила. Остальные же соседи относились к нему по-разному: кто-то тоже махал Мирону, кто-то делал вид, что не замечал его.

А старая вечно сердитая Алла Терентьевна так вообще всегда только ворчала на него. Негромко — так, чтобы ему не было слышно через открытую форточку, — но неодобрительно. Впрочем, ворчала она всегда и на всех. Мирон Аллу Терентьевну тоже недолюбливал: когда она приближалась к подъезду, он опускал глаза на подоконник, где у него всегда лежали книжки и альбомы.

Катя сейчас вышла ненадолго — буквально в магазин и обратно, — не красилась, натянула старенькие джинсы и накинула поверх домашнего свитера пальто. Идти до супермаркета было минут 10. Если бы была жива мама, то наверняка сказала бы, что в таком виде нельзя выходить даже в магазин, что всегда нужно выглядеть «на пятёрку». Но Катя так не считала. Иногда нужно расслабляться, не думая о том, кто и что подумает о твоей внешности.

Его она случайно увидела издалека, проходя мимо детской площадки. Он стоял чуть поодаль, не двигаясь, и смотрел на неё. Ей, конечно, могло показаться — он мог смотреть не на неё, а просто в её сторону. Но ощущение было волнующим — будто что-то покалывало в районе груди. Катя чувствовала, что взгляд направлен именно на неё. «Нет, вряд ли. С чего бы так смотреть — и на меня «… — подумала она и слегка заволновалась.

Сделала вид, что не заметила этого взгляда, не замедляя шага пошла дальше: «Подумаешь! Глупости какие!»

На перекрестке у светофора она остановилась, уже совсем забыв про выбивший её из равновесия пристальный взгляд. Когда загорелся зеленый, Катя по привычке посмотрела налево, направо и почти вздрогнула: на неё опять был устремлен тот же жгучий, пронзительный взгляд. Теперь уже безошибочно, точно — на неё. Они на секунду встретились глазами, но она тут же отвернулась и ступила на «зебру».

Как-то вдруг ей стало немного не по себе. «Странно, что это он идёт за мной? Я не дала никакого повода». Она уже перешла дорогу, свернула и, будто невзначай оглянувшись, вновь увидела его: он следовал за ней метрах в 15 позади. «А вдруг какой-то ненормальный?..» — внутренне вздрогнула она и ускорила шаг. Пару сотен метров прошла в напряжении, стараясь в отражениях витрин наблюдать преследователя. «Как какая-нибудь шпионка под прикрытием», — со смешком подумала про себя Катя.

Её никто не догонял и не обгонял. Она расслабилась. А через 200 метров был уже магазин, Катя нырнула в него и совсем забыла о своем преследователе.

…Он заметил её издалека. Непонятно, почему именно она обратила на себя его внимание. Вроде, обычная, как все. Ничего примечательного. Но всё равно — какая-то особенная. Внутренне особенная. Что-то было в походке, что ли, в движениях… Доброе, мягкое, ласковое… И… одинокое. Было, в общем, что-то, что приковывало взг