Оглавление

2. 1
3. 2
4. 3
5. 4
6. 5
7. 6
8. 7
9. 8
10. 9
11. 10
12. 11

1

Они появились уже под вечер: мужчина и женщина лет тридцати. Видимо, супружеская пара. Оба — крайне измождённые, в рваной и грязной одежде. Судя по всему — прошли прямо через болото! Правильно, только так и можно было обойти многочисленные патрули! Вот, значит, кого искал тот назойливый вертолёт! А Андрей подумал было, что пытаются обнаружить его «логово»!

Женщина бессильно опустилась на мох и прислонилась спиной к сосне как раз напротив смотровой щели. Кажется, она беззвучно рыдала — у неё очень характерно тряслись плечи. Мужчина присел рядом, обнял женщину и что-то тихо говорил ей на ухо. Похоже, успокаивал. Оба были заметно истощены — через прореху в «бывшем свитере» на спине мужчины можно было с лёгкостью считать рёбра. Видно было, что они уже давно скитаются и ночуют в лесу.

Тут у Андрея внезапно приключился очередной приступ жалости. Остро захотелось выйти к ним прямо сейчас и пригласить в своё убежище. Накормить, согреть и приободрить! Да и узнать, наконец, что же там сейчас происходит, в этом сошедшем с ума внешнем мире? В такие мгновения Андрея останавливал только один вопрос: что же потом? В том-то всё и дело — что же потом? Сколько их уже прошло мимо него за эту осень! И это только те, кто догадался, что идти надо прямо через болото. Всех не пожалеешь! И не накормишь! Ни места, ни еды на всех страждущих тут у него попросту не хватит! И людей не спасешь, и сам, в итоге, погибнешь!

Нет уж! Сопли — в сторону! В конце-то концов, никто не мешал этим бедолагам озаботиться своим будущим заблаговременно. Не озаботились? Не догадались? Не просчитали ситуацию на планете Земля на несколько шагов вперед? Тогда добро пожаловать в жестокий мир «хомо сапиенсов», в котором человек человеку — волк! Ах, вы не ожидали, что современное человечество может быть таким жестоким? Вы считали, что живете в цивилизованном обществе? Вам действительно казалось, что человек — разумное существо? Ну-ну!

Хоть в чем-то им повезло: догадались идти прямо через болото. Только так и можно было вырваться из окруженного патрулями города. А если уж ты прошел через болото, если ты в нем, в этом самом болоте, каким-то чудом не утонул, значит, ты прямо сюда и выйдешь — на этот длинный, глубоко врезающийся в топь, мыс! Других более-менее безопасных проходов не существует!

Не зря же хитрые финны когда-то и соорудили в этом месте свой замечательный пулеметный ДОТ! И как же ловко соорудили: весь ДОТ был расположен под землёй, будучи умело встроенным в сбегающий к болоту уклон, и только сама амбразура находилась в небольшом, поросшем мхом, холмике, и при необходимости изнутри закрывалась специальным лючком, неотличимым снаружи от куска гранита. Рядом с холмиком лежал огромный валун. Под валуном была оборудована узкая смотровая щель, через которую можно было стрелять из винтовки.

2

Этот ДОТ в далеком детстве Андрею показал отец. Как-то раз, когда сын был ещё подростком, папа привел его в это место и с хитрой улыбкой заговорщика предложил найти тут что-нибудь необычное. Андрей потратил кучу времени на поиски, крайне заинтригованный этой отцовской улыбкой, но ничего примечательного, кроме, собственно, соснового леса, вокруг него не наблюдалось! Потом, когда Андрей сказал, что «сдается», отец отошел чуть в сторону от того места, где сейчас и сидела эта измождённая лишениями парочка, порылся рукой в глубоком мху и вытащил оттуда большое ржавое кольцо. Потянув за кольцо, он неожиданно для Андрея открыл небольшой люк в какое-то подземелье. Батя зажег свой большой армейский фонарь и посветил им внутрь. В таинственно чернеющую пустоту уходила вмурованная в бетонную стену лестница из металлических скоб.

