Оглавление

Словарь

Алимли — резиденция (дворец) императрицы на Роне.

Абордажник — десантник на пиратском корабле, тренированный для захвата звездолётов.

Агери — низшее социальное сословие дзугов в Каэртане. После оккупации дзугами Империи к этому же сословию были отнесены все люди.

Аёна — планета на орбите звезды Сатар, на которой находится орден Йогров.

Акро-си — энергетическое оружие Каэртана с помощью которого барон Ругонди разгромил имперскую армаду.

Арагна — звезда, возле которой сто лет назад состоялось генеральное сражение между Каэртаном и Империей, в котором люди получили поражение. У этой звезды есть космический коридор из Малого мешка в Большую Галактику.

Баталёр — лицо командного состава, ведающее на корабле продовольственным и вещевым снабжением.

Большой мешок — область Империи, поддерживавшая старую королевскую династию и не попавшая под полную оккупацию дзугов. Этот обширный регион, простирающийся на сотни световых лет, расположен в окраинной области рукава Галактики и отделён от остального пространства Пылевым облаком Авего и Туманностью Рагила. Из этого космического региона люди расселялись по другим мирам. В Большом мешке 52 планеты метрополии, 18 колоний и 9 терраформированных миров.

Брат — обращения пиратов друг к другу.

Галакто — общегалактический язык, широко используемый в мире для общения между разными расами. Он наиболее приемлем для существ с разными строениями речевого аппарата.

Гел — симбионт Рея. Высокоэнергетичное существо, обитающее в подпространстве.

Геломесто — отражение человека в подпространстве в виде светящейся ауры.

Герн — майор в армии Империи.

Гзурд — гигантский червь, обитающий в подземельях Тригона. Заключённые считали его злым духом, пожиравшим людей и их души.

Гризы — раса амфибий. Коренное население государства Уорра.

Грейтер — полковник в армии Империи.

Грру-ррати — в переводе с дзугского наимудрейший.

Грязючка — на сленге пиратов название пригодной для жизни планеты.

Грязеходы — на сленге пиратов население планеты.

Диба — звезда, в системе которой находятся столичная планета Рона и Сата.

Дзуги — раса крабоподобных существ, доминирующая в Галактике. Государство дзугов называется Каэртан.

Дорсия — государство пикелов, расположенное в центральной части Галактики и состоящее из восьмидесяти планет.

Древние — раса бесплотных энергетических существ. Они создатели живых существ в Галактике.

Живая грязючка — на сленге пиратов населённая планета.

Золотые дагини — галактическая валюта в материальном виде и приравненная к ней по номиналу цифровая единица.

И.И. — искусственный интеллект.

Ибо-хирбю — раса метаморфов, обитающих одновременно в двух измерениях.

Империя — галактическое государство людей, включающее два больших космических региона — Большой мешок и Малый мешок. Официально в составе Империи сто шестьдесят две заселённые планеты, включающие метрополии, колонии и терраформированные планеты.

Инра — звезда между рукавами Галактики, на орбите которой находится планета Пятая.

Ипта — В Каэртане оружие высших военных чинов, крепившееся не спине в особом чехле. Имеет собственный источник энергии, может изменять форму от ножа до копья и считается идеальным для тел дзугов.

ИТ — древний, создавший расу дзугов.

Йогряне (йогры) — раса высокоразвитых гуманоидных существ, имевшая симбионтов — гелов. Йогряне посетили Галактику миллион лет назад и стали прообразом для создания в этом мире живых существ.

Каги — раса существ, намеревавшаяся уничтожить планету богов Эде, за что была полностью уничтожена.

Канонир — в пиратском флоте артиллерист.

Кантол — генерал в армии Империи.

Карде — фамилия последнего императора Империи до её завоевания дзугами.

Катиручи — Чёрный защитник. Так на Сате прозвали Рея после неудавшегося переворота на Роне.

Каэртан — название дзугского галактического государства. В составе Каэртана сто восемь населённых планет.

Качи — уважительное обращение пиратов друг к другу.

Космический коридор — безопасный для звездолётов маршрут между Большим и Малым мешками. С одной стороны коридор ограничен пульсаром Солитус, за которым начинается Туманность Рагила, а с другой Пылевое облако Авего. Несмотря на кажущееся большим расстояние между Солитусом и облаком Авего — примерно в один парсек, безопасно проходить через коридор можно лишь в узкой зоне шириной до миллиона километров.

Коллаборант — так называют предателя, сотрудничающего с врагами своей родины, своего народа. В контексте романа коллаборнатами считаются люди, проживающие на планетах, подпавших под влияние других рас и не признавшие новую власть Империи.

Куи — планета, столица дзугского государства Каэртан.

Кум — начальник тюрьмы.

Маистат — тронное возвышение, приподнятое над полом на одну или несколько ступеней

Малый мешок — область Империи, попавшая под полную оккупацию дзугов. Этот космический регион, граничащий с Галактикой у звезды Арагна, был заселён позже Большого мешка. Здесь меньше пригодных для жизни людей планет и хуже развита промышленность — 32 метрополии, 28 колоний и 19 терраформированных планет.

МДК — малый десантный корабль.

Мегарон — большой зал.

Носора — на пиратском жаргоне разумные существа иных рас.

Облако Авего — гигантское пылевое облако. Оно раскинулось довольно широко, едва не на половину рукава Галактики. Облако непроходимо для любых звездолётов из-за большой плотности мелких каменных и ледяных частиц. Предполагается, оно возникло вследствие разрушения карликовой галактики тремя гигантскими чёрными дырами.

ОД — древний, создавший расы людей и пикелов.

Окри — кольца из драгоценных металлов, продеваемые в клешни высших сановников Каэртана. Окри символизируют, что дзуг с такими кольцами не выполняет работу, а занимается интеллектуальной деятельностью.

Парра-ррати — доверенный помощник грру-ррати и одновременно его антипод. Парра-ррати следит за принимаемыми наимудрейшим шагами в области управления государством и может их оспорить.

Пренда — военная экспедиция пиратских кораблей с целью получения прибыли.

Пререгнер — подполковник в армии Империи.

Проклятые крейсеры — военные корабли «Стремительный» и «Гордость Империи», уничтожившие колонию на Пятой планете.

Прониф — комбинированное активное вещество, используемое в качестве топлива звездолётов для прокалывания пространства.

Пикелы — раса гуманоидных существ. Во многом они сходны с человеком, но отличаются метаболизмом.

Пиратский кодекс или Кодекс — свод законов, в соответствии с которым пираты живут на кораблях и поддерживают отношения между экипажами. Нарушение законов Кодекса сурово наказывается вплоть до расстрела корабля.

Пятая — планета, расположенная между рукавами Галактики, на которой пираты создали базу. К этой планете после поражения у звезды Арагна передислоцировались остатки имперского военного флота.

Ракана — планета в Малом мешке государства Империя, которую уничтожили дзуги во время оккупации. Родная планета матери Ашары.

Ратан — фамилия младшей ветви императорской семьи. Её члены имели право на престол Империи.

Рача — на пиратском жаргоне победа и богатая добыча.

Рокнер — генерал-майор в армии Империи.

Роктор — адмирал в армии Империи.

Рона — планета, столица Империи.

Сата — планета, входящая в одну звёздную систему Дибы со столичной Роной.

Сатар — звезда в государстве Империя, расположенная над плоскостью Галактики.

Солитус — звезда-пульсар у Космического коридора, объединяющего регионы Большого и Малого мешков.

Та-а — астероид, на котором обитает древнейший ИТ, бог-создатель расы дзугов.

Тейли — служанки и телохранительницы императрицы.

Тера — планета, резиденция Карде. Бывшая столица Империи и столица Большого мешка.

Тригон — планета–тюрьма. Молодой терраформированный мир.

Трелендер — в Империи главнокомандующий космическим военным флотом.

Трлон — социальное сословие в обществе дзугов.

Трра-ррати — священнослужители в Каэртане.

Туманность (аномалия) — область космоса с особыми физическими и энергетическими свойствами, отделяющая Империю от остальной Галактики. Имеет большую плотность вещества и мощный радиационный фон.

Туманность Рагила — космическое облако, растянувшееся на тысячи световых лет. Помимо звёздного вещества, она насыщена всевозможными энергетическими полями, и непроходима из-за электромагнитных воронок.

Уорра — государство гризов из трёх населённых планет.

Уникс — электронное оружие пикелов, стреляющее пучком бозонов.

Урлузи — планета, на которой расположены космические стапеля Каэртана.

Уррути — на дзугском языке хозяева.

Фелилея — звезда на окраине галактического рукава в государстве Империя.

Харсети — планета в звёздной системе звезды Фелилея.

Хорн — планета, столица государства гризов.

Эдэ — легендарная, сказочная планета богов из мифов дзугов, которая якобы была уничтожена тысячи лет назад расой кагов. Понятие рай в просторечье.

Эстол — сообщество душ и гелов, обитающее в междумирье.

Этрана — планета, столица Содружества народов Галактики на орбите звезды То-хааша.

Глава 72

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Эрадон»

— Граждане Империи! — мощно звучал хорошо поставленный голос Амадеи. — Многие видели, как во дворце Алимли был предотвращён переворот барона Ругонди — бывшего советника принца Эдрана Карде. Прямая трансляция показала всей Империи подлинное лицо этого предателя, и вы также услышали его признание о сотрудничестве с дзугами. Все мы увидели, кто настоящий зачинщик гражданской войны, уничтожившей наши боевые корабли. Ни о каком благородном отмщении здесь не было и речи.

Амадея выдержала паузу. Она была в парадном белоснежном платье: свободная юбка, пышные рукава, приоткрытые верхние половинки груди и золотые цепи с кулонами. Её причёску венчала украшенная бриллиантами корона, над которой парил герб Империи в окружении символов планет. За спиной девушки было звёздное небо системы Диба, показывавшее, что высшее лицо не покинуло столичный регион и по-прежнему руководит государством.

— Граждане, уверена, вы понимаете: Каэртан лишь формально дал людям свободу, — продолжила императрица своё обращение к народу. — На самом же деле дзуги разработали коварный план истребления человечества. Мы располагаем информацией о подготовленном Каэртаном поэтапном сценарии уничтожения Империи. Вы уже видели две начальные фазы. Сперва была устроенная дзугами гражданская война с целью разгрома государственной армады. Затем состоялось покушение на меня, чтобы обезглавить человечество и децентрализовать власть. Следующий этап в сценарии Каэртана — вторжение армий других рас и захват наших планет. Всех людей агрессоры намерены уничтожить, чтобы потом самим заселить опустевшие миры. Из Большого мешка уже приходят донесения об интервенции гризов. Наши соседи по Галактике на предоставленных Каэртаном звездолётах, тех же моделей, что были и во флоте Ругонди, захватывают ближайшие к ним миры.

Люди, поймите, дзугам не нужны все наши планеты. Они для себя застолбили несколько в Малом мешке. Уходя, оккупанты законсервировали там заводы и фабрики. А в остальные человеческие миры Каэртан впустит другие великие расы, согласившиеся участвовать в дележе Империи. За это дзугам будет прощена развязанная из-за них пиратская война.

Я призываю всех граждан нашего галактического государства сплотиться и выступить сообща против агрессора, намеревающегося уничтожить нас. Сейчас четыре флота Империи у звезды Арагна создали заслон от вторжения захватчиков. Не буду скрывать: в устроенной предателем Ругонди войне были уничтожены основные силы человечества. Кто смотрел трансляцию боя у Космического коридора, тот видел, как погиб наш объединённый флот. Сейчас у Империи осталось очень мало боевых подразделений, способных противостоять агрессору. Но если они не сдержат интервентов, то наши миры будут опустошены.

Я призываю всех, кто способен воевать, вступать в вооружённые силы Империи и готовиться к отражению захватчиков. Сейчас государство нуждается в защитниках. Любые космические корабли, даже устаревших конструкций, способны воевать с врагом. Люди, не будьте равнодушны. Грядёт ужасная война, в которой человечество может быть уничтожено. Нельзя этого допустить!

Особо хочу обратиться к вернувшимся в Империю пиратам. Качи, вспомните свои истоки. После поражения у звезды Арагна уцелевшие корабли государственной армады собрались у Пятой планеты. Именно там началось освободительное движение, вынудившее дзугов подписать на Этране Декларацию независимости. Качи, это благодаря вашим успешным действиям на галактических просторах Каэртан покинул Империю. Я знаю, что многие из вас, к сожалению, приняли не ту сторону в конфликте и сражались в армии Ругонди. Думаю, сейчас каждый уже понимает это.

Качи, вы отлично воюете. Мы видели, на что способны профессионалы. Я призываю экипажи присоединиться к защитникам Империи. Прошу вас: помогите сородичам отстоять независимость…

Рей взглянул на боковую панель экрана шлема, где мигали секунды. Пора. Он выключил запись выступления императрицы, которую ещё не успел посмотреть, и сосредоточился. Теперь предстояло действовать.

Спустя минуту к заправочному модулю «Сата 1» пристыковался малый корабль: вытянутый эллипсоид с множеством технологических отростков. Это был челнок с «Эрадона». Как принято у пиратов, на его бортах отсутствовали надписи, а на всех выступающих поверхностях бугрились орудия, стрелявшие как артиллерийскими снарядами, так и энергетическими пучками. Рей обратил внимание, что стволы были в боевой готовности. Качи, привыкшие жить во враждебном мире, и здесь не теряли бдительность.

Модуль слегка вздрогнул, когда челнок заякорился с помощью стальных тросов. Из корпуса прибывшего судна выдвинулся телетрап, по которому космонавты должны перейти в терминал для закупки пронифа. Рею требовалось дождаться момента, когда после юридических и финансовых процедур грейферы начнут отгрузку топлива.

Заправочный модуль располагался на дальней орбите планеты Сата, и отсюда можно было наблюдать панораму высокоразвитой цивилизации, чем Рей и занялся. Величественные космические города, блистающие в лучах солнца Диба, неспешно плыли на своих орбитах. Между ними во множестве сновали челноки и звездолёты, внутрисистемные лайнеры, грузовозы разных модификаций и частные яхты. К терминалу, обустроенному на спутнике Истана, пристыковались три огромных галактических транспорта, не уступавшие размерами принимавшей их станции. Порой от снующих судов у Рея даже рябило в глазах, что было неудивительно, ведь это столичный мир, куда со всей Империи стекались потоки товаров и пассажиров.

По-видимому, договор на покупку пронифа экипажем «Эрадона» согласовывался заранее, поскольку отгрузка топлива началась минут через пять после стыковки челнока. На корпусе «Саты 1» отъехала в сторону технологическая панель. Из недр модуля появился ковш, насаженный на телескопические штанги, и направился к прибывшему кораблю. Одновременно на пиратском транспорте открылся приёмный бункер.

«Пора» — скомандовал себе Рей и, оттолкнувшись ногами от корпуса заправщика, полетел вслед за грейфером. Другого способа незаметно попасть на пиратский корабль не существовало, поскольку качи никого не пускали на борт.

Ещё до Роны, когда только начал изучать этот мир, Рей приобрёл оборудование, которое могло потребоваться разведчику, и сложил его в арсенале «Дусума». Сегодня понадобилось кое-что из тех покупок, и перед выходом в космос он облачился в скафандр с маневровым двигателем. Коммуникационный модуль шлема, настроенный на местный радиоэфир, позволял получать информацию от внешних источников и узнавать новости столичного региона. С его помощью Рей и нашёл последнее выступление императрицы.

Он не мог пристыковать свой корабль к «Сате 1». Засветившийся на Этране звездолёт Катиручи уже стал легендарным. «Дусум» мечтал заполучить каждый авантюрист, будь то пират или военный, и за ним началась охота. А трансляция неудавшегося переворота Ругонди показала, что Катиручи находится в системе Дибы.

Кстати, стремительный взлёт «Дусума» с северного полюса Саты не остался незамеченным. В местных пабликах все кому не лень уже несколько суток обсуждали эту тему и перепечатывали смазанные картинки, полученные из различных ресурсов. Специалисты пытались определить характеристики загадочного звездолёта и строили гипотезы об установленном на нём движителе. А горячие головы всех мастей уже сколачивали армии для захвата корабля Катиручи, поскольку эта машина превосходила характеристиками любые суда современной цивилизации.

Ашара осталась на «Дусуме». Когда Рей покинул свой корабль, она улетела на окраину звёздной системы и там ожидала завершения миссии. Особое покрытие звездолёта из другого измерения делало его невидимым для любых имеющихся в Империи систем, а мощности движителя хватало, чтобы уйти от погони. А ещё Ашара предвидела будущее и могла увести «Дусум» от бандитов. Кстати, пираты не заметили сновавшего по звёздной системе чужака, поскольку датчики их кораблей не обнаруживали его.

Готовясь к этой миссии, Рей покинул «Дусум» и с помощью планирующих двигателей скафандра перелетел к заправочному модулю. Здесь он спрятался за одним из технологических выступов и ожидал челнок «Эрадона». И вот настало время действовать.

Чтобы остаться невидимкой, Рей сейчас не включал двигатели скафандра. Для полёта на пятьдесят метров ему вполне хватило силы толчка ног и инерции, ведь в невесомости ничего не мешало перемещению. Вслед за грейфером Рей скользнул в грузовой отсек челнока и страховочным тросом привязался к замеченному им выступу. Искусственная гравитация сразу притянула тело к полу. Ему было важно именно в этот момент оказаться в бункере, чтобы фиксирующие массу датчики учли также его вес. Это повышало вероятность остаться незамеченным до прибытия на «Эрадон».

Заякорившись, Рей наблюдал, как раскрылся ковш, и куб упакованного пронифа плавно скользнул на дно бункера. Груз сразу был зафиксирован скобами, поскольку столкновение активного вещества с твёрдыми предметами могло спровоцировать взрыв.

Грейфер последовательно доставил ещё три упаковки с топливом. Рей просчитал: с таким запасом «Эрадон» может достичь окраины Галактики. Ашара говорила, что экипаж решил вернуться к пиратской жизни, и капитан не жалел средств на закупку пронифа.

Бункер челнока заполнился, и верхняя панель плавно закрылась. Отсек погрузился во тьму. По вздрагиваниям корпуса Рей определил, что стыковочный рукав был свёрнут, якоря освобождены и двигатели ожили. Начался следующий этап миссии.

Перелёт, как и ожидалось, продлился около тридцати минут. Рей постарался заснуть. Ещё на родной планете его научили, что перед началом миссии следовало расслабиться, поскольку отдохнувший организм будет в состоянии правильно реагировать на опасность, и телу хватит энергии противостоять врагу.

Колебания и вздрагивания корпуса рассказывали о перемещении челнока, и вот вибрация двигателей прекратилась. Рей догадался, что грузовик прибыл на палубу «Эрадона». Вскоре открылась верхняя панель, и отсек наполнился светом. Выгружал прониф корабельный грейфер, но в обратном порядке: первыми были извлечены кубы, доставленные последними. Когда бункер покинули все упаковки, Рей отвязался от выступа и ждал обнаружения, поскольку не сомневался в профессионализме службы безопасности «Эрадона».

— Вот наш гость, — вскоре раздался надсаженный бас.

Подняв голову, Рей увидел двух облачённых в скафандры бойцов. Те сидели на верхней панели челнока и, склонившись, разглядывали незнакомца. А оружие в их руках не сулило чужаку ничего хорошего.

— Это враг, — возразил другой мужчина, судя по тембру, не старше тридцати лет. — Чичас выковыряем этого гада.

— Подайте трос, — попросил Рей через наружный динамик скафандра.

— Ичь ты. Ечё и командует, — усмехнулся первый.

— Один миг, и усё получишь, — пообещал второй пират. — Но тебе придётся заплатить за космическое путешествие. Мы задарма никого не возим. А ты там не дёргайся, не то нашпигуем тебя металлом. Усёк?

При стандартной силе тяжести экипированного космонавта невозможно было поднять без лебёдки, и вскоре перед незваным гостем опустился крюк. На скафандре имелось специальное кольцо для крепления. Рей зацепился, и его вознесло над челноком.

Потолок грузовой палубы ярко светился, так что можно было рассмотреть любую деталь. В прошлое посещение «Эрадона» с помощью встроенных бортовых камер Рей прогулялся по всему крейсеру. Сейчас он вспомнил этот отсек на второй палубе — фактически огромный ангар, в котором стоял только один грузовой модуль. А топливные кубы уже исчезли за боковой переборкой.

Вокруг челнока рассредоточилась группа из шести вооружённых десантников в боевых скафандрах со шлемами. Вблизи энергетических элементов абордажники не решились ловить чужака, зато теперь им ничего не мешало применять оружие.

«Разумная предосторожность, — оценил Рей, — ведь проникший на корабль незнакомец мог быть террористом-смертником. А ещё при обнаружении враг способен распылить какой-нибудь газ, который убьёт всех, кто вознамерился бы его задержать».

Когда трос опустил Рея на пол, он сразу отцепил крюк и изготовился к бою.

— Кто ты? — был задан первый вопрос, причём непонятно чей звучал голос, поскольку шлемы обезличивали бойцов.

«Эта встреча совсем не похожа на ту, когда я был с принцем», — размышлял Рей, рассматривая воинов. Его опытный глаз мгновенно определил боевые характеристики их оружия, и он понял: — «В сражении с этими парнями мне пришлось бы нелегко».

— Доброго дня, — произнёс Рей. — Вот, пришлось импровизировать, иначе на «Эрадон» не попасть.

— Зачем ты здесь? — требовательно прозвучал голос.

— Надо поговорить с вашим старпомом.

— Для этого достаточно было подойти к парням на «Сате 1» и объясниться.

— Качи, вы же знаете: не всегда можно действовать открыто, — возразил Рей.

— Ты не представился.

— Скажите Ларту: кинжал под крейсером.

Это был пароль, оговорённый между старшим помощником «Эрадона» и капитаном Боко.

— Что за бред?

— Тот, кому положено, всё поймёт.

— Сперва покажи лицо.

— Давайте не будем ссориться, — предложил Рей. Ему не хотелось открывать визор, чтобы его не опознали до начала переговоров. У пиратов ведь были свои законы и понятия о выгоде. — Я пришёл побеседовать.

— Ты не можешь тут выдвигать условия. Подними лицевой щиток. — Ствол автомата в руке стоявшего справа бойца качнулся вверх.

— Я пока воздержусь, — парировал Рей, определив старшего абордажной команды.

— Тогда никаких переговоров…

— А если я привёз выгодное предложение, которое сперва должен услышать кэп? Но его сейчас нет, поэтому я хочу перетереть с вашим помом.

Бойцы не ответили. Всё это время их автоматы целились в гостя, и никто из них не сделал ни единого лишнего движения, что говорило об отличной подготовке. Но вот они дружно развернулись и направились к переборке.

— Жди здесь, — услышал Рей приказ и вздохнул. Пока всё шло по плану.

Ларт вышел на палубу в чёрном комбезе, но без шлема, а на груди висела положенная старпому цепь со значком корабля. Лицо его скрывала борода, оставляя видимыми только кончик носа и буравящие взглядом глаза с набухшими красными веками.

По скованным движениям было заметно, что старпом напряжён. Ларт неспешно подошёл и, остановившись перед незнакомцем, принялся рассматривать его скафандр. Рей тоже вглядывался в лицо человека, от которого сейчас многое зависело.

— Ты хотел встретиться со мной, — произнёс Ларт.

— Приветствую тебя, — откликнулся Рей. — Необходимо, чтобы нас никто не слышал.

— Хм. Если ответишь, что за кинжал и под каким крейсером, то я всё устрою.

— Я не тот, кого, возможно, ты хотел бы увидеть. Но я знал его. А кортик лежит на Пятой. Продолжать?

— Пока не надо, — отмахнулся старпом и затем указал на челнок. — Зайдём внутрь.

Шлюзовая переборка корабля, доставившего Рея на «Эрадон», скользнула в сторону, и Ларт вошёл в камеру. Гость последовал за ним.

Уже в коридоре челнока старпом повернулся к незнакомцу и сказал:

— Здесь отключена вся аппаратура. Так с чем ты пожаловал?

— Я сейчас разоблачусь, — произнёс гость. — И затем поговорим. Мы уже встречались. Но не делай поспешных выводов. Я пришёл, как друг. Но если почувствую угрозу, то могу перевернуть весь твой корабль.

— Странное начало переговоров, — усмехнулся Ларт. — Но звучит интригующе.

— Сейчас всё поймёшь, — сказал визитёр и снял шлем.

У Рея была та же короткая причёска, которую видели зрители трансляции переворота в Алимли, и старпом сразу узнал бойца.

— Катиручи, — выдохнул Ларт.

— Так меня окрестили СМИ, — кивнул гость и продолжил разоблачение. — А ты можешь называть меня Тго.

Этим именем Рей пользовался в одной из миссий и решил сейчас воскресить, поскольку остальные его прозвища в этом мире наследили. А своё настоящее имя он не хотел называть.

— И я нисколько не преувеличивал, сказав, что могу уничтожить «Эрадон». — Рей взглянул на Ларта. — Ты понимаешь?

— Да, — кивнул помощник. — Ещё никому не удавалось в бою положить столько десантуры.

— Я там защищался. Не вынуждай меня атаковать, и всё будет хорошо.

— Смотря что ты предложишь, — процедил старпом.

Освободившись от скафандра, Рей остался в своём комбезе, высокотехнологичная ткань которого закрывала также и кисти рук. Открытой была только голова.

— Давай пройдём в салон, — предложил гость. — Поговорим, и тогда для тебя многое откроется, а ваши планы, думаю, поменяются.

— Но такие решения должен принимать капитан, — возразил старпом. — А его нет на корабле.

— Я знаю. Но твоя роль на «Эрадоне» не менее важна. А ваш кэп сейчас в беде.

Лицо Ларта посуровело, и он приглашающим жестом вытянул руку в сторону пилотского отсека. Из предшлюзовой галереи мужчины прошли в рубку. Стены здесь отблескивали экранами мониторов, а разнообразные тумблеры, кнопки и рычаги оккупировали даже потолок и пол. Единственным свободным местом, где можно расположиться, были кресла.

— Кинжал — это свадебный подарок Боко Тана жене, — сказал Рей, заняв ближайший левый ложемент. Ему требовалось доверие старпома, и он произнёс все кодовые фразы.

— Ты человек? — поинтересовался Ларт, усевшись в кресло справа от прохода. Он принял ответ гостя, но хотел уяснить, с кем беседует.

— В какой-то степени, — усмехнулся Рей. — Но сейчас речь не обо мне. Я продолжу. Боко уже нет, но у него есть наследник.

— Дети Папы погибли, — возразил Ларт.

— Тебе ведь известно, что пираты часто скрывают своё прошлое. А твой бывший капитан не мог полностью открыться даже товарищам, поскольку в жилах Боко текла кровь императора. Он был сыном легендарного Кордо Ратана. Но после гибели семьи на Пятой ему пришлось исчезнуть.

— А кого же мы доставили в эту систему?

— Внука Боко. — Рей обсуждал с принцем его биографию, когда они путешествовали на «Хасикате», и сейчас её озвучивал.

— Это может объяснить внешнее сходство и молодость, — задумчиво протянул Ларт.

— А также и всё остальное.

— Как Боко погиб? — Старпом не мог не задать этот вопрос.

— Когда Арид подрезал его плазмой, он едва не умер. Пикелы похитили его с «Эрадона» и пытались спасти, но не смогли.

— А зачем Папа понадобился носора? — удивился Ларт. — Не помню, чтобы кто-то стыковался тогда с «Эрадоном».

— Не имею понятия, — признался Рей, что было правдой.

— После исчезновения Папы прошёл год и почему-то сейчас начинает поступать всё больше информации о нём. — Ларт задумчиво почесал ухо. — Он действительно был неординарной и загадочной личностью. Надо же: сын принца. Когда же Боко успел зачать ребёнка? До свадьбы с Ланли он, насколько я знаю, не заводил детей, да и с женским полом, хм… у нас всегда был дефицит.

— В королевской семье были определённые законы, и молодого принца обручили в четырнадцать лет. Такие политические браки в старой Империи связывали государство родственными узами. Тогда же юноша и познал женскую любовь. После трагедии на Пятой он был вынужден исчезнуть и уже не мог претендовать на свои привилегии. Но плод от той связи родился. А принц, с кем я путешествовал на «Хасикате», внук вашего старого кэпа. Они встречались, и Боко много рассказывал парню. А в наследство отставил ему яхту.

— Возможно, — задумчиво протянул старпом. — Но какое всё это имеет отношение к «Эрадону»? Конечно, экипаж признателен Боко Тану за всё, что он сделал для корабля, но мы не имеем никаких обязательств перед его семьёй. У качи это не принято. А у нас сейчас новый капитан.

— Да, — не отрицал Рей. — Но старый пират знает: мир очень не прост. Судьбы Кобьера Ратана и «Эрадона» тесно переплетены. Вы должны сотрудничать, потому и встретились у Космического коридора.

— Не вижу связи, — покачал головой старпом. — Мы ни от кого не зависим.

— Ларт, «Эрадон» прилетел в Империю, поскольку вы искали новые возможности. Но, как я понял, не нашли источник дохода и теперь собираетесь вернуться в Галактику. Только пираты там уже не выживут. Лихие времена прошли.

— Откуда тебе это известно? — В голосе помощника были удивление и настороженность.

— Давай не будем углубляться сюда. Есть более важные темы. — Рей почесал лоб. — Я говорил, что твоему кэпу угрожает опасность, и ты должен принять меры для его спасения. А это поможет и принцу.

— Выкладывай подробности.

— Сейчас на крейсере «Брунка» собрались свободные капитаны.

Ларт кивнул.

— Если вспомнишь трансляцию из Алимли, — продолжил Рей, — греди убили Ругонди, чтобы разрушить власть в Империи. Но они не довели своё дело до конца. Амадею спас принц. Сейчас носора стремятся ликвидировать их обоих, а заодно и пиратскую армаду. А тогда им уже никто не помешает уничтожить человечество.

— Откуда ты так много знаешь? — Ларт напряжённо смотрел из-под мохнатых бровей.

— Э-э-э, — покачал Рей головой. — Старый мудрый пират, тебе ведь известно: своих осведомителей не открывают. А носора устроят на «Брунке» настоящий погром.

— Да кто же их пустит? Там будет охрана…

— Ты слышал про ибо-хирбю?

— Конечно.

— Это они прикинулись греди. И им ничего не стоит принять облик любого человека.

— Послушай… Э-э-э… Катиручи… то есть Тго. Всё это интересно. Но вот сам посуди. На мой корабль тайно проникает незнакомец и рассказывает удивительные истории. А где доказательства? Да, тебе кое-что известно, но я о многом слышу впервые. Допустим, ты прав. Какое это имеет к нам отношение?

Рей вздохнул. Наступила самая тяжёлая часть разговора.

— Ларт, мне нужно проникнуть на «Брунку». Никто другой не остановит ибо-хирбю. А в этом помочь сможете только вы. Если мы не договоримся, ты уже не увидишь Редина. На встрече будет такое месилово, что там мало кто выживет.

— Понимаешь, Катиручи. — Старпом сложил руки на груди. — У качи свои законы. Думаю, не открою тайну, если скажу, что «Брунка» сейчас под прицелом всех пиратских кораблей, и проникнуть на тот крейсер практически невозможно.

— Но ты должен знать исключения…

Ларт покачал головой.

— Их нет. Безопасность кэпов на собрании обеспечивает принимающая сторона. В случае любой провокации «Брунку» размажут по космосу. Качи отомстят за гибель своих капитанов, поскольку это касается чести экипажа.

— Ты получил информацию об угрозе жизни Редину и ничего не будешь делать? — поинтересовался Рей.

