Иногда, казалось бы, глупый выбор оказывается тем самым, единственным.
3 Ұнайды
— Ты можешькатиться ко всем чертямсо своими извинениями! — я не ожидала, что мой голос будет таким стойким, если принять во внимание последние события.
— Господи, Грейси, твоя рука! — он потянулся ко мне, но я отстранилась.
Я развернулась, попыталась убежать, но он поймал меня и крепко прижал к себе. Тепло его тела просачивалось сквозь тонкий материал моего платья и буквально цеплялось за мою кожу, часть меня ужасно хотела прижаться к нему покрепче, раствориться в нем. Я хотела, чтобы все произошедшее оказалось ошибкой или чтобы всего этого вообще никогда не было, но это было, это случилось, мной воспользовались. Снова.
Он тряс меня за плечи:
— Это не то, что ты думаешь! Выслушай меня, черт возьми! — умолял меня Бракс. Его пальцы буквально впились в мои плечи, не позволяя мне шелохнуться. Он пришпорил меняк месту, и я стояла, не двигаясь.
— Нет! Ты послушай! — крикнула я, вырываясь из его мертвой хватки. Боковым зрением я видела людей с вечеринки, они стояли на крыльце, входили и выходили из дома Сигмы, наблюдая за нашим спором. Тесса тоже там была, она стояла на крыльце и ждала. Возможно, я снова окажусь на Ютубе, и все они получат некоторую долю удовлетворения от моего унижения, но оно будет последним. Я бережно взяла покалеченную об Бракса руку здоровой рукой и сказала:
— Я верила тебе, Бракс. Я верила всему, что ты говоришь, несмотря на мою нерешительность. Несмотря на твою бандитскую внешность, я не верила слухам, я никого не слушала, — слезы жгли мои глаза, я не могла ничего с собой поделать, поэтому покачала головой и рассмеялась. — Боже, неужели я так ошибалась в тебе. Ты даже не мужчина, ты просто глупый мальчик безчертовогорассудка! Ты не думаешь, что делаешь! — мой голос сорвался. Дыши.
— Ты не ошибалась во мне, — прорычал он, потирая лицо рукой. — Твою мать, я поспорил на тебя задолго до того, как вообще познакомился с тобой, и ты должна выслушать меня…
— Я ничего никому не должна, — где-то глубоко внутри я нашла толику мужества, немного самоуважения. Я подошла к нему ближе, наклонила голову набок и, просто проигнорировав боль в его глазах, которая как зеркало отражалась в моем сердце, сказала:
— Просто притворись, что ты никогда не встречал меня, Бракс, — я наклонила голову набок и посмотрела ему прямо в глаза. — Оставь. Меня. В покое. — Развернулась и пошла прочь
2 Ұнайды
— Я пытался, Грейси, но я просто не смог.
Он пытался? Что это вообще значит? Замешательство заполнило мой мозг, но я смотрела на него, не отводя глаз. Было очень трудно это сделать, столь же трудно, как и вырваться из его хватки:
— Меня зовут не Грейси, — я была удивлена от звука собственного голоса, он прозвучал холодно и окончательно. Судя по побелевшему лицу Бракса, он был удивлен еще больше меня.
— Оливия, ты в порядке? — прозвучал голос Ноя Хикса прямо у меня за спиной, затем он встал прямо передо мной, загораживая меня от Бракса. — Уходи отсюда, чувак. Ты ведь не хочешь сделать все еще хуже? — Плечи Ноя напряглись, когда он заговорил с Браксом.
Бракс ничего не ответил, он потер глаза, обхватив руками шею:
— Твою мать!
Сказав это, он буквально набросился на Ноя, они оба упали на землю и стали драться. Ной, конечно, мускулистый, но с Браксом он и рядом не стоял. Когда Бракс ударил его в челюсть, Ной вскрикнул от боли.
— Бракс, прекрати! — закричала я. — Остановись!
Бракс был похож на бешеную собаку, он выплескивал свой гнев и боль с каждым замахом, с каждым ударом кулака, он бил и бил, не слушал меня. Тут как раз вовремя подоспелКори, он оттянул Бракса от Ноя:
— Воу, чувак, остынь, остынь.
Ной поднялся с земли, взял меня за руку и сказал:
— Пойдем, я увезу тебя отсюда.
— Никуда ты ее не повезешь, урод! — Бракс изо всех сил старался вырваться из хватки Кори, и это ему почти удалось. Даже несмотря на то, что Кори был сильнее Бракса, было заметно, что ему сложно его удержать, и он мог в любую секунду его отпустить, но этого не произошло, Кори лишь зажал его крепче:
— Я не смогу держать его все время, — сказал Кори Ною.– Убирайтесь отсюда.
Я последний раз взглянула на Бракса, взглянула в его лицо, в его глаза — они буквально умоляли меня, просили меня сделать что-то, чего я не знала и не понимала. Ной положил руку мне на плечо, и я отвела взгляд.
— Грейси, подожди. Пожалуйста, просто послушай меня. Выслушай меня, я прошу тебя. Твою мать, да отпусти ты меня, чувак! Грейси!
Я больше не оборачивалась,
1 Ұнайды
— Эй, а я ведь так и не узнал твое имя.
— Ее зовут Оливия Бомонт, — сказала Тесса и слегка подтолкнула меня к Эшу. Боже, я просто закопаю ее за это.
В свете уличного фонаря улыбка Эша была еще более широкой, теплой и в то же время хищной (ну это на тот случай, если бы мне сказали описать его улыбку). Возможно, тени, падающие на его лицо, заставили меня так подумать, я точно не знала. Он протянул мне руку:
— Ну что ж, Оливия Бомонт, приятно познакомиться.
Я приняла его рукопожатие, он тут же сжал мою руку и я сказала:
— Приятно познакомиться, Эш…
Внезапно между нами кто-то встал, и это был Бракс. Я стояла и пялилась на его спину, пока он смотрел на Эша. Я только услышала, как Тесса ругнулась, и Бракс тут же обернулся и посмотрел на меня. Эти глаза, его прекрасные глаза, которые, наверное, никогда не перестанут меня поражать, смотрели на меня, и даже при свете фонаря я могла рассмотреть ярость и гнев в его глазах:
— Мне нужно поговорить с тобой, Грейси, — сказал он хриплым, тихим и резким голосом. И это вовсе не от того, что он что-то выпил. Бракс схватил меня за бедра, разворачивая в противоположную от Эша сторону. — Сейчас же.
1 Ұнайды
Иногда, казалось бы, глупый выбор оказывается тем самым, единственным..
1 Ұнайды
Luctor et emergo — «Я борюсь, но я выживу
1 Ұнайды
Единственный мужчина, который будет идеально тебе подходить — тот, который пожертвует всем ради того, чтобы быть с тобой.
1 Ұнайды
Единственный мужчина, который будет идеально тебе подходить – тот, который пожертвует всем ради того, чтобы быть с тобой. Под “всем” я подразумеваю все, что важно для него, лишь бы удержать тебя рядом. Не взирая ни на что. В противном случае, – он потер подбородок, – парень ничего не стоит, даже чертового пенни, он просто дерьмо собачье.
Я люблю тебя, Грейси Бомонт. Ты слышишь меня? Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!