Очень интересно, не могу оторваться. И смех, и грех. Книга прекрасна: это и не совсем документальные биографии по типу «родился, женился» и не совсем художественная книга с выдуманными разговорами и домыслами. Это срез эпохи по годам, описание, что каждый из известных людей делал в определенный момент и из-за этого складывается единая картина, единый узор, их объединяющий. Все судьбы переплетаются, влияют друг на друга. Тут и восторг от узнавания, обрывочные факты, мне известные, складываются в пазл, и смех от курьезных ситуаций, инфантильности, позерства, надуманности проблем, и отвращение от поступков, и жалость к этим неприкаянным людям, оказавшимся на сломе эпох. Поэты, писатели, художники - как обычные люди, а не бюсты в бронзе, не парадные портреты: не чужды им грехи человеческие. А тут все грехи представлены в разнообразии, но без пошлости и смакования грязи, автор не упивается ими, просто констатирует факты и добавляет немного иронии и юмора. В общем, очень познавательно для тех, кто интересуется поэзией Серебряного века, историей, биографиями поэтов и писателей. Местами я была в шоке от той дичи, которую они творили.😅 Но все закономерно, они пытались найти хоть какую-то опору в том, разрущающемся мире.
Очень ждала эту книгу, ведь у поэтов Серебряного Века жизнь была поинтереснее любого сериала. Но она написана просто ужасно - как будто автора стошнило всеми биографиями сразу, и вам теперь предстоит в этом месиве разбираться. Ужасное разочарование (
Иронично, цинично, отрезвляюще.
Полное отсутствие украшений в тексте непривычно, но в данном случае идеально. Объективно, без навязывания «своего», без стереотипных взглядов. За читателем останься право на мнение. Любое.
Личное мнение автора, его предпочтение выдалось только в одном - Блока много)
Тонкостей, подробностей, деталей, версий - не ждите. В книге этого нет. Есть хронология и перечисление фактов.
Из минусов - излишне сжаты факты. Минус легко исправляется - к списку литературы в конце книги можете добавить свой, и изучить оба)
Похоже на большой атмосферный тизер Серебряного века! Как старый филолог и фанат подкаста "Закат империи" радовалась встрече с уже известными героями, с удивлением и восторгом узнавала новых и буквально подглядывала за их жизнью. Интересное календарное построение текста, в котором, к счастью, не затерялись изменения настроений людей и ощущения надвигающейся катастрофы.
Считаю, что книгу надо раздавать школьникам в 11 классе, чтобы прочитали, поразились, еле вынырнули и пошли срочно читать список использованной литературы из финала. Очень хочу такую книгу про прозаиков того времени вроде Серафимовича, Андреева, Вересаева, Розанова и Ремизова, там тоже было интересно ;-)
это всем нам вместо тбилисских тредов
Прием, отлично отработанный в «лете целого века», ожидаемо подходит для этой книги. Даже хорошо зная, чем все закончится, удается вдохнуть воздух прошлого века, чтобы выдохнуть в нынешнем.
Читаю все, что пишет Максим Жегалин несколько лет: от поста в телеграмм-канале до замечательных очерков. И все равно вроде бы уже родной и легко узнаваемый автор умудрился меня удивить. Большая работа, которая съедает тебя на пару дней, словно сказочный кит, а затем высаживает на другом берегу. Спасибо!
Автором проделана огромная работа! Любителям поэтов Серебряного века будет очень интересно
Отличная книга, захватывающая и трагичная, где судьбы писателей и поэтов неразрывно сплелись друг с другом и с судьбой страны
"Бражники и блудницы" самое полное, и в этом смысле лучшее, из всего, что доводилось читать о времени и его людях.
Построенная как хроники промежутка с 1905 по 1921 годы, с помесячной отбивкой, книга монтирует события литературной жизни со значимыми или просто заметными вехами. Вот 9 января 1905, прибывший в Петербург Борис Бугаев, который войдет в историю литературы под именем Андрей Белый, останавливается в квартире Гиппиус-Мережковского (и Философова), он станет лучшим другом Александра Блока и влюбится в его жену Любовь Менделееву. На том же, что Белый, поезде, в столицу приезжает Максимилиан Волошин и, едучи в пролетке на Васильевский остров, слышит выстрелы - Кровавое воскресенье.
И так все время: когорта феерически талантливых людей, которые притягивались, образуя род деревни, где все друг друга знают. Кажется, их много, на деле - несколько десятков. Атом в масштабах громадной страны, закосневшей в невежестве, которой дела нет ни до поэзии, ни до критики с эсеистикой. а всей прозе она предпочтет газетный отдел уголовной хроники. И все же, именно эти люди-бабочки, натрепетавшие радужными крылышками ураган, их сгубивший - именно они определили культурное лицо России на карте мира.
Полтора яростных десятилетия, которых не отменили и не превзошли следующие семь десятков лет соцреализма, и книга Максима Жегалина как квинтэссенция этого времени