— Я тебе не доверяю, — заявил Ларт. — А если всё пойдёт по твоему сценарию, мы отомстим.

Гость молчал, давая старпому обмозговать услышанное.

— Переговоры зашли в тупик, — констатировал пират после возникшей паузы.

— Я так не думаю, — покачал головой Рей. — Ты получил предупреждение, но не знаешь, как спасти кэпа, а меня воспринимаешь врагом. Отсюда твои сомнения. Но советую тебе мыслить глобально. Если мы не договоримся, я уйду, а завтра от пиратского флота останется, возможно, десяток звездолётов. Когда на «Брунке» погибнут все кэпы, качи перестреляют друг друга, чего и добиваются ибо-хирбю. Ведь вы единственная мощная сила, которую боятся носора. «Эрадон» тоже будет уничтожен. Я же предлагаю тебе предотвратить эту трагедию, спасти экипаж и остальных качи. Так что думай.

Ларт почесал нос, потеребил кончик бороды и спросил:

— А как бы ты поступил? Раз прибыл к нам, полагаю, у тебя уже готов рабочий сценарий. Делись, а я поразмышляю.

— Есть способ попасть на «Брунку», но ты должен помочь, поэтому я и прилетел сюда тайно. От вас требуется челнок и несколько абордажников. Вы доставите меня на крейсер и дождётесь, когда я вернусь. Потом мы расстанемся, и всё будет хорошо.

— Хм. Если так просто, то зачем нужен наш челнок? Как я видел, у тебя планирующий скафандр, в котором можно подлететь к «Брунке»…

— Ларт, ты же знаешь: меня тогда расстреляют в космосе. Но если после согласования с экипажем грузовой модуль «Эрадона» приблизится к «Хасикате» и соединится с ней телетрапом, то я смогу незаметно перейти на яхту, а с неё на «Брунку».

— Хм. Опасно, но может сработать. — У Ларта даже загорелись глаза. — Это действительно рабочий сценарий. Хитро. Честно, я бы не додумался, хотя теперь всё просто. А зачем может потребоваться стыковка с «Хасикатой»?

— Ну, хоть что-то придумай сам. Тебе же известны пиратские законы.

— А какая рача будет после этой пренды?

— Вот, уже начинается деловой разговор. — Рей полуобернулся к собеседнику, насколько позволяло кресло. — Во-первых, особо не рискуя, ты спасёшь своего кэпа, а вместе с ним и корабль. Во-вторых, вам не придётся возвращаться в Галактику, поскольку Ратан сделает капитанам выгодное предложение. Но если принц погибнет, то, сам понимаешь, никто ничего не получит. А Редин обязательно согласится на сотрудничество с принцем.

— Хм. Такие пренды любил организовывать Папа Боко, — поделился Ларт, — и мы имели отличную рачу. Но сейчас это как-то неожиданно.

— Я сказал всё, что хотел. Если мы в деле, то обговорим подробности. Либо мне придётся искать другого помощника. Только время поджимает, и я могу не успеть. Ибо-хирбю уже, возможно, мочат всех на «Брунке», а мы тут с тобой пытаемся договориться.

Рей бросил взгляд на бортовые часы, показывавшие внутрисистемное время.

— Я понимаю, почему ты прилетел к нам. — Старпом задумчиво теребил бороду. — Не вижу ничего сложного в предложенном тобой плане. Качи известно, что «Хасиката» прибыла сюда в трюме «Эрадона», и стыковка нашего челнока с яхтой не должна вызвать подозрений. Для тебя это единственная возможность попасть на «Брунку». Мы скормим спецам из охраны крейсера, что на «Хасикате» поломка, и челнок доставил только прибывшие модули, без которых яхта не может лететь. Но если принца не будет на борту, мы не сможем пристыковаться. С ним обговаривался этот сценарий?

— Нет. Но я знаю, куда пришвартовать телетрап, чтобы попасть на борт «Хасикаты», и там проблем не будет.

— Хорошо. Допустим, мы войдём. Но в коридорах «Брунки» дежурят бойцы. Как ты пройдёшь мимо них?

— Придётся действовать по обстоятельствам. Это уже мои заботы и кулаки.

— План реализуем, — подытожил Ларт и огладил бороду. А его задумчивый взгляд блуждал по отсеку. — Но я пока не готов подвизаться на эту пренду. Папа всегда повторял: нельзя заключать договор, если не знаешь интерес того, с кем собираешься идти на дело. Что ты рассчитываешь получить?

Рей ответил не сразу.

— Не всегда свои решения можно объяснить простыми фразами. Но вот скажи, Ларт, почему после смерти Арида сам не стал капитаном, а выдвинул Редина? Да и сейчас, получив инфу о готовящемся покушении на своего кэпа, мог бы отчалить на «Эрадоне» и не морочиться с его спасением. Думаю, братья поддержали бы твою кандидатуру на пост капитана.

— Я уже начинаю бояться тебя. — Взгляд помощника стрельнул в собеседника. — Откуда такая осведомлённость о наших делах? У нас завёлся крот?

— Нет. Это из других источников. А если честно ответишь на заданные вопросы, то поймёшь и мой интерес в этой пренде. Не всё меряется личными выгодами. Так почему старый волк не стал кэпом «Эрадона»?

— Хм. Тебе отвечу. — Пальцы Ларта отстучали по ручке кресла какой-то мотив, показывая, насколько тот озадачен. — То же самое я говорил и Редину, когда он задавал этот вопрос. Я не лидер, а помощник. Нет у меня харизмы, да и разрабатывать планы не мастак. Кстати, и Папа видел Редина кэпом. Но ведь ты, Катиручи, иное дело. Зачем рискуешь?

Рей вздохнул, откинулся на спинку ложемента и лишь тогда сказал:

— Понимаешь, Ларт, порой невозможно пройти мимо, когда обязан и можешь помочь. Это исходит откуда-то изнутри. Вот ты не захотел быть кэпом, но переживаешь за свой корабль, и потому выбрал лучшую кандидатуру в командиры «Эрадона». А у меня иные мотивы. Я йогр. Объяснять дальше?

Старпом даже открыл рот, а его глаза впились в собеседника. Ему потребовалось время, чтобы обдумать услышанное, и затем он спросил:

— Людям грозит большая беда?

— Ты верно мыслишь. Посмотри выступление императрицы после событий на Роне. Амадея точно описала ситуацию. Поэтому я решил вмешаться, а вы можете мне посодействовать.

Ларт какое-то время смотрел на йогра. О чём думал старпом, Рей не знал, возможно, тот пытался вспомнить, что слышал о древней расе.

— Хорошо, мы в деле. Редина нужно спасать. — Ларт резко встал. — Ожидай здесь. Я сейчас всё организую. Мои абордажники помогут тебе. Через двадцать минут вы стартуете на этом грузовике. Быстрее не получится.

Рей снова посмотрел на часы и кивнул.

— Ещё успеваем.

Глава 73

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Космическая яхта «Хасиката»

Когда после переговоров Ларт покинул салон челнока, Рей вновь облачился в скафандр и заодно изменил причёску, чтобы бойцы «Эрадона» не узнали в нём Катиручи. Всё же они были пиратами.

А затем события понеслись довольно стремительно. На борт челнока поднялись, по-видимому, те же самые бойцы, что встречали на палубе чужака. Они все были в облегчённых космических скафандрах без планирующих двигателей, зато с оружием в карманах, расположенных по всем частям тела. Рей по достоинству оценил обмундирование воинов, готовых взять на абордаж любое судно. Чем, без сомнения, они и занимались. Ведь для захвата звездолёта требовались специально подготовленные десантники с набором оружия, которым можно разрезать обшивку и затем уничтожить хозяев судна.

— Готовимся к вылету, — сказал первый прошедший шлюз боец. — По местам.

Рей, перекрывавший галерею своим скафандром, вернулся в рубку и занял ближайший от входа ложемент, рассчитанный на габариты экипированного абордажника. Пятеро бойцов устроились на оставшихся свободных местах, а последним вошёл пилот в тёмно-синем комбинезоне. Он занял кресло у приборов и надел шлем.

— Стартуем, — прозвучало в динамиках, и корабль вздрогнул. Вернувшийся из полёта челнок находился в режиме готовности, поэтому не пришлось ждать, пока активируются все системы.

На обзорном экране, подключившимся сразу, едва пилот занял свой ложемент, Рей видел, как поднялась боковая стена ангара, и челнок выпорхнул в космос.

Перелёт к «Брунке» длился минут десять, так как корабли пиратского флота находились сейчас на близких дистанциях. В салоне челнока висела напряжённая тишина. Рей не знал, что старпом сказал бойцам, но те не лезли с расспросами. А ещё, по-видимому, мужчины готовились к предстоящей миссии, и им было не до болтовни.

При подлёте к «Брунке» пилот вёл переговоры с дежурным офицером крейсера. Через стекло шлема Рей видел, как шевелились губы мужчины, но голоса не слышал. Должно быть, пилот привёл убедительные аргументы, и челнок беспрепятственно приблизился к кораблю принца. На вопрос, где производить стыковку с «Хасикатой», Рей указал на экране сектор у кормы. Тут возникли небольшие затруднения, поскольку элементы яхты были так плотно подогнаны, что лишь при увеличении удалось разглядеть швы.

Стыковка кораблей прошла штатно. Грузовоз примагнитился к «Хасикате» и заякорился с помощью тросов. Сразу же выдвинулся телетрап. Его платформа приблизилась к борту яхты, и гофрированный стык приклеился к поверхности корабля.

Бойцы начали подниматься со своих ложементов, но Рей остановил их:

— Я иду первым. Надо открыть шлюз.

Возражений не было, и он прошёл в телетрап. На хоздворе Алимли принц рассказал ему, как открыть аварийный вход яхты. Сейчас эта информация пригодилась, и Рей нанёс несколько ударов в нужные точки. Наружная панель сразу открылась.

Стоявший сзади десантник похлопал гостя по руке и показал, что теперь он пойдёт первым. Рей не возражал, поскольку в салоне яхты незнакомцев могли поджидать бойцы «Брунки». А у абордажников был выработан определённый сценарий захвата судна, в котором учтена любая мелочь.

Мимо Рея прошли два вооружённых пирата, готовых сразу вступить в бой.

                                                  * * *

После неудавшегося переворота барона Ругонди Амадея чувствовала себя опустошённой и потерявшейся. Всплыла информация, которую раньше с ней никто не обсуждал, и вскрылись многие тайные процессы. Императрице стало по-настоящему страшно, поскольку она осознала, кто и зачем посадил её на трон, какая роль ей отводилась, и к чему всё должно было прийти. Амадею поражала шаткая конструкция государственной власти Империи. Не существовало никаких устоев, не было верных людей, на кого можно опереться, а вокруг буквально кишело предателями и рвачами. А ещё на все планеты проникли ибо-хирбю и намеревались уничтожить население.

Императрицу сейчас поддерживал только принц Кобьер Ратан, уговоривший её покинуть Рону. Амадея была ему благодарна. Если бы не этот мужчина, она погибла бы. Но девушка ждала Рея. Как и предсказывала Ашара, её спаситель пришёл, но опять судьба развела их.

После бесед с принцем Амадея выяснила, что у него тоже шаткое положение. У Ратана не было армии для наведения порядка в Империи, а без этого невозможно сохранить власть. Оставшиеся шесть государственных флотов сейчас находились далеко от столицы. У космического коридора возле звезды Арагна они сдерживали готовые вторгнуться в Малый мешок армии других рас. Оттуда по официальным каналам приходили тревожные известия о боевых столкновениях. Пока были разведывательные миссии чужаков из нескольких крейсеров. Не вызывало сомнения: перед вторжением враги прощупывали состояние имперских сил. А из Большого мешка сообщали об уже захваченных гризами двух планетах, и, похоже, — амфибии не собирались останавливаться. Амадея не знала, как сохранить Империю, и сомневалась, что это удастся принцу.

Кобьер воевал с пиратами и намеревался их привлечь к защите государства. Но Амадея не верила, что галактические бандиты будут служить Империи. Впрочем, сейчас ей не на кого рассчитывать, и приходилось хвататься за любую соломинку. Поэтому, за неимением иных сил, она вынужденно следовала авантюрному плану принца.

Яхта была пристыкована к пиратскому крейсеру, на котором должно пройти собрание капитанов. Кобьер хотел, чтобы императрица выступила перед ними. Раньше Амадея и мысли не допускала о контактах с пиратами, которых считала бандитами, но теперь у неё не было выбора.

Складывалась странная ситуация. Вернуться в свою резиденцию на Роне императрица не могла. Сейчас на орбите планеты кружили обломки звездолётов мятежников, препятствовавшие спуску на поверхность. А с другой стороны, несмотря на поддержку народа, императрице приходилось скрываться там, где никто не додумался бы искать её, и надеяться лишь на незнакомого принца. Как стало известно из допроса ибо-хирбю, эти носора захватили власть во всех человеческих мирах. Поэтому из-за угрозы нападения она не могла перебраться на какую-нибудь планету. А ещё не было армии, которая защитила бы императрицу.

Все эти мысли крутились в голове Амадеи, когда вдруг услышала странные звуки из хвостового отсека яхты. Она насторожилась. Кобьер ушёл на крейсер, и императрица сейчас была на борту одна. А скрежет и лёгкие удары доносились с противоположной стороны от телетрапа, связывавшего яхту и крейсер.

Предчувствуя некие события, Амадея спустилась в галерею первого яруса и увидела, как одна из панелей сдвинулась, и из темноты появились фигуры в громоздких скафандрах. Амадея испугалась, поскольку не понимала, кто эти пришельцы и что им нужно.

На яхте, построенной для медведеподобной расы трейлян, было довольно просторно, поэтому вошедший, несмотря на немалые габариты, свободно передвигался. За первым визитёром в салон потянулись новые гости.

«Вокруг пиратские корабли. Качи узнали, что я на яхте, и хотят похитить меня». — Эта мысль сразила девушку, и она даже сомкнула веки, пытаясь сдержать эмоции.

— Да это же императрица! — раздался грубый голос.

Открыв глаза, Амадея увидела снимавшего шлем молодого мужчину. Шедшие сзади космонавты тоже принялись разоблачаться, и вскоре перед ней выстроились шесть бойцов в чёрных комбезах. Их лица скрывали бороды, но девушка не могла не заметить, что они смотрели на неё восхищёнными глазами. Готовясь к выступлению, Амадея надела торжественное платье, которое упаковала заботливая Ларита. В нём же после переворота она выступала с обращением к народу.

— Кто вы? — потребовала ответ императрица.

— Десантники «Эрадона» приветствуют Ваше Величество, — произнёс стоявший перед ней мужчина.

Амадея обратила внимание, что один из шестерых проникших на яхту воинов был без бороды, а его лицо скрывали длинные волосы, поэтому рассмотреть черты не удавалось.

— Тго, командуй. — Отвернувшись от императрицы, произнёс мужчина, первым проникший на яхту. — Мы в твоём подчинении.

Амадею удивили слова бойца, и она поняла, что эти люди чужие друг другу.

— Я не рассчитывал на помощников, — произнёс безбородый. Его голос показался девушке знакомым, и в её душе поднялся странный трепет.

«Это не может быть Рей, — подумала Амадея. — Откуда он здесь, среди пиратов? Мужчину назвали каким-то странным именем. Но ведь и на Роне мой защитник представлялся Дином Бооном. Стоп. Ама, что с тобой? Ты в каждом незнакомце начинаешь подозревать йогра. Неужели я схожу с ума?»

— Какие планы? — вновь заговорил, по-видимому, старший группы десантников.

Тго ответил не сразу. Амадея наблюдала за мужчинами и увидела, что между ними велась дуэль взглядов. Её смысл был девушке непонятен. Возможно, так сильные личности оценивали друг друга.

— Брас, — произнёс Тго погодя, — расклад такой. Двое из пяти бойцов охраняют шлюз яхты и никого не пускают внутрь, кроме Кобьера Ратана. Знаете его?

— Конечно. Он был на «Эрадоне», — отозвался Брас.

— Когда принц появится здесь, не мешайте ему, — по-военному чётко излагал Тго, и Амадея ощутила его харизму. — Ратан — хозяин яхты. Бойцы представятся ему, как выделенная крейсером охрана. Остальные идут со мной к залу, где проводится собрание капитанов. Никакой самодеятельности, если не хотите попасть под раздачу коллегам с «Брунки». Наша миссия тайная. Всем понятно?

— Конечная цель? — уточнил Брас.

— Вы прикрываете мою спину, а я должен защитить императрицу и принца. Сегодня намечаются важные события. Никто из вас не мешает мне. Вы не владеете всей информацией, поэтому не пытайтесь импровизировать. Вопросы?

— Задача ясна, — по-военному гаркнул Брас и посмотрел на своих бойцов. — Тиван и Стамил дежурят у шлюза. Робас и Касант идут со мной.

Амадея внимательно наблюдала за безбородым воином. Она уже поняла, что ей ничего не угрожает, раз императрицу и принца будут защищать. И тут её прошибло: «Только Рей мог взяться за такую задачу. Неужели это он?»

К сожалению, длинные волосы и неяркое освещение не позволяли Амадее рассмотреть мужчину. Наклонившись, воин достал из своего скафандра какую-то одежду. Выпрямившись, он накинул на комбез широкий белый плащ, а голову прикрыл капюшоном, скрывшим лицо.

«Такой был и у Рея на Этране, — вспомнила Амадея, и её сердце бешено заколотилось. — Неужели это всё-таки он?»

Мужчины направились к шлюзу. Императрица пропустила двух бойцов, а когда Тго поравнялся с ней, сжала его кисть. К сожалению, в полутьме коридора было плохо видно лицо, а перчатка оказалась холодной.

Мужчина резко отдёрнул руку и, не останавливаясь, направился к выходу.

— Рей, — прошептала девушка, — это ты?

Он не ответил и даже не посмотрел в её сторону. А в душе Амадеи разразился непонятный ей самой ураган эмоций.

— Пожалуйста, ответь, — взмолилась она. — Ну, скажи хоть слово.

Но Тго уже заслонил следовавший за ним боец.

Амадея едва не разрыдалась. Она не понимала себя и внезапно нахлынувших странных эмоций. Её тянуло броситься вслед за уходившим мужчиной, но ещё два бойца прошагали мимо, и их тяжёлый какой-то технологический аромат подействовал на неё отрезвляюще.

«Угомонись, — скомандовала себе Амадея. — Распускаешь нюни, словно какая-то девчонка. Ты ведь не уверена, что это действительно Рей».

Но эмоции душили, и она поспешила вернуться в каюту. Ей следовало разобраться в себе, а ещё привести в порядок лицо, по которому почему-то текли слёзы.

                                               * * *

Рей не ожидал увидеть императрицу и даже растерялся. Об этом Ашара не предупреждала. Хотя он сражался за Амадею в Алимли, да и сейчас намеревался защищать, но личные контакты с ней считал излишними. Ему не хотелось, чтобы императрица узнала бойца, охранявшего её апартаменты. А ещё где-то внутри жила обида на высшее лицо государства, незаслуженно отправившее своего защитника в тюрьму.

Да и время летело, заставляя торопиться. Поэтому, когда императрица попыталась его остановить, он высвободился и поспешил к шлюзу. Тон Амадеи озадачил Рея, но сейчас ему было некогда размышлять о девичьих эмоциях.

Глава 74

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Коридоры крейсера «Брунка»

Пройдя по телетрапу, соединившему «Хасикату» и «Брунку», Рей остановился у переборки шлюза, вспоминая инструкции Ашары. Ясновидящая изучила сценарии грядущих событий и выбрала тот, при котором будет наименьшее число пострадавших и гарантирован нужный результат. А Рею требовалось пройти весь маршрут в соответствии с её указаниями, чтобы не разразилась катастрофа, о которой он рассказывал Ларту.

Эрадонцы скользили за Реем словно тени. Опытные абордажники провели немало боевых операций и могли действовать в разных ситуациях.

У открытой шлюзовой панели прогуливались два пирата из экипажа «Брунки». Их обязанностью было следить, чтобы с яхты никто не проник на крейсер. Но люди не роботы. Мужчин утомила ходьба, и они отправились за угол, где был технологический выступ, на котором можно отдохнуть. По-видимому, парни думали, что мимо никто не пройдёт, поскольку здесь был единственный коридор.

В телетрапе Рей надел обруч с показывавшим время экраном. Сейчас счёт шёл на секунды, чтобы успеть пройти галерею, пока брункийцы отдыхали. Вот стихли шаги бойцов и он, ступив на палубу крейсера, устремился в сторону, противоположную той, куда ушли охранники. За ним тенями следовали три абордажника с «Эрадона». На подошвах их комбезов были наклеены специальные прокладки из материала, полностью глушившего звуки, поэтому даже Рей не слышал их. Сам он ещё на «Дусуме» облачился в йогрянский костюм, сконструированный специально для разведывательных миссий, и тоже шёл бесшумно.

Все корабли, на которых летали пираты, были захвачены ими в боях с носора и затем адаптированы под человека. Чужим звездолётам отдавалось предпочтение, поскольку они отличались от имперских более совершенными технологиями и оружием. Космическая техника носора прошла многовековой эволюционный отбор в постоянном соперничестве с разными расами. А людям оставалось лишь приспособить для собственных нужд системы жизнеобеспечения, отрегулировать температуру, силу тяжести, состав воздушной смеси, уменьшить радиацию и прочие параметры. Но габариты и дизайн отсеков почти всегда оставались заводскими, поскольку их изменения зачастую требовали много дагини и времени, и могли привести к нарушению характеристик звездолёта.

Готовясь к миссии, Рей нашёл информацию о корабле, на который ему предстояло проникнуть. Он выяснил, что крейсер «Брунка» был построен расой фурда-тобори — существами с коротким туловищем, тремя длинными конечностями и вытянутой головой. Внешне они походили на осьминогов, а габаритами соответствовали людям. Но эти носора не различали краски, поэтому их отсеки имели естественный металлический цвет. Такой дизайн у людей не вызывал отторжения и был оставлен.

Ашара указала, где находится тайный лаз, пройдя который можно попасть на технологическую лестницу, и Рей поспешил к нему. Остановившись в тупике шлюзовой галереи, он жестом велел Брасу упереться в прямоугольную секцию. Когда тот выполнил требуемое, а Рей придавил с другой стороны, панель бесшумно утонула в стене. Чтобы воспользоваться этим ходом, требовалось знать устройство созданного чужой расой крейсера. Боевой звездолёт — это летающий многоярусный город с улицами, техническими помещениями, жилыми комплексами, орудийными башнями и внутренним транспортом. Вероятно, пираты «Брунки» не знали все тайники своего огромного звездолёта, а потому охранявшие шлюз бойцы прозевали чужаков.

Когда абордажники поднялись по лестнице, Рей тоже забрался в техническую галерею и вернул панель на место. Теперь команде предстояло подняться на пять ярусов. Туловища построивших этот корабль носора отличались от человеческих, и хотя габариты квадратной галереи позволяли свободно перемещаться, расстояния между скобами было большим и неудобным. Поэтому, несмотря на неплохую физическую подготовку, бойцам приходилось делать короткие остановки.

Рей постоянно контролировал время. Чтобы успешно завершить миссию, ему следовало появиться в зале встреч в обозначенный часовой интервал. А он шёл без подготовки и не знал профессиональных навыков эрадонцев. Ашара ничего не говорила о возможных неприятностях, но Рей, как опытный разведчик, понимал: в жизни постоянно происходят события, которые нельзя предусмотреть, а потому не отказался от помощи абордажников.

Лестница, по которой поднимались мужчины, начиналась на нижнем техническом ярусе крейсера и продолжалась до самого верха — двадцать третьей палубы. Рей проник в галерею на седьмой, а требовалось подняться до двенадцатой. Обозначений на стенах не было, и он примерно отсчитал ярусы по технологическим швам. Достигнув нужной палубы, Рей тронул ногу находившегося выше бойца. Показав, что подъём закончен, он принялся открывать панель для выхода на нужный уровень.

Пират тем же способом сообщил коллегам поступившую команду. На каждой палубе «Брунки» были шлюзовые камеры, что весьма удобно для приёма гостей и грузов. Поэтому бойцы вышли в коридор, ничем не отличавшийся от покинутого ими на седьмом уровне.

Зал, в котором собрались капитаны, был на этой же палубе. Но Рей не мог подойти к центральному входу: его не пустили бы внутрь, так как мероприятие предназначалось только для кэпов. Там было много охраны, а сражаться с бойцами нет времени. Ашара предложила другой сценарий. Поскольку крейсер пронизывали вспомогательные ходы и технические галереи, у Рея появился шанс тайно попасть на закрытую встречу.

У шлюза не было охраны, поскольку на этом ярусе никто не стыковался с «Брункой». Рей повёл свою группу по лабиринтам корабля, постоянно сверяясь с часами, чтобы не выбиться из графика.

Как и ожидалось, вмешались непредвиденные обстоятельства. Судя по доносившимся звукам, за очередным поворотом негромко переговаривались несколько человек.

— Сейчас берём принца? — спросил один из пиратов.

— Нет, — пробасил другой. — Пропустим. Торпеда приказал схватить его, когда будет возвращаться с императрицей. А ещё лучше, если с ними придёт Катиручи.

— С чего бы ему появляться здесь? — поинтересовался новый голос.

— Балда. Ты же видел трансляцию переворота. Чёрный боец был с принцем в Алимли. Возможно, и тут будет его сопровождать.

Судя по доносившимся тембрам, разговаривали мужчины лет сорока. Ашара упоминала, что может быть встреча с экипажем крейсера, но как-то вскользь, а значит, это не критично.

Рей не сомневался: «караулили профессионалы, которым поручили ответственное задание. Капитан „Брунки“ приказал схватить императрицу и принца, а то и меня, и бойцы подготовили засаду. Потому Ашара и беспокоилась».

— Катиручи положил полсотни десантников, — вновь заговорил тот, кого обозвали балдой. — Думаешь, мы впятером справимся?

— У нас сети. — Хмыкнул басовитый пират. — Запеленаем его, как младенца. Вспомни рейд на Огыбару. Мы там ытысов ловили, а это человек. Но я сомневаюсь, что Катиручи появится здесь. А жаль. Его кораблик нам очень пригодился бы.

— Эт да.

Рей обернулся к стоявшему за спиной Брасу.

— Ты слышал? — одними губами спросил он и указал на ухо.

Был утвердительный кивок.

— Их нужно устранить, — продолжил Рей всё так же беззвучно и пальцем провёл по горлу.

Абордажник кивнул и, повернувшись к своим бойцам, жестами отдал условленные команды. Парни всё поняли и сразу устремились в соседний коридор. Внезапность была их козырем.

Рей пока не вмешивался и наблюдал за абордажниками. По их точным движениям он понял, что это подготовленные бойцы. Но и брункийцы были профессионалами. Когда в коридоре появились незнакомцы, пираты мгновенно сориентировались и вступили в схватку. Сражение проходило в тишине, поскольку ни одна из сторон не желала создавать шум.

Возможно, команда «Брунки» была лучше подготовлена, либо сказалось их количество, а вот эрадонцы не преуспели. Их мгновенно спеленали сетями, после чего в коридоре повисла тишина.

Рей понял: теперь его выход. Оставалось две минуты до появления в зале, поэтому требовалось действовать быстро и безжалостно. Он вырастил лезвия на костяшках кулаков и приготовился к атаке. Рей уже знал, что комбезы защищали тела пиратов, а уязвимыми оставались только головы и шеи, как и у солдат барона в тронном зале Алимли, и он подготовился к той же тактике сражения.

Когда один из брункийцев приблизился к повороту коридора, то сразу получил удар в шею, и упал, захлёбываясь кровью. А Рей метнулся к следующему пирату.

Довольные удачным отражением атаки, абордажники расслабились. Но, увидев нового противника, они не растерялись и ринулись в бой. Только сетей у них уже не было.

Рей прыгнул на второго пирата и сразу проткнул его лицо. Лезвие через глаз вошло в мозг и мгновенно убило мужчину. Тело падало, а Рей уже атаковал следующего воина. Левой рукой точным ударом в горло он поразил пытавшегося схватить его бойца. Мужчина взвизгнул и зажал фонтанирующую кровью рану. Больше о сражении он не мог думать: силы быстро покидали, и подкосившиеся ноги уронили тело.

Рей метнулся к оставшимся пиратам. Те уже оценили подготовку врага и попытались вдвоём схватить его. В условиях неширокого коридора им, возможно, удался бы этот манёвр, но они ещё не сражались с мастером такого уровня.

Не снимая накидки с капюшоном, Рей упал на спину и, немного проехав по полу, оказался под абордажниками. Те наклонились, чтобы схватить противника, всё же были не новички в ратном деле. Но это оказалось их роковой ошибкой. Лезвия, выращенные Реем на костяшках, сразу впились в плоть врагов. Удары пришлись в незащищённые шеи. Мужчины захрипели и, захлёбываясь собственной кровью, упали. Они пытались зажать раны, но порезы были глубокие, а с внутренними повреждениями никто не смог бы справиться. Издав последние булькающие звуки, брункийцы затихли и больше не шевелились.

Рей вскочил, сразу втянул лезвия и надел слетевший капюшон. Циферблат уже отсчитывал последние секунды, но оставлять незачищенный тыл нельзя. Быстро оценив ситуацию, Рей склонился над поверженными брункийцами. Отстрелявшие сетями пистолеты были уже в кобурах, пристёгнутых к комбезам. Когда запирающие устройства разблокировались, эрадонцы сразу зашевелились, спеша освободиться от металлических пут.

— Я опаздываю, — сказал Рей, присев возле Браса. — Вы должны избавиться от тел.

Старший группы отбросил сеть, стал перед Тго на одно колено и склонил голову.

— Мастер, я благодарен вам за спасение и преподанный урок и очень хотел бы поучиться у вас.

— Смотри запись трансляции из Алимли, — ответил Рей и, кивнув на брункийцев, продолжил: — Ты слышал, о чём говорили бойцы. Расскажешь всё принцу. Это важно. Когда избавитесь от трупов, сопровождайте Ратана. Вероятно, на него снова будет покушение. А от того, выживет принц или нет, зависит судьба «Эрадона» и каждого брата. Понимаешь?

— Э-э-э… Не совсем, — прошептал Брас. — Поясни.

— Некогда рассказывать. Делай, как говорю, и всё будет хорошо. Трупы уберите. Не должно остаться и следа от сражения.

— Мы справимся, — кивнул Брас. — Э-э-э… Вы Катиручи?

— Я Тго. Помнишь, как вернуться на челнок?

— Да.

— Возможно, мы там ещё встретимся, — резюмировал Рей и встал. Время разговоров закончилось.

Глава 75

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»

Постороннему было невозможно проникнуть в отсек, где проходила встреча капитанов, и тому имелись причины. В галактической войне с пиратами носора проявляли удивительную изобретательность: флоты разных государств объединялись для совместных походов на джентльменов удачи, человеческие базы на планетах бомбили, людей травили на кораблях и в тех местах, где они появлялись, устраивали всевозможные диверсии. А ещё сами качи иногда враждовали, используя в противостоянии весь убийственный арсенал, придуманный изощрёнными мозгами разных рас.

Для выживания в агрессивной галактической среде пираты выработали Кодекс. Лишь соблюдая его законы, можно было выстраивать отношения в жестоком мире хищников, для которых не существовало моральных запретов. В соответствии с одним из пунктов Кодекса и следуя простой человеческой логике, качи старались не пускать на борт чужих. Когда это было необходимо для встречи вожаков, принимали не более одного человека с капитанскими цепями, а залогом добропорядочности служили их корабли.

Встреча на «Брунке» была исключением. Столько кэпов ещё не собиралось на одном крейсере, и экипажу приходилось следить, чтобы никто не подложил, скажем, взрывчатку, пакет с ядовитыми веществами либо капсулу с нанитами.