Помнится, отец взял тогда с Андрея слово, что тот никому и никогда не расскажет про это место! Отец сказал, что это будет их семейный бункер на случай «ядерной войны». Очень сомнительно, конечно, что в случае настоящей ядерной войны этот ДОТ смог бы им действительно как-то помочь. Даже если их семья и успела бы до него вовремя добраться. Должно быть, папа просто имел в виду некое потайное место, в котором можно надежно и надолго, в случае чего, спрятаться от обезумевшего Человечества. А уж в том, что Человечество окончательно сбрендило, папа никогда не сомневался! Настороженное отношение к одичалой человеческой цивилизации — это у Андрея именно от отца!

Чуть позже отец поведал Андрею историю о том, как он узнал об этом «секретном военном объекте». Случилось это, можно сказать, случайно.

Давным-давно, в далекой юности, будучи студентом, поехал он со знакомым соседом-ветераном за грибами в эти места. Ходили-бродили. Утомились уже изрядно. Грибов не было! Поэтому, решили еще и к болоту сходить: вдоль топи, да по кочкам болотным, пошукать-полазить. Авось что и попадется, раз в обычном лесу пусто.

Так и вышли на этот, выпирающий прямо в болото, длинный мыс. И тут оказалось, что дед-ветеран неспроста папу в это место завел! Именно здесь он присел на подвернувшуюся корягу, усадил отца рядом с собой и неожиданно достал из своего рюкзака армейскую флягу, а также пару бутербродов, сказав спутнику: «давай-ка, сынок, помянем моих боевых товарищей»! Отца сразу же охватило жуткое любопытство: что же тут, в таком глухом месте, могло «военного» приключится? Здесь ведь и укреплений-то никаких, вроде как, не наблюдается! Сплошные болота да леса дремучие вокруг! Кто тут и с кем воевать будет? И, главное, зачем?

Как оказалось, случилось все это во время Зимней войны; той самой, которая «советско-финская 39—40 годов». Про Зимнюю войну и сейчас-то информации не особенно много, ну а во времена СССР и вовсе про нее редко упоминали. Поэтому, папино любопытство распалилось еще сильнее!

Именно в этом самом месте, по этому самому мысу, наступал когда-то советский взвод. Ну, «наступал», конечно, это слово не совсем правильное. Если точнее: в тыл к финнам на лыжах они пробирались. Что-то вроде разведки боем планировалось. Поэтому-то — и через болото. Чтобы неприметнее получилось, и чтобы поглубже в тыл противника пробраться можно было.

И вот, прямо тут, в этом самом месте, где они сейчас на коряге сидят, да горькую пьют, бойцы неожиданно для себя напоролись на финский пулемёт, который сходу, за несколько десятков секунд, пока растерянные люди суматошно метались между болотными кочками и стволами сосен, «выкосил» полвзвода и затих.

Стоило кому-то показаться из-за своего укрытия, как пулемёт тут же строчил вновь, продолжая свою страшную работу. С большим трудом пятёрке бойцов, волочивших с собой ещё и двух раненых, удалось тогда отступить. Вечером, в сумерках, вернулись еще четверо — уже обмороженные! Остальные были либо убиты, либо замерзли насмерть, пролежав весь день в снегу. Морозы тогда стояли как раз очень сильные!

Это всё, что осталось от полноценного взвода! Одним из тех раненых, которого вытащили с поля боя товарищи, как раз и оказался папин сосед-ветеран.

Склон у болота, откуда стрелял пулемёт, на следующий день плотно «отутюжила» советская артиллерия. Казалось, камня на камне не оставили! Но следующая группа бойцов опять напоролась на прицельный пулемётный огонь. Догадались — ДОТ! Больше сюда и не совались. А где он был, этот самый ДОТ, так никто тогда толком и не понял. Не до того было! Да и кому он тут, в глухом лесу, да в болоте, сильно мешал?

А потом, видимо, и вовсе про этот загадочный случай все позабыли! Вполне может статься, что остальные свидетели этого инцидента просто погибли в последующей Большой войне.

3

Отцу этот ветеранский рассказ сразу же запал в душу. Парень он был молодой, а тут такая история — таинственный ДОТ, который до сих пор никто не нашел! Естественно, через несколько дней он вернулся в это место уже без соседа, чтобы вдумчиво все осмотреть. И даже лопатку саперную с собой прихватил.

Довольно быстро он обнаружил узкую смотровую щель под лежащим на склоне валуном. Пробовал пихать в щель длинные палки — за щелью чувствовалось большое пустое пространство! Вот же оно! ДОТ! Да только как в него попасть? Пробовал копать землю рядом с валуном. На полуметровой глубине наткнулся на бетон. Ура! Но где же люк?

