Жил бы я на острове тропическом.
Ел бы свежие фрукты,
Купался в лазурной воде…
А проблемы все — по поясу и по бороде.
Но родина моя — суровый Урал.
Её, конечно же, не я выбирал.
Зимой — шуба, летом — пуховик.
Сурово и бодро, но я уж привык.
И угораздило же меня найти занятие,
Устроиться работать на режимном предприятии.
Хочешь дверь закрытую чуток приоткрыть?
Только тссс… тихо! Никому не говорить!
Солдаты, колючая проволока,
Вредность, секретность.
А нам за это —
Ранняя пенсия и скромная безбедность.
На пенсию пораньше, конечно, пойдёшь,
Если доработаешь и если доживешь.
Какую, говоришь, производим продукцию?
Если допуск есть, загляни в инструкцию.
Ладно.
Начнём с самого утра.
Утро, будильник.
Просыпаюсь в чём мать родила.
Завтрак, кофе, каша, иногда перловка.
Самое время бежать на остановку.
Водила автобуса заводского.
Скажу про него я два слова.
Там, где неровно,
Летит он как птица.
А где можно ехать, плетётся…
Возница.
Вот приехал я на завод.
Сегодня здесь много новых хлопот.
Оставил за дверью надежду,
Тело одел в спецодежду.
Каждую смену
На рабочем месте встречая,
Лучше начать
С кофе или чая.
Стол мой рабочий,
Трубка звонящая.
В ней речь начальника.
Крепкая, звенящая.
Начальник мой не ругается матом —
Он говорит на русском, богатом.
Процедура сия оперативкой зовется.
Начальство тут лает, планктон жалко мнётся.
День рабочий начинается резко,
Производственный процесс трогается с места.
Улей, гам, суета.
Распоряжения, допуска.
СИЗы надень на работу,
Травмированным ведь быть неохота.
Здесь бурят проходки,
Там тянут кабеля, проводки.
Воняет болгарка,
Работает сварка.
Кран-балка катается.
Руководство рычит и ругается.
Немного о персонале завода,
Работа — его главная забота.
Кастелянша спецодежду выдаёт,
Чай горячий с подружками пьёт.
Специалист по делам государства, кроссвордам,
Руками орудует ловко,
Любит вязать и болтать без умолку.
Уборщица старается, пол полирует натирками,
Работники следят по нему ботинками.
Буровит им спины взгляд сердитый.
Ух, дала бы тряпкой по роже небритой!
Электрики — злые гении.
Не боятся тока,
Меняют лампочки в помещении.
Приборист свеж, опрятен и чист.
Немного задумчив, в меру речист.
Если не помешают лень и сомнения,
Проведёт наконец-то свои измерения.
Механик, с похмелья.
Не брит и не чист.
Вид грозный:
Огромен, плечист.
Пашет как вол, матерится без зазрения
И нажирается вхлам в воскресение.
Сменники — прохвосты.
На вид странноваты и совсем не просты.
Меняют то, что совсем не меняется,
Включают то, что в принципе не включается.
Когда же остаются без начальства внимания,
Переходят в режим глубокого выжидания.
А если вдруг сложная задача —
Ждут скорейшей смены передачи.
Персонал управления
Просиживает жопы в помещении.
Чай, кофе много пьёт.
Постоянно болтает, чего-то жуёт.
Управляет производственным процессом,
Считает себя самым важным,
А остальные идут лесом.
Весь этот винегрет уживается,
Работа идёт, выполняется.
А как день рабочий закончен твой —
Всё! Шабаш! Домой!
Хватит болтать про работу.
Всё хлопоты и заботы.
И для тех, кому надоело,
Перехожу прямо к делу.
Начальник наш, седой злодей,
Нас не считает за людей.
Он — молодец, ты — виноват.
Директор сам ему не брат.
Езжай, сказал, в командировку!
И не перечь! — не будет толку.
К поездкам таким я весьма непригоден:
Дитё у меня, и жена,
Не свободен.
Езжай и не думай,
На десять деньков.
Давай же! Ступай, я сказал!
Будь здоров!
Часами неделя по капелькам тает,
Срок улетать уже прибывает.
И вот я уже захожу в самолет,
Ещё полчаса — и полный вперёд.
Полёт продлится два часа,
Закрою я пока глаза.
А, может, заказать еду?
А то вдруг с голоду помру.
В полёте время пролетает,
В Москву «наш поезд прибывает».
Холодным радушьем столица встречает,
Без аппетита людей поглощает.
Узри же, ничтожный, Столицы Величие!
Ну что ты припёрся?
Блюди же приличие.
Иногородних не ищи,
Лишь коренные москвичи.
Столичные все лица,
Чем каждый и гордится.
Бурлящим потоком в Москве жизнь несётся.
Вон кто-то плачет, а кто-то смеется.
Одни, чтоб прожить,
Здесь стирают в кровь руки.
Другие, деньги считая,
Мрут-дохнут со скуки.
Носятся люди вперёд и обратно.