Чтобы попасть в отсек, куда допускались только капитаны, требовался нечто неординарное, и Ашара нашла способ. Ясновидящая подсказала, где расположен тайный лаз, и Рей направился к нему. Из-за стычки с абордажниками «Брунки» он опаздывал. Но опытный разведчик знал, что спешить нужно по-умному.

По-видимому, экипаж крейсера был задействован для поддержания порядка на основных маршрутах передвижения гостей. А ещё, возможно, из лабиринтов этого яруса специально удалили всех, чтобы не мешали задуманному капитаном «Брунки» похищению императрицы, и потому Рей больше никого не встретил. Зачем Торпеде понадобилась диверсия, оставалось лишь догадываться. Возможно, старый капитан планировал шантажировать Амадею с целью захвата власти в государстве, либо ограбления. А мечты о корабле Катиручи озвучили сами бойцы.

Миновав несколько коридоров, Рей остановился возле стены, имевшей выступы у пола. Ашара подробно описала, где находится тайная панель, через которую можно попасть в зал, где намечалась встреча капитанов. Сюда доносились отдалённые голоса и шум, создаваемый множеством людей, что подтверждало — он в нужном месте.

Рею осталось пересечь ещё одну вертикальную галерею. К сожалению, у него сейчас не было помощника, и пришлось немного поизощряться, чтобы открыть тайный проход. У фурда-тобори, построивших этот корабль, были длинные щупальца, и все механизмы создавались под их параметры. Рей смог достать противоположные стороны панели, лишь распластавшись на полу и вытянув руки и ноги. К счастью, тайный лаз располагался невысоко, и ему удалось с нужным усилием надавить на стену. Проникнув в тамбур и закрыв за собой створку, он повернулся к следующей панели.

Внутри технологической галереи требовалось прижать переборку лишь в одном месте. Как и в предыдущих случаях, створка бесшумно сдвинулась с пазов, и в образовавшуюся щель Рей заглянул в отсек. Внутри было много людей. Они топтались и беседовали, создавая обычный гул, какой бывает при скоплении народа. Капитаны не заметили, как у самого пола сместилась одна из панелей. А если кто и увидел, то мог принять произошедшее за работу системы корабля, обеспечивавшей вентиляцию помещения.

Рей выжидал. Чего именно, и сам не знал, возможно, сигнала внутреннего голоса, интуитивно подсказывавшего, когда начинать действовать. Прозвучал переливчатый свист, и капитаны, словно по команде повернулись к сцене, на которой стояли Торпеда и принц. Возможно, именно этого момента и ждал Рей. Толкнув створку, он бесшумно запрыгнул в отсек. Его появление в зале никто не заметил.

Возникла особая тишина, когда люди приготовились слушать. Судя по реакции кэпов, все были заинтересованы в этой встрече.

Рей прикрыл лаз, но не стал запирать, ведь ещё предстояло уходить. Хотя он немного выбился из графика Ашары, но ещё не всё было потеряно. Ясновидящая давала небольшой запас времени, чтобы Рей смог найти носора и подготовиться к сражению.

Людей в помещении было много, до полутора сотен. Когда капитаны придвинулись к помосту, за ними образовалось пустое пространство. Рей прикинул: между стенами здесь двадцать метров. Пол укрывал ковролин, а свет лился с потолка. Системы жизнеобеспечения работали на максимуме, так что лёгкий ветерок шевелил волосы.

Капитаны были разного возраста и габаритов. Большинство пиратов носили, как принято у космонавтов, комбезы, поверх которых надели куртки, мантии и разные накидки. Под оттопыривающимися одеждами угадывались контуры оружия. Как говорил принц: ни один пират не покинет свой корабль пустым. На лицах у многих кэпов были причудливые аксессуары, отличавшиеся конфигурациями и цветом. Но это не украшения, а маски, фильтровавшие воздух от болезнетворных вирусов.

Качи предпочитали носить тёмную одежду. Чтобы не выделяться, Рей снял белый плащ и бросил у лаза. Длинные волосы скрывали лицо, так что сейчас никто не узнал бы в нём Катиручи.

Теперь ему следовало отыскать ибо-хирбю, явившихся сюда в облике капитанов. Собрание пиратских вожаков — важное мероприятие, и враги человечества не пропустили бы его.

Рей не смог выделить ибо-хирбю из толпы. Метаморфы обладали отличной способностью к мимикрии. Но ему было необходимо отыскать носора, пока те не начали боевые действия, а в идеале — нейтрализовать их и предотвратить бойню. У него возникла мысль, что отражения метаморфов в подпространстве должны отличаться от человеческих, и он переместил сознание.

Межмирье было насыщено энергетическими потоками, создававшими немыслимую палитру. Рею приходилось напрягаться для понимания увиденного. Оборудование крейсера поддерживало системы жизнеобеспечения, различные проводники тянулись вдоль стен, мобильные устройства капитанов создавали особый переливающийся фон. А ещё было множество геломест людей, сливавшихся в облако. У некоторых капитанов были подселенцы, тянувшие энергию из своих носителей. Почувствовав гел, эти сущности ощутили угрозу и стали окрашиваться, видимо, готовясь к борьбе. Но сейчас не они были целью Рея.

Ибо-хирбю он нашёл не сразу, поскольку контуры носора сливались с геломестами людей. Но имелась выделявшая их особенность. Обитающие в межмирье сущности были, как правило, полупрозрачными, за исключением могильщиков. За них Рей сперва и принял тёмные контуры, парившие над облаком геломест.

Две сущности не казались астральными, а производили впечатление плотных материальных тел. Они выглядели, как перевёрнутые треугольники, связанные вершинами с массивными цилиндрами. Рей увидел их трансформацию, когда те стали уменьшаться, словно перетекая куда-то, чего не наблюдалось у энергетических сущностей подпространства.

На грани осознания крутилось некое воспоминание, и Рей вскоре понял, что уже видел такие контуры в Алимли. Его удивляли странные геломеста многих высших особ Империи, но он тогда не придавал этому значения, хотя обладатели подобных отражений косились на него и даже старались обойти. Теперь стало понятно, кем они были.

Открыв глаза, Рей проследил направление и заметил повернувшихся к нему двух человек. Это были высокие мужчины с белой кожей и бородатыми лицами. Толпа не позволяла рассмотреть их тел. По-видимому, ибо-хирбю ещё не поняли, кто был для них источником угрозы, но уже начали беспокоиться и крутить головами. Не вызывало сомнений: они чувствовали гела.

Вычленив ибо-хирбю, Рей отвернулся от них и сосредоточился на сцене. Он выжидал, когда носора проявят себя, поскольку не мог атаковать спокойно стоявших капитанов. Его бы не поняли, и пришлось бы сражаться с пиратами.

А ещё стоило подумать над тем, как уничтожить сущности, вероятно, обитавшие в двух пространствах. Ашара видела смерть ибо-хирбю в реальности, но не могла сказать, как те были убиты, поскольку не способна проникать за разделяющую грань. А Рей сомневался, что легко справится с обитающими в двух мирах носора.

                                               * * *

На сцене стояли два человека. В тёмно-синем комбезе был капитан «Брунки» — Торпеда. Рядом с ним в роскошном чёрном костюме блистал принц Ратан. Мужчины были почти одного роста, но пиратский вожак выглядел раза в три старше. Качи знали обоих как сильных личностей и прибыли сюда ради встречи с ними. Торпеда сформировал самый большой флот из пяти боевых звездолётов. А принц Ратан объединил в армаду больше сотни кораблей, чего ещё не случалось за всё время вековой галактической войны. У этих вожаков было чему поучиться.

Боко подошёл к краю сцены и с речью обратился к капитанам:

— Качи, приветствую вас. Назрела необходимость обсудить нынешнее положение дел как в Империи, так и в нашем флоте. Все помнят собрание у Солитуса на крейсере «Огненная буря» и клятву на пренду. И вот мы у Роны. Знаю: каждый ожидал определённых результатов, но, будем откровенны, получили совсем не то, на что рассчитывали. Настало время подвести итоги. Давайте немного поговорим о сложившейся ситуации, поскольку качи должны понимать, что сейчас происходит, и куда мы оказались втянуты…

Мужчины не выражали недовольства, и Боко начал с гражданской войны. Он раскрыл планы Каэртана по уничтожению Империи. С переворотом Ругонди всё было понятно, но качи ничего не знали о нападении гризов в Большом мешке и о боевых действиях у звезды Арагна. В зале поднялся тревожный ропот. Хотя свободные капитаны никогда не мыслили в государственных масштабах, умному человеку не нужно разжёвывать. Кое-кто из пиратов намеревался вернуться в Галактику. Но сейчас космический проход, соединявший Империю с остальным миром, был заблокирован, и теперь качи оказались отрезаны от прежних охотничьих троп.

Выступая, Боко неожиданно увидел Рея. Он узнал йогрянина по белому плащу. Ещё один кэп был в таком же — старый Мститель. Когда Рей снял капюшон, Ратана удивила его причёска. Пожалуй, сейчас и он не признал бы Катиручи, помогавшего ему в Алимли.

Принц понял, что йогрянин неспроста появился здесь, и пытался определить возможную опасность. В прошлом Папа Боко неоднократно участвовал в различных пиратских сборищах и был готов к любым неожиданностям. Но сейчас он не представлял, зачем Рей незаконно проник на закрытую встречу. А на все немые вопросы йогрянин не отвечал, и держался так, будто они не знакомы.

— Качи, хочу обратить ваше внимание на удивительную особенность, — продолжал принц. — У вторгшихся в Империю гризов флот из тех же самых звездолётов, которые мы видели в армаде Ругонди. Это значит — они звенья цепи, созданной одним мастером. А против агрессоров осталось, возможно, всего четыре необстрелянных флота Империи. Я говорю так, поскольку не располагаю последними данными, но не исключаю, что в государственных вооружённых силах уже нет ни одного корабля. Мы видели дзугское оружие в действии, когда от имперской армады не осталось и следа. Думаю, вы теперь понимаете: человечеству грозит полное уничтожение.

Боко опять посмотрел на йогрянина. Но тот не ответил на взгляд. А пираты внимательно слушали, поскольку, как известно, информация — самая большая ценность. На основании приведённых фактов уже многие кэпы, вероятно, пересмотрели свои планы.

— Качи, не путайте нынешнее положение в Империи с тем, что было сто лет назад, — продолжал Ратан, огладив свою бородку. — Государство фактически уничтожено вековой оккупацией, у его граждан нет единства, а у многих грязеходов ещё и мозги переформатированы. Дзуги, озлобленные вашей отличной работой на просторах Галактики, будут сейчас убивать людей. Вы же помните, как носора уничтожали ваши базы на грязючках. И вам также известно — там никто не выжил.

Но вернёмся к нашим реалиям. Имперские флоты были уничтожены в гражданской войне. Любой капитан знает, что без поддержки из космоса население грязючек истребят поголовно. А у дзугов много оружия на все случаи жизни. Уничтожая в Галактике мелкие расы, они веками накапливали убийственный опыт. История Каэртана полна таких примеров. Достаточно вспомнить легендарных кагов.

Пираты кивали, поскольку много повидали за годы битв с носора.

— Качи, — вещал принц, — ваша мощь вынудила дзугов убраться из Империи. Но теперь за то, что вы натворили, предстоит расплачиваться всему человечеству. Пираты ответственны за будущее нашей расы. Возможно, кто-то из вас сейчас не согласится со мной, но это так. Качи обязаны принять участие в войне против носора, мечтающих уничтожить людей. Только вы, имея настоящий боевой опыт, сможете изгнать захватчиков из Империи.

Капитаны слушали и не оспаривали слова оратора.

— Качи! — Боко обвёл взглядом отсек. — Подумайте о том, что я сказал. Если снова объединимся, как перед походом на Рону, то спасём нашу расу. В противном случае всех уничтожат. У нас отберут этот мир, а женщины не родят новую смену бойцов, поскольку все будут убиты. Качи, я призываю вас защитить нашу вотчину от агрессоров.

Принц отошёл к Торпеде, показывая, что закончил выступление. А зал ожил. Прослушав довольно напряжённую речь, капитаны принялись обсуждать, и им было о чём поговорить.

Если раньше пираты заботились только о себе и собственной выгоде, то сейчас им предлагали сражаться за Империю. А это, как все понимали, конец привычной вольницы. Общеизвестно: воевать против армии мог лишь равный ей по силам флот. Но пираты не были патриотами, чтобы отдавать жизнь за Империю, которая ничего им пока не дала.

На сцену поднялся капитан в белом плаще и встал напротив принца. Это был уже не молодой высокий широкоплечий мужчина. Его пышные седые волосы отросли до пояса. В них на пиратский манер были вплетены цепи с подвесками. Шрамы пересекали бритое мужественное лицо. Но если Торпеду уродовали рубцы, то этого пирата, напротив, украшали.

Это был Мститель — капитан звездолёта «Чёрная беда». Его семью убили дзуги, и он не мог спокойно пролететь мимо носора, не попытавшись их уничтожить. Этот мужчина имел трезвый взгляд на жизнь, за что качи уважали и ценили его. Даже ходила поговорка: хочешь услышать истину — иди к Мстителю.

— Какая-то непонятная картина, — пророкотал зычный голос капитана. — Один принц нас звал на войну с императрицей и обещал сказочную рачу. Мы, понятное дело, совсем не против, ведь единственное, что умеют качи — это воевать.

Капитаны поддержали коллегу недружным гомоном. А Мститель продолжил:

— Сейчас другой принц заявляет, что та война была неправильная, и кличет на новую, где, как я понимаю, надо защищать государство. А ведь мы ещё не получили от вашей семьи награду за предыдущую войну. Где наша рача? Принц, я понимаю так: если ты уважаешь себя, то должен рассчитаться с качи за погибшего родственника. Наша клятва перед прендой — это тот же контракт, за который все хотят получить рачу. Мы сражались, и без нашей помощи Рона, возможно, не пала бы. Или я не прав?

— Всё верно! — раздались из зала голоса.

— Значит, надо завершить одно дело, — резюмировал Мститель, — а уже потом будем строить планы на другую пренду. А иначе, какая нам выгода? Ради чего мы должны снова подставлять головы? Чтобы ещё один принц стал императором?

По отсеку пронёсся гогот, и сразу полетели язвительные шуточки.

Боко тяжело вздохнул. Ему нечего было возразить. Но, что принц без власти мог сейчас пообещать?

— Мститель, — произнёс Ратан, повернувшись к пирату. — Я, честно говоря, не ожидал услышать это от того, кто считается самым здравомыслящим капитаном. Но не могу игнорировать справедливый вопрос. Я не снимаю с себя ответственность за долги семьи. Но сейчас…

Боко задумался, но уже через несколько секунд опять зазвучал его голос:

— Качи, давайте вспомним прошлое. Мы воевали по всей Галактике, и в те давние времена жили в чужом космосе среди враждебных рас, а нашим единственным домом был корабль. Но! — Боко выдержал паузу. — Мы помнили: где-то далеко есть Империя. Качи, если честно: мало кто из вас задумывался над тем, что она порабощена дзугами. Ведь так? Просто все знали: есть колыбель человечества. Там живут наши братья и сёстры, родители и дети, жёны и подруги. И я точно знаю: каждый из вас мечтал однажды вернуться домой. Не на временную базу, которую могут разбомбить носора, а в безопасный мир. Вы хотели посадить крейсеры на грязючки, где живут люди. Там никто не станет на вас охотиться. Мужчины возьмут себе подруг, нарожают детей, и свои последние часы проведут в семье. Я прав? Скажите, не потому ли качи уходят в грязючку? А?

Негромкий ропот зала дал ответ, но никто не возражал.

— И вот оно — свершилось! — провозгласил принц. — Пираты прибыли в Империю. Качи, ответьте себе честно: зачем вы покинули охотничьи тропы? Почему здесь собрались самые знаменитые пираты Галактики, за головы которых назначены баснословные вознаграждения? Каждый из вас это знает. А я озвучу, и пусть в меня выстрелит тот, кто считает, что выдумываю небылицы.

Боко прошёлся по сцене, а остановившись, произнёс:

— Лихие пираты вернулись домой с войны, затянувшейся на целых сто лет, потому что устали воевать. А в Галактике уже невозможно грабить, как раньше. Я ошибаюсь?

Боко напряжённо смотрел на капитанов, и те отводили глаза. Суровые мужчины, заросшие бородами и бритые, с жестокими лицами и разукрашенные шрамами, не возражали справедливым словам принца.

— Мститель, твой вопрос ко мне верный, — продолжил Боко, вновь посмотрев на капитана. — Но всё ли ты обдумал? Или, может, подвело твоё хвалёное здравомыслие, и немного ошибся с выбором времени?

Мститель сжал зубы. А затем, больше не сказав ни слова, он спустился со сцены.

— Качи, все мы вернулись домой, и никто не будет спорить с этим, — снова заговорил принц. — Но война, к сожалению, ещё не закончилась, а перешла в иную фазу. То, что дзуги не сумели раньше, они будут делать по-другому. Им необходимы планеты Империи. Вы хорошо знаете, что пригодных для жизни миров очень мало, и они уже кому-то принадлежат.

Дзуги сто лет назад думали, что завоюют Империю, сделают людей агери и будут на наших грязючках размножаться и богатеть. Но они жестоко просчитались. Человечество не способно жить в рабстве. Такими боги-создатели сделали нас.

Не сумев покорить людей, дзуги решили стереть нашу расу и заселить освобождённые планеты. Потому и началась гражданская война, уничтожившая основные силы защитников Империи — государственную армаду.

А вот, пожалуйста, и вторжение гризов, старательно выполняющих следующий этап хитроумного плана дзугов. Уоррцы уничтожают оставшиеся силы людей и безжалостно истребляют грязеходов. А через космический коридор у Арагны пытаются вторгнуться другие носора. Так Каэртан своими прокси готовит себе территорию для заселения. Известно: уходя, дзуги не разбирали заводы, и всё там осталось в исправном состоянии. Подключай и работай. Оккупанты не сомневались, что скоро вернутся на те же самые планеты, которые временно покинули, но уже свободные от населения. Качи, а знаете, как гризы сейчас убивают?

Боко сделал выразительную паузу, и капитаны напряжённо ждали продолжения. Любая информация о новом оружии всегда была важна.

— Качи, я расскажу! — Воскликнул принц, довольный реакцией зала. — Только вчера мы узнали подробности. Если помните, Убийца планет накануне перехватил грузовоз, который не отвечал на позывные и чуть не врезался в Рону. Когда спецы подключились к его бортовой аппаратуре, то увидели трупы. В последнем сообщении капитана говорилось, что корабль стартовал с атакованной гризами Помиры. Это окраинная планета в Большом мешке. Весь экипаж грузовоза умер во время полёта. Как думаете, почему?

Боко смотрел в вопрошающие глаза бывших коллег. Он хорошо знал: ни один пират не уйдёт, пока не получит эту информацию. Каждый из джентльменов удачи весьма скрупулёзно относился к вопросам смерти. Когда Боко на себе ощутил волну подогретого нетерпения, то продолжил:

— Гризы не расстреливают людей, не топят, не сжигают и не душат. В арсенале Уорры более изощрённое оружие. Они используют УГ. Если кто не знает, поясню: УГ — уничтожитель генов. Никто с ДНК, на которое настроено это оружие, не выживет. А вот захватчики будут чувствовать себя превосходно. Какие ещё нужны доказательства, что война идёт на полное уничтожение человечества? И кстати, если уоррцы летят на кораблях, предоставленных им Каэртаном, то не возникает сомнения, кто именно дал гризам это смертельное оружие.

Боко перевёл дыхание и продолжил:

— А теперь хочу вернуться к вопросу Мстителя. Не буду скрывать: у меня сейчас, в данную минуту, нечем расплатиться с вами за предыдущую пренду. Вы знаете, что Фарим Карде погиб, и теперь некому выполнить данное на «Огненной буре» обещание. Как раз это относится к известному всем понятию форс-мажор. Но я не спущу долг. Всё будет оплачено. Даю слово принца.

— Это тебе нечем расплатиться? — донеслось из зала. — Да за один твой костюм можно купить несколько звездолётов. А у тебя таких одёжек много.

— Стальной кулак, я же не раздеваю тебя прилюдно, — парировал принц.

Смех прокатился по залу, и капитаны принялись обсуждать услышанное. А Боко продолжал:

— Качи, раньше я, как и вы, воевал с братьями по всей Галактике. Сейчас у меня ничего нет, кроме наследного титула и головы на плечах. Но, наблюдая за тем, что творится в Империи, я не могу ожидать, пока гризы придут и уничтожат человечество. Это подобно самоубийству. Но я, не вы.

Не спорю, каждый из вас может сказать «не моё дело». И будет вроде как прав. Но задумайтесь вот о чём. Куда вы полетите? Где найдёте для себя безопасное место? К каждой грязючке рано или поздно приблизятся дзуги или гризы и распылят УГ. Носора увидели, насколько это оружие эффективно, и будут применять в большом масштабе. И вы ничего не сможете с ними сделать, потому что против флота одиночки не воюют. Это хорошо знает каждый пират. Но если сейчас выступим сообща, то, даже не имея нового дзугского оружия, мы сумеем разгромить гризов. Я уверен! Или пираты разучились воевать? А?!

Боко обвёл взглядом притихших капитанов. Трудно понять, о чём были их мысли. Но, по крайней мере, они не орали и не требовали рачу за пренду. Боко присутствовал на многих собраниях. Порой встречи заканчивались драками, но сегодня был иной настрой. Вожаки пиратских кораблей понимали — принц затрагивал очень важные темы. А капитаны могли видеть дальше сиюминутных потребностей.

— Качи! — в голосе Ратана была твёрдость. — Обещаю: мы выживем и даже победим. Я не бахвалюсь. Пираты умеют воевать. Иначе вас не было бы здесь, а ваши мёртвые тела болтались бы по космосу в ржавых банках. Я прав?

Зал ответил одобрительным гулом.

— Хочу сделать ещё одно важное заявление. — Боко вновь приблизился к краю возвышения. — Качи, я не собираюсь с вашей помощью завоёвывать для себя трон. Есть избранная народом императрица. Она и должна управлять государством.

Высказавшись, Боко смотрел в зал и обратил внимание, что некоторые из капитанов сосредоточили свои взгляды на стоявшем рядом с ним Торпеде. Для него такая реакция была странной, и появился повод задуматься.

— У Амадеи нет сил, чтобы защищать свою власть, — заявил один из капитанов.

— Это так, — согласился принц. — Качи, а вы знаете, почему ваш флот не встретил никакого сопротивления у Роны? Я отвечу. Амадея последние силы Империи отправила на границу, чтобы защитить человечество от агрессоров. Она не замышляла никакого коварства против Ругонди, а намеревалась пожертвовать жизнью ради собственного народа, и только потому отказалась от борьбы за власть. Скажите, кто более достоин возглавить Империю? Может, таким был предатель Алехандер?

— Принц Кобьер! — воскликнул Убийца планет. — Мы поняли: людям угрожает опасность. Допустим, качи согласятся принять участие в этой пренде. Но сразу возникает много вопросов.

— Давайте обсудим, — с воодушевлением предложил Боко.

Капитан «Космического убийцы» обвёл коллег взглядом, как бы испрашивая разрешения. И поскольку никто не возразил, он продолжил:

— Любому войску нужен вождь. Это должен быть человек, кому все доверяли бы. Следующий вопрос. Необходимо пополнить запасы оружия, продовольствия, топлива. Где? Не получив расчёта за предыдущую пренду, нам не за что приобрести всё это. Не грабить же имперские грязючки. А каждый капитан знает: неукомплектованные звездолёты — это бесполезные металлические банки. И ещё вопрос. Мы раньше сражались против официальной власти. Как теперь народ воспримет пиратов?

Настал решающий момент. Заданы вопросы и сейчас требовались ответы, такие, чтобы люди поверили: они способны на подвиг.

— Убийца планет, ты всё правильно сказал. Я знаю, как решить эти проблемы, — твёрдо произнёс Боко. — Качи, сделаем небольшой перерыв, и после вы получите ответы.

Неожиданно для всех принц повернулся спиной к залу и покинул сцену. Капитаны удивлённо зашептались. Все чувствовали — что-то назревает.

Глава 76

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»

Рей догадывался, куда ушёл принц. А у него была своя задача — наблюдать и пресечь нападение ибо-хирбю. Впрочем, он сомневался, что носора будут действовать до возвращения принца. Им было важно уничтожить главу Империи и помогающую ей сильную личность.

Рей сложил руки на груди, чтобы скрыть отсутствие капитанской цепи, и приблизился к вожакам. Впрочем, те сейчас были заняты своими разговорами, а если обращали внимание на незнакомца, то не более чем на других кэпов.

К краю сцены подошёл Торпеда в тёмно-синем пластиковом комбезе. Макушку его прямоугольной головы с бледно-фиолетовой кожей жителя планеты Туни покрывали редкие пряди, маскировавшие шрамы. А вот исполосованное рубцами лицо, свёрнутый нос и деформированные уши боксёра нечем было скрыть, поскольку у тунийцев не росла борода.

— Кхм. Качи, мы уже собирались, так сказать, в нашем кругу, — пророкотал густой бас капитана «Брунки». — Сейчас вы слушали принца. Думаю, многие уже догадывались, о чём он будет говорить. Империи действительно кранты. У государства нет сил против носора. А значит, нынешняя власть не сохранится. Кхм. Что будет дальше, полагаю, всем понятно. Дзуги или гризы легко захватят Империю и, как говорил принц, с помощью УГ уничтожат всё население. Кто сомневается?

Торпеда приподнял свои густые брови и посмотрел на капитанов.

— Ты против предложения Ратана? — задали вопрос из зала. — Говори, мы все свои.

— Кхм, — прочистил горло Торпеда. Он был уже в годах, и ему, видимо, непросто давались такие словесные упражнения. — Качи, вы привыкли жить на своих кораблях, а всё, что за бортом чужая территория. А тогда какое нам дело до Империи? Или я не прав? Думайте, качи. Кхм. Мы вот подвизались в пренду с Фаримом, но ничего за неё не получили. А теперь Ратан зовёт на войну с носора. Кто из славных свободных капитанов готов проливать кровь за грязеходов? Давайте, братья, думать. Зачем нам эта пренда?

— У тебя есть другие предложения? — новый голос из партера.

— Как вам сказать. — Торпеда помассировал кулаки. — Кхм. Я подумал, что сейчас качи могут захватить всю Империю. Как вам идея? А?

— Здорово! Отлично! — выкрикнули несколько капитанов. Но их было немного. Большинство не спешило высказываться. А некоторые стали размышлять вслух, из-за чего поднялся гул.

— Мы можем командовать кораблями, но не грязючками, — прозвучал голос Мстителя. — Ты, Торпеда, способен управлять огромным планетарным хозяйством? Разбомбить мы можем что угодно, но как заставить грязеходов работать и поддерживать цивилизацию? Дзуги вон пытались сделать всех рабами, но не смогли.

— Н-да. Ты верно рассуждаешь, Мститель, — кивнул Торпеда. — Мы ничего не смыслим в политике и в управлении грязючками, зато пираты владеют космосом. Идея такая. Если контролировать все коммерческие пути, то можно снимать плату за пролёт. Армии у государства нет, и никто не помешает нам покрыть Империю сетью. Давайте сейчас и разделим территории. Кхм. Что скажете, качи? Это выгодная пренда?

Капитаны притихли, обдумывая предложение. А Рей поразился, насколько изощрённо работают мозги у пиратов.

— Торпеда, а что мы будем делать с армиями носора, которые вторгнутся в Империю? — поинтересовался Убийца планет. — Воевать с ними поодиночке качи не смогут. Мы уже пытались. Против флота необходим такой же по численности.

— Верно говоришь, — поддержали окружающие. — На десяток носора надо хотя бы пять пиратов. А на сотню минимум шестьдесят. Но в такие пренды никто из качи не ходил.

— Раньше у нас были базы, — продолжил Убийца. — Экипажи готовились к каждой пренде. А после удачного налёта корабли рассыпались по Галактике. Но сейчас другие условия. Мы на незнакомой территории, и всю инфраструктуру надо создавать заново. Я вот думаю: если носора распылят УГ над планетами и люди вымрут, то на этой территории вообще иссякнет торговля, и твоя пренда, Торпеда, закончится. Получишь ли ты хоть какую-то рачу, неизвестно. А качи, глотнув воздух с отравленных грязючек, перемрут на своих кораблях, как экипаж грузовоза с Помиры. Твоё предложение, брат, заманчиво, но, мне кажется, не выгорит. Не то сейчас время.

Пиратам было о чём задуматься, и они принялись меж собой обсуждать затронутые темы.

— Торпеда, а ты перетирал это с принцем? — спросил кто-то из зала.

— Кхм. Я предлагал Ратану создать пиратское государство, — поделился капитан «Брунки». — Но, эх-хм, он ничего не ответил. Кхм. Принц задумал какую-то авантюру, но сомневаюсь, что у него получится, поскольку нет армии. Потому он и предлагал вам подвизаться на новую пренду. Не знаю, братья, что вы думаете об этом. А я пока не получу обещанную награду за прошлую войнушку, не стану обсуждать следующую. Так принцу и сказал. Кхм. Что-то его долго нет. Может…

Ратан вышел на сцену. Было видно, что он спешил и слегка запыхался. Рей заметил, как удивился Торпеда.

— Качи! — разнёсся голос принца, остановившегося посреди сцены. — Представляю вам Её Величество императрицу Амадею.

Никто подобного не ожидал, и отсек погрузился в напряжённую тишину.

Перед застывшими мужчинами предстала императрица. Сейчас она была такой же, как запомнилась по публичным выступлениям — молодая, царственная и очаровательная. В роскошном белом платье с украшениями и короной она выглядела неотразимо. Боко сумел немного взбодрить Амадею, и исхудавшее лицо девушки ожило, а в её глазах появился блеск.

Пока императрица шествовала к центру помоста, царила тишина. Но когда Амадея остановилась и повернулась к присутствующим, раздались аплодисменты и восторженные крики. Будь кто другой, качи так не реагировали бы. Но женская красота всегда воодушевляла мужчин и провоцировала на отчаянные поступки. А ведь перед ними стояла сама, уже ставшая легендарной, императрица.

Наблюдался один из парадоксов, какие изредка случаются в жизни. Те, кто летел убивать первое лицо государства, теперь ей аплодировали. Амадея для этих мужчин была настоящим символом жизни, дома, всех женщин.

В отсек ворвались привлечённые громкими криками охранники, и помещение стало наполняться. Императрица притягивала взоры, и вошедшие бойцы тоже принялись аплодировать. Вмиг всё смешалось.

Воспользовавшись сумятицей, Рей приблизился к ибо-хирбю. Они были в последних рядах и тревожно озирались. Видимо, носора предчувствовали опасность и искали источник.

А весть о прибытии Амадеи мигом разнеслась по кораблю, и пираты дружно повалили со всех уровней. По мере того как люди заходили, в отсеке становилось теснее. Все желали увидеть императрицу.

                                                * * *

Для Амадеи пираты были бандитами, которых она ужасно боялась. Императрица дала уговорить себя показаться на собрании в отчаянной попытке склонить капитанов выступить на защиту государства. А сейчас, глядя с возвышения на аплодирующих пиратов, Амадея ощутила небывалый прилив сил и эмоций. Именно этого ей так не хватало, чтобы вновь поверить в себя и в возможность победы над врагами. Её ошеломил восторженный приём.

Как же не похожи были эти суровые мужчины на холёных, лебезивших министров и чиновников. Но императрица чувствовала — здесь собрались сильные личности, и надеялась, что они должны её понять.