Проводить какие-то заметные раскопки было никак нельзя, потому как время было осеннее, и мимо «секретного объекта» нет-нет, да и «дефилировали» всякие-разные грибники-ягодники, в советах которых отец совсем не нуждался. ДОТ — это ведь военная тема! И все эти раскопки — противозаконное и подсудное дело! Тем более, в те далекие времена. Там, внутри, могло оказаться всё, что угодно! Вплоть до оружейного арсенала! А еще, ДОТы часто минировали при отступлении. Такое тоже сплошь и рядом случалось! Да только, когда молодо и зелено, тогда ведь не особенно и страшно. А любопытство — это же одно из острейших шил в человеческой попе!

В следующий раз отец вернулся к ДОТу со специальным длинным щупом, и старательно, метр за метром, принялся исследовать почву вокруг найденной им амбразуры. Занятие свое ему не раз приходилось прерывать, так как поблизости периодически появлялись поклонники «тихой охоты». В таких случаях отец усиленно делал вид, что тоже грибами интересуется. Даже корзинку с собой он для этого взял, в которую заблаговременно немного грибов насобирал.

Входной люк он смог обнаружить только на третий день поисков, когда уже практически отчаялся и принялся откровенно чудить — тыкать своим щупом, где придется. Вход в бункер был обнаружен чуть в стороне от района его изначальных поисков. Долговременная огневая точка оказалась крупнее, чем он предполагал изначально!

Оборонительное сооружение было рассчитано минимум на 10—12 человек. Именно столько спальных мест было оборудовано в одном из помещений подземного бункера. Тут имелось 4 двухъярусных кровати, а еще — несколько импровизированных топчанов, собранных из снарядных и патронных ящиков. Бойцов в ДОТе, на самом-то деле, могло быть и больше — не все же по ночам спят, кто-то должен на боевом посту находится? Кстати, боевой пост с пулемётной амбразурой — это единственное помещение, которое располагалось на верхнем уровне, в холме. И попасть сюда можно было только снизу, поднявшись по точно такой же вмурованной в стену лестнице, как и у входа в ДОТ. То есть, если бы противник и смог обнаружить амбразуру, смог бы подавить идущий из нее огонь, найти вход в бункер для него все равно было бы проблематично! А уж в условиях реального боя — и вовсе нереально, так как замаскированный входной люк располагался как раз перед амбразурой, то есть, в том месте, которое лучше всего простреливалось! Хитро придумано, ничего не скажешь!

На нижнем уровне, кроме отсека-спальни, была оборудована кухня-столовая с металлической печкой и два небольших отсека-кладовки (очевидно, для продовольственного запаса и боеприпасов со снаряжением). Рядом с входным люком, в самом углу, за небольшой перегородкой и прямо в полу была сделана лунка-туалет. В другом конце коридора, пересекавшего весь ДОТ поперек, имелся специальный колодец для воды. Вода поступала в колодец самотёком и её уровень зависел от времени года. У воды был чуть заметный болотный запах и немного бурый оттенок, но пить её можно было даже не кипячёную. Андрей уже не раз это проверял на себе без последствий для своего желудка.

В ДОТе сохранилась даже электропроводка, имевшая «разводку» от одной из кладовок. Но ничего похожего ни на генератор, ни на аккумуляторы в кладовке не наблюдалось. Да и непонятно было, как же отводились выхлопные газы от работающего генератора? Как это все было у финнов устроено? Не было в ДОТе и пулемёта.

Зато в оружейном стеллаже стояли три исправных винтовки «SAKO» — финские переделки знаменитой винтовки Мосина, а рядом со стеллажом — целый ящик патронов к ним!

4

Когда стало окончательно понятно, что время «Х» уже не за горами, что скоро все вокруг полетит в тартарары, Андрей решил «расконсервировать» доставшееся ему в наследство загородное строение и подготовить его к «ядерной войне». В том смысле, который вкладывал во все это его покойный отец. То есть, сделать из бункера надежное убежище, основная задача которого — помочь его обитателю в нужный момент надолго пропасть с «радаров» государственного аппарата, чтобы иметь возможность понаблюдать за происходящим на Планете немного со стороны.