А каков результат?
Никому непонятно.
Хочешь залезть на вершину той кучи?
А на соседней уже есть покруче.
Много всего здесь,
С избытком бывает,
И постоянно всего не хватает.
Быстрые мчат по дорогам машины,
Жирные морды сидят в лимузинах.
Мимо порхают под юбками ножки,
Ночью кричат под подъездами кошки.
Всё как везде, и всё по-другому.
И начинаю скучать я
По дому.
Губы надутые,
Брови, реснички,
Груди как дыни,
А ноги как спички.
Холодно взглядом меня провожает,
Ручкой холёной айфон свой сжимает.
Местные крали — изящные птички,
Но все под копирку,
С одной все странички.
Бедный и жалкий,
Ты хочешь любви?
Станешь богатым —
Тогда приходи.
Бликами в стёклах
Солнце играет.
Сухо, тепло —
Пойду погуляю.
Сегодня есть время
Пощупать столицу,
А завтра на курсы —
Учиться, учиться.
Красная площадь,
Метро, ряд Охотный,
Метро Третьяковская,
Площадь Болотная.
Река Москва,
Метро Тёплый Стан.
Пройдусь в переходах,
Пройду по мостам.
Но вот уже солнце к закату стремится,
Тихо становится, молкнут все птицы.
Еду в гостиницу,
Чтоб подкрепиться.
Ночью поспать,
А утром побриться.
Снова я мерю шагами столицу,
В первый день — просто,
Не надо учиться.
Вот документы.
Входной контроль сдан,
Завтра извольте прибыть по часам.
Спускаюсь в метро.
Битком все вагоны.
Люди уткнулись в свои телефоны.
Кто-то качается стоя у входа,
Кто-то стоит в центре прохода.
Сидят и стоят, взгляд пустой,
Под гипнозом,
Как будто бы люди только с мороза.
А, может быть, это психоз есть московский?
Или то был Анатоль Кашпировский?
А то и совсем, не скажешь без матов,
Всех залечил доктор Курбатов.
День проходит спокойно.
В гостинице тихо.
Живу сыто, довольно.
Спускаюсь на завтрак.
С едой шведский стол.
Как хорошо, что я рано пришел.
Блинчики, сыр и кофе со сливками,
Каша молочная, салаты с оливками.
Завтрак съеден, я сыт,
Кофе во мне, и чувствую силы
Поучиться вдвойне.
Группа наша собралась,
И учеба началась.
Носатый, длинный и гундосый
Часто задаёт вопросы.
Две хабалки офигевшие
Орут, как потерпевшие.
Толстый узкоглазый
Пахнет кислым квасом.
Специалисты с предприятий,
Жадные до занятий.
Учиться всем охота,
Лишь бы не работать.
Каждый день командировки
Девчонки мило хмурят бровки.
Толстяк застенчиво, в носу,
Катает пальцами козу.
Болтает лектор по бумажке.
Висят у девушки кудряшки.
Мужчина нюхает подмышки,
Вон та пролистывает книжки.
Тихонько тикают часы,
Сквозняк щекочет мне усы.
Бурчит в желудке с голодухи,
Напился будто бормотухи.
Когда закончится мученье,
Все побегут на развлеченья.
А завтра снова товарищи
Припрутся мозолить седалища.
А пока бы сожрал я уже
Добрый стейк,
Но объявляют всего…
Кофебрейк.
Слово заморское слух мой ласкает.
Лишь кофе с десертом оно означает.
Совсем не задача пищеварения,
А так, только пшик,
Чтоб поднять настроение.
Забываю я часто, сколько мне лет.
Не забыть бы сказать и про обед.
Обед бизнес-ланчем здесь называют,
Еду по дешёвке он означает.
Малые порции:
Первое, второе и салат,
А хочешь добавки —
Плати, будешь рад.
Сразу после занятий
Посещаю с друзьями ряд мероприятий.
Они давно живут в Москве,
Их предложения — по мне.
Домов не надо лучших в Ницце,
Пойдем по барам мы столицы.
Встречаем мы женщин веселых,
Приятных в общении,
Но лишь для компании и для настроения.
Девок холодных, с большим самомнением,
Встречаем спокойно,
С холодным презрением.
В пабе ирландском,
В центре столицы,
Пьяные, красные, потные лица.
Здесь сидр и эль, коньяк и вино,
Я пью лишь пиво — мне всё равно.
Трое нас, верных и старых друзей,
Димка, я, Веталь (большой дуралей).
У нас за столом гламурная львица.
Глупа и напыщенна, словно царица.
Кричит, матерится и ест эпатажно.
Овечка тупая,
Но мнит себя важной.
Сегодня зовется она Каролиной,
А раньше в деревне была просто Ниной.
Вечер закончился.
Что ещё важно?
Все живы, здоровы.
Шагаем отважно.
Прогулка ночная.
Домой держим путь.
Но прежде —
Прохладу ночную вдохнуть.
Нагрузка учебная вверх нарастает,
Неделя минутами медленно тает.