Амадея не готовила речь, но сейчас ей захотелось выступить. Гордо расправив плечи, императрица набрала в лёгкие воздух, и над пиратами разнёсся усиленный аппаратурой её величественный голос.

— Мужчины! Сейчас через меня с вами говорит вся Империя. Умоляю, спасите женщин и детей, братьев, сестёр и родителей. Все мы люди, огромная семья, и вы тоже её дети.

Пираты слушали императрицу в полной тишине и внимали её словам.

— Мужчины, сейчас именно от вас зависит будущее нашей расы, — говорила Амадея, вкладывая душу в произносимые слова. — Поймите, если вы не поможете, вам некуда будет вернуться. Вся Галактика восстала против Империи. Носора желают уничтожить нас, убить всех, кто ходит на двух ногах и относится к человеческой расе.

Вы не встретили в этой системе ни одного военного корабля, потому что все силы Империи находятся на границе. Если Уорра и те, кто пытается штурмовать космический коридор у Арагны, сейчас уничтожат последних защитников, то следующим их шагом станет разделение государства на части. Больше не будет наша Империя единой и могучей. А нас всех уничтожат.

Амадея замолчала, чтобы перевести дыхание. Но из глубины души внезапно хлынули эмоции, а голова пошла кругом. Как-то само получилось, что её ноги подогнулись. Задыхаясь, императрица рухнула на колени и со скатывавшимися по лицу слезами выдавила лишь два слова:

— Спасите нас!

Отсек загудел. Амадея смогла передать мужчинам свою энергетику и заразила эмоциями, а они — главные движители человеческого духа. Пираты со смешанными чувствами смотрели на рыдающую императрицу. Это зрелище тронуло закалённых в битвах волков, и в их душах проснулись дремавшие инстинкты защитников.

Амадея не могла успокоиться. Слёзы текли по щекам, но она не обращала внимания на влажные полосы на лице. Императрица смотрела в зал, стараясь не пропустить ни одной пары глаз, и чувствовала, как у мужчин играли эмоции.

Амадея вдруг увидела Рея. Волосы сейчас не закрывали его лицо, и она уже не сомневалась — это был её возлюбленный. Амадея протянула к нему руку, но Рей снова исчез в толпе.

Она пыталась найти его среди множества стоявших внизу мужчин, но йогрянин постоянно ускользал.

Неожиданно лицо глядевшей в зал императрицы испуганно вытянулось. А в следующий миг исчезла половина сцены, та, где стоял Торпеда. Не было взрыва, лишь слабая дымка витала на месте испарившегося помоста. А ещё резко поднялась температура, и на людей обрушился ураган, ударив их горячей воздушной волной, всё равно, что кувалдой.

Глава 77

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»

Рей не уследил за ибо-хирбю. Отчасти виновата была толпа, оттеснившая его от носора. А ещё сразу перед выстрелом он заметил над сценой какое-то сгустившееся облако и отвлёкся. В следующий миг исчезла часть металлического помоста, и раздались крики боли стоявших близко к сцене капитанов.

Жизнь приучила пиратов быть готовыми к любым неожиданностям. Они свыклись с опасностью, поэтому никто сейчас не паниковал. Все видели запись переворота в Алимли и знали, чем грозит выстрел трейлянского гиперружья. Оправившись после горячей волны, качи пытались выяснить, кто, вопреки пиратской традиции, применил на собрании оружие. Звездолёту этого капитана сегодня же грозило уничтожение.

«Неужели Амадея погибла?» — озаботился Рей. Бросив взгляд на сцену, он увидел, что Кобьер прикрыл собой императрицу, и сразу переключился. Ему следовало остановить ибо-хирбю — для этого и прибыл сюда. Ашара не ошиблась, и носора действительно решили устроить диверсию на собрании капитанов.

— Ах вы, гады! — раздался озлобленный мужской голос. — Качи, бейте этих идиотов! Они Торпеду убили!

Следующий выстрел также был по сцене и расплавил ещё несколько метров, но ни принц, ни императрица не пострадали. Хотя наниты Боко отклонили электронное оружие, но трейляне работали по собственным технологиям, отличавшимся от имперских. А потому, хотя их плазмотроны и выстрелили в направлении сцены, но прицелы были сбиты.

Боко смотрел в зал и, по-видимому, увидел ствол, поднимавшийся в сторону сцены. Мгновенно оценив опасность, принц упал на императрицу и закрыл собой от горячей волны. Рей знал, что костюм Ратана сшит из особого материала, который не горел и не пропускал колюще-режущие удары. Благодаря этому Амадея и Кобьер смогли выжить.

Носора уяснили, что императрицу не убить из гиперружья, а между ними и сценой было много людей. К тому же пираты сразу оправились и атаковали их. А против массы народа не могло помочь ни одно оружие. Какими бы сильными ни были ибо-хирбю, но люди, навалившись толпой, не дали бы им пройти.

Третьим выстрелом из гиперружья носора проложили себе путь к отступлению. Было убито человек двадцать из экипажа «Брунки», прибежавших смотреть на императрицу. А ещё ибо-хирбю расплавили часть задней стены отсека, обеспечив себе путь к бегству.

Рею повезло. Его оттеснила прибывающая толпа, и он не попал под энергетическую струю гиперружья.

— Принц, спасай императрицу! — крикнул Рей, стараясь переорать гомон толпы, а сам начал расталкивать пиратов.

Оставаясь в человеческих обликах, носора поспешно ретировались к дыре в стене. Они угрожающе направляли стволы на людей, и никто не решался приблизиться к ним. Пираты хорошо разбирались в оружии и знали, что трейлянских энергонакопителей хватало на несколько залпов. Но сейчас никто не мог сказать, носора полностью разрядили батареи или ещё нет.

Рей заметил, что капитаны стреляли в преступников из бластеров и даже мини-арбалетов. Кто-то метнул ножи. Но диверсантов не остановило оружие, и они продолжали двигаться к выходу.

Рей был недалеко от носора и догнал их уже в галерее. Выбрав момент, когда диверсанты отвернулись, он ринулся в атаку. Ловкая подсечка сбила с ног ближайшего врага. Хотя метаморфы и были связаны с подпространством, но физические законы везде одинаковы.

Ибо-хирбю выронил гиперружьё и растянулся. Носора было непросто в критической ситуации удерживать маску, и его тело стало оплывать.

— Тахасурисы туа! — услышали люди рёв.

— Заберите оружие! — бросил Рей, запрыгнув на спину ибо-хирбю и стараясь передавить тому шею. Пираты мгновенно сориентировались, и гиперружьё исчезло.

Второй метаморф начал поворачиваться, наводя ствол на придавившего сородича человека.

Рука Рея чувствовала не твёрдую плоть, а киселеподобную массу, и он понял, что таким образом не убить носора. Требовалось срочно менять стратегию, но сперва избавиться от угрожавшего ему гиперружья.

Рей из лежачего положения сделал подсечку не успевшему развернуться ибо-хирбю. Одновременно он смог толкнуть метаморфа ногой на пиратов. От удара диверсант пошатнулся и люди, схватив носора за конечности, попытались обездвижить.

— Отберите ружьё! — заорал Рей, следя, чтобы диверсант не повернул ствол. Возможно, его спасла близость лежавшего под ним ибо-хирбю, так как выстрела не было.

Сразу несколько человек вцепились в гиперружьё и вывернули ствол из рук диверсанта. Казалось, метаморф проиграл. Но ибо-хирбю и не думал сдаваться. Больше не было смысла сохранять маску, и он, нарастив объём, сбросил людей.

То же самое делал и поваленный носора: трансформировался и, увеличившись в два раза, пытался освободиться.

В межмирье Рей увидел, что контуры ибо-хирбю значительно уменьшились. Метаморфы из подпространства частично переместили свою сущность в физическую реальность и сейчас выглядели жалкими подобиями себя, но сохраняли те же очертания.

Рей решил не откладывать и атаковал лежавшего под ним ибо-хирбю. Голубой энергетический луч мгновенно отчленил треугольное навершие метаморфа от цилиндрического тулова, и обе его части начали истаивать.

Рей поспешил вернуть сознание в физический мир, где развивались основные события. Почувствовав, что тело ибо-хирбю расплывается и больше не подаёт признаков жизни, он вскочил и бросился вслед за уходящим носора.

Метаморф увеличился раза в три и легко отбрасывал пытавшихся атаковать его людей. Пираты были неробкого десятка. Рей видел, как они нападали и выбивали из рук ибо-хирбю оружие, которое тот доставал из своих одежд. Но его силе люди не могли противостоять, и уже человек шесть лежали на полу мёртвые или в бессознательном состоянии.

Пираты видели: бороться с этим носора, всё равно, что наскакивать на танк. Получив серьёзный отпор, они расступились, прижимаясь к стенам коридора. А ибо-хирбю набирал скорость, намереваясь прорваться к выходу на другой ярус. Но путь внезапно преградил человек в чёрном. Ибо-хирбю не ожидал, что кто-то из людей посмеет бросить ему вызов, но чувствовал — это непростой боец.

Метаморф оценивающе смотрел на воина. Возможно, он ощутил в подпространстве гела. А трансформирующийся облик показал, что ибо-хирбю готовился к поединку.

Рей снова наведался в межмирье, поскольку метаморф мог атаковать и отсюда. Он сразу понял, почему ибо-хирбю остановился. Оказалось, его соплеменник был ещё жив, но, видимо, из-за отрезанной верхней части потерял способность защищаться. Этим воспользовался второй метаморф и впитал в себя останки сородича, заметно увеличив свои габариты.

Рей не мог в подпространстве атаковать ибо-хирбю, поскольку их разделяло приличное расстояние, и энергии гела не хватило бы мощности. Поэтому он поспешил вернуться в реальность. Рей понимал: победить метаморфа будет нелегко, а значит, и ему следовало подготовиться к поединку. К сожалению, повторить трюк в подпространстве уже не удастся. К тому же носора удвоил свою энергию за счёт соплеменника.

Метаморф увеличился и, изменив конфигурацию тела, стал едва не квадратным. Быстро завершив трансформацию, он двинулся к человеку.

Наблюдая за приближающимся чудовищем, Рей активировал комбинезон и принял боевую стойку. Пираты изумились, увидев, как он вмиг оброс лезвиями в ладонь длиной. Острые пики сейчас торчали на всех сочленениях — на локтях, пятках, коленях, бёдрах. Это была готовая вступить в бой машина для убийства.

Ибо-хирбю не пугало острое оружие, ведь он лишь частично обитал в этом мире, а не имевшее костей тело могло быстро залечить порезы. Значительно увеличившись в размерах, гигант вознамерился растоптать стоявшую на пути букашку и двинулся вперёд.

Рей физически не мог противостоять квадратному носора. А значит, его козырем была только скорость, и он закрутил боевую мельницу. Рей двигался быстро, избрав тактику многочисленных уколов: приблизившись к врагу, делал несколько ударов и мгновенно откатывался. Его руки, ноги и туловище стремительно мелькали, нанося противнику чувствительные порезы. А на гранях лезвий голубела энергия, не позволявшая ибо-хирбю восстанавливаться.

Нарвавшись на шипы, вспарывавшие кожу и причинявшие боль, носора был вынужден остановиться. На полу валялось несколько кусков его плоти. Они расплывались, и, по-видимому, метаморф уже не мог прирастить их к телу. Сам же он не нанёс юркому противнику ни одного удара.

Рей чувствовал, что долго не выдержит набранный темп. Ему требовалось отдохнуть. Нанеся врагу серию глубоких порезов, он отдалился от ибо-хирбю.

— Это же Катиручи! Прикончи носора! — Пираты узнали спасшего императрицу непобедимого бойца и принялись скандировать его имя.

Но Рей не обращал внимания на крики, а следил за противником.

Ибо-хирбю, по-видимому, ощутил себя загнанным зверем. Сородич погиб, вокруг было много людей, своё оружие он уже потерял, а путь на следующий ярус преграждал Катиручи.

Но ибо-хирбю не собирался отступать. Он рывком вытащил нож из кармана и метнул в человека. Рей вовремя заметил скрытое движение противника и успел отклониться. Клинок лишь скользнул по его комбезу. Второе лезвие пролетело чуть дальше и коснулось шеи стоявшего у стены пирата. Оно лишь оцарапало кожу, но мужчина сразу упал, а из его рта пошла кровь с пеной. Не вызывало сомнения — ножи были отравлены.

Нечестный приём взбесил Рея. А в такие моменты он сам становился монстром: его разум начинал полагаться на подсознание, а руки и ноги на телесную память.

Когда Рей снова ринулся на носора, тот стал хватать людей и бросать на противника. Возможно, у него начался адреналиновый (или что там течёт в жилах ибо-хирбю) всплеск, и он использовал для защиты свои резервы.

В коридоре были молодые тренированные мужчины — абордажники, охранявшие отсек, где проходила встреча капитанов. Когда носора бросал их, они группировались, а некоторые даже кувыркались, поэтому почти никто не получил серьёзных травм. А Рею приходилось уворачиваться от летевших тел, и его скорость заметно снизилась.

Он вспомнил Ашару. Ясновидящая ведь даже не заикнулась, какие ему предстояли испытания.

«Вправе ли я осуждать её? — пронеслось у него в голове. — Что изменилось бы, если бы узнал всё наперёд? Вряд ли это помогло бы мне, поскольку мысленно я постоянно возвращался бы к тому, что говорила Ашара, и отвлекался от боя. А так я сам принимаю решения».

— Качи, освободите коридор! — скомандовал Рей. — Вон с этой палубы!

Мужчины и сами видели, что лучше не приближаться к свирепому носора. Многие из них уже получили ранения, а некоторые были убиты.

По мере оттока народа становилось просторнее, и ибо-хирбю уже не швырялся людьми. Да и сам он устал. Какими бы носора ни обладал силами, но против законов природы не попрёшь.

Рей подкрепился брикетом и, когда галерея опустела, снова пошёл в наступление. Боевая мельница была эффективна, но приходилось затрачивать много усилий на постоянные прыжки и сальто, поэтому Рей настроился на другой вид единоборств. Он был предельно сосредоточен и внимательно следил за метаморфом. Его глаза подмечали каждое движение огромного тела ибо-хирбю, и потому успел заметить, как рука существа резко удлинилась в попытке ударить. Это был новый приём, но цели он не добился. Рей поднырнул и отсёк истончившуюся конечность врага.

Возможно, носора было очень больно, так как по ушам людей резанул изданный им высокий громкий звук. Либо так ибо-хирбю выразил досаду, а затем продолжил сражение.

Рею пришлось отступать.

Получив от Катиручи болезненные удары, ибо-хирбю решил изменить тактику. Трансформировать тело для носора не представляло сложности, и он стал осьминогом с множеством отростков, которыми беспрерывно атаковал человека.

Рей осознал, что метаморф зажимает его в угол коридора, где, по-видимому, собирался задушить. Само чудовище, постоянно теряя части тела, уменьшилось в габаритах и беспрерывно ревело противным высоким голосом. Отрезанные щупальца валялись на полу. Рей заметил, как ибо-хирбю пытался вобрать их, но, видимо, обожжённые энергией гела части его плоти уже не приживались.

Как опытный боец, Рей понимал всю опасность ситуации. А помочь могло лишь что-то неординарное. До конца галереи оставалось четыре шага, и отступать было уже нельзя.

Показав монстру спину, Рей разбежался и, оттолкнувшись ногой от стены, сделал в воздухе сальто. Он рассчитывал перелететь быстро приближавшегося носора и напасть сзади. Но ибо-хирбю разгадал его манёвр и остановился. Рей свалился на метаморфа. Мгновенно обхватив жертву щупальцами, носора заключил её в кокон своей плоти. Будь это обыкновенный человек, победа, безусловно, досталась бы ибо-хирбю, но йогрянин имел в арсенале убийственное оружие. Энергия гела проникала в тело врага, и тот истаивал, растекаясь густой массой. Носора быстро терял объём и не мог напрячься, чтобы раздавить человека. Завизжав от боли, он выпустил свою жертву и откатился.

Рею тоже досталось. После смертельных объятий чудовища у него всё болело. Сражение развивалось столь стремительно, что он не сориентировался и не успел поразить метаморфа в подпространстве. Теперь оставалось лишь сожалеть об упущенном шансе и продолжать бой.

По-видимому, ибо-хирбю понимал: Катиручи не даст ему уйти. Но и сдаться он не мог, поскольку не сомневался, что живым его не оставят. У носора снова были человеческие габариты, а черпать дополнительную энергию уже негде. Подпространственная часть метаморфа уменьшилась до минимума и больше не могла подпитывать физическую оболочку.

Ибо-хирбю извлёк из комбеза два длинных ножа, которые, возможно, оставлял для последнего боя. Он уже не рассчитывал на огромные мышцы и как опытный воин понимал: единственный шанс победить — нанизать человека на лезвие. Даже поцарапать было достаточно, чтобы яд завершил бой.

Расстояние между противниками неумолимо уменьшалось, и любая ошибка Катиручи могла стоить ему жизни.

Рей тоже понимал, какую игру затеял ибо-хирбю, и приготовился защищаться. Он выжидал, когда носора окажется рядом. Сейчас для него больше ничего не существовало, кроме двух приближавшихся смертельно опасных клинков. Возможно, носора уже не мог быстро трансформироваться и не пытался выбрасывать щупальца. Он неспешно приближался и, наверное, чувствовал себя хозяином положения, поскольку стоявший перед ним враг был безоружен, а лезвия человека хотя и причиняли боль, но не убивали.

Когда ибо-хирбю уже собрался всадить клинок в человека, Рей упал и сделал мощную подсечку. Носора не ожидал такого приёма и, выронив ножи, рухнул. Но метаморф мгновенно сгруппировался и навалился на человека. К счастью, ноги Рея остались свободны, и он торчащим из ступни лезвием нанёс ибо-хирбю удар в голову. Метаморф дико взвыл, и, возможно, от боли потеряв над собой контроль, перекатился на спину.

Освободившись, Рей мгновенно вскочил и принял стойку. Тело ныло от ударов и усталости, но его поддерживал боевой азарт. Он чувствовал: близился финал поединка.

Ибо-хирбю обхватил голову конечностями и ревел. Опасаясь подвоха, Рей осторожно подходил к носора, намереваясь добить того. Но едва он оказался на расстоянии вытянутой конечности, ибо-хирбю прыгнул на него.

Это был неожиданный манёвр, опрокинувший Рея на пол. А монстр издал победный рёв. Метаморф, видимо, не сомневался, что Катиручи обречён, поскольку его тело и все конечности оказались прижаты к полу. Ибо-хирбю осталось задушить человека, и победа будет за ним. А потом он мог делать на борту этого корабля что угодно, и люди уже не помешают.

Ничто не вызывает столько эмоций, как наблюдение за смертельным поединком. Люди напряжённо следили за ходом битвы, но не вмешивались. Когда же носора прыгнул на Катиручи, пираты бросились ему на помощь. Но ибо-хирбю мгновенно отрастил три новые конечности и мощными толчками откинул людей.

От удара головой Рей на мгновение потерял сознание. А когда очнулся, увидел над собой чудовище. Снова костлявые лапы смерти жадно тянулись к нему, но он не привык сдаваться.

Ибо-хирбю заметно слабел, и его конечности никак не могли надавить с достаточной силой, чтобы прикончить Катиручи. Падая, он напоролся на торчащие шипы, и теперь каждое движение отдавалось болью. А ещё голубая энергия воздействовала на него, по-видимому, как яд. Но, понимая важность момента, ибо-хирбю продолжал душить противника.

Рей видел в глазах носора торжество победы. Метаморф несколько медлил, прежде чем убить Катиручи, возможно, желая насладиться его страхом. Но ибо-хирбю ещё не сталкивался с йогрянином и не знал, на что тот способен.

— Прощай, — выдохнул Рей, а в следующий миг из его глаз ударила энергия. Это было настолько неестественно и пугающе, что носора невольно разжал свои конечности. В следующее мгновение ибо-хирбю безжизненно обмяк, а его плоть растеклась по полу.

Люди тоже были шокированы. Исходившая из глаз Катиручи энергия пугала их и вселяла мистический страх.

Заглянув в подпространство, Рей не обнаружил контуров ибо-хирбю. Сущность погибла. Удовлетворившись привычным видом геломест людей, он вернулся в тело.

Когда пульс успокоился, и выровнялось дыхание, Рей разжал кулак, и окутавшая ибо-хирбю энергия стала втягиваться в ладонь.

Он окинул взглядом коридор и через разрушенную стену заглянул в отсек. Напряжённая тишина вызывала тревогу. В широком фойе было всего несколько бойцов в тёмно-синих комбезах, настороженно смотревших на Катиручи. На полу в разных позах лежало с десяток тел. Некоторые люди шевелились, но пока никто не спешил к ним на помощь. Капитаны тоже стояли молча. Они из зала наблюдали небывалый поединок Катиручи с ибо-хирбю. Немногим выпадало такое увидеть, и теперь им будет что рассказывать до конца жизни.

Невозможно было спрогнозировать, как отреагируют люди, оправившись от шока и начав осмысливать произошедшее. Пираты вполне могли посчитать увиденное колдовством. А Рею было известно, что кое-где чародеев сжигали.

Он сел. Его избитое тело на каждое движение отзывалось болью. Поединок с ибо-хирбю так измотал, что едва хватало сил шевелиться. Но требовалось срочно уходить, пока пираты не одумались. Рей помнил слова абордажников Торпеды, мечтавших захватить его, и сейчас для них был подходящий момент.

Он осторожно поднялся и зафиксировал взгляд на поверженном ибо-хирбю, вернее, на останках существа. Сейчас там, где упал метаморф, было жирное серое пятно, от которого исходил зловонный химический запах. Нигде не было одежды поверженного врага, хотя Рей неоднократно кромсал его лезвиями. Значит, метаморф полностью формировал свой облик из собственной плоти.

— Катиручи! Катиручи! — принялись скандировать пираты. Сперва это были лишь разрозненные голоса, но постепенно всё больше людей вливалось в общий хор.

Рей не знал пиратские законы и не представлял, что от него ждали. Но сейчас ему было не до этих загадок. Опираясь на стену, он направился к ближайшему повороту галереи.

— Стой! Катиручи! Не уходи! — донёсся женский крик, перекрывший скандировавшие голоса.

Рей посмотрел на разрушенную сцену. Там, прижимая руки к груди, возле принца стояла Амадея.

Нет, оставаться ему было нельзя. Он чувствовал себя всё хуже, и каждый шаг самому казался подвигом. Но боец, победивший носора, не имел права показывать слабость, ведь он сегодня сделал то, что многим было не по силам. Отвернувшись от сцены, Рей двинулся дальше.

— Прости меня! — вновь раздался отчаянный крик Амадеи. Лишь глухой не услышал бы в её голосе мольбу.

Но Рей уже завернул за угол.

                                                * * *

Когда Ратан, прикрывший императрицу от нестерпимого жара, наконец, поднялся, Амадея сразу вскочила. Осмотр показал, что её платье местами обуглилось, зато тело не пострадало. У Кобьера обгорели волосы, но костюм был целым, даже несмотря на то, что энергетический поток из гиперружья оплавил часть сцены. Лишь сместились некоторые украшения на спине, по-видимому, из-за не выдержавших температуры крепёжных деталей.

Амадея пребывала в состоянии шока и отвлеклась от наполненного пиратами отсека. Но когда прозвучали голоса, выкрикивавшие «Катиручи», она словно очнулась. Ей было известно, кому СМИ дали такое имя, и уже не отрывала взгляда от поединка Рея с диверсантом. Она вспомнила тронный зал Алимли, где любимый так же сражался за неё.

— Катиручи! Катиручи! — орали пираты, когда поединок завершился.

Амадея тоже кричала. Она ни на секунду не сомневалась, что Рей победит любого, кто вознамерится ей угрожать, и была счастлива снова видеть его.

— Стой! Катиручи! Не уходи! — вырвалось у Амадеи, когда после сражения Рей шёл по коридору. Но он лишь взглянул в её сторону и продолжил свой путь.

«Ну почему судьба так жестока? — Отчаяние захватило Амадею, а сердце предсказывало, что больше не увидит Рея. — Снова уходит любимый мужчина, а я не могу остановить его».

Слёзы полились из девичьих глаз.

— Прости меня! — Это кричала её страдавшая душа. Амадея не видела ни смотревшего на неё принца, ни пиратов, всё ещё пребывавших под впечатлением от сражения. Девичью душу обжигала горечь утраты, а всё остальное сейчас было несущественно.

Глава 78

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»

После поединка с ибо-хирбю избитое тело желало отдыха, и Рей, завернув за угол, остановился. Идти не было сил. Он проглотил брикет и сделал несколько дыхательных упражнений, позволивших организму быстро восстановиться. Хотелось пить, но в костюме не предусматривалась ёмкость для жидкости. Когда он скрылся из глаз пиратов, доносившиеся из отсека скандирования умолкли, и повисла приятная тишина.

Рей отдохнул и направился дальше. Ему предстояло вернуться на Хасикату, а значит, требовалось снова проникнуть в технологическую трубу и спуститься по лестнице на пятый уровень. Но оказалось, экипаж «Брунки» не желал отпускать Катиручи.

Рей услышал приближающийся топот бегущих людей. Окинув взглядом широкую галерею, он решил здесь принять бой. В узком коридоре сражаться было бы труднее, поскольку любого можно задавить массой. А тут имелось место для манёвра.

Рей развернулся и встал в боевую стойку, поскольку не сомневался в намерении приближающихся. Из-за поворота действительно вылетело шесть пиратов, но увидев приготовившегося к бою Катиручи, они остановились.

— Что вы хотели? — Рей грозно смотрел на притихших бойцов.

— Ты сам сдашься, или тебя сперва успокоить? — прохрипел мужчина, бородатое лицо которого украшали шрамы.

«Как встретили, так и провожают» — усмехнулся Рей мысленно. А вслух произнёс:

— Я вот думаю: мне вас убить или просто покалечить, чтобы головы лучше соображали?

— Ты не покинешь «Брунку»! — заявил пират, делая маленькие шажки в сторону Катиручи. Следовавшие за ним мужчины не отставали. — Ты расскажешь, где спрятал кораблик и отдашь комбез. Он мне пригодится.

Рей внимательно следил за движениями пиратов и уже понял их намерения — неспешно приблизиться и затем атаковать. Но опытный боец не собирался так глупо подставляться. У нападавших мог быть в руках баллончик с ядом, бластер, нож или ещё какое-то оружие, которое те хотели использовать для оглушения жертвы.

Рей развернулся и пошёл к ближайшему повороту коридора. Он уже проиграл в голове сценарий схватки и ждал нападения.

Пираты решили, что Катиручи бежит, и бросились следом, по-видимому, рассчитывая количеством задавить одного.

Рей отрастил лезвия на сочленениях комбеза. Если бы не вымотался в сражении с ибо-хирбю, то действовал бы иначе, но сейчас ему было не до игр.

Пираты совершили роковую ошибку. Им следовало сразу выстрелить в Катиручи сетью, и тогда смогли бы попытаться захватить его. Но по-видимому, у них не было абордажного снаряжения. А оружие, которое они несли, оказалось бесполезно.

События развивались по задуманному Реем сценарию. Повернув в следующий коридор, он сразу остановился и приготовился к атаке.

Пираты не заставили себя ждать. Первый выбежавший боец получил шип в горло. Зажав кровоточащую рану, мужчина уже не мог думать о сражении. Второй боец не успевал остановиться и даже не пытался защищаться, поскольку всё развивалось стремительно. Лезвие на ступне Рея впилось в лицо воина. Схватившись за рану, мужчина свалился подле товарища, пытавшегося остановить фонтанирующую кровь.

Четверо бойцов из пиратской команды держались чуть сзади, но это их не спасло. Выпрыгнув из-за угла, Рей сразу атаковал брункийцев. Его тело сделало оборот, и ноги в прыжке нанесли по удару ближайшим пиратам. Лезвие распороло одному лицо возле глаза, а другому горло. Побросав оружие, мужчины пытались остановить кровь. Порезы были неглубокие, и, в отличие от первых бойцов, уже не подававших признаков жизни, они могли уцелеть. Последующими двумя толчками Рей уронил пиратов на пол и устремился к оставшимся молодым воинам.

Бойцы пытались стрелять в Катиручи, но их бластеры бездействовали. Оторопевшие мужчины потеряли драгоценные секунды, и новые сильные удары завершили бой. Один абордажник приложился головой о стенку и вырубился. А последний, упав, видимо, ушибся и так и остался сидеть, потирая шею и макушку.

Рей развернулся, намереваясь покинуть коридор, и опять услышал быстрые шаги множества ног. Подходила ещё одна команда, и бойцы в ней, вероятно, были вооружены. Бросив последний взгляд на поверженных пиратов, Рей направился к следующему повороту. Здесь был настоящий лабиринт галерей, и он рассчитывал до прихода бойцов скрыться в трубе.

Но брункийцы неплохо знали свой корабль и быстро настигли Катиручи. Пятеро мужчин в чёрных комбезах были полны решимости схватить его. Бросив лишь один взгляд, Рей увидел в руках пиратов сетемёты. Это было опасно: если его спеленают, он уже ничего не сможет сделать. К тому же уставшее тело вряд ли способно выдержать ещё одно сражение, да и ноги стали подгибаться.

Остановившись, Рей повернулся к бойцам и положил палец на активатор защитного поля. А брункийцы выставили перед собой сетемёты и приготовились к сражению. Но им не повезло. Расширяющийся энергетический кокон врезался в мужчин. Уже выстрелившие сети полетели обратно и даже спеленали одного из бойцов. А затем всю команду отбросило в конец галереи, и, по-видимому, вырубило.

Этот раунд тоже остался за Катиручи. Но желающие захватить его могли продолжить охоту, уж слишком лакомым призом был он для пиратов.

Осмотревшись, Рей понял: в этом коридоре было его первое сражение с брункийцами, намеревавшимися захватить императрицу, а также принца с Катиручи. Это была довольно широкая галерея шести метров в длину. Абордажники с «Эрадона» хорошо потрудились: убрали тела убитых и затёрли пятна крови. Сейчас ничего не напоминало о предыдущей схватке.

На груди одного из лежавших пиратов Рей заметил цепь старпома. Отключив поле, он подошёл к уже немолодому бородачу. Несколько шлепков по щекам вернули того в сознание.

— Вот честно, остаётся лишь удивляться. На этом крейсере экипаж придурков? — был первый вопрос Рея. А его глаза продолжали наблюдать за остальными бойцами. — Поединок с носора видел, наверное, каждый. Вы встретили группу полумёртвых абордажников. Они вам ничего не рассказали?

Старпом молчал. А Рей продолжил:

— Вы собрались мериться со мной силами? Что вам надо? Отвечай!

— Катиручи, — прошептал пират, с видимым трудом принимая сидячее положение. — Торпеда велел… тебя схватить. Он не сомневался, что ты будешь с принцем.

— Больше нет вашего кэпа, — выдохнул Рей и заметил, что лежавшие рядом пираты начали открывать глаза. Расширявшееся энергетическое поле лишь оглушило их.

— Как? Ты о чём? — разом спросили двое мужчин, по-видимому, борясь с контузией. На лицах пиратов застыли выражения муки, а у того, что справа, даже выступили слёзы.

— А вы не знаете? — хмыкнул Рей. — Носора выстрелил из гиперружья и снёс полсцены вместе с Торпедой. Слушай меня, старпом. Я назначаю тебя капитаном «Брунки». Запомнил?