Слухи и предположения о будущности Человечества ходили самые противоречивые, но все они сходились в одном: ничего хорошего «хомо сапиенса» в обозримой перспективе не ожидает! А исходя из многочисленных полубредовых версий про грядущую повальную «чипизацию» населения, которое перед этим еще и предварительно сократят, (видимо, для того, чтобы чипов на всех хватило)) — готовиться предстояло к самому жесткому сценарию. Ведь как на планете Земля обычно население сокращают? Войны, революции, геноцид, эпидемии всякие. Быть активным участником всех этих «массовых мероприятий» Андрею как-то совсем не хотелось, поэтому-то он и решил «подстелить себе соломки».

Для начала он навел в своем убежище порядок. Вычерпал и почистил колодец. Сделал для колодца крышку. Кстати, колодец оказался совсем неглубоким — всего-то полтора метра! Две двухъярусные кровати он разобрал, а на освободившееся место в углу прямо на бетонный пол натаскал предварительно высушенный мох. Получилась теплая, толстая, мягкая «подложка», на которую он поставил компактную одноместную палатку. Функции палатки были аналогичны пологу в чукотском чуме. В маленькой палатке, согретой его собственным дыханием, всегда было куда теплее, чем в остальном ДОТе, что позволяло заметно экономить на топливе. Хотя, казалось бы — кругом же лес и дров навалом? Но Андрей рассуждал так: во-первых, в палатке ему будет куда уютнее; ну а, во-вторых, нельзя исключать ситуацию, когда рядом с его убежищем долгое время будет кто-нибудь находиться. Вдруг не получиться у него безопасно сходить за дровами? Вдруг запас дров у него в бункере закончится? В таком случае можно было бы какое-то время жить в маленькой палатке, согревая ее своим дыханием и огнем свечи. Тем более, что расположенный в земле бункер никогда, даже в самые лютые морозы, не промерзал насквозь. В нем всегда была плюсовая температура, как в каком-нибудь погребе. Вот разве только сырость…

К тому же, в палатке получалось куда больше света от его походного светильника, работающего на батарейках! Можно было читать, не напрягая зрение.

Интересно получилось с печкой, которая не сразу стала топиться. Во время первой попытки весь ДОТ моментально наполнился едким белым дымом. Андрей, задыхаясь и кашляя, уже на ощупь сумел-таки выбрался наружу. Долгое время, жадно хватая ртом свежий воздух, он никак не мог отдышаться-откашляться, попутно размышляя о хрупкости человеческой жизни. Через открытый люк и смотровую щель вовсю валил белый дым, демаскируя его «секретный объект»! Хорошо хоть, что все эти опыты он организовал уже в самом конце ноября, когда грибники-ягодники в окрестном лесу окончательно повывелись!

А потом, видимо, что-то где-то прогрелось-пробилось-прогорело, и появилась тяга! Печка стала хорошо топиться. Дым из бункера постепенно выдуло. Воздух в ДОТе прогрелся и внутри стало заметно суше и уютнее.

В другой раз Андрей провёл ещё один эксперимент: он растопил в бункере печку, а сам выбрался наружу, чтобы посмотреть, где же выходит дым из его подземного жилища? Но дыма на поверхности не наблюдалось! В одном месте присутствовал лишь чуть ощутимый запах гари — и всё! Как там у финнов это было сделано — а чёрт его знает! И тут Андрей сообразил, что назначение у бункера, получается, могло быть не только оборонительным! Возможно, это была еще и некая секретная база в лесу, где мог бы дислоцироваться небольшой диверсионно-разведывательный отряд, действующий в тылу врага! Иначе, к чему вся эта изощренная маскировка? Поэтому-то про ДОТ никто ничего толком не знает: он не входил в общую систему оборонительных сооружений и отсутствовал на схемах укрепрайонов!

5

Теперь в его персональном бункере постоянно имелся запас продовольствия длительного хранения с расчетом на 2—3 года автономной жизни. Хранилась тут и большая упаковка походных газовых баллончиков с туристической горелкой. Разумеется — спички и соль в непромокаемой упаковке. Целый ящик восковых свечей. Батарейки для светильника и фонариков. В одной из кладовок были сложены дрова из сухостойной сосны. Оставшиеся двухъярусные кровати он использовал в качестве стеллажей для хранения книг, одежды и обуви.

