Дороти Ли Сэйерс определила и вторую главную особенность, отличающую новую разновидность жанра от старой: «Разница между триллером и детективом в расстановке акцентов. И там, и там происходят захватывающие события, но, читая триллер, постоянно задаешься вопросом «Что будет дальше?», в то время как в детективе главный вопрос — «Что же случилось раньше?».
К концу XVIII века готический роман наподобие произведений Радклиф представлялся уже устаревшим. Первый законченный роман Джейн Остин «Нортенгерское аббатство» (написанный в 1798–1799 годах, изданный посмертно в 1817 году) явил собой пародию на этот жанр, метив своим острием прямиком в «Удольфские тайны».
«Увлечение детективами, — писал в 1945 году Эдмунд Уилсон, — принадлежит к порокам, которые по вредности и бессмысленности своей находятся в одном ряду с курением и разгадыванием кроссвордов, занимая место где-то между ними».
Бретт рассказал мне и о другом памятном заседании, проводившемся не так давно в Гарриковском клубе жарким и душным летним вечером. Одна дама упала в обморок, и все присутствовавшие писатели, едва убедившись в том, что она жива, потянулись к своим ноутбукам.
Они использовали литературу как способ хранить свои секреты. Каждую из четырех этих женщин так или иначе травмировал ранний период жизни, и они преображались в своем творчестве, выдумывая успехи, которых впоследствии достигали на самом деле
было в ее устремлениях и нечто другое: она, как и ее подруги по цеху, писала, чтобы голос ее услышали, писала, чтобы отстоять свою независимость и утвердиться в мире, завоевав в нем достойное место.