Мужчина открыл рот, собираясь что-то сказать, но Рей продолжил:

— С этого дня вы охраняете императрицу и принца ценой своей жизни. Ты понял? Если кто-то из них пострадает, я вернусь, и тогда ваша смерть будет долгой и ужасной, как у ибо-хирбю. Не люблю убивать, но порой мне нравится поразвлечься. Хочу услышать, что мысль дошла до вас.

Рей смотрел на старпома, но видел в его глазах только страх.

— Я… Но… Команда…, — выдавливал мужчина.

— Твои бойцы уже оклемались и всё слышат, — перебил Рей. — И напоследок: если вы поможете принцу, то не пожалеете. Всё понятно?

— Кэпа… выбирает экипаж, — только и смог произнести старпом.

— Я всё сказал, и не вынуждайте меня возвращаться, — отрезал Рей. — Как тебя зовут?

— Тарбун, — представился пират.

— Я запомнил. А вы все отвечаете за жизнь и здоровье императрицы и принца. Если с ними что-то случится, я вернусь, и тогда…

Рей провёл пальцем по горлу и окинул пиратов многозначительным взглядом. А затем поднялся и направился в следующий коридор. Адреналиновый шторм отобрал все силы, и сейчас его беспокоило лишь одно — как бы ни упасть.

— Катиручи, будь нашим капитаном! — крикнул кто-то из бойцов.

Рей остановился и посмотрел на мужчину, стоявшего у дальнего поворота галереи. Он был последним из второй команды, мчавшейся захватить Катиручи, и, по-видимому, энергия расширяющегося поля затронула его в меньшей степени.

— Как тебя зовут? — спросил Рей.

— Главный штурман крейсера Димгадар.

Короткая борода, бакенбарды, волосы до плеч, чёрный комбинезон, обтягивавший мускулистое тело — весь облик мужчины показывал сильную личность. Ему было примерно тридцать лет, а глаза смотрели внимательно, с вызовом, и в них ощущался ум.

— Старпом, я передумал. — Рей повернулся к сидевшему на полу Тарбуну. — Димгадар будет вашим кэпом. Ты имеешь что-то против него?

— Я… — Пират посмотрел на штурмана. А затем с неким облегчением выдохнул: — Нет.

Рей перевёл взгляд на следующего пирата. Тот сидел у стены и тёр ушибленную голову.

— Ты проголосовал бы за Димгадара?

— Да, — кивнул мужчина, посмотрев на Катиручи.

— К тебе такой же вопрос. — Рей повернулся к последнему пирату. А тот, которого спеленала сеть, ещё не пришёл в сознание.

— Я… э-э-э… — Взгляд бойца метнулся к товарищам. — Димгадар… м-м-м… Да. Он умный.

— Скажете братьям, что я назначил его кэпом. — Рей обвёл взглядом пиратов. — Кому неясно?

Брункийцы явно были не в том состоянии, чтобы вести дискуссии, и молчали.

— Хорошо, — за всех ответил Тарбун, едва ворочая языком.

— А ты. — Рей посмотрел на своего протеже. — Слышал, что я говорил старпому. Всё это относится и к экипажу. Иди к принцу и скажи, что Катиручи велел поступить в его распоряжение.

— Можно вопрос?

Рей сощурился, но ничего не ответил.

— Я должен понимать, зачем это «Брунке»? — спросил назначенный кэп.

— Парень, ты трезво мыслишь, — ухмыльнулся Рей. — Иди в зал. Ратан всё объяснит. Его предложение будет лучше, чем то, что планировал Торпеда. Обещаю: не пожалеете.

Димгадар хотел ещё о чём-то спросить, но, напоровшись на суровый взгляд Катиручи, промолчал. Рей кивнул ему и, поднявшись, быстро зашагал к развилке коридоров.

                                                * * *

Возвращение на «Хасикату» прошло как в тумане. Рей шёл, сосредоточившись на долетавших звуках. Он ждал новой атаки, но больше никто не преследовал его и не таился в засаде.

Перед выходом на пятую палубу Рею пришлось задержаться на лестнице технологической трубы. Брункийцы продолжали охранять шлюз, у которого пристыковалась яхта, и, изнывая от скуки, слонялись по коридору. Остановка помогла, и Рей немного отдохнул.

Размышляя над произошедшими событиями, он вспомнил крик императрицы. Амадея молила о прощении, вероятно за то, что отправила в тюрьму. Но Рей не винил её. Так сложились обстоятельства. А итогами текущей миссии он был удовлетворён. Императрица и принц живы, ибо-хирбю уничтожены. Капитана Торпеду убили носора, что тоже неплохо. Какие бы проекты ни вынашивал старый волк, теперь всё уже не сбудется, и Кобьер Ратан сможет защитить людей.

Когда усталость сморила брункийцев и они снова ушли из коридора, Рей осторожно выбрался из трубы и, закрыв тайный лаз, проскользнул в шлюз.

В тёмном телетрапе дежурил боец с «Эрадона».

— Ты кто? — почти неслышно спросил воин, перекрыв узкий коридор.

— Тго, — ответил Рей шёпотом.

— Всё завершилось?

— Для меня. Ты один?

— Брас ушёл с принцем и императрицей, а мне велел сторожить шлюз. На челноке пилот.

— Почему остался? Помню, ты был в первой группе.

— Ушиб ногу при падении, — вздохнул боец. — Хорошо нас встретили брункийцы.

— Где их тела?

— Брас покромсал плазмой, а затем мы выкинули всё в мусорку.

— Отличная работа, — похвалил Рей. — Не осталось ни следа после сражения.

— Старались.

— Жди своих, а я заберу модуль «Эрадона». Удачи.

— И тебе, — ответил боец, отступив в сторону. Здесь было тесно, и мужчинам пришлось расходиться боком.

Миновав телетрап, Рей обернулся. Заметив, что абордажник провожал его взглядом, он сказал:

— Передай императрице и принцу моё послание…

Глава 79

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»

Выступив на собрании, Боко вернулся на «Хасикату». Он был удивлён, увидев здесь главного абордажника «Эрадона». Кодекс гарантировал безопасность во время общего собрания, потому принц и прилетел сюда с Амадеей. После беседы с Торпедой Боко был уверен, что ему ничего не угрожало. Но услышав рассказ о засаде абордажников «Брунки», бывший пират понял, насколько заблуждался. А ведь ему было известно: коварство джентльменов удачи не знало границ.

Лишь сейчас Боко осознал, что рисковал как своей жизнью, так и Амадеи. Кобьер Ратан ведь не был капитаном, и его не прикрывал боевой корабль, а потому, несмотря на вроде бы дружеское отношение, Торпеда считал высокопоставленных гостей обыкновенными грязеходами, на которых не распространялись законы Кодекса. А потому их захват и даже гибель ничем не грозили «Брунке». Зато пираты могли делать с пленниками что угодно, и никто не узнал бы, где исчезли императрица и принц. Во время беседы Торпеда пытался определить, насколько можно манипулировать Ратаном, и есть ли вероятность сотрудничества. Но когда понял, что у молодого принца на будущее собственные планы, в которых ключевая фигура не капитан «Брунки», Торпеда решил начать свою игру. Только вмешательство в события Тго-Рея-Катиручи остановило сценарий коварного пирата.

Боко требовалось вернуться к капитанам. Но он понимал, что сейчас необходима защита. Вряд ли мудрый Торпеда подготовил одну команду для захвата столь значимых людей. Сам Папа Боко всегда посылал два отряда, что гарантировало успех. Лишь заручившись поддержкой Браса, принц решился показать Амадею пиратам.

Как и ожидалось, появление императрицы на сцене вызвало бурную реакцию, а эмоциональное выступление оказало необходимое воздействие на мужчин. Но затем произошло то, чего никто не ожидал — нападение ибо-хирбю под маской капитанов и убийство Торпеды. И снова лишь вмешательство Рея спасло Амадею и Боко от гибели.

А затем принц наблюдал за поединком ибо-хирбю с Катиручи и переживал за него. Опытный пират хорошо понимал: если бы не вмешательство йогрянина, он сам, как и императрица, вряд ли спаслись бы. Наниты сбили настройки трейлянского оружия, но против физической силы, вздумай ибо-хирбю направиться к сцене, ничто не защитило бы.

Носора убили двадцать шесть человек из экипажа «Брунки», и никто из людей не мог им противостоять. Даже навалившуюся кучу бойцов ибо-хирбю легко раскидал, а затем принялся ещё и швыряться ими. Но Рей-Тго-Катиручи победил, что казалось чудом. Пираты это понимали и выразили ему своё восхищение.

Принц был на сцене, и из-за множества людей не видел последние секунды поединка. А странная реакция пиратов по окончании озадачила Боко. Внезапно наступившая тишина вызвала мысль, что Катиручи убит. Но он не мог в это поверить, хотя сердце засбоило. Когда же Рей поднялся, Боко ощутил удивительное облегчение, а внутри прокатилась волна радости.

— Стой! Катиручи! Не уходи! — Раздался пронзительный крик Амадеи, и Боко словно проснулся. Повернувшись к императрице, он увидел, что та рыдает, в отчаянии прижимая руки к груди.

— Прости меня! — Взмолилась девушка, а у Боко снова защемило сердце. Он видел в Амадее свою Ланли, на которую императрица была очень похожа. А узнав, что та влюблена в другого мужчину, испытал приступ дикой ревности.

                                                * * *

Когда Катиручи ушёл, шум в зале понизился. Но захваченные эмоциями люди не могли успокоиться и обсуждали с коллегами свои мысли и впечатления. Искусство рукопашного боя у пиратов не культивировалось. Технологически развитая цивилизация предлагала целые арсеналы всевозможного оружия как для мелких, так и крупных конфликтов. Но сегодня люди оказались в ситуации, когда врагу мог противостоять только искусный боец.

Это обстоятельство заставило капитанов задуматься. По традиции, на подобные встречи они приходили минимально вооружёнными. Здесь вожаки обсуждали пренды, рачу и выясняли отношения. Конечно, порой случались стычки, но без смертельных дуэлей, поскольку расплата за гибель капитана была весьма жестокой. Нарушителя ожидало наказание в виде расстрела звездолёта вместе с экипажем. На таких собраниях разрешалось мирно улаживать разногласия, а боевые действия переносились за пределы корабля, на котором проводилось общее собрание. Карманные бластеры, мини-арбалеты и личное оружие капитанов предназначалось для собственной защиты, но не могло нанести вреда носора. Поэтому никто из них не смог пристрелить или сжечь метаморфов.

Если бы не Катиручи, носора могли убить всех капитанов. А это повлекло бы самоуничтожение пиратского флота. Смерть Торпеды наглядно показала — Кодексом нельзя пренебрегать, а гибель кэпа на своём корабле свидетельствовала о неподготовленности экипажа.

Боко протолкался в галерею, где состоялся поединок Рея с ибо-хирбю. Ему хотелось увидеть поверженных йогрянином врагов, а заодно отвлечься от обжигавшей ревности. Как оказалось, смотреть было не на что. А люди старательно обходили зловонные лужи биосубстанции, в которые растеклись носора.

Брас и два бойца следовали за принцем словно привязанные, а третий эрадонец охранял стоявшую на сцене Амадею. Их присутствие было нарушением традиции, но после нынешних событий такая мера не казалась излишней. К тому же императрица и принц не пираты, и не были обязаны соблюдать чужие законы.

Пробираясь сквозь толпу, Боко слышал, о чём беседовали капитаны. В улавливаемых им репликах проскальзывали мысли, что Амадея права, обвиняя носора в стремлении уничтожить людей и признавая отсутствие у государства армии, способной защитить человечество.

Боко понял: настало подходящее время для выступления. Хотя не всё шло по задуманному им плану, но жизнь порой вносит коррективы, а он умел оборачивать события себе на пользу. Капитаны находились под впечатлением от случившегося, и никто не требовал от принца рачу за предыдущую войну. Но люди ничего не забыли, и сейчас Боко стоило поднять эту тему.

— Качи! — прозвучал усиленный аппаратурой голос принца. — Не нужно вам рассказывать, на что способны носора. Вы с ними воевали и снова увидели их звериную сущность. Почему ибо-хирбю оказались на встрече капитанов? Я сейчас не хочу упрекать экипаж «Брунки» в нарушении Кодекса. Но мне известно, что на многих кораблях были отключены датчики ибо-хирбю. Как все уже поняли, необходимо восстановить в шлюзах выброшенные модули и ёмкости с ядом. А я хочу поговорить о другом.

Принц направлялся к сцене, и люди расступались, давая ему дорогу.

— Появление этих носора здесь было неслучайно, — продолжал Боко. — Во-первых, они намеревались убить капитанов и организовать взаимное уничтожение кораблей. А во-вторых, ибо-хирбю собирались ликвидировать императрицу и меня. Уверен: многие видели запись допроса носора, раскрывшего план поголовного истребления людей. Если бы сейчас была убита Амадея, то исчезла бы объединяющая человечество сила. Благодаря Катиручи этот коварный замысел носора провалился. Неужели и сейчас вы будете раздумывать: сражаться за Империю или нет? Как видите, враг среди нас. Он безжалостен и действует.

— Где пополнить боеприпасы и продовольствие? Кто поведёт пиратский флот в бой? — посыпались вопросы из зала.

Боко видел, что капитаны настроены решительно, а главное — качи понимали смысл защиты Империи.

— Я дам оружие и всё необходимое! — прозвучал мощный голос Амадеи.

Капитаны, следившие за идущим по отсеку принцем, сразу обернулись к сцене. Амадея уняла эмоции и больше не казалась страдающей девушкой. Она могла быстро перестраиваться, и сейчас на разрушенной сцене стояла грозная и прекрасная богиня.

— Продолжайте, Ваше Величество! — крикнул Боко.

— На Роне есть склады оружия и продовольствия, — объявила Амадея. — Я укомплектую корабли всем необходимым, но только те, которые будут воевать за Империю.

— После взрыва флота барона туда сейчас не попасть! — выкрикнул один из капитанов.

— Я расскажу, как опуститься на Рону, — пообещал Ратан. — Это не опаснее, чем пролететь мимо пульсара.

— Но у нас разные звездолёты, и надо соответствующее обеспечение, — донеслось из зала.

— На складах найдётся всё необходимое! — В голосе императрицы была уверенность. — При создании стратегического хранилища учитывалась вероятность захвата кораблей врага. Система там работает автономно и быстро обрабатывает любые запросы. Для защитников Империи я не поскуплюсь.

Речь Амадеи была многообещающей, и капитаны принялись обсуждать услышанное.

— Качи! — воскликнул Боко, поднимаясь на сцену. — Хочу кое-чем с вами поделиться. У меня был серьёзный разговор с погибшим капитаном «Брунки», на котором мы обсуждали различные темы. На прошлой большой встрече вы говорили о будущем, после чего решили пригласить меня. Так было?

Капитаны кивали.

— Торпеда также сделал мне предложение, — рассказывал принц. — Полагаю, вы обсуждали сценарий создания пиратского государства.

Боко взглянул на Амадею и заметил, как её лицо удивлённо вытянулось. Она ведь понимала: в случае воцарения в Империи галактических бандитов, государство разрушится. Прокрутив эту мысль, девушка перевела настороженный взгляд на принца. Она всё ещё не доверяла Ратану и считала его агентом, а возможно, и предводителем пиратов.

— Было такое, — отозвались из зала.

— Качи, я не принял предложение Торпеды, — заявил принц. — Сейчас объясню почему. Управлять государством, это совсем не то, что командовать звездолётом. Политика, наука, экономика, финансы, законодательная и судебная системы. А ещё армия и прочие службы. И это далеко не всё. Я устану перечислять структуры, на которых базируется государство. А без них невозможно существование цивилизации.

Боко обвёл взглядом отсек. Пираты молчали, и он продолжил:

— После оккупации дзугов многие государственные институты были разрушены, и сейчас их нужно создавать заново. Правительство, опираясь на сохранившиеся структуры и налоги, пыталось возродить Империю, но не преуспело. Кто из вас, качи, способен всем этим управлять?

Взгляд принца пробежал по лицам, будто спрашивая мнение собравшихся. Но пока не было желающих вступать в дискуссию, и Боко продолжил:

— У меня есть для вас предложение. Я покажу, чем вы можете заняться в государстве. Вам это интересно?

— Слушаем! — раздались голоса.

Боко взглянул на императрицу. Они обсуждали планы в отношении пиратов, но Амадея сомневалась, что бандиты будут служить государству. А потому её присутствие на этой важной встрече было необходимо, чтобы она всё увидела и понимала, на кого сможет опираться власть.

— Качи, у людей есть общеизбранная императрица, — провозгласил Боко. — Граждане видели неудавшийся переворот, но и после него не отвернулись от Амадеи. Сейчас любая другая личность, которая вздумает претендовать на трон, не будет поддержана народом. Вы должны это понимать. На каждом корабле братья выбирают капитана, и вам известно как, порой, нелегко бывает договориться. Но в масштабах галактического государства, включающего сто шестьдесят планет, всё ещё сложнее. Поэтому, хотя пираты — сила, но добиться общего признания не смогут. У вас другая роль.

Боко смотрел в зал и видел напряжённые лица капитанов. Ему вспомнилось собрание на крейсере «Огненная буря». Тогда он также стоял перед этими людьми и призывал объединиться в армию. Сейчас ему требовалось повторить тот сценарий. У него по-прежнему не было ни средств, ни флота, и всё же Боко не отступал, поскольку чувствовал: государство необходимо спасать. Это понимали и люди и потому слушали его.

— Поскольку императрица избрана народом и её по-прежнему поддерживают, нужно всё оставить как есть, — высказался принц. — Но Амадея отправила государственный флот на границу, и сейчас у неё нет защитников. Я предлагаю вам, качи, стать её армией.

Отсек загудел. Но капитаны не выражали недовольства, а обсуждали услышанное.

— Торпеда предлагал почти то же самое! — выкрикнул кто-то из капитанов.

— Пираты всегда были вольными! — заявил другой голос. — Качи никому не служили!

— Это верно, — согласился Боко. — Но если вспомнить историю, пиратское движение зародилось на основе имперской армады. После битвы у Арагны военные звездолёты собрались у Пятой, и уже оттуда люди полетели мстить носора.

— Ваше Высочество, как вы себе это представляете? — ещё один голос прозвучал из зала. По тембру Ратан узнал капитана Борини. Его звездолёт «Непримиримый» был во флоте Папы Боко.

— Да тише вы, качи! Разгалделись тут. Слушайте! — воскликнул ещё один капитан.

— Я предлагаю вам приблизительно то же, что хотел и Торпеда, — заявил Боко. — Если вы поддержите императрицу и принесёте ей клятву, то обретёте официальный статус и получите государственное содержание. Я знаю, что качи привыкли действовать самостоятельно. Но никто не будет заставлять вас менять устои. Это и не нужно. За годы войны в Галактике вы наработали бесценный опыт. Так давайте поставим его на службу Империи. Для поддержания порядка в государстве требуется проводить различные миссии, и нужны подготовленные специалисты. Здесь и потребуются опытные воины, которых боится вся Галактика. Качи, императрице сейчас необходима ваша помощь, чтобы государство не развалилось, и его не уничтожили носора.

— Экипажи желают получить рачу! — провозгласил Мститель. — Помню, принц, у Солитуса вы обещали награду, о какой мы и не слышали. Так было, качи?

— Да. Никто не забыл, — отозвались капитаны.

— Я не отказываюсь от своих слов! — рубанул Боко рукой. — Но вы ведь тоже понимаете, что ситуация изменилась, и уже нет тех, кто гарантировал рачу. Скажите, какую вы желаете получить награду за предыдущую пренду? Назовите сумму, и тогда это будет конкретный разговор, а я пойму, как мне действовать.

— А в какой валюте? Мы не признаём империки.

— Да мне без разницы, — ответил Боко. — Но хочу спросить: будет ли вам польза от дагини, пусть даже золотых, когда граница закрыта, и вы не сможете их потратить? А на имперские деньги продаётся топливо и провиант, оборудование и даже участки земли на какой-нибудь планете. Но если вы дадите клятву Амадее, то получите государственное обеспечение. Считайте, качи, свои выгоды.

Отсек снова гудел. Капитаны принялись обсуждать предложение Ратана. В его словах было много интересного: прежние устои, обеспечение, привычная работа и, главное — безопасный тыл. На галактических просторах им приходилось скрываться от носора, а в Империи они сами могли стать властью. Вот что предлагал им принц.

Боко посмотрел на Амадею. Её глаза буквально горели. Она понимала, что наступило время откровения: захотят пираты служить Империи, или нет?

— В каких операциях будут использованы свободные корабли? — прозвучал вопрос, и Боко узнал голос Убийцы планет.

— Думаю, сперва нужно понять, насколько капитанам интересно моё предложение, — ответил Ратан, вновь повернувшись к залу. — Давайте сейчас проголосуем. Те, кто не желает сотрудничать, уйдут, а с остальными мы обсудим основные положения. Я никого не хочу принуждать. Вы свободный народ, и каждый решает сам за себя. У меня есть список капитанов, принимавших клятву у Солитуса. Заверяю: со всеми будет расчёт. Качи привыкли к финансовым операциям в дагини, и я не против, если будет сумма в этой валюте. Сделаем перерыв, и, когда вы примете решение, возобновим собрание.

Глава 80

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Зал встреч крейсера «Брунка»

— Хочу сказать. — На сцену поднялся мужчина в коричневом комбезе с укрывавшей голову чёрной накидкой. Капитанская цепь с кулоном показывала его статус. Он был раза в два выше принца, а открытые кисти рук и лицо имели шерстяной покров.

— Говори, — не возражал Ратан.

— Я Ларамакер, капитан звездолёта «Полный беспредел», — сообщил мужчина густым басом.

Боко вспомнил, что барон поручал этому кораблю уничтожить Тригон и ликвидировать Кобьера Ратана. Данное обстоятельство заставило его напрячься: «Трудно сказать, как сейчас развернутся события, но не следует забывать об осторожности».

— Я не принимал присягу у Солитуса и не жду рачу за ту пренду, — продолжил капитан. — У нас был контракт с Ругонди. Он уже закрыт. В боевых действиях с имперцами мы не участвовали. Принц, экипаж «Полного беспредела» желает присоединиться к вашему флоту. Я говорю это здесь, чтобы качи не сомневались в моём предложении.

Боко понимал значение произнесённых капитаном слов. В пиратской традиции такие заявления делались на общих собраниях, когда корабли объединялись. Обычно капитаны заранее всё обговаривали, и лишь после извещали остальных. Но Боко впервые видел Ларамакера, между ними не было никаких соглашений, и потому он опасался провокации. А отказываться от предложения политически было невыгодно.

«Понимая это, и вышел капитан с таким заявлением, — размышлял Боко. — Он думает: Ратан не сможет отказаться, а я приближусь к жертве, на которую был заключён контракт. Логично. Но если отшить Ларамакера, то качи могут посчитать это плохим знаком и вообще откажутся рассматривать идею о создании флота. Сейчас требуются мудрость и осторожность».

— Качи. — Боко подошёл к краю сцены. — Вы хорошо знаете Кодекс. Следуя канонам, я должен сообщить будущему компаньону, что в настоящий момент являюсь владельцем яхты «Хасиката». Других кораблей в моём подчинении нет.

Боко посмотрел на Ларамакера и закончил символичной фразой:

— Если экипаж твоего крейсера согласится объединиться с моим звездолётом, то я ничего не имею против.

Пока Ратан говорил, на сцену поднялся ещё один мужчина. Он был на полторы головы выше принца и выглядел старше. На его тёмно-зелёном комбезе висела капитанская цепь. Рыжие кучери и борода оконтуривали лицо, на котором выделялись большие суровые глаза и на правой щеке обезображивающий рубец. Накинутый на комбез кожаный плащ топырился над кобурой.

— Я Чарыкча. Экипаж «Чёрной смерти» желает присоединиться к флоту принца, — заявил мужчина надсаженным голосом и остановился возле Ларамакера. — Мы выбираем звездолёт «Хасиката» своим флагманом.

Это было сильное заявление. Но Боко что-то смущало, а подсознание трубило об опасности. Его мысли стремительно метались, пытаясь определить источник тревоги, а взгляд перескакивал с одного мужчины на другого. Больше никто из капитанов не поддержал коллег и не рвался вступить в его флот. А «Чёрная смерть» была вторым кораблём, нанятым Ругонди для убийства принца.

— Вы закрыли все свои контракты? — поинтересовался Боко, припомнив беседу с Торпедой.

— Почти, — ответил волосатый громила Ларамакер. Затем он повернулся к залу и сказал: — Качи, мы чтим Кодекс и традиции. Прошу не мешать нам закрыть контракт.

Боко ожидал чего-то подобного и сделал знак Брасу, чтобы тот поднялся на сцену. Но капитаны опередили защитников императрицы. Едва Ларамакер замолчал, Чарыкча схватил Амадею и, подняв её, устремился к кулисному выходу со сцены. Второй капитан его страховал.

Боко всё понял. Кэпы говорили Торпеде, что контракт по принцу был закрыт, но, по императрице, видимо, ещё нет. Кто их заказчик, сейчас неважно, вероятно, это были носора. Амадею требовалось спасать.

Чарыкча нёс девушку на правой руке, а левой зажал её рот. Боко помнил, насколько императрица была лёгкой, и не удивился, что мужчина не реагировал на попытки жертвы вырваться. А Ларамакер сбил с ног стоявшего возле Амадеи бойца, и, разведя руки, пятился за сообщником. Громадный капитан «беспредела» сейчас был похож на изготовившегося к бою хищника. Из его рта с оскаленными зубами исходил звериный рык, а прищуренные глаза бросали убийственные взгляды.

Капитаны и воины «Эрадона» пытались стрелять в похитителей, но наниты принца и рэбы императрицы глушили всё оружие, и даже сетемёты. Боко устремился за преступниками, но те неожиданно замерли возле открытой переборки, а затем попятились.

Брас и его бойцы налетели на Ларамакера, и на сцене завязалась борьба. Четвёртый эрадонец, поднявшись, тоже присоединился к товарищам, и вместе они пытались скрутить громадного кэпа «беспредела». А державший императрицу Чарыкча продолжал пятиться.

Вскоре стало понятно странное поведение похитителей. На сцену начали подниматься вооружённые пираты в синих комбезах брункийцев. Их было семеро, и в руках каждого по бластеру, направленному на преступников. Боко увидел на груди незнакомого мужчины цепь капитана, а следом шёл старпом Тарбун. С ним принц уже встречался.

Остановившись возле державшего императрицу пирата, новый капитан «Брунки» произнёс командным тоном:

— Отпусти женщину.

— Она грязеходка и не защищена нашими законами, — возразил Чарыкча. — Мы объявили, что уважаем Кодекс и завершаем контракт. Не мешайте нам.

— Довожу до вашего сведения, — отчеканил молодой человек. — Я Димгадар. Только что Катиручи назначил меня капитаном «Брунки» в присутствии братьев и старпома, и…

— С каких это пор кто-то назначает кэпа на пиратском крейсере?! — пробасил скрученный Ларамакер. — У вас тут все баки потекли?

— Катиручи сказал, — продолжил Димгадар, не реагируя на слова капитана, — с этого дня мы, крейсер «Брунка», охраняем императрицу и принца ценой своей жизни. Наш звездолёт поступает в полное распоряжение Кобьера Ратана и берёт опеку также над Амадеей. Капитаны, вы понимаете, что это значит? — Димгадар грозно смотрел на Ларамакера и Чарыкчу. — Действуйте по закону, или ваши корабли будут уничтожены.

Капитаны знали традиции, и никто не хотел их нарушать. Но юридический казус требовалось разобрать, поскольку последствия могли возникнуть весьма серьёзные.

— Качи, на чьей стороне правда? — взревел Ларамакер. — Как скажете, так и поступим.

На остатки сцены по лестнице поднялся Мститель в белом плаще. Он остановился напротив пиратов и откинул с лица седые волосы.

— Если братья позволят, то я скажу, — произнёс мужчина, имевший у качи репутацию знатока законов.

— Давай! Говори! Рассуди! — послышалось из зала.

— Капитаны действовали в соответствии с Кодексом и попросили, чтобы им не мешали завершить контракт, — адвокатским голосом вещал Мститель. — Они не нарушали закон, поскольку у женщины не было сафсита либо иного символа, показывавшего, что она под защитой корабля. А по отношению к грязеходам у качи нет никаких обязательств, поэтому никто им не препятствовал.

Пока Мститель говорил, из зала доносились одобрительные реплики.

— Теперь разберём ситуацию с Димгадаром, — продолжил старый капитан. — Ты сказал, что тебя назначил Катиручи, а не команда. Это против традиций. Только экипаж на общем собрании может утвердить капитана.

— Верно! Никто не вправе самовольно захватывать власть! — раздалось из зала.

— Вы хотите оспорить решение Катиручи? — с напором спросил Димгадар, обводя взглядом капитанов. — Он предупредил: если кто не понял — будет разбираться с ним. Есть желающие?

Качи только были свидетелями поединка и не спешили высказываться. А Димгадар после небольшой паузы продолжил:

— По приказу Торпеды три абордажные команды должны были захватить Катиручи. Он не всех убил, но покалеченные братья уже не смогут воевать. Как бы ни трактовались пункты Кодекса, но я не хочу его возвращения.

Пираты понимали, о чём говорил Димгадар, а потому никто не стал спорить с ним и обвинять в трусости. Напротив, его слова были взвешенными и мудрыми. Каждый из кэпов в такой ситуации действовал бы аналогично, поскольку жизнь экипажа в приоритете.

Мститель опять взял слово:

— Качи, давайте разбираться дальше. Всем известно: когда погибает капитан, главным на корабле остаётся старпом. Здесь стоит Тарбун. Сейчас, по закону, до собрания экипажа он принимает решения.

— Это так, — согласились пираты. Боко, хорошо знавший Кодекс, тоже кивнул.

— Если Тарбун берёт на себя обязательства по грязеходке, то она фактически становится членом команды. А тогда, по Кодексу любые противоправные действия по отношению к ней являются преступными. Судя по хронологии событий, капитаны Ларамакер и Чарыкча не знали, что находящаяся на сцене грязеходка — член экипажа «Брунки», и потому предприняли определённые действия. Тарбун, сейчас для качи именно ты главный на корабле и решаешь судьбу женщины. Что скажешь?

Старпом сделал несколько шагов и остановился. Он набрал в грудь воздух, и голосом, каким обычно отдавал команды, известил:

— «Брунка» берёт на себя ответственность за судьбы императрицы Амадеи и принца Ратана и клянётся защищать их. — Тарбун сделал небольшую паузу и затем, повернувшись к Боко, продолжил: — Ваше Высочество, мы желаем воевать во флоте и признаём флагманом корабль «Хасиката».

Димгадар и старпом опустились перед Боко на одно колено.

— Я согласен сотрудничать с «Брункой», — произнёс Ратан, и мужчины, поднявшись, стали подле принца.

— Качи, вы все были свидетелями, — возвестил Мститель. — Если кто-то считает, что нарушен закон, пусть выскажется.

В отсеке стоял гул, но принятое решение не оспаривалось. Выждав, капитан подвёл итог:

— Поскольку никто не высказался против, ответственность за присутствующего здесь члена экипажа звездолёта «Брунка» ложится на командиров. Капитан Чарыкча, ты должен отпустить… качи.

Когда пират поставил Амадею, девушка едва удержалась на ногах. Увидев её состояние, Боко поспешил к ней.

— Крепись, — шепнул он. — Всё складывается удачно.

— Это… как… — только и смогла произнести Амадея, оперевшись на руку принца и пытаясь выровнять дыхание. — Мне… нужно уйти.

— Нельзя. Сейчас начнётся самое главное. Крепись, даже если мочевой пузырь лопнет.

— С этим всё нормально, — пролепетала Амадея.