Регулярно посещая свою «подземную дачу», Андрей со временем настолько сроднился с этим уединенным местом, что даже поймал себя как-то на мысли: а ведь он начинает тосковать по своему бункеру, если не имеет возможности побывать в нем хотя бы раз в две недели!

Со временем он перетаскал в ДОТ кучу старой, но еще крепкой одежды. Собрал тут полный комплект плотницкого инструмента. Сформировал целую библиотеку из книг различной тематической направленности. Всё, что было доступно его разумению, что вызывало в нем интерес, было представлено в его подземном книгохранилище! На книги, собственно, ушла львиная доля заработанных средств. Куда больше, чем на трехлетний продовольственный запас.

И весь этот свой «стратегический скарб» он доставлял в бункер в простом заплечном рюкзаке. По-другому было никак: подъехать сюда на автомобиле было невозможно — ближайшая лесная дорога заканчивалась в трех километрах от этого места. Можно было бы, конечно, пробраться сюда на каком-нибудь квадроцикле, да только что с ним потом делать, когда хозяин уже в ДОТе? С собой внутрь эту железяку никак не затащишь — это раз; квадроцикл очень громко тарахтит и привлекает внимание — это два; ну и, наконец, ценник на эти «тарахтелки», как полноценный автомобиль! Уж лучше тогда купить «Ниву»! У «Нивы», хотя бы, с лесными дорогами проблем не будет. И потом, оставленная в лесу без присмотра «Нива» не так сильно привлекает внимание.

Собственно, именно так Андрей в какой-то момент и поступил: продал свою импортную асфальтовую «поповозку» и купил себе не новую, но еще вполне крепкую «Ниву». На машине он доезжал до места, где заканчивалась дорога, а потом, тщательно соблюдая все меры конспирации, перегружал вещи из машины в свой рюкзак и в несколько приемов переносил все это в ДОТ.

Оставлять машину в лесу на ночь, пусть даже и недорогую «Ниву», ему не очень-то хотелось, поэтому Андрей старался поступать так: если планировалась ночевка в ДОТе, загород он ехал на электричке, с походным рюкзаком, маскируясь под обычного туриста. От платформы нужно было идти пешком. Получалось что-то около двух часов и пятнадцати километров в одну сторону. Добравшись до места, он делал несколько больших кругов по лесу, чтобы убедиться в том, что вокруг никого нет, и только после этого забирался в свой бункер.

Куда сложнее из бункера было выбираться наружу. «Сложнее» не в плане того, что приходилось карабкаться по неудобным, вмонтированным в стену, скобам. Вовсе нет! Сложность заключалась в другом: трудно было организовать все так, чтобы случайно не попасться на глаза какому-нибудь грибнику-ягоднику. Если пространство, расположенное непосредственно перед ДОТом, в сторону болота, еще можно было предварительно осмотреть-проверить через смотровую щель, то узнать о том, есть ли кто-то со стороны леса, с тыла, было практически невозможно. А ведь грибники-ягодники именно оттуда, из леса, и приходили! Поэтому, Андрей всегда поступал так: чуть приоткрывал изнутри входной люк и долго стоял, замерев и прислушиваясь. Если рядом раздавались голоса, или же другие подозрительные звуки, он осторожно прикрывал люк обратно и повторял свою попытку лишь через некоторое время.

И вот, как-то раз, его чуть было не обнаружили! Помнится, тогда он особенно торопился в город на какую-то встречу. Видимо, поэтому и не проверил все с обычной тщательностью. А случилось вот что: лишь только он попробовал приподнять входной люк над головой, чтобы прислушаться к обстановке вокруг, как где-то совсем рядом раздался оглушительный женский визг! Андрей тут же осторожно притворил люк обратно, закрывая его на внутреннюю защелку. «Меня обнаружили!» — мелькнула паническая мысль в голове. Через минуту, когда он вернулся к смотровой щели, чтобы оценить обстановку, он увидел на полянке перед ДОТом двух человек: мужчину и женщину. Женщина все еще была возбуждена: размахивала руками, показывая мужчине в сторону замаскированного люка, и что-то восклицала. Одним из слов, которые Андрею удалось разобрать, было слово «змея».

