– Дядя Эд перелил тебе свою кровь! – первой не выдержала малышка. – Там была тонкая трубочка, которую нельзя было трогать. А еще он запрещал лекарю останавливаться, хотя сам из-за этой трубочки потерял сознание. Не спал, не ел, никому не разрешал к тебе подходить. Он был злой и ругался на всех. Кричал! – жаловалась цветочек.
Я перевела на Шора удивленный взгляд.
– А сейчас уже тихий, – менее воинственно закончила Джени и чуть отодвинулась, будто опасаясь гнева Эверарда.
– И понятно почему, – не переставал улыбаться Ной. – Наверное, я тоже был бы не в себе, случись такое с моей женщиной.