— Поздравляю, Ваше Величество, вы теперь пират, — с улыбкой произнёс принц. — Хотите заявить своё несогласие?

— Как всё сложно, — выдохнула девушка, потирая оцарапанную похитителем шею. — Но если я сейчас откажусь…

— То потеряете защиту крейсера, и тогда никто не помешает капитанам снова похитить вас. Контракт для пирата — святое. За его нарушение предусмотрена суровая мера наказания. Но ещё есть и Кодекс. А он главнее, потому вас и отпустили. Пренебрежение пиратскими традициями обрекает корабль и его экипаж на смерть, а врагов у каждого в этом отсеке предостаточно. Были случаи, когда убивали заказчиков, требовавших у капитана пренебречь Кодексом. Носора знают об этом и не нанимают джентльменов удачи воевать против своих. Никто не желает становиться изгоем из-за нарушения традиций, поэтому корабли не брали подобные заказы.

— Я боялась пиратов, а теперь, получается, сама стала качи. Что мне делать? Если люди узнают об этом…

— То будут уважать ещё больше, — заверил Боко. — У пиратов такая репутация, что их боится вся Галактика, а люди считают национальными героями. Конечно, если они не проводят орбитальную бомбардировку вашего мира.

Пока Ратан беседовал с Амадеей, эрадонцы отпустили Ларамакера, и тот выпрямился во весь свой рост. Капитан поправил сбившийся капюшон, и больше ничего не напоминало, что он только сражался.

— Мы рассудили по закону. — Мститель повернулся к похитителям. — Вы признаёте это?

— Вопросов нет, — покачал головой Ларамакер.

— Мы чтим традиции, — выдохнул Чарыкча.

— Можете покинуть собрание, либо остаться. Решайте сами, — резюмировал Мститель.

Отсек застыл в ожидании. Хотя за похитителями не признали вину, но ситуация была довольно напряжённой.

— Ваше Высочество. — Ларамакер повернулся к принцу. — У нас был незавершённый контракт. Но теперь, когда Амадея… в экипаже, в присутствии капитанов я заявляю о расторжении договора с заказчиком, поскольку не желаю нарушать Кодекс и выступать против братьев. Ваше Высочество, если вы примете мой крейсер в свой флот, клянусь, избравший меня экипаж будет следовать Кодексу и не допустит нарушения законов и договорённостей.

Сотни глаз внимательно наблюдали за событиями на сцене. Это был необычный поворот. Но никто из пиратов не мог упрекнуть капитанов, что те нарушили Кодекс. Если даже Мститель не нашёл, в чём можно обвинить Ларамакера и Чарыкчу, то все их действия считались достойными.

— Что ты будешь делать? — прошептала Амадея, обращаясь к Ратану.

— Соглашусь, — одними губами ответил Боко.

— Но ведь они похитили меня…

— Думаю, капитаны нашли способ разорвать контракт с заказчиком на убийство императрицы, — поделился Ратан. — Теперь их никто не упрекнёт. Потом всё объясню.

Ожидание решения принца держало пиратов в напряжении. Повременив с ответом, Боко взглянул на Ларамакера и произнёс:

— Качи, вы поставили меня в трудное положение. Но как принц я ценю вашу честность и способность отделять разумное от выгодного. Должны улечься эмоции, и тогда мы обсудим наши отношения.

— Клянусь, что мой экипаж вас не подведёт, — произнёс Ларамакер, опустившись на одно колено.

— Принимаю, — кивнул Ратан.

Ритуал объединения кораблей был соблюдён, после чего Ларамакер встал и отошёл за спину принца.

— Ваше Высочество, «Чёрная смерть» всегда летала с «Полным беспределом», — произнёс Чарыкча. — Я тоже расторгаю контракт на поимку императрицы и по-прежнему хочу примкнуть к вашему флоту.

Боко почувствовал, как дрогнула рука Амадеи. Он её понимал, но сейчас нельзя предаваться эмоциям.

— В моём флоте три корабля, — произнёс Боко на правах флагмана. — Если твой экипаж согласен войти в соединение, я принимаю предложение.

— Клянусь быть верным флоту. — Чарыкча опустился на левое колено. — Признаю «Хасикату» флагманом.

— Хорошо, — сказал Ратан.

За Амадеей и Боко выстроились капитаны, пожелавшие воевать под началом принца — Чарыкча, Ларамакер и Димгадар с Тарбуном. А бойцы «Эрадона» наблюдали за ними, готовые сразу вступить в бой.

— Ваше Высочество, — произнёс Мститель. — Думаю, если вы расскажете о планируемой пренде, то в этом флоте ещё появятся корабли.

— Хорошо, — не возражал принц. — Качи, я не рвусь к власти и личному обогащению. Но все должны понимать, что у меня единственная цель — сделать государство людей мощным и свободным. Ради этого я готов положить свою жизнь. Если кем-то из капитанов движут только меркантильные соображения, то возвращайтесь на охотничьи тропы. Выбор за вами.

Боко перевёл дыхание и заявил:

— Качи, прежде чем мы продолжим, я хочу, чтобы те, кто не рассматривает возможность сотрудничества со мной и императрицей, удалились.

В отсеке началось движение, а к принцу подошёл Редин и произнёс:

— Экипаж «Эрадона» готов воевать в вашем флоте. Я не подходил ранее, поскольку считал это уже решённым. Но сейчас хочу, как прописано в Кодексе, официально просить о присоединении к флоту. Мы с братьями обсуждали это на корабельном собрании и голосовали. Никто не возражал.

— Капитан, если «Эрадон» готов присоединиться, то я не возражаю, — объявил принц.

— Ваше Высочество, я признаю флагманом «Хасикату». — Произнеся ритуальную фразу, капитан «Эрадона» опустился на правое колено и склонил голову.

— Вот и молодец, — похвалил Боко.

Он посмотрел в зал и увидел выстраивавшихся у сцены капитанов. За Редином стояли Рэндон и Борини, командовавшие звездолётами «Мститель» и «Непримиримый», ранее входившими во флотилию Папы Боко. Через несколько мало знакомых ему кэпов был Убийца планет, далее Мститель, Стальной кулак, и за ними ещё пристраивались люди. Объявленное голосование, подразумевавшее удаление тех, кто не согласен воевать за Империю, стало парадом капитанов, желавших примкнуть к армаде.

Это был триумф. Амадея хорошо понимала значение происходящих событий. Она стояла рядом с принцем и снова чувствовала себя императрицей.

Глава 81

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Брунка»

После собрания Боко возвращался на яхту в сопровождении императрицы, четырёх абордажников «Эрадона» и Димгадара. На лифте спустившись на пятый ярус, лабиринтами коридоров они направлялись к стыковочному узлу.

— Сегодня был главный пиратский ритуал — принесение клятвы капитанами, — рассказывал Боко Амадее. — А разрабатывать планы и систему взаимодействия экипажей будем позже, когда звездолёты получат оружие и продовольствие.

— Кобьер, почему капитаны решили присоединиться к твоему флоту…

— Нашему флоту, — поправил Боко.

— …после моего похищения? — закончила Амадея мысль. Её утомило длинное собрание, насыщенное событиями и эмоциями, и она шла, опираясь на руку принца.

— Кэпам нужно было увидеть, как я поведу себя, — пояснил Боко. — Они же ничего не знают обо мне. А когда поняли, что я следую Кодексу, то сделали вывод: с этим принцем можно сотрудничать.

— Но по отношению к императрице капитаны повели себя непозволительно грубо и…

— Ваше Величество, — прервал Боко, — вспомните, перед похищением Ларамакер сказал: «мы чтим Кодекс и традиции». Это были главные слова. Ему требовалось закрыть контракт по императрице, прежде чем браться за новое дело. Такие правила у качи. Думаю, потому эти капитаны и не давали клятву перед Солитусом, как их коллеги. Возможно, мужчины действовали грубо, но ни у кого в зале не создалось впечатления, что они блефуют, иначе их освистали бы. А вы отделались испугом и смятым платьем.

— Но ведь мои похитители всерьёз намеревались убить меня, — заметила Амадея.

— Нет. То был, как говорят грязе… м-м-м… люди, спектакль. Сейчас к «Брунке» пристыкована только «Хасиката». Чтобы покинуть корабль, на котором проводится общее собрание, кэпы должны попросить разрешение у дежурного офицера и вызвать свой модуль. Любой объект, приближающийся к звездолёту без согласования, считается враждебным и уничтожается. Ваше Величество, неужели вы думаете, что экипаж крейсера позволил бы кому-то улететь с похищенной императрицей после того, как вы пообещали наполнить их трюмы?

— Ты всё это понял в те мгновения, пока меня тащили? — поинтересовалась Амадея.

— Не сразу, — признался Боко. — Но когда похитившие императрицу капитаны остановились, я уже сообразил, что происходит, и наблюдал разыгрываемый ими спектакль. И у меня не было сомнений, чем всё завершится.

— Потому ты и принял тех капитанов в свой флот?

— Да. Все их действия были просчитаны и соответствовали Кодексу. Скажу вам, — перешёл Боко на шёпот, — Ларамакер с эрадонцами не дрался по-настоящему. Однажды я видел уроженца планеты Сутуран в бою. В реальной битве громила размазал бы мелких абордажников. Имейте в виду: если он стал кэпом на своём корабле, значит, помимо умной головы обладает ещё и силой. Обычно кандидаты на капитанский пост устраивают спарринг. Победивший получает власть, а проигравший, если выжил, что бывает редко, либо покидает корабль, либо остаётся на прежнем месте. А может стать и первым помощником, если пользуется поддержкой братьев и не в контрах с новым кэпом.

— Скажи, Кобьер, что мне, как императрице пиратов, надлежит делать?

— Ваше Величество, вы неверно оцениваете ситуацию. — Боко перестал шептать и заговорил в полголоса. — Тут много тонкостей. К тому же у пиратов особые отношения к вашему полу. Хотя вы вместе со всеми произносили клятву, но, так сказать, официально остались членом экипажа. Только капитан принимает на себя ответственность в отношении пренды и корабля. Вспомните, что говорил Мститель, когда разбирал ситуацию с похищением. Пока старпом «Брунки» не сказал, что принимает вас в экипаж, вы считались грязеходом, а они по Кодексу бесправны.

— Кто же я теперь?

— По-прежнему избранная народом императрица. Вам подчиняются граждане всех планет государства.

— Но Союз ПИНА, Брания и прочие коллаборанты не признали новую власть.

— Странно, что сейчас мы обсуждаем эту тему. Ваше Величество, поймите, для носора все люди относятся к одной расе, и нас принимают везде одинаково. Вот мы говорим, к примеру — дзуги. Вы же не думаете о конкретном представителе государства Каэртан и не различаете, к какому он относится трлону. Мы воспринимаем дзугов отдельным биологическим видом. Все наши междоусобные дрязги носора не касаются, и юридически они будут спрашивать с вас, если, к примеру, граждане Союза ПИНА или Брании объявят войну лангам. Поэтому вам следует обеспечить их признание. Кстати, коллаборанты вели переговоры с Ругонди, поскольку видели его силу.

— Я императрица, но и пират. В государстве первое лицо, а здесь…

— Ваше Величество, у меня наследный титул принца, а ещё я капитан «Хасикаты» и флагман армады качи. Жизнь полна таких вроде бы взаимоисключающих объединений в одной личности. Хотя вы императрица и приняты в экипаж, но не имеете власти над пиратами. Они не признают вас, пока не принесут вам клятву, если спрашиваете об этом. А качи сейчас та сила, с которой невозможно не считаться.

— Я понимаю, — выдохнула Амадея. — Но как совместить эти противоположности?

Боко прошёл коридор и заговорил, лишь свернув в другой.

— Ваше Величество, сейчас не думайте об этом. Главное — вы защищены Кодексом и в безопасности. Больше никакой пират не будет покушаться на вас.

— Надеюсь, — прошептала Амадея и тяжело вздохнула.

— Меня выбрали вожаком пренды, а «Хасикату» флагманом, — говорил Боко, следуя за Димгадаром. — Это значит, что все корабли армады должны защищать мою яхту, даже если самим грозит гибель. За нарушение хотя бы одного пункта Кодекса звездолёт расстреливают. А вы член экипажа крейсера «Брунка» и находитесь под защитой корабля. Тут есть прочная связь. Конечно, императрице хотелось бы командовать флотом. Но качи свои правила создавали на протяжении десятилетий и не согласятся их менять. Только капитан является главной, так сказать, юридической фигурой. Амадея, если бы вы командовали кораблём, то к вам относились бы, как к равному. Даже меня принимают в обществе качи лишь потому, что я капитан яхты.

— Всегда считала пиратов бандитами, — призналась Амадея. — Но столько законов у вас… Пожалуй, качи даже цивилизованнее граждан Империи.

— Главное для пирата — корабль. А боевой звездолёт — это военное подразделение. Без строгой дисциплины в космосе не выжить, а отклонения от Кодекса приводят к смерти.

Боко прошёл до поворота и затем продолжил:

— Выбранный экипажем капитан руководит, пока не погибнет, либо команда не сместит его. Всей жизнью управляет Кодекс. Отношения между звездолётами определяются на общих собраниях, либо кэпами в соответствии с признаваемыми всеми законами. Кстати, Ларамакер должен был официально объявить, что разрывает контракт с заказчиком на убийство императрицы по веским причинам. Для качи член экипажа — брат, и в его отношении запрещено предпринимать какие-либо действия, поскольку это уже будет касаться всего корабля.

— Скажи, Кобьер, а я могу перейти на твой звездолёт? Что для этого нужно?

— Достаточно беседы капитанов. Если они договорились, новый брат даёт клятву верности перед общим собранием принимающего его корабля.

— Но ведь я не присягала «Брунке»…

— За вас перед всеми поручился старпом, исполняющий сейчас обязанности капитана, и этого достаточно для обретения статуса, хм, брата. Я уже говорил, что у качи нет сестёр. А клятву приносят экипажу, но это внутреннее дело команды. Вы же не собираетесь оставаться на борту крейсера, поэтому вас не пригласили на собрание братьев «Брунки». А поручительство старпома было лишь политическим шагом, чтобы устранить возникшие недоразумения.

— Капитан Ратан, я хочу попроситься в экипаж «Хасикаты», — официальным тоном произнесла императрица. — Я никого не знаю на «Брунке». Вы можете договориться обо мне с…

— Ваше Величество, я очень хочу иметь на борту своего корабля такого прекрасного компаньона. Но лучше повременить с этим.

— Почему? Ещё какие-то тонкости?

— Крейсер имеет вооружение и большую команду. А «Хасиката» — гражданская яхта с одним членом экипажа без брони и пушек.

— Но ведь её признали флагманом и должны защищать остальные корабли, — заметила императрица. — Ты же сам об этом рассказывал.

— Браво, Ваше Величество, — рассмеялся Боко. — Вы сразу ухватываете суть и всё верно излагаете. Ещё бы вам почитать Кодекс, и тогда сможете наравне с Мстителем трактовать законы качи. Нюанс в том, что хотя кэпы принесли клятву на пренду, мы ещё не составили планы, не организовалось ядро штаба, короче, не стали боевой единицей.

— Не понимаю, — покачала Амадея головой. — Было собрание, и ты признан флагманом. Все капитаны подтвердили это…

— Ваше Величество, если Редин сейчас попросит, чтобы «Хасиката» покинула палубу «Эрадона», где он любезно разрешил мне поставить яхту, я окажусь в открытом космосе. Тогда любой пират расстреляет мой кораблик, а защититься мне будет нечем. Качи ведь признают только силу. Но вы уже числитесь в экипаже «Брунки», и покушение на вас равносильно атаке на сам крейсер. Вам, брат Амадея, ничего не угрожает. Простите, это сарказм.

— А когда «Хасиката» станет настоящим флагманом?

— После того как все поймут, что со мной лучше… хм… дружить. Пока же во мне кэпы видят мужчину, знакомого с Кодексом и действующим в соответствии с их пониманием жизни. Я предлагаю новую пренду, а значит, обязуюсь заполнить корабельные трюмы провиантом и оружием, без чего невозможно воевать. Это качи знакомо и понятно. Но теперь мне нужно их обеспечить. Когда они получат обещанное, то последуют за мной. С того момента «Хасиката» и станет флагманом.

— А для этого нужна я, — резюмировала Амадея.

— Ваше Величество, если вы предложите пиратам пренду, то станете для них нанимателем, а значит, должны обеспечить флот. Если вас не устраивают такие отношения, можете ничего не делать. Но я не позволю вам совершить нечто… ужасное.

Амадея вздохнула и спросила:

— Откуда заказчик узнает, что у Ларамакера и Чарыкчи контракт разорван?

— Вам объяснить юридическими терминами? — с усмешкой поинтересовался Боко.

— Простым языком, чтобы я поняла. Это ведь касается меня лично.

— Постараюсь. Капитаны «Полного беспредела» и «Чёрной смерти» оповестят заказчика о разрыве контракта тем способом, какой они обговаривали при его заключении. Если другие капитаны встретятся с нанимателями, заплатившими за смерть императрицы, то подтвердят форс-мажорную ситуацию. Так всё работает. Если заказчик здравомыслящий, то не будет требовать сатисфакцию, поскольку сделает хуже себе. Пираты ведь могут решить, что носора бросает им вызов, а тогда уже он будет расплачиваться своей жизнью. Чувствуете, какая тут тонкость?

— Но заказчик выделил средства и рассчитывает на результат.

— Да. Но качи не воюют между собой. Это запрещено Кодексом, поскольку поединки обычно заканчиваются гибелью кораблей. Всегда есть форс-мажоры, из-за которых подрядчик не может выполнить работу, и они оговариваются. В нашем случае — императрица Амадея стала членом экипажа пиратского крейсера. Сейчас Ларамакеру и Чарыкче бросать коллегам вызов из-за второстепенной личности на борту «Брунки» подобно суициду. Во-первых, это нарушает пункты Кодекса. А во-вторых, я не сомневаюсь, что присягавшие сегодня кэпы вступятся за Димгадара, ведь они уже дали клятву и стали флотом. А возвращаясь к юридической и финансовой сторонам вашего вопроса, надо отметить, что корабль исполнителя понёс определённые издержки по делу заказчика. Кто пирату возместит убытки? Видишь, сколько нюансов. Это всё обговаривается до заключения контракта.

Лишь свернув за очередной угол, Амадея продолжила беседу:

— Кобьер, ты и пираты не являетесь гражданами Империи. Сейчас в моём государстве появился военный флот, который не подчиняется мне. Мы враги? Или что это значит?

— Дорогой мой пират, — Боко взглянул на Амадею и улыбнулся. — Ваше Величество, вы прекрасны. Не скрою, иметь такую супругу для меня было бы счастьем. Примите это как комплимент, — поспешно добавил он, заметив искреннее удивление во взгляде императрицы.

                                                * * *

Амадея снова вспомнила пророчество Ашары. Впрочем, и без него принц симпатизировал ей. Ратан был умён, смел и красив. Но больше всего подкупало, как мужчина заботился о ней, словно она хрупкий цветок. Галантное обхождение Кобьера, величие его личности и мудрость создавали для девушки притягательный образ.

Но принц не мог ей дать ощущения истинного величия над миром, какое она испытала на Этране. Тогда, в тишине шествуя с Реем по буквально бурлившей от взрывов планете, Амадея чувствовала себя богиней, для которой всё окружающее не более, чем декорация. Она несколько раз видела, как Рей сражался, и осознала, кто настоящий хозяин жизни. Вздумай йогрянин завоевать Галактику, никто не смог бы противостоять ему, даже пираты. Вот какого могущества желала Амадея.

А Кобьер был просто человеком, хотя и довольно необычным. Зато на Ратана можно положиться, и сегодня он возглавил пиратский флот, которому в Галактике нет равного. Это тоже было могущество, но другого порядка.

«Зато он рядом, и мне с ним хорошо, — призналась себе девушка. — Неужели принц действительно станет отцом моих детей?»

Глядя на Кобьера, Амадея отметила, что эта мысль начала ей импонировать и не вызывала отторжения.

«Наверное, я стала привыкать к мужчине, вырвавшему меня из лап смерти и вдохнувшему надежду. Если разобраться, более достойной кандидатуры в мужья для императрицы я сейчас не вижу. Рей избавил принцев терских от родового проклятия, а значит, Кобьер здоров как физически, так и духовно. Но, возможно, я ещё не привыкла к нему».

— Вы мне льстите, — ответила императрица на комплименты принца.

— Нисколько, — игриво возразил Ратан. — Я восхищаюсь вашей красотой. Вы настоящая королева, и очаровательная девушка.

Амадея смутилась от выражаемых Кобьером эмоций и произносимых им комплиментов. Но ей было приятно их слышать. Ни одно женское сердце не устояло бы перед такими словами.

У шлюза принц остановился. Бойцам «Эрадона» он велел идти на яхту, а сам повернулся к Димгадару и сказал:

— Хочу выразить благодарность за помощь.

— Ваше Высочество, — произнёс молодой человек. — Катиручи велел охранять вас. Я предлагаю вам использовать «Брунку» как основной звездолёт. Наш крейсер имеет боевые платформы и защиту…

— Димгадар, — принц мягко перебил капитана, — я неплохо разбираюсь в кораблях и понимаю, что Торпеда неслучайно выбрал этот крейсер. Опытный старый волк поменял не один звездолёт и остановился, возможно, на лучшем из последних моделей.

Заметив промелькнувшую на лице Димгадара тень какой-то эмоции, Ратан улыбнулся и продолжил:

— Смирись с тем, что сейчас каждый будет вспоминать Торпеду. На нём держался ваш экипаж. Новому капитану нужно завоевать авторитет в коллективе, а это нелегко. Даже когда братья проголосуют за тебя, предстоит ещё доказать, что ты способен руководить. А вот если проявишь талант в боевых действиях, всё само устроится.

— Спасибо, Ваше Высочество. Для меня это назначение было неожиданным. Буду стараться.

— Димгадар, я подумаю над твоим предложением, — пообещал Ратан. — А вам не следует откладывать общее собрание и выборы капитана. Лучше провести уже сегодня. Корабль без кэпа…

— Банда головорезов, — продолжил Димгадар. — Так всегда говорил Торпеда.

— Видишь, и ты вспомнил его, — усмехнулся Ратан. — Мне необходимо посетить все корабли флота. Ни с кем заранее не обговаривалось объединение и сейчас предстоит утрясти множество разных вопросов. Когда на «Брунке» будет избран капитан, мы побеседуем.

— Ваше Высочество, как бы ни сложились обстоятельства, я вам буду верен. Если сам Катиручи приказал охранять вас и императрицу, мой экипаж сделает всё возможное.

Ратан взглянул на стоявшую рядом Амадею и чуть погодя произнёс:

— Я услышал тебя и беру во внимание, что «Брунка» меня не подведёт.

— Никогда, — заверил Димгадар. — К тому же я давал со всеми клятву.

— От меня тебе совет: заучи Кодекс до последней буквы. Тогда сможешь действовать уверенно. Ещё было бы неплохо побеседовать с Мстителем. Есть написанный закон, но важно ещё и его толкование. Когда смотришь на Кодекс, порой не знаешь, как понять вроде бы элементарные истины.

— Вы правы, — кивнул Димгадар. — Я обязательно воспользуюсь вашим советом.

Женщины остро чувствуют эмоции, и стоявшая рядом Амадея уловила: между капитаном и принцем возникло нечто вроде дружеской симпатии. А это был залог отношений, основанных на доверии.

Распрощавшись с Димгадаром, Ратан и Амадея по телетрапу перешли на «Хасикату». У шлюза в широкой галерее стояли пятеро абордажников, а на полу лежали космические скафандры, в которых они прибыли на яхту.

— Бойцы, я благодарен вам за помощь, — с теплотой в голосе произнёс принц. — Вы появились вовремя. Без вас судьба Империи сложилась бы иначе. Мы обязательно всех отблагодарим. А сейчас… летим на «Эрадон». Капитан, вы позволите яхту посадить на третьей палубе?

— Флагман пренды может располагать нами, — был ответ Редина.

— Благодарю, — кивнул принц. — Размещайтесь, а я пойду к пульту.

К Ратану подошёл боец, охранявший яхту.

— Ваше Высочество, — произнёс Касант. — Здесь был… Катиручи и велел передать… вам послание.

— Слушаю. — Ратан внимательно смотрел на абордажника.

Амадея тоже впилась глазами в мужчину. Всё, что касалось Рея, её душа воспринимала довольно болезненно.

— Катиручи передал слова… некой… Ашары, — с запинками рассказывал Касант. — Вам предлагается… избрать «Эрадон» главным… кораблём и отправиться с флотом в… Большой мешок… Гризов направили… дзуги. Если уоррцев… э-э-э… принудить рассказать об этом, то с Каэртаном будет… покончено. Вот, примерно так.

— А кто такая Ашара? — Боко впервые слышал это имя.

— Бывшая верховная жрица Империи, — поделилась Амадея. — Она была ясновидящей и предсказывала будущее. После её пророчества я в Алимли ждала… Катиручи. Стоит прислушаться к этим словам.

— Хм. Послание ясновидящей подтверждает, что я на верном пути, — высказался принц. А затем, повернувшись к бойцу, спросил: — Где сейчас Катиручи?

— Э-э-э… Надел скафандр… перешёл на грузовоз… и… улетел с Кортасом. Больше я ничего не знаю.

Амадея сжала кулаки и почувствовала, как дрогнуло сердце. Она понимала: после жестокого сражения с носора Рей должен был покинуть «Брунку». Ему сильно досталось, и женская душа жалела его. Но ей очень хотелось увидеть любимого и поговорить с ним. А ещё лучше, не расставаться с тем, о ком были все мечты.

Внезапно пришедшая мысль у Амадеи вызвала бурю эмоций: «Из слов бойца, озвучившего послание, выходит: Рей встретился с Ашарой и они вместе. Бывшая жрица говорила, что хочет по велению йогрянина родить дочь, и потому решила оставить свой пост. Я уже знаю, кто будет отцом её ребёнка».

Слёзы ревности выступили из глаз Амадеи.

— Возвращаемся на «Эрадон», — сказал принц и стал подниматься по лестнице на второй ярус яхты.

«Может, там я, наконец, увижу Рея и поговорю с ним» — понадеялась Амадея.

Глава 82

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Космос.
Звездолёт «Дусум»

— Здесь я покину корабль, — произнёс Рей. Он сидел в кресле грузового модуля «Эрадона», а в шлеме его скафандра был открыт лишь визор.

— Но тут ни одного звездолёта, — заметил пилот. — Будешь выходить в космос?

— Да. Тебя это не должно волновать. Спасибо, что подбросил. Я пошёл к шлюзу, а ты возвращайся на «Эрадон».

— Хорошо, — не возражал Кортас. В облегчённом комбезе он сидел за пультом и задумчиво тарабанил по консоли. Было видно: мужчина чем-то обеспокоен. Либо происходящее не соответствовало его планам, либо в отношении непрошеного гостя старпом «Эрадона» дал особые приказы. Но мужчина не решился открыто возражать Катиручи, хорошо понимая, чем это могло закончиться. Подтверждая мысли Рея, он спросил: — А-а-а… Что мне доложить старпому?

— Пассажир покинул модуль за орбитой Саты, — усмехнулся Рей вставая. — Можешь даже указать координаты, хотя это ничего не даст. Меня скоро подберёт другой звездолёт.

— А-а-а… я не должен возвратиться на «Брунку»?

— Снова будешь изобретать причину для стыковки? Не думаю, что это хорошая идея. А за коллег не переживай. Они вернутся на «Эрадон» на яхте принца.

— Ладно. А-а-а… — Пилот явно порывался ещё о чём-то спросить, но Рей уже вышел из рубки. Судя по цифрам на часовом табло, приближался момент его рандеву с «Дусумом», и ему следовало поторопиться.

— Удачи! — крикнул пилот.

— И тебе, — ответил Рей, по галерее направляясь к шлюзу.

                                               * * *

Едва Рей покинул судно, пилот закрыл шлюз и активировал маневровый двигатель. У этого модуля, как и на всех звездолётах качи, не было бортовых огней, и по мере удаления его корпус, постепенно ужавшись до точки, бесшумно растворился в космической черноте.

Космос встретил Рея тьмой и невесомостью. После боя с ибо-хирбю всё тело было каким-то чужим, а каждое движение отзывалось болью. Метаморф ведь едва не раздавил его в своих объятиях. К счастью, у носора не хватило сил, да и йогрянский комбез, видимо, не позволил сжаться живому кокону.

Когда искусственная гравитация исчезла, вместе с ней ушла и давившая на организм тяжесть. Рей активировал встроенный в скафандр массажёр, и прибор принялся разминать тело. Это было приятно. Ему даже захотелось поурчать от удовольствия. Понемногу усталость проходила, и Рей заинтересовался окружающим миром.

Солнце Диба размером в два кулака белыми лучами пронзало вечную тьму Вселенной. Космос усеивали россыпи разноцветных точек, порой образующих замысловатые узоры, а яркое свечение дуги центра Галактики завораживало взгляд и притягивало к себе. Из-за распятнавшей звёздное скопление тёмной дымки оно казалось живым, а по сравнению с ним всё остальное было мелким и тусклым.

Вокруг голубоватого пятна Саты мельтешили искорки космических городов, спутников и звездолётов. Там бурлила жизнь, наполненная особым смыслом. А издали всё это движение казалось роем копошащихся насекомых.

Рей поймал себя на мысли, что остался совсем один посреди бескрайней пустоты. Впрочем, здесь, в этой Галактике, он и так был чужаком, пришельцем из другого мира.

«Почему именно сейчас пришла эта мысль? — задумался он. — Кажется, знаю. Когда энергия уходит на излечение тела, трудно предаваться радости даже после победы над ибо-хирбю. А ещё внутри стало пусто».

Какой-то мудрец однажды сказал, что родина — это не конкретное место, а мир, где окружающие думают, как ты, разделяют твои взгляды и согревают душевным теплом. А здесь у Рея не было людей, к кому хотелось бы вернуться, и этим, вероятно, объяснялось ощущение пустоты.

В родном мире осталась любимая землянка Рита, с которой, благодаря гелу, он стал близок. Но та женщина была очень далеко, и к ней, кажется, уже не вернуться. Поэтому для него она существовала лишь в уголке памяти, где бережно хранились самые приятные моменты. А невозможность снова обнять любимого человека поднимала внутри ураган негативных эмоций, вызывавших в сердце настоящую боль. Но это не те чувства, с которыми хотелось жить, и Рей предпочитал не пускать в душу тоску и горечь утраты.

«Сейчас бы окунуться в океан планеты Эрита, — промелькнула мысль, вызвавшая ещё одно приятное воспоминание. — Там сама вода быстро излечивала тело и наполняла бодростью. Рай. Но Эрита тоже осталась в далёком родном измерении. Вот бы вернуться туда».

Внезапно ожил радиоэфир и вырвал сознание из мира воспоминаний.

— Рей, включи маяк, — в наушниках на йогрянском произнёс голос Ашары. — Не могу тебя найти.

«„Дусум“ прибыл к месту рандеву именно в ту минуту, как и было предсказано. Вот что значит ясновидящая» — подумал Рей, а вслух спросил:

— Это не опасно? Пираты тоже могут запеленговать мой сигнал.

— Я уже рядом, но ты слишком мал, и приборы не фиксируют тебя.

— Хорошо. Даю секундную трансляцию.

— Её хватит.

Послав сигнал, Рей осмотрелся. Космос был тёмным и пустым, но так лишь казалось, ведь где-то в этой бескрайней черноте к нему летел «Дусум».

— Рей, ты был прав, — вскоре раздался озабоченный голос Ашары. — Фиксирую два массивных объекта на расстоянии в десять и тридцать семь тысяч метров. Думаю, за тобой следили пираты. Они бы захватили тебя и раньше, но, как и я, не могли запеленговать. А ещё, по-видимому, качи хотят заполучить твой корабль. Судя по меткам и массе, это два крейсера.