«Она решила, что это змея шевелилась у нее под ногами!» — облегченно выдохнул Андрей. Мужчина, между тем, нашел длинную палку и осторожно потыкал ею в то место, куда указывала женщина. Ничего не обнаружив, он отбросил палку в сторону и подошел к своей спутнице, чтобы обнять ее и успокоить. Еще через минуту они скрылись из видимости, быстро уходя прочь.

Пронесло, слава богу! Только теперь Андрей обратил внимание, как судорожно колотится его испуганное сердце. Встреча в городе, на которую он так спешил и опаздывал, теперь показалась ему совсем не важной и даже не обязательной.

Как же так: еще несколько минут назад рядом с люком никого не было — он это через смотровую щель проверял! И вот, за то короткое время, пока он внутри ДОТа пробирался к входному люку, на полянку уже успела прийти эта парочка! Как же ему сегодня сказочно повезло!

С той поры он утвердил для себя железное правило: из своего бункера ему разрешалось выбираться только глубокой ночью! Либо же — ранним утром, часа в четыре утра, когда возможные грибники-ягодники еще не успевали добраться до этого места.

6

Шли годы, но ничего страшного в окружающем его Мире так и не происходило. Обещанный всепланетный кризис все не наступал, жизнь вокруг, наоборот, кипела и пенилась. Иной раз Андрей начинал чувствовать себя эдаким придурком-паникером, и тогда его начинала мучить одна и та же мысль: а что, если он всё-таки ошибся в своих фантастических опасениях? А что, если он — обыкновенный параноик, испортивший себе всю жизнь своей фобией?

Окружающие его люди тратили свои деньги и личное время совсем по-другому: они летали отдыхать на море, путешествовали по миру, покупали новые квартиры и автомобили, строили себе дома и дачи, влюблялись, женились, «обрастали» детьми и кредитами. Жили обычной мещанской жизнью. И только он… Он тратил все свои свободные ресурсы на обустройство своего подземного бункера! А, может, и правда, он сошел с ума? Ведь не могут же все вокруг него ошибаться?

Но стоило ему только вновь забраться в свою «берлогу», как все сомнения тут же отступали, сменяясь невероятным чувством защищенности и успокоения, которое в последнее время у него получалось испытывать только здесь! И пусть даже он сошёл с ума! Жить именно так было для него куда понятнее и спокойнее! А тараканы в голове — они же есть у всех. Только что — у каждого свои и разные!

7

А потом, как-то неожиданно и резко, все и началось! В теленовостях волной пошли репортажи о новой всепланетной напасти — таинственном вирусе, быстро распространявшемся по странам и континентам. Ох, ну и паника же началась вокруг — любо-дорого посмотреть! «Мы все умрем!» — читалось в обезумевших лицах обывателей, сметающих с магазинных полок все без разбору, вплоть до туалетной бумаги. Видимо, умирать эти бедолаги собирались именно от поноса.

Обстоятельства появления этой «чумы двадцать первого века», а также принимаемые для борьбы с ней меры, с точки зрения Андрея выглядели очень подозрительно. Вирус, как он считал, был создан искусственно, а меры для борьбы с ним выбраны явно избыточные! Высокая смертность, о которой в первые недели твердили все вокруг, оказалась не такой уж и высокой — от вируса, конечно, умирали, но умирали люди пожилые, или же — с сильно ослабленным иммунитетом.

«Вот же оно! Началось!» — думалось Андрею не без некоторого злорадства. Никакой он не параноик, оказывается! Он — человек, который все это предвидел и просчитал! Он заранее ко всему подготовился!

Весной по всей стране объявили карантин, сопровождаемый специально введенным режимом передвижения. Выходить из своих квартир без веских причин строго воспрещалось, а вот покидать город не возбранялось и даже поначалу поощрялось. На контрольном пункте достаточно было сообщить о том, что ты едешь жить на дачу, или же — на базу отдыха, чтобы тебя беспрепятственно пропустили.

Многие состоятельные горожане предпочли покинуть многомиллионный город, справедливо считая его главным рассадником заразы, и отправились жить загород. Так поступили все, у кого было куда уехать. Те, у кого были деньги, но не было своей загородной недвижимости, в массовом порядке выезжали в пригородные санатории и дома отдыха, планируя отсидеться там. Ну а Андрей, разумеется, сразу же поехал на свою «подземную дачу».