Ломит спина и болит поясница,
Кто мне поможет в нашей столице?
Включу в отчет, в рабочий стаж
Я свою запись на массаж.
К кому пойти?
В рекламах — лица,
А делать умеют лишь единицы.
Пойду к симпатичной.
Диплом у нее,
Хотя полагаю,
Что это вранье.
Время назначено
В шесть мне прийти.
Тупой навигатор сбивает с пути,
Всё крутит и кружит.
Она мне звонит:
— Ну где вы пропали?! —
В сердцах говорит.
— Я еду, я рядом.
Но как мне найти
То место, в которое надо прийти?
— Сейчас пришлю фото —
Поможет в пути.
Сейчас, две минуты,
Продолжайте идти.
Так вот оно здание,
Что я обходил.
Пендосовский Гугл меня здесь водил.
Зашёл в кабинет,
Голый лёг на кушетку.
Массаж получить удается мне редко.
Измазали маслом,
Промяли бока.
Я деньги отдал,
Мне сказали: «Пока!»
Каждый день по расписанию:
Утро и завтрак,
Новые знания,
Ну, а для вечера,
Думать и нечего…
Прогулки, покупки и бары,
Клубы и рестораны —
Всё для развлечения,
Чтоб развеять дневные огорчения.
В гостинице тихо,
И всё здесь вполне.
Идёт в коридоре,
Навстречу ко мне.
Глазки блестят,
Щёки рдеют румянцем.
Походка игривая
Кажется танцем.
— Скоро будет не жарко.
Может, попьём чайку с шоколадкой?
— Спасибо, но нет.
— А, может, ко мне?
Давай полежим животик к спине.
— Ты знаешь, женат я.
А был бы свободен,
Конечно, свободно б с тобой
Хороводил.
— Женат, ну и что?
А много ли толку?
С тобою мы здесь,
А жена за пригорком.
— Ты знаешь, но нет. Спасибо тебе.
Любви мне не надо на стороне.
А той, что избыток, отдам я жене.
Обиженный взгляд,
Взмах завитых ресниц.
— Ты знаешь,
Много в жизни страниц.
Много в пути я своём повидала,
Таких непреклонных ещё не встречала.
И всё же, надумаешь —
Я буду ждать.
Найти нелегко,
Но легко потерять.
Считай, что я щедрый подарок судьбы,
Дороги которой не ведаем мы.
— Что ты несёшь,
Перебравшая птица?
Когда ты успела
Так сильно залиться?
— А напоследок, вот что ещё…
Меня, где искать, знаешь ты,
Если чё!
И лёгким, морским ветерком упорхнула,
Хлопнула дверка.
Совсем ведь не дура.
Умна и ухожена,
Длинны ресницы.
Встретишь на улице —
Ночью приснится.
Следующим днем наблюдал я картину.
Вчерашняя девочка,
Скажем Мальвина.
Сигналы глазами шлёт Буратино.
Парень всё мнётся,
Не может решиться.
Ну что же ты ждёшь?
Надо ж чуть шевелиться!
Во взгляде её
Смелом, неосторожном,
Прочитывать многое
Вовсе несложно.
Ну что ж ты,
Дурья голова?!
Смотри!
Ведь я совсем одна.
Иди скорей,
Любовь моя,
Идёт не смело,
Осторожно.
А правда?
Точно?
Уже можно?
— А-а-а…м-м. ЭЭ.
Позволь… присесть.
— Куда?!
Ведь парень у меня же есть!
Он развернулся аккуратно.
Побрел чудак,
Ему б всё правильно понять,
Не слыша слов, истолковать.
Преграду смело обойти —
Проверку женскую пройти.
Отвлёкся что-то я лирично,
Вернусь-ка к жизни я обычной.
Она не дает ковыряться в глазу,
Сегодня уже зачет на носу.
Зачет начался,
У всех по бумажке.
Тридцать задач.
По коже мурашки.
Добил я задачи.
Шесть часов без обеда.
Отличный финал,
Однозначно победа.
А кто-то не сделал,
Решил, что всё! Хватит!
Денег за это
Никто не заплатит.
Тем, кто не хочет,
Можно б и не учиться.
Диплом здесь получит
Последний тупица.
За всё это мероприятие
Платит предприятие.
Бюджет освоен,
Просто отсиди занятия.
А как будет новый приказ —
Приезжай ещё раз.
Вот и всё, курс окончен.
Экзамен наш сдан.
Диплом отдан в руки,
Пришёл караван.
Поеду домой.
Выйду я на работу.
Увижусь с женой,
Прижмусь к ней с заботой.
Диплом покажу,
Улыбнусь во все лица.
Скажу: «Там не хуже,
Чем за границей».
Гостинцев в Москве
Я купил,
Что не счесть.
Хотя
И у нас то же самое есть.
Прощай же, Москва!
Прощай же, столица!
Я прилечу ещё поучиться!
Веселье, прогулки понравились точно,
А цены и «жизнь», как будто, не очень.