— Я предполагал, что будет погоня. На «Брунке» меня пытались схватить три группы бойцов. Теперь в игру вступили корабли. Не сомневаюсь — «Дусум» им пригодился бы.

— Они опытные воины. — В голосе Ашары слышалась тревога. — Качи спланировали захват, и теперь приближаются с двух сторон, чтобы взять нас в клещи.

— Всё может быть, — выдохнул Рей. — Сканировала будущее?

— У грядущего разные векторы, — уклончиво ответила ясновидящая.

— Ты не юли, а выбери нужную цепь событий. От этого зависит и твоя жизнь.

— Ладно. Постараюсь.

— Ашара, увидела меня?

— Да. Я почти рядом.

— Поторопись. Мне нужно к пульту. Я лучше тебя знаю свой корабль.

— Включай маневровик и готовься войти в шлюз.

Почти сразу Рей увидел сгустившуюся тьму. Это недалеко от него завис «Дусум». Как и на пиратских звездолётах, на нём отсутствовало бортовое освещение, а различить корабль на фоне космоса можно было лишь по затенённым им звёздам. Особое покрытие нганского сторожевика вообще не отражало свет и радиоволны, и потому для любых приборов корабль оставался невидимкой.

Вытянутый корпус «Дусума» намного превосходил грузовой челнок «Эрадона». Даже во тьме были различимы бугрившиеся выступы, под которыми скрывались боевые установки. Рею ещё не доводилось пользоваться оружием нганцев, но, возможно, скоро предстоит.

Включив двигатель скафандра, он устремился к шлюзу, расположенному в нижней части корабля. Ашара уже открыла панель, и едва различимый луч света позволил Рею ориентироваться. Когда он влетел в широкий проём, переборка сразу отгородила его от космоса, а тело обрело вес.

Внутренняя панель шлюзовой камеры скользнула в сторону, и Рей поспешил в салон. Он сразу сбросил скафандр, в котором уже не было необходимости, и, не останавливаясь, размял тело. Кто бы знал, как ему хотелось упасть и уснуть. Но этот день был, по-видимому, особым в его судьбе, и опять требовалось сражаться за жизнь. По словам Ашары, к «Дусуму» приближались два пиратских крейсера, а с этими ребятами следовало считаться, ведь они настоящие мастера по захвату звездолётов.

— Как дела? — поинтересовался Рей, входя в рубку.

— Мы удаляемся от Саты, — доложила Ашара, как настоящий солдат, и покинула пилотский ложемент. — Курс установлен к внешней границе системы. Нас преследуют два корабля.

— Сейчас оторвёмся, — пообещал Рей, рухнув в освободившееся кресло. Он сразу пристегнулся. Одна его рука привычно стиснула джойстик, а другая на консоли задала режим максимального форсажа маневрового двигателя. На расположенном над пультом экране было видно, как «Дусум» ускорился, и звезда Диба стала стремительно уменьшаться.

— Ашара, займи ложемент и пристегнись, — велел Рей, а его руки запорхали над пультом, вводя в систему корабля новые параметры.

— Возьми резко вниз! — бросила женщина, буквально упав в соседнее кресло.

Ясновидящей следовало доверять, и Рей, не переча, выполнил её команду, попутно отключив искусственную гравитацию. На боковом экране, показывавшем ближайшие массивные объекты, он увидел, как преследовавшие «Дусум» две точки ушли в сторону.

— Судя по массе, это торпеды, — поделился Рей. Его голос был спокоен, а сам он сконцентрирован. — Не могут догнать, так решили подбить нас?

— Думаю, это были ЭМИ-снаряды, — высказалась Ашара. — Пираты хотят на преследуемом корабле вырубить всю электронику, и после взять его на абордаж.

— Логично, — кивнул Рей. — Пусть теперь попробуют нас догнать.

Он снова изменил курс, но корабль по-прежнему направлялся к границе системы.

На показывавшем космос боковом мониторе вспыхнули две яркие точки — самоликвидировались пиратские снаряды. Не отрывая взгляда от экрана, Рей увидел, как заметались крейсеры, преследовавшие «Дусум». Вероятно, джентльмены удачи потеряли некий ориентир, но ещё надеялись захватить Катиручи и продолжали охоту.

— Интересно, как они выслеживают меня? — размышлял Рей вслух, наблюдая за пиратами. — Их корабли снова ложатся на курс «Дусума».

— Думаю, качи пользуются программой гибридного моделирования. Эта система, отталкиваясь от неких начальных параметров, способна рассчитать, в какую сторону мог повернуть корабль.

— Но ведь они не видят меня.

— Возможно, спецы заметили некую аномалию в том районе, где запеленговали твой сигнал, и летели за ней. Программа рассчитала возможную траекторию объекта, и было принято решение выпустить торпеды. Но снаряды не попали в цель и самоликвидировались.

— Я слышу опытного пилота, — улыбнулся Рей и снова поменял курс.

— Если логически рассуждать, — заметила Ашара, — мы должны лететь в сторону от звезды, чтобы затем прыгнуть. Вот пираты и пытаются определить нашу возможную траекторию.

— Как думаешь, мы уже оторвались?

Ясновидящая ответила не сразу.

— Хотя это и запрещено, но я бы посоветовала межзвёздный прыжок, если твой корабль выдержит перегрузку внутри системы.

— Ого. А ты, оказывается, лихой гонщик, — улыбка снова тронула губы Рея, но его лицо сразу посерьёзнело. — Почему советуешь прыжок?

— На границе нас ждут ещё четыре крейсера. Если они выпустят по десять электромагнитных торпед, либо каких-нибудь коварных снарядов носора, то могут задеть нас.

— Понятно, — прошептал Рей. — Значит, прыгаем.

Он предпочёл бы не переходить на прыжок, поскольку вблизи огромной массы звезды это грозило серьёзными последствиями. Не зря же во всех инструкциях были введены запреты. Но сейчас требовалось рисковать.

Рей вывел на экран навигационную карту. Судя по ней, «Дусум» миновал три планетарные орбиты системы Диба и подлетал к седьмой. Это было уже достаточно далеко от звезды.

Рей вспомнил, как в мире Уюя на угоняемом звездолёте активировал движитель, и корабль тогда залетел в незнакомый космос. Сейчас могло случиться то же самое, но иначе не спастись.

Его рука коснулась нужной кнопки, и космос на экране потерял видимые ориентиры.

Глава 83

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Эрадон». Космическая яхта «Хасиката»

На «Хасикате» императрица поселилась в просторном жилом модуле, состоявшем из трёх отсеков. Амадея отметила, что на её личном корабле было, пожалуй, не так шикарно. Стены из настоящего дерева украшали декоры из драгоценных металлов, изготовленные трейлянскими дизайнерами изогнутые поверхности встроенной мебели выглядели изысканно, а излучающий потолок создавал уютную атмосферу.

К спальному отсеку примыкал санузел со всеми необходимыми для человека устройствами, и даже некоторыми неизвестными. Это были достойные императрицы апартаменты, и Амадее нравилось здесь. Кобьер рассказал, что яхту построили для высших особ трейлянской расы, и императрица не чувствовала себя здесь в чём-то ущемлённой. Не хватало лишь тейли и Лариты.

Вспомнив о фаворитке, Амадея тяжело вздохнула. Они росли вместе, познавали жизнь и делились тайнами. А такие взаимоотношения для каждого человека весьма ценны. Это из сферы очень личного, когда потеря друга детства порой сродни отсечению конечности.

Амадея постепенно привыкала к мысли, что Лара уже не придёт, и они не будут, как раньше, просто болтать. А этого так порой девушке не хватало. С кем ещё она могла обсудить исчезновение Рея? Он ведь не вернулся на «Эрадон». А пилот грузового челнока, встретив на крейсере капитана и принца, доложил, что Катиручи покинул корабль прямо в открытом космосе.

Ко всем неурядицам напряжённого дня добавилось ещё и это, и женская душа не выдержала эмоционального удара. Расстроившись, Амадея сразу ушла к себе и всплакнула. Да и как было не печалиться, если судьба опять развела её с любимым.

Сейчас Амадею опекал принц. Она привыкала к Ратану, но не позволяла себе думать о нём, как о спутнике жизни. Наверное, было виновато предсказание Ашары, что с Реем придёт и её будущий супруг. Но Амадея ведь хотела остаться с другим мужчиной, ради которого пошла на смертельный риск. А судьба готовила иное. Потому в девичьей душе и бурлили противоречивые эмоции. Амадее порой начинало казаться, что не она сама делает выбор, а всё уже подготовлено, и ей осталось принять суженного. Но её душа не могла с этим смириться.

«Какие мне расставить приоритеты?» — задумалась Амадея.

Вчера пиратское собрание настолько утомило, что она не стала обсуждать с принцем результаты встречи с капитанами. А сейчас её мысли вернулись к событиям на «Брунке». Амадея понимала: вчера наступил перелом. Появилась реальная сила, способная защитить человечество от носора. Но ещё требовалось хорошо потрудиться.

Новые политические лидеры пока не проявились. А если вспомнить допрос ибо-хирбю, по их сценарию императрице уготована смерть. Поэтому сейчас Амадея могла положиться лишь на принца и давших ему клятву пиратов. Казалось абсурдом заключать договор с галактическими бандитами, чтобы сохранить свою власть и жизнь, но судьба не оставила иного выбора.

Амадея потянулась и зевнула. Она чувствовала себя отдохнувшей, а тело жаждало движения. Её будто что-то толкало покинуть кровать и чем-то заняться.

Взглянув на встроенный в потолок монитор, Амадея увидела, что уже наступили следующие сутки, а она проспала десять часов. За это время могло произойти множество событий, и императрице необходимо включаться в работу. Но сначала требовалось подготовиться к выходу. Не могла же высшее лицо государства предстать перед мужчинами в неподобающем виде.

После похищения и выстрела из трейлянского ружья платье было помятым и местами обугленным, а причёска потеряла первоначальную форму. Вернувшись в отсек и увидев себя в зеркале, Амадея ужаснулась. Сегодня ей следовало потрудиться, чтобы выглядеть настоящей императрицей.

Принимая водные процедуры, одеваясь и завтракая витаминизированными пастилками, Амадея размышляла над вчерашними событиями. Эта привычка — всё делать сразу — осталась у неё с детства, когда деятельная натура девочки спешила многое успеть.

«Получается, — размышляла Амадея, — строя планы, мне следует отталкиваться от слов принца: над пиратами императрица не имеет власти. А это значит, что я полностью завишу от Кобьера, так как мне больше не на кого опереться. Да и вообще, сейчас я фактически у него в плену и не могу поступать как хочу. Впрочем, я и сама не знаю, чего желаю.

Кстати, если принц со своей пиратской армией изгонит носора, то никто не помешает ему провозгласить себя императором. А у государства нет сил, способных противостоять ему и захватчикам других рас.

Я хорошо усвоила: власть удержит только сильная личность, имеющая армию. Что мне остаётся делать? Не могу же я всецело довериться пиратскому вожаку. Опасно. Кобьер сейчас воспользуется моим положением, чтобы народ привык видеть его на вершине власти, а затем просто избавится от меня. Кстати, этого же хотел и Эдран Карде.

Отсюда вывод: необходимо искать тех, кто обеспечит надёжный тыл, и с их помощью защищать свою власть. Нельзя позволять принцу командовать мной, как ему хочется. Я же императрица.

Прошло слишком мало времени после неудавшегося переворота Ругонди, и в Империи ещё не появились новые лидеры, способные заменить погибших у Роны правителей, предавших меня и переметнувшихся к мятежному барону. А смелые личности обязательно найдутся, и будут искать встречи с императрицей. Возможно, ещё удастся пообщаться с Реем. А с таким мужем моя власть будет надёжно защищена, и носора не посмеют вторгнуться в Большой и Малый мешки».

Наметив план действий и покончив со сборами, Амадея осмотрела себя в зеркале. Причёску она сколола шпильками с бриллиантами. Хотя и не помогали тейли, стрижка хорошо сохраняла форму, и ей не пришлось долго возиться с волосами. Новое бежевое платье, уложенное заботливой Ларитой в кофр, хорошо подходило к фигуре и цвету её лица. Кстати, оно последнее, поскольку в дорожном наборе императрицы других не было.

«Надо возвращаться на Рону, — заключила Амадея. — А иначе придётся ходить в грязном платье, либо в не соответствующем моему рангу комбезе».

«Если бы Кобьер не подумал, что мне нужно переодеться, этого тоже не было бы» — пронеслось в голове. Но мысль занимала её недолго, поскольку внимание переключилось на аксессуары.

Амадее пришлось снова надеть вчерашние украшения. Повседневную парюру императрицы составляли: корона или диадема, гребни, шпильки, броши, цепочки с кулонами или колье, серьги, браслеты, кольца. В Алимли ювелирные гарнитуры менялись каждый день под наряд, а ещё этого требовал этикет. А здесь был лишь малый набор, в котором она покинула Рону.

«Мужчины вряд ли обращали внимание на мою ювелирку. Скорее на сцене они видели уродину с растрёпанными волосами и в лохмотьях вместо платья» — удручённо подумала она.

Но и появляться на публике без этих украшений Амадее было нельзя, поскольку на каждом предмете нанесены государственные символы — отличительные знаки императрицы, всё равно что погоны у военных. Как ей объяснили в службе протокола, хотя эти изделия были из драгоценных материалов, но не имели цены, поскольку являлись атрибутами власти, и носить их могла лишь императрица. А покушение на государственные регалии считалось самым тяжёлым преступлением, и кара за него — смертная казнь без права обжалования.

Оставшись почти довольной увиденным в зеркале, так как женщина всегда способна найти изъян в своей внешности, Амадея направилась к выходу.

Едва она приоткрыла переборку, мимо отсека прошёл какой-то мужчина. Женское любопытство взывало подслушать, о чём принц говорит с пиратами, и Амадея бесшумно выскользнула в широкую галерею. Пилотская рубка, в которой постоянно находился Кобьер, располагалась напротив её отсека и чуть дальше от лестницы. Она приблизилась к открытой переборке и замерла.

— Ваше Высочество, — донёсся хриплый мужской голос, — хочу побеседовать с вами.

— Говори, Ларт, — разрешил принц.

— Должен признаться, я считал, что вы Папа Боко в гриме.

Пауза.

— Хм. Но сейчас так не думаешь? — уточнил Ратан.

— Вчера я беседовал с Катиручи. Он прибыл тайно, когда Редин уже отправился на «Брунку», и кое-что рассказал.

«Снова я слышу о Рее, — подумала Амадея. — Кажется, он везде, но не рядом со мной. Надо это скорректировать. Ашара как-то говорила об одном принципе: чтобы добиться цели, нужно отпустить ситуацию. Значит, мне надо перестать думать о Рее, и тогда он вернётся в мою жизнь. В Алимли я же старалась не вспоминать его и снова увидела».

— Катиручи попросил тебя защитить Редина? — поинтересовался Ратан.

— Да, Ваше Высочество. Он ещё много чего говорил и сказал, что вы внук Папы. Это так?

— Хм. Раз стали известны подробности моей биографии, то я не буду отрицать факты.

Амадея не понимала, о ком речь, зато получила возможность узнать то, о чём Кобьер предпочитал не говорить. Мысли в её голове зароились, а уши внимательно слушали беседу мужчин.

— Папа Боко ушёл неожиданно, — снова донёсся голос Ларта, — и не завершил все свои дела…

— Я не в ответе за… родственника, — холодно заявил Ратан.

— Да никто же не спорит…

— У нас были встречи, — продолжил принц, смягчив голос. — В последнюю Боко подарил мне эту яхту. Вернее, указал, где её найти и как открыть. Он говорил, что «Хасиката» ему не нужна, а принцу могла понадобиться. Так я и стал владельцем корабля. Надеюсь, ответил на твои вопросы?

— Ваше Высочество, спасибо за откровенность. Теперь многое понятно, а то мы уж и не знали, что думать. Качи хорошо запомнили красавицу «Хасикату», а у вас поразительное сходство с Папой. А ещё такие же манеры и деловая хватка. Только вы намного моложе.

— Говорят, от дедов к внукам что-то переходит, — усмехнулся принц.

— Боко был мне больше, чем капитан, — в голосе мужчины Амадея услышала теплоту. — Я воевал с ним, можно сказать, полжизни. Он принимал меня в экипаж. То было ещё на другом корабле. А когда погиб старпом «Эрадона», Папа предложил мне этот пост, и братья не возражали. Мы готовили пренды и делили рачу. Эх, пролетело время.

— Если и новый капитан не стал менять тебя, значит, ты был хорошим помом, — заметил принц.

— Э-э-э… Случилось много разного. Брас тоже носил цепь старпома, но недолго. А если экипаж не освистал меня, значит, я неплохо справлялся.

— Люди чувствуют, когда человек соответствует месту, — заметил Ратан. — Так с чем ты пришёл?

— Ваше Высочество. М-м-м… У качи нет обычая… Э-э-э… Как сказать? Вот. Экипаж ничем не обязан родственникам братьев по кораблю. Но если пожелаете, я открою вам каюту Папы. Внуку должно быть интересно, где жил дед. Когда Боко исчез, его сын Арид стал кэпом, так сказать, по наследству, но занимал другую каюту. Он был вам двоюродным дядей. Клоун… э-э-э… капитан не отличался чистоплотностью, да и с головой не очень… ладил, а потому быстро… м-м-м… ушёл.

— Редин мне рассказал, как его убили, — поделился принц с некой печалью в голосе.

— В отсеке капитана всё осталось, как было при Папе. Арид открыл некоторые тайники. Он спрашивал у меня коды к другим, но я и сам не знал. Если вам будет интересно, можете туда прийти.

— Спасибо. — Голос принца был задумчивым. Он помолчал и позже сказал: — Боко не упоминал о своих тайниках. Да и зачем? На крейсере охрана, и я не смог бы туда проникнуть. А взглянуть на каюту легендарного капитана и родственника было бы интересно. Я благодарю тебя, Ларт, за предложение, но давай это организуем позже. Сейчас начинается самое горячее время, и я буду занят.

— Папа тоже так говорил, — ухмыльнулся старпом.

— Если это всё, что ты хотел сказать… — Принц явно намекал — пора прощаться.

— На «Брунке» было собрание, — сообщил гость. — Экипаж проголосовал за Димгадара.

— Насколько я знаю, он ещё ничем не выделился, — задумчиво произнёс принц. — Но раз братья доверяют ему, значит этот человек на хорошем счету.

— Кэп «Брунки» передал вам, что желает встретиться, и просил назвать время.

— Я подумаю. Возможно, даже сегодня. А Димгадар не рассказывал, удалось им определить, с какого корабля были прикидывавшиеся капитанами ибо-хирбю?

— Мы интересовались этим вопросом. Сами понимаете — по Кодексу требуется наказать нарушителей. Но цепи кэпов не нашли. Да и с кораблей не было претензий к «Брунке» из-за убийства капитанов.

— Понятно. Значит, метаморфы создали правдоподобные образы, а после атаки Катиручи всё расплылось. Тоже неплохо. Корабли остались целы, и качи не устроили войну. Но как носора проникли на «Брунку»? Получается, у Торпеды не работали датчики ибо-хирбю. Спасибо, Ларт, за информацию. Будет о чём поговорить с Димгадаром и остальными капитанами.

— Ваше Высочество, хочу ещё кое-что сказать… Э-э-э… Наш пилот высадил Катиручи в космосе и сразу вернулся на «Эрадон». А в тех координатах затем была какая-то охота кораблей Торпеды. Мы следили за ними. Они кого-то преследовали и даже пустили ЭМИ-снаряды. Но те болванки самоликвидировались. А звездолёты поплутали по системе, но, как мы поняли, ничего не словили и вернулись к остальным. Думаю, была охота за кораблём Катиручи.

— Почему так решил?

— Э-э-э… На том звездолёте полетать… никто не отказался бы. Уверен, его и мечтал заполучить Торпеда.

Амадея обрадовалась и расстроилась одновременно.

«То, что Рея не схватили пираты — хорошее известие, — пронеслось в её голове. — Но теперь, думаю, он улетит из этой системы, а значит, и от меня. Ну почему судьба опять нас разводит?»

— Ты что-то знаешь о том легендарном корабле? — спросил принц у гостя. — Вы тоже охотились за ним?

— Не, такого не было. — Ларт, ответив, прочистил горло. — Как-то «Эрадон» оказался в тех же координатах, что и тот корабль.

— Где это? — поинтересовался принц.

Гость помолчал, а затем произнёс:

— Ладно. Ваше Высочество, кое-чё вам расскажу. То дела давние. Э-э-э… Когда «Эрадон» был возле Этраны, мы не пеленговали тот корабль ни одним прибором. Глаза видели его, а сканеры не обнаружили. Думаю, крейсеры Торпеды тоже не смогли засечь и остались без рачи.

«А это уже интересно, — насторожилась Амадея. — Корабль Рея в прошлом видели лишь раз, и больше о нём ничего не слышали. А, исходя из слов Ларта, получается, что „Эрадон“ был у Этраны. Почему? Может, его экипаж и организовал покушение на меня? Помню, министры говорили: кроме пиратов никто не смог бы совершить безумно-дерзкое нападение на столичную планету Галактики. Надо бы расспросить Кобьера».

— Мне ещё никто не рассказывал об этом, — сообщил принц. — Ты прав, Ларт, такой корабль заманчиво было бы иметь. Я кое-что читал о нём и видел записи…

— Вы знакомы с Катиручи. Может, и на корабле том летали?

— Нет, — оборвал принц собеседника. — Я не видел тот звездолёт вблизи и никогда на нём не был.

— Ваше Высочество, — раздался чуть искажённый голос, по-видимому, из аудиосистемы корабля.

— Слушаю, — ответил принц.

— Стыковку просит гражданская яхта. Прибыл какой-то военный с Саты. — Амадея узнала голос капитана Редина. — На нём три человека. Цель их визита — беседа с императрицей. Ваше Высочество, я никого не пущу на борт «Эрадона», а вы решайте, что ответить.

Амадея удивилась, а потом вспомнила Эдина Пирса — правителя Саты. Этот политик сыграл важную роль в её избрании на высший пост, а затем помогал ей стать императрицей. У Амадеи были тёплые воспоминания об этом мужчине, и она обрадовалась. Но сразу перед её мысленным взором возникло расплывающееся тело ибо-хирбю, открывшего на допросе, что планетами Империи правят носора. Это значит, Пирс тоже не был человеком, и у неё сейчас нет поддержки элиты. А сатский посланник, вероятно, прибыл не с дружеским визитом.

— Это уже интересно, — протянул Ратан. — Если военным известно, на каком корабле находится императрица, значит, у них хорошо поставлена разведка. Это опасно. Может быть подготовлена диверсия. Редин, я понимаю твою озабоченность незнакомцем на борту, но прояви мудрость. Необходимо выяснить, что известно грязеходам. Я хочу попросить тебя пристыковать яхту к шлюзу, в котором установлены датчики ибо-хирбю. Есть такой?

— Как раз на вашей палубе вчера техники проверили сканер, — ответил Редин. — Система исправна и заправлена. Но я никого…

— Отлично, — перебил Ратан и с напором продолжил: — На «Хасикате» тоже есть такие датчики. Редин, нужно, чтобы гость прошёл этот шлюз. Если он не ибо-хирбю и не вооружён, я побеседую с ним на яхте. Приставь к нему четырёх эридаев, которые будут следить, чтобы посланник вёл себя достойно. Сможешь?

Капитан ответил не сразу. Видимо, он решал, стоит ли перечить флагману, и насколько его просьба опасна для «Эрадона».

— Хорошо, Ваше Величество, — наконец, согласился Редин и, по-видимому, отключился.

— Ларт, ты всё слы… — начал принц.

— Я будто услышал Папу, — произнёс пират. — Если не смотреть на вас, то, можно подумать — говорит Боко.

— Давай без сантиментов. Организуй эту встречу. К императрице прибыл переговорщик, и нам необходимо узнать, что задумали на грязючке.

— Всё сделаем.

— Ларт, надо обсудить ещё такую тему. Мне потребуется встречаться с разными людьми. Я знаю, что качи не пускают чужаков на борт. Об этом же говорил и Редин. Если вы посчитаете, что для вас неприемлем такой, хм, постоялец, то я перемещу «Хасикату» на другой крейсер.

— Это нужно обсудить с кэпом. А я думаю вот что. На этом ярусе есть шлюз с датчиком ибо-хирбю. Если гости не станут бродить по «Эрадону», то для флагмана мы можем сделать исключение и разрешить вход в этот ангар.

— Отличная идея. Перетри её с Редином. А сейчас встречаем грязехода.

Амадея догадалась, что гость принца уходит, и поспешила вернуться к своему отсеку. А едва она открыла переборку, из рубки появился мужчина в чёрном комбезе с толстой цепью на груди. Ларт быстро шёл по коридору, но, поравнявшись с императрицей, остановился и всмотрелся в её лицо.

— Вы что-то хотели? — воззрилась Амадея на мужчину. Из-под густой бороды и шапки волос были видны только его глаза с воспалёнными красными веками и кончик носа.

— Простите… Ваше Величество, — протянул мужчина. — Я обознался. Но вы так похожи на…

— Продолжайте, — потребовала Амадея. — На кого?

— Э-э-э… Я когда-то видел женщину с вашими… чертами.

— Кто это был?

— М-м-м… Ну-у… У старого капитана «Эрадона», Папы Боко, была супруга. Её звали Ланли. Я словно опять увидел нашу принцессу. Э-э-э… На изображении и в жизни вы разная… а сейчас очень похожи.

— Она умерла? — поинтересовалась Амадея, смягчив тон. Её удивил ответ, и ей захотелось узнать о двойнике. А когда взглянула на появившегося в коридоре принца, то увидела его напряжённое лицо.

— Да, — кивнул мужчина. — Она скончалась при родах. То было давно.

Амадея вспомнила, как Ратан произнёс в Алимли: «ОД, что ты делаешь со мной?»

«Значит, он тоже узнал во мне ту женщину, — подумала императрица. — Странная была его реакция и набор слов. А почему ничего не сказал? Надо больше узнать о скончавшейся жене Папы Боко. Чувствую, здесь какая-то тайна».

— Ваше Величество, — сказал Ратан, — к вам прибыл гость.

Амадея скользнула по фигуре принца взглядом и даже засмотрелась. Таким она ещё не видела Кобьера. Сегодня на нём была кремовая рубашка со стоячим воротником, а сверху лёгкий коричневый жакет, украшенный золотой нитью. Ноги облегали чёрные брюки, заправленные в невысокие сапожки с узорчатой металлической отделкой. На его груди висело несколько цепочек, а новая причёска скрыла обгоревшие волосы. Картинки с такими мужчинами помещали на страницы женских журналов, и девушки их обожали.

«Гламурненький мальчик» — усмехнулась Амадея мысленно и так отнеслась бы к нему, встретив впервые. Но она уже видела Ратана в других ситуациях.

— Кто? — спросила императрица о госте, не желая выдавать свою осведомлённость. Она направилась в рубку, а старпом начал спускаться по лестнице, но по-прежнему смотрел на неё. Амадея буквально чувствовала его напряжённый взгляд.

— Прибыл какой-то военный с планеты Сата и хочет видеть вас, — ответил Ратан на вопрос императрицы, входившей в пилотский отсек.

— Что ему нужно?

— Не знаю. Возможно, после неудавшегося мятежа Ругонди политики хотят наладить связь с императрицей. Но не следует отбрасывать и вероятность покушения.

— Я не забыла допрос ибо-хирбю, — заявила Амадея.

— Ваше Величество, давайте подготовимся к встрече. Гостя будут сопровождать четыре эр… пирата. Вы станете у дальней стены и, в случае опасности, сразу закроетесь в соседнем отсеке. А мы будем вас тут защищать. Не думаю, что дойдёт до этого, но лучше перестраховаться. Вы сейчас очень ценная фигура для Империи, и весьма мешаете всем носора.

— Хорошо, — не возражала Амадея и встала у переборки в следующий отсек. — Долго мне там находиться взаперти?

— Пока я не приду к вам.

— А если ты не сможешь?

— Исключаю такой поворот. — В голосе Ратана была уверенность. — Эридаи предотвратят любое нападение. Они поклялись защищать свой корабль, а «Хасиката» находится на их территории.

— А ты хитрый, — улыбнулась Амадея. — Я бы не додумалась до этого.

— Ваше Величество, я стану перед вами, — продолжил Ратан. — Давайте сейчас договоримся. Вы будете поглядывать на мою правую руку. Если я начну хлопать ею — это сигнал опасности: приготовиться. А когда сожму кулак, сразу уходите и закройте переборку.

— Прямо как в шпионском триллере, — усмехнулась императрица.

— Кому-то развлечение, а для качи это повседневная жизнь, полная опасности.

— Кобьер, ты слышал наш разговор с пиратом в коридоре?

— Да.

— Расскажи о жене бывшего капитана «Эрадона». По словам Ларта, я похожа на неё.

Кобьер вздохнул, немного постоял, возможно, собираясь с мыслями, и позже произнёс:

— Я видел голографию принцессы Ланли Комулу. А Боко при нашей встрече рассказал, что она умерла при родах второго сына. Вот и всё.

Слушая Ратана, Амадея уловила в его голосе некие эмоции и поняла: ему известно больше о пиратской принцессе. Но, видимо, ещё не пришло время откровенности.

Глава 84

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Эрадон». Космическая яхта «Хасиката»

Боко наблюдал на мониторе наружного слежения яхты, как по палубе к «Хасикате» приближались пятеро мужчин. Четверо были в чёрных комбезах и абсолютно лысые. Они по двое шли впереди и позади офицера в серо-зелёном армейском мундире.

— Это эридаи? — поинтересовалась Амадея.

— Да, — кивнул Боко.

— Кто они?

— Это особые личности, которые подчиняются только капитану. А их приоритет — выживаемость звездолёта.

— Последняя линия обороны, — вспомнила Амадея военный термин.

— Так и есть. Их воспитывают с детства. Мальчиков с выраженными бойцовскими способностями и эмоционально уравновешенными примечают и тренируют по специальной программе. У них собственный кодекс чести. А главное весьма ценное их свойство — выживание. Эридай не отступит, пока сам не погибнет. Эти люди выполняют также работу внутренней службы безопасности. В экипажах звездолётов бывает до тысячи человек, и все эти люди с особой психикой. Многие пираты с детства привыкают убивать, что откладывает отпечаток на их личности. Клятва перед братьями и Кодекс удерживают мужчин в рамках закона, но в жизни случается всякое. А если звездолёт гибнет, эридаи обязаны спасти капитана.

— Кобьер, ты попросил этих людей у Редина, чтобы охраняли нас?

— Задействовав эридаев, он скорее беспокоился не о нашей безопасности, а о корабле. Ведь любой попавший на борт незнакомец может пронести взрывчатку, яд, либо, например, капсулу с нанитами, способными разрушать металл. Потому качи и не любят гостей.

— Как сложно, — выдохнула Амадея. — А я считала, что пираты — ненормальные психи с жаждой насилия.

— Это всё штампы, которые вы могли видеть в художественных лентах. Но в жизни всё не так. Без строгой дисциплины на звездолёте никуда не улетишь. А в битве с носора могут выжить только профессионалы, кто знает свою технику лучше противника и уважает братьев.

Беседуя с императрицей, Боко рассматривал подходивших к «Хасикате» мужчин. Он узнал эридаев, поскольку сам отбирал этих ребят, а воспитывал их наставник, передавая юношам секреты мастерства и закаляя моральный дух.