Шло время, карантин все продлевали и продлевали. Вирус свирепствовал на Планете! К середине лета стали массово банкротиться предприятия и всё больше людей оказывались без работы и без средств к существованию. Когда Эпидемия в Городе достигла своего апогея, на дорогах стали появляться усиленные посты полиции, которые принялись отлавливать всех несчастных, пытавшихся уйти прочь из зачумленного города. Теперь их насильно свозили в специально охраняемые карантинные лагеря. Многие из санаториев и баз отдыха срочно переоборудовали под эти цели.

В дачных поселках и деревнях (гораздо раньше, чем в самом городе) стали появляться банды мародеров, грабившие зажиточных дачников уже в открытую. Полиция, брошенная в своей массе на многочисленные заградительные пикеты и посты, выезжать по таким случаям просто не успевала! Больницы давно уже не справлялись с наплывом больных, а скорые почти не выезжали на вызовы. Всё равно лечить было некому, негде и нечем! Судьба заболевших теперь всецело зависела только от их иммунитета. И странное дело — выживаемость у больных, остававшихся дома, оказывалась куда выше, чем у доставленных в больницу. Больницы, как раз-таки, и оказались главными очагами заражения! Все эти события только укрепили Андрея в мысли о том, что вся эта история с вирусом была искусной инсценировкой.

Никто уже толком ничего не понимал. Кругом царила паника. В оцепленном войсками Городе начинались погромы и первые голодные бунты. Страну охватывала анархия.

Все эти новости Андрей узнавал по радио. У него с собой был портативный радиоприемник, и каждый день, в определенное время, он включал его, чтобы узнавать о текущих событиях.

В самом начале лета Андрею удалось еще раз побывать в своей городской квартире. Тогда же он видел последний в своей жизни выпуск теленовостей. Сбивчивая речь ведущей сопровождалась апокалиптическим видеорядом: переполненные заражёнными пациентами больницы, постоянно подъезжающие-отъезжающие машины скорой помощи, кое-где уже разбитые витрины магазинов и полиция в респираторах, разгоняющая очередной стихийный митинг.

8

А ещё через месяц мимо ДОТа стали идти люди. Они появлялись как поодиночке, так и группами по несколько человек. Все они проходили через болото. Было очевидно, что идут они здесь неспроста. Похоже, все другие направления были плотно перекрыты полицией и войсками. В воздухе часто барражировали вертолёты — искали нарушителей режима.

Кто-то из проходивших, не задерживаясь, сразу следовал дальше. Кто-то устраивал привал и даже разжигал костер, чтобы немного обсушиться-обогреться. Некоторые обустраивались на ночёвку.

Однажды из болота по мысу пришла целая толпа — человек двадцать молодежи: мальчики и девочки. Одеты они были по-спортивному, все — с довольно большими рюкзаками. Следом за ними прилетел вертолёт, который начал кружить над возмущенно галдящей толпой. Молодежь шумела и показывала в сторону вертолёта всякие похабные жесты, даже не пытаясь прятаться. Видимо, они решили, что тут они уже в безопасности! Когда вертолёт улетел, вся группа беспечно расселась на полянке перед ДОТом для отдыха. Не прошло и десяти минут, как молодежь стала вскакивать на ноги и тревожно прислушиваться. Потом услышал и Андрей: где-то вдалеке тарахтели, быстро приближаясь, какие-то мотоциклетные двигатели! Молодежь бросилась врассыпную! Через минуту вдоль болота промчалась группа полицейских на квадроциклах. Из окружающего леса какое-то время доносились отдельные выкрики, приказы через громкоговоритель и громкий рев моторов. Последовало несколько выстрелов. Пару раз квадроциклисты проносились прямо по крыше его убежища. Эх, знали бы вы, господа полицейские, что находится тут, внизу, под колёсами ваших «тарахтелок»!

Интересно, поймали они кого-нибудь? Слишком уж шустрые были ребятки! Явно какие-то спортсмены.

Постепенно поток идущих через болото стал иссякать. Были дни, а потом и недели, когда вообще никто не появлялся. Очевидно, власти все-таки смогли перекрыть этот «контрабандный» маршрут из блокированного города. Либо же желающих и способных уйти попросту уже не осталось. И тут, как снег на голову — эта измученная парочка!

Кстати, а чем они там занимаются? Андрей опять приник к своей смотровой щели. Женщина все еще сидела, бессильно прислонившись к сосне, а мужчина собирал в кучу сосновые ветки, таскал охапками бурый осенний папоротник. Было видно, что папоротником он уже изрезал себе все пальцы, но он не обращал на это никакого внимания. «Готовятся ночевать!» — понял Андрей. И волна жалости к этим незнакомым людям накрыла его с новой силой! «Блин, у этого растяпы, похоже, с собой ни ножа, ни спичек нет! Сколько они протянут в осеннем лесу? Интеллигенция, мать вашу!»

9

Прошла ночь. Первой проснулась женщина. Куча из папоротника и веток, под которой они ночевали, вдруг зашевелилась, и она выбралась наружу. Следующие несколько мгновений женщина оторопело разглядела стоящий рядом с их «берлогой» пакет. Обыкновенный яркий супермаркетовый пакет с двумя ручками. «Привет» из той, другой жизни! Женщина кинулась судорожно рыться в пакете, испуганно озираясь по сторонам. В пакете обнаружились: картошка россыпью, банка тушенки, две пачки галет, коробок спичек и старый складной нож. Женщина кинулась будить мужа.

Поначалу тот не понимал, что же ему пытаются объяснить, а потом вдруг резко вскочил, взял пакет в руки и долго остолбенело смотрел внутрь. В такие минуты как раз впору начинать верить в Бога! Парочка очень быстро собралась и, озираясь по сторонам, почти что бегом скрылась из поля зрения Андрея. Боялись, видимо, что хозяин пакета неожиданно вернётся и отнимет у них «сокровище». Знали бы они, что «бог», как ему и подобает, он — «всевидящий», и в эту самую минуту как раз на них и смотрит!

Тяжелее всего Андрею было расставаться со своим старым, подаренным ещё отцом, складным ножом. Но дело было в том, что все остальные ножи у него оказались куда в лучшем состоянии! В свой поступок ему удалось привнести некий сакральный смысл: этим жестом, помимо помощи измученным людям, Андрей как бы отрубил для себя всё своё прошлое. Поставил на нем крест.

10

Больше этой осенью мимо его бункера не прошёл никто! И даже вертолеты теперь уже не появлялись. Казалось, на всей Планете установилась невозможная первобытная тишина и спокойствие!

По радио болтали какую-то пропагандистскую чушь: что-то про наше общее единение перед лицом опасности, про гражданский долг, про необходимость еще немного потерпеть и про крайне осложнившееся международное положение. В результате воцарившегося на Планете хаоса повсеместно случались революции и государственные перевороты. Народ бунтовал. Фильтрационные лагеря, куда насильно были согнаны жители крупных городов, теперь уже переименовали в трудовые. Там же, в лагерях, уже вовсю проводилась мобилизация, которую объясняли все той же напряженной международной обстановкой.

Андрей готовился к первой своей автономной зимовке. Дров у него в бункере было с запасом. Все три винтовки были разобраны, почищены и смазаны. Патроны иногда давали осечку! Всё-таки возраст, все-таки сырость. Но зато их был целый ящик! В обезлюдевшем лесу должна была быстро восстановиться популяция кабанов и лосей. Они и сейчас-то, нет-нет, да и попадались ему на глаза. В будущем Андрей очень рассчитывал на охоту.

Пару раз в пасмурную погоду (а вдруг со спутников всё ещё ведётся какое-то наблюдение?) он с удочкой ходил к ближайшему лесному озерку. Мелкий окунь охотно клевал на дождевого червя!

Ещё в его планах было разбить весной небольшой огород и попробовать сажать картошку. Вдоль болота местами попадались подсохшие торфяные участки, которые можно было бы под это дело приспособить. Необходимый инструмент и семена он тоже заготовил. Только вот вопрос: что же делать с кабанами? Тут, в лесу, они мигом перероют всю его «плантацию» вдоль и поперёк! Не будешь же каждую ночь картошку с ружьём караулить? А с другой-то стороны, чем ещё заниматься человеку в его положении?

11

В один из ясных морозных дней, когда Андрей возвращался с озера с очередной рыбалки, земля под его ногами вдруг неожиданно покачнулась и глухо застонала. Андрей тут же остановился и испуганно завертел головой. Вскоре он увидел, как над болотом медленно и величаво растет огромный ядерный гриб.

— Будьте вы все прокляты! — прокричал он в морозный воздух и расплакался.