— Парни не кажутся сверхлюдьми, — заметила Амадея, рассматривая подходивших к яхте мужчин. — Какие-то невзрачные.

— Хм, — улыбнулся Боко. — Так и должно быть. Лишь специалист увидит, насколько продумана каждая деталь их костюма, и что спрятано под внешней оболочкой. Сложно найти бойца, кто бросил бы вызов этим ребятам. Эридаи учатся предугадывать опасность и убивать всеми доступными способами. Обычно на звездолёте их восемь. Они постоянно несут службу, и, при необходимости, наводят порядок на борту. Эти мужчины никогда не покидают корабль, которому давали клятву. Эридай может оставить звездолёт, лишь спасая кэпа, если тому грозит смерть, либо при переходе экипажа на другой корабль. Они последними покидают судно, которое обычно уничтожается или ставится на вечную стоянку на Пятой.

— У эридаев такой потенциал. Это же подготовленные диверсанты. Их используют в шпионской работе?

— Основное оружие пиратов — торпеды, — пояснил Боко. — Качи не любят опускаться на грязючки. На поверхности свои правила и методы войны. А для получения информации проще использовать тех, кто готов продать любые сведения. Поверьте, таких немало во всех мирах.

Хотя яхта стояла на палубе «Эрадона», Боко не позволил гостю сразу подняться на борт. Он пропустил офицера через шлюз, в котором были установлены различные датчики. Сенсоры не выявили на теле незнакомца оружия, а под кожей не было вшитых имплантов и жидкого взрывчатого вещества. А то, что обнаружилось, Боко запомнил. Лишь после этого он разрешил гостю и сопровождавшим его пиратам подняться на второй ярус.

Первыми в рубке появились два эридая. Мужчины глазами мгновенно просканировали отсек и определили возможные опасные зоны. После этого они приблизились к принцу. Остановившись в трёх шагах от него, бойцы повернулись к входу и застыли, сложив руки на груди.

Замершие эридаи производили впечатление статуй, но Боко знал, что они готовы в любую секунду превратиться в машины смерти. В их боевом арсенале отсутствовали приёмы на оглушение противника либо нанесение увечий. Этих воинов тренировали только на убийство.

За эридаями в отсек вошёл мужчина лет сорока. В парадной военной форме с армейской стрижкой и по-спортивному подтянутый, офицер производил благоприятное впечатление и располагал к себе. По символам на кителе Боко определил, что это герн, а жёлтые полоски на погонах носили военные Саты.

Последними в отсек вошли ещё двое эридаев. Бойцы остановились у открытого проёма и неотрывно следили за гостем. Боко помнил этих мужчин. Стоявший справа пятидесятилетний Тасан был наставником эридаев. Слева от него замер Рупот — лучший борец «Эрадона». А первыми вошли Ронио и Жоках. Они неотрывно смотрели на офицера, а от их глаз не могло ускользнуть ни одно движение гостя.

«Редин хорошо позаботился о безопасности» — оценил Боко.

Увидев императрицу, офицер вытянулся в уставной стойке.

— Ваше Величество, здравия желаю, — произнёс герн приятным баритоном и выполнил официальный кивок. А его холодные серые глаза сканировали обстановку, выдавая опытного разведчика. — Для меня большая честь видеть вас.

«К императрице прислали профессионала, — пронеслось у Боко в мыслях. — А иначе и не могло быть».

— Ваше Высочество, — офицер перевёл взгляд на принца и поклонился так же учтиво, как и Амадее.

— Вы знаете меня? — удивился Боко.

— Полагаю, не ошибусь, сказав, что принц Ратан сейчас известен всей Империи, — ответил офицер.

— Вот как? — хмыкнул Боко. — Но я только появился на политическом небосклоне и не думал, что уже обрёл популярность.

— Дебют Вашего Высочества на Роне был потрясающим. — Герн говорил свободно, что показывало его интеллект. — Полагаю, барон Ругонди подключил камеры в Алимли, желая засвидетельствовать своё восшествие на престол, поэтому мы в курсе событий, произошедших в тот день в тронном зале, как и в последующие сутки.

— Вы по-прежнему отслеживаете дворец? — уточнил Боко.

— Да, Ваше Высочество. Камеры никто не отключил, и спецслужбы наблюдают за Алимли.

— Отлично, — кивнул Ратан. — Но мы немного отвлеклись. Кто вы, и какова цель вашего визита?

— Разрешите представиться. Герн Саруст Файлион. Служу в разведкорпусе вооружённых сил Империи. Прибыл сюда по распоряжению правительства Саты и лично президента Эдина Пирса с целью проинформировать Её Величество о сложившейся в государстве обстановке.

— Докажите, что вы тот, за кого себя выдаёте, — скомандовала императрица.

— Разрешите приблизиться, Ваше Величество?

Офицер скосил глаза на эридаев. В своих потёртых комбезах пираты выглядели не очень презентабельно. Но только слепой не уловил бы исходившей от них угрозы.

Боко вопросительно взглянул на Амадею и, увидев лёгкий кивок, произнёс:

— Ронио, подведи герна к нам.

Не оборачиваясь, эридай сделал пару шагов назад и, остановившись перед принцем, обозначил допустимую границу приближения.

Гость извлёк из кармана прямоугольный стержень и, став возле пирата, поднял левую руку. Затем он приложил свой прибор к запястью, где бугрился крошечный вшитый чип. На развернувшейся голографической проекции отразились персональные данные офицера: изображение, имя, звание и биометрия. Всё это было в графической оболочке вооружённых сил, гарантирующей подлинность информации.

— Теперь мы готовы слушать, герн, — произнесла Амадея, скользнув глазами по документу.

Императрица стояла с каменным лицом, излучая властность богини.

Файлион отступил. Эридай вслед за гостем вернулся на исходную позицию.

Офицер произнёс:

— Извините за вопрос, Ваше Величество, но, может, вы захотите выслушать меня без посторонних? Мне поручили вам передать информацию, которая содержит государственную тайну.

— Кобьер Ратан, — официальным тоном произнесла императрица, — сейчас единственное лицо в правительстве. Вы можете говорить при нём свободно. А охрана хотя и слышит всё, но дальше этого корабля не сможет распространить вашу информацию.

Боко удивило заявление Амадеи, поскольку они не обсуждали подобные темы. Но сейчас её слова воспринимались естественно.

— Ваше Величество, — начал герн, — мне поручено сообщить: Сата всецело поддерживает вас и готова предоставить любую помощь. Военное руководство и политики отлично понимают, что только вы способны поднять народ на защиту Империи. Глава правительства Саты Мезир Болеки всегда доступен для связи, как и Эдин Пирс. Они велели передать, что ожидают ваших распоряжений.

— Я подумаю, чем эта планета может быть полезна. — Амадея сделала паузу и затем спросила: — Какая сейчас обстановка на Сате?

— Ваше Величество, там всё спокойно и работает в штатном режиме. События на Роне никак не повлияли на её жизнь. Вы сохранили власть, а значит, в Империи действуют государственные законы. После неудавшегося переворота ваша популярность даже возросла. А участие в тех событиях Катиручи, по мнению народа, свидетельствует о поддержке высших сил.

— Что известно о ситуации на границах? — был следующий вопрос Амадеи.

— Ваше Величество, докладываю: четыре флота, отправленные вами двенадцатого числа месяца Рувеля, достигли расположения армады Империи у космического коридора возле звезды Арагна. Судя по докладам, там относительно спокойно. По данным разведчиков, со стороны Галактики находится три флота с численностью звездолётов до четырёх сотен. Удалось опознать крейсеры Каэртана. Их боевое соединение самое многочисленное, порядка двухсот пятидесяти кораблей. Несколько десятков трейлянских линкоров держатся обособленно. Были ещё два флота до полусотни крейсеров в каждом. Есть предположение, что это представители большой семёрки Галактики — фриты и кыжи. Малые государства обычно не ввязываются в великие войны.

— Какие новости с уоррской границы? — поинтересовалась императрица.

— В том регионе ситуация довольно напряжённая. Государственный звёздный флот численностью в пятьдесят шесть крейсеров ведёт тяжелейшие бои с гризами и постоянно отступает. Агрессоры преследуют имперские корабли, и там ситуация складывается не в нашу пользу.

— Мне известно, что гризы захватили несколько планет, — сообщила Амадея.

— К сожалению, это так, Ваше Величество, — кивнул герн. — От гризов угрозы не ждали, и их нападение явилось полной неожиданностью. Военных флотов у пограничных миров нет. Боевые корабли стоят дорого, а их обслуживание ложится на бюджет планеты, что зачастую весьма накладно для новых колоний. Да никогда там и не требовались крейсеры, поскольку гризы были миролюбивыми соседями. Но как говорится, раз в год и палка стреляет.

— Если её кто-то умело направляет, — заметил Боко.

— Да, Ваше Высочество. — Офицер бросил взгляд в сторону принца. Герн был сосредоточен на Амадее, а Ратан — новая личность. Хотя он вынес императрицу из тронного зала и назван членом правительства, но ещё никто не знал, какое место этот человек занимал при высшей особе государства.

— Вероломное нападение врага с самой окраины Галактики стало весьма болезненным для Империи, и с множеством жертв, — продолжил герн. — Местное население пыталось защищаться полицейскими силами и добровольческими отрядами. Но это не та степень угрозы, которой они могли противостоять.

— Флоту не страшны удары с поверхности, — заявил принц. — У звездолётов преимущество перед напланетниками в виде свободного маневрирования в пространстве и возможности нанесения удара.

— Да, Ваше Высочество. — В голосе офицера чувствовалось уважение. — А вы хорошо разбираетесь в военной стратегии.

— Конечно, — усмехнулся Боко. — Я воевал на пиратском крейсере.

— А ещё гризы применяют УГ, — продолжил офицер. — Против этого страшного оружия защиты вообще нет.

— Мы осведомлены, — кивнула Амадея.

— Ваше Величество, позвольте спросить: откуда? — удивился герн.

Боко опередил императрицу и сказал:

— В окрестностях Роны пиратами был перехвачен крейсер серии ХР-156742. Когда подключились к его внутренней системе, то увидели трупы. Вы можете сами обследовать тот звездолёт. Это единственный целый корабль на орбите столичной планеты. Но не советую подниматься на борт. Неизвестно, какой срок жизни у попавшего туда УГ. Любой неосторожный человек может заразить всю планету. Я читал в документах носора, что в этом оружии наниты. Они могут впадать в спячку, а проснувшись, способны размножаться. Раса торисов весьма преуспела в производстве этих нанновоинов, поэтому кач… пираты предпочитают с ними не связываться.

— Благодарю за информацию, — кивнул офицер. — Впервые слышу об этом. Зато теперь понятно, в каком направлении вести поиски.

— Герн, имейте в виду: не торисы распыляют УГ, хотя, возможно, эта раса изготовила нанитов. А сейчас гризы на кораблях производства Каэртана ведут войну против Империи. Вот такая связка.

— Благодарю, Ваше Высочество. Скажите, а пираты были внутри того заражённого крейсера? — поинтересовался герн.

— Зачем? Чтобы получить информацию, было достаточно взломать его командный модуль.

— Неужели пираты смогли обойти все блокировки?

— Герн, это азы военной стратегии. Без взлома мозга корабля в войне с носора не выжить. Прежде чем атаковать любое судно, требуется сперва вырубить основной процессор, иначе получишь торпеду в бок. Кстати, пираты свободно считывали все данные с каждого звездолёта мятежного флота Ругонди. А там были дзугские крейсеры постройки прошлого года. Но хватит об этом.

— Значит, качи доступна вся база данных имперских кораблей? — уточнил герн.

— А также вся корреспонденция гряз… планеты, возле которой находятся.

— А банковская информация? — не отступал офицер.

— Вижу профессионального разведчика, — улыбнулся принц. — Вы пытаетесь нарыть инфу в любом месте. Ценю. Но давайте вернёмся к ситуации с гризами.

Офицер намеревался ещё о чём-то спросить, но, видимо, решил не перечить хозяину и продолжил:

— Применив УГ, уоррцы захватили уже три планеты.

— А вот об этом давайте поговорим подробнее, — велела императрица.

— Хорошо, Ваше Величество. Обычно на низкую орбиту планеты опускается звездолёт, прикрытый из космоса флотом, или хотя бы парой кораблей. Агрессор выстреливает несколько сотен ракет, начинённых уничтожителем генов. Диверсант улетает, а посещённый им мир уже обречён. Попадая в атмосферу, под воздействием высоких температур и давления, снаряд с УГ разрушается и выпускает смертоносное содержимое. За период от недели до месяца всё население планеты с определённым типом генов полностью вымирает.

Боко кивал в знак того, что владеет информацией.

— А захватчики не препятствуют никому, кто хочет покинуть заражённую планету, — рассказывал офицер. — Что согласуется с предоставленной вами информацией, Ваше Высочество. Ведь беглецы разнесут на кораблях и нанитов. Прибыв в другие миры, УГ сразу же начнут победоносное шествие. По нашим данным, они имеют колоссальную выживаемость в различных условиях, и мало что может остановить эти создания.

— Идеальное оружие, — констатировал Боко. — Поэтому Совет народов Галактики запретил УГ примерно тысячу лет назад.

— Кто не улетел из заражённого мира до начала атаки гризов, тот уже не выживет, — резюмировал Файлион. — Даже небольшое количество нанитов, полученных воздушным путём, быстро уничтожает жертву. Известно, что человек умирает в муках, поскольку УГ постепенно, если так можно сказать, съедают гены.

— На борту прибывшего к Роне крейсера были выкрученные тела, — поделился Боко. — Вернее, скелеты в скафандрах.

— Ужасно, — отреагировала Амадея.

— Да, Ваше Величество, — выдохнул офицер. — Через определённый срок уоррцы высаживаются в очищенный от населения мир. Так, не вступая в сражения, гризы захватили три ближайшие к ним планеты Империи — Санетри, Элдаю и Помиру. Эти колонии были заселены относительно недавно, но там проживало немало народа. По нашим подсчётам примерно три миллиарда человек.

— Ужасно, — кусая губы, повторила Амадея. — Граждан Империи оповестили о трагедии?

— Так точно. Правительства информировали население о вероломстве гризов, и народ уже начинает паниковать. Сейчас, Ваше Величество, надежда только на вас.

В салоне повисла тишина.

— Герн, расскажите подробнее о боевых действиях в Большом мешке, — попросил Боко.

— К сожалению, информации мало, — доложил офицер. — Кое-что сообщили прибывшие оттуда гражданские корабли, есть рапорты имперской армады, а также послания службы телепатов. В самом начале были небольшие сражения с ограниченным числом звездолётов. Командование старалось избегать столкновений, ведь они — последний рубеж обороны человечества.

— Какие флоты находятся в Большом мешке? — уточнила императрица.

— В соответствии с вашим распоряжением туда были направлены четырнадцатый и пятнадцатый.

— А кто возле Арагны?

— Девятый, одиннадцатый, двенадцатый и тринадцатый. Десятый, по решению генштаба, был направлен в мятежный регион Малого мешка.

— Впервые слышу такое название, — сказала Амадея. — Расшифруйте, герн, кого штаб так обозначил.

— Это регион вблизи арагнского коридора с мирами, не признавшими новую власть Империи. Коллаборанты: Союз ПИНА, Масанита, Хунара и остальные планеты, где поработали спецслужбы других рас, переформатировавшие население на религиозной основе. Люди там поклоняются, как говорят пираты — носора. Генштаб предположил, что в том регионе могут начаться военные действия, и направил туда десятый флот.

— Ий-ти просчитался, намереваясь с помощью Уорры развязать в Империи масштабную войну, — произнёс принц, когда герн замолчал. — Гризы не имеют необходимых агрессивных качеств, чтобы претендовать на роль мировых завоевателей.

— С этим, Ваше Высочество, можно поспорить, — заметил герн. — Но, думаю, вы правы. Уоррцы миролюбивы, и с ними раньше никогда не было конфликтов.

— Вернёмся к боевым действиям, — напомнила Амадея.

— Да, Ваше Величество, — кивнул Файлион. — Если штаб государственной армады в Большом мешке сперва не стремился наступать из-за своей малочисленности и плохой боевой подготовки, то гризы, легко получив сразу три планеты, желали сохранить захваченное.

В генштабе считают, что им вполне хватило бы места для расселения. К тому же те миры относительно недалеко от Уорры. Вероятно, после успешного начала войны завоевательный порыв в их флоте несколько стих. Им больше и не нужно было. Каждый гриз от солдата до главнокомандующего понимал это, и своеобразная психологическая установка преобладала в последующих сражениях.

— Но, — Боко поднял палец, — думаю, заключённый договор с Каэртаном обязывает их продолжать войну с Империей. А потому гризы всё ещё ведут боевые действия, причём довольно успешно.

— Ваше Величество, разрешите использовать видеоматериалы? — осведомился герн.

— Не возражаю. — Принц махнул рукой, хотя обращались не к нему. А Амадея лишь кивнула.

Боко ожидал провокации со стороны офицера и намеревался ускорить события. Уж слишком гладко всё получалось у герна, что могло свидетельствовать как о хорошей информированности посланника Саты, так и о блестящей подготовке мятежника. А Папа Боко побывал в разных ситуациях и не терял бдительности. Потому и стояли в рубке эридаи.

«Возможно, заболтав нас, офицер решил использовать ещё и видео, чтобы, отвлекая наше внимание на картинки, совершить какую-то провокацию, — размышлял Боко. — Думаю, неспроста герн хотел побеседовать с императрицей наедине. Охрана ему мешает. Но у диверсанта должно быть подготовлено несколько сценариев на разные случаи».

Боко начал постукивать рукой по ноге, подавая Амадее сигнал, и уловил взгляд стоявшего у входа эридая. Тасан был знаком с этим жестом.

Герн включил голограммный проектор, и над ним возникла карта Галактики.

— Это наша Империя. — Файлион увеличил масштаб, и регионы окрасились разными цветами. А рука офицера перемещалась, иллюстрируя его речь. — Как известно, люди заселили планеты в средней части спирали Галактики. Этот район называется Большой мешок. А вот Малый, отделённый Космическим коридором у пульсара Солитус. Гризы сейчас приближаются к Большому мешку с внешней стороны Галактики. До него, как видите, ещё далеко, и уоррцы не успели туда добраться. Три захваченные ими планеты находятся в так называемой пограничной зоне.

— Чтобы продолжить захват пригодных для жизни миров, гризам нужно преодолеть около четверти территории Большого мешка, — отметил Боко.

— Да, Ваше Высочество. Но давайте вернёмся к военной операции. Сейчас вы можете видеть, как развивались события. Красными линиями показан путь гризов от своего мира к захваченным планетам. По сообщению разведчиков имперского флота, уоррцы долго маневрировали на разных скоростях и, пытаясь оторваться от защитников, применяли хитрые уловки. Но им это не удалось. Наши корабли всегда оказывались перед ними. Они показаны жёлтым цветом.

— Долго так продолжаться не может, — высказался Боко, хорошо разбиравшийся в стратегии.

— Да, Ваше Высочество, — согласился герн. — Слишком опасно подобное маневрирование флотов. У гризов раньше сдали нервы, и они решились на штурм.

— Логично, — согласился Боко. — У уоррцев новейшие боевые корабли дзугов, превосходящие морально устаревшие звездолёты Империи. К тому же, видя нерешительность защитников, гризы подумали, что люди боятся.

— Двадцать четвёртого числа месяца Трапенуза уоррский флот из двухсот крейсеров выстроился в три параллельные линии в разных высотных эшелонах. Они начали обстрел наших кораблей торпедами дальнего радиуса действия. Командование армады было вынуждено принять навязываемое сражение. Так началась первая крупная битва в имперско-уоррской космической войне.

В нашей боевой группировке насчитывалось двести тридцать крейсеров. Но дзугские звездолёты с гризами на борту гораздо мощнее и совершеннее.

— Да, — согласился принц. — Боевые и лётно-технические характеристики кораблей много значат в атаке, когда почти всё решает скорость.

— Итог той битвы печален, — вздохнул Файлион. — В самом первом сражении люди потеряли половину кораблей. А у гризов было подбито всего девять крейсеров.

Голограммная карта сменилась видеорядом сражения с взрывающимися звездолётами.

— Командование понимало, — продолжал офицер доклад, — что на помощь рассчитывать не приходится. Запасы не подвозились. В этой ситуации имперский флот был способен немного сдержать продвижение врага и спасаться бегством.

Гризы это тоже понимали и продолжали давить. Уоррцы осведомлены о ситуации в Империи. По-видимому, они решили, что им противостоят остатки армады. Если её разгромить, то больше некому будет оказывать сопротивление, и тогда все планеты людей можно легко захватить. А для них это заманчивая перспектива.

— Естественно. — Боко хорошо понимал, о чём говорил офицер.

— Шестого числа месяца Колорана к нашему потрёпанному флоту прибыло пополнение. Это были наспех собранные боевые подразделения из крейсеров, только сошедших со стапелей под командованием роктора Лона Октара. Специалистов для управления кораблями готовили, но они ещё не были даже знакомы друг с другом, и, конечно, экипажи не получили боевого слаживания. Но это подкрепление. Люди вздохнули с облегчением. А гризы продолжали напирать, и штаб армады принял решение отступать.

— Почему? — резко спросила Амадея.

— Ваше Величество, простите, я не знаю всех подробностей, — отрапортовал герн.

— Мне понятно, почему командующий армадой решил отступать, — заявил Боко. — В тех условиях, о которых было рассказано, в открытом космосе сражение бесперспективно. Враг имеет моральное преимущество и провёл уже несколько успешных боёв. Они на победной волне и, увидев неспособность людей оказывать сопротивление, легко расстреляли бы имперские корабли. А до ближайших планет и верфей, где можно ремонтировать звездолёты, далеко.

— Но ведь у нашего флота было явное преимущество в количестве крейсеров, — возразила Амадея.

— Но потерян боевой дух, — вздохнул принц. — Люди не были подготовлены к сражениям и не имели реального опыта. Они оценили мощь врага, испугались, и потому их разбили. Я и сам отступал бы, пока не оказался бы в наиболее благоприятных для боя условиях. А новое подкрепление лишь угробит звездолёты. Ведь там люди не знают свои корабли, и их никто не учил воевать.

— Ваше Величество, — снова заговорил Файлион, — когда телепат с корабля четырнадцатого флота вышел на связь в последний раз, до заселённых миров оставалось не более шестидесяти парсек. Со вчерашнего дня новых сообщений не поступало. Доклад закончил.

Офицер выключил проектор.

— Герн, — сказала императрица, — скоро придёт нашему флоту подкрепление. Можете передать руководству Саты и на другие планеты. Мы ещё повоюем за Империю. Когда вы подлетали к Роне, то не могли не видеть множества кораблей.

— Да, Ваше Величество. Пираты.

— Благодаря принцу Ратану свободные капитаны сейчас помогут Империи, — продолжила Амадея. — Эти люди, буквально перевернувшие Галактику, положат конец дзугско-гризской интервенции. Принц гарантировал победу. А он знает, на что способны пираты.

— Приятно слышать такие новости, Ваше Величество. Но, разрешите ещё побеспокоить вас. Мы видели, что в тот памятный день семнадцатого числа месяца Рувеля, когда барон Ругонди хотел захватить власть, принца Ратана сопровождал человек в чёрном или Катиручи, спасший Ваше Величество на Этране. Он же служил в имперском полку резиденции под именем Эгрин Бут и был осуждён за убийство четырёх офицеров из окружения принца Карде.

Гость не увидел реакции высших особ, но решил продолжить:

— Очень хотелось бы получить технологии, позволившие Катиручи защитить Ваше Величество. Представляете, насколько возросла бы мощь Империи.

— Герн, — произнёс Боко, — если именно это вы хотели узнать, то, спешу вас разочаровать: Эгрин Бут не намерен делиться технологиями. Но всегда готов прийти на помощь.

— Ваше Величество, — Файлион снова обратился к императрице, хотя с ним фактически беседовал принц. — Может, это и прозвучит цинично, но была ли названа достойная цена?

— Герн, у меня нет ответов на такие вопросы, — заявила Амадея.

— Ваше Величество, позвольте, я расскажу ещё кое-что, — продолжил гость. — Военные службы следят за космическим трафиком в пределах нашей системы. Было обнаружено, что какое-то время корабль неизвестной конструкции находился на северном полюсе Саты. Специалисты пытались разными способами проникнуть на борт, но, к сожалению, безрезультатно. Нам незнакомы технологии, по каким изготовили тот корабль. Поэтому было решено не ломать конструкцию, а дождаться возвращения хозяина. И однажды там приземлилась эта яхта.

Боко оставался бесстрастным. Ему были известны законы психологической игры. Действительно, перед высадкой на Рону по просьбе Рея «Хасиката» приземлялась на Сате. Но принц не собирался отчитываться перед незнакомым герном.

— После событий в Алимли у того таинственного звездолёта приземлился ещё один, прилетевший с Роны, — продолжил Файлион. — По нашим сведениям, это гражданский корабль преподобной Ашары — космическая яхта «Энара». Она всё ещё там. А звездолёт Катиручи улетел. Из-за бури военные не смогли попасть туда, и контакт не состоялся. Покинув Сату, тот корабль непродолжительное время находился на окраине звёздной системы Дибы. Но недолго. После неких событий на «Брунке» за ним была устроена охота пиратских кораблей, не увенчавшаяся успехом, поскольку Катиручи покинул систему.

Офицер многозначительно посмотрел на императрицу, а затем на принца.

— Военные сделали вывод, что к нам прибыли гости из иных миров, — подвёл итог Файлион и с неким вызовом закончил: — Они вам помогают, Ваше Величество.

— Герн, вы отдаёте себе отчёт?! — взорвался Боко. — Я не позволю обвинять императрицу…

— Простите, но это не так, — резко заявил офицер. — Я лишь озвучиваю выводы, какие делают люди, обладающие властью. Они очень хотят получить эти технологии. Потому я и спросил: была ли названа соответствующая цена?

— Передайте вашему начальству, — резко ответила Амадея, — что эти технологии вряд ли достанутся кому-то. Лишь в том случае, если захочет…

— Рей, — подсказал офицер, заметив колебания императрицы. — Кажется, так вы называли Катиручи, когда просили фаворитку Лариту собрать о нём сведения. Можете сказать, о чём речь?

— Герн, на этом аудиенция закончилась, — отрезал Боко. — Ронио, проводите гостя.

— Ваше Высочество, — прозвучал из динамика напряжённый голос Редина, — было незаконное проникновение со стороны пристыкованного корабля. Посмотрите результат.

Боко сжал кулак правой руки. Последовавшее за этим шуршание платья за его спиной и шорох закрываемой переборки известили, что Амадея покинула отсек.

На большом экране рубки возникло изображение из шлюзовой камеры «Эрадона». Внешняя створка была открыта, а на полу расплылось серое пятно. Боко сразу опознал останки ибо-хирбю.

В следующий миг герн ринулся в атаку и выбросил из рукавов какие-то шарики. Но он опоздал: императрица уже была вне его досягаемости.

Глава 85

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Эрадон». Космическая яхта «Хасиката»

Файлион двигался стремительно. За его конечностями не успевали следить глаза, а тело словно трансформировалось в трёх измерениях.

Но перед диверсантом стоял эридай, а у них собственная боевая система. Им ведь требовалось не брать в плен, а защитить свой корабль от любых угроз. Стоявший перед Боко воин, мгновенно отклонившись от стремительной атаки герна, вывернулся неимоверным образом и, обкрутив ногами гостя, повалил того на пол.

— Ронио, аптак! — успел выкрикнуть Боко, что значило «не убивай». А сам он, рухнув на пол, задержал дыхание, ведь в выпущенных герном шариках были вещества, которые не определили датчики шлюза.

Без сомнения, убийца намеревался отравить императрицу. Но в салоне работала мощная система очистки воздуха. Боко установил на максимум, и она в постоянном режиме фильтровала атмосферу так, что в помещении дул ветерок. А любые вещества, которые датчики сочли подозрительными, моментально выжигались энергетическим лучом. Поэтому над принцем несколько мгновений вспыхивали искры. Лишь когда фейерверк завершился, Боко смог поднять голову.

Захват эридая (не доведённый до конца приём Та-ену-вад, ломавший позвоночник) обездвижил диверсанта, и тот едва мог дышать. У Файлиона была отличная подготовка, но он ещё не сталкивался с подобным видом борьбы, и потому не смог противодействовать.

— ОТасан, трак! — скомандовал принц, ещё не встав с пола. Сейчас он выдал себя, но в критической ситуации некогда размышлять.

Наставник эридаев был уже рядом. Ронио перекатился на бок, а Тасан прошёлся пальцами вдоль позвоночника диверсанта. Офицер обмяк, а державший его боец разжал хватку и поднялся.

Файлион неподвижно лежал на полу и вращал глазами.

— Эридаи, тан-суанк, — скомандовал Боко, и воины направились к выходу. — Тасан стой.

Когда в отсеке осталось трое мужчин, принц подошёл к пульту и закрыл переборку. Затем он повернулся к эридаю и произнёс:

— Думаю, ты всё понял.

— Да… Папа Боко, — кивнул воин.

— Узнал меня по жесту, не так ли?

— А ещё по тому, как вы произнесли моё имя и по знанию наших команд. Посторонний не мог запомнить столько нюансов. Папа, я не забыл свою клятву…

— Хорошо, мой брат, — кивнул Боко. — Ты второй из экипажа, кто узнал меня. Но запомни: эта тайна не должна быть раскрыта. Официально я внук Папы.

— Всё понял, — ответил эридай, и в его голосе была заметна теплота.

— Тебя, вероятно, интересует, что случилось со мной, — чуть погодя произнёс Боко. — Я откроюсь.

— А… Это услышит наш гость.

— Не страшно. Если он сделает верный выбор, то никому не проболтается, — задумчиво произнёс принц. — Либо его тело пойдёт на переработку в утилизаторе «Эрадона». Но о нём позже.

Помолчав, Боко сказал:

— Тасан, вторую молодость подарил мне ОД и велел спасти Империю. Теперь ты понимаешь: у меня непростая задача, и я не могу вернуться к прежней жизни.

— Да, Папа, — кивнул эридай и чуть позже добавил: — Вы должны знать: если нужна помощь, я готов служить вам.

— Спасибо, брат. Но ты давал клятву не только мне, но и «Эрадону». Вы необходимы кораблю, и я не могу нарушать закон, привлекая вас на другие операции. А для бывшего капитана самым лучшим служением будет сохранение звездолёта.

— Я… буду делать всё, что в моих силах… А кто второй брат, опознавший вас?

— Хм, — усмехнулся Боко. — Это был старина Груд. Он приходил ко мне ещё у Солитуса. Но сейчас не время для сантиментов.

Ратан присел возле Файлиона и покровительственным тоном сказал:

— Ценю, боец, твою храбрость. Вижу отличную подготовку. Но ты, уважаемый, никогда не сталкивался с пиратами. Эти ребята сражались с разными носора, а у тех зачастую сила и реакция намного превосходят человеческие. Поэтому охрана корабля тренируется совсем иначе, чем для сражения с людьми. У тебя не было шансов против них. Хм. Чтобы ты понимал, расскажу такую историю. Как-то мы устроили состязание между бойцами с двух кораблей. Тасан помнит тот турнир. Больше качи так не рисковали. Парни поломали друг другу кости, но победителя не было. Их методы и стили отличались, и только уговор, что никто не умрёт, не завершился тогда смертью обоих. Файлион, ты понимаешь, о чём я? А?

Диверсант посмотрел на принца, вздохнул и опустил глаза. О чём герн думал, оставалось лишь догадываться. Но он был на полу, что показывало расстановку сил.

— Парень, твоя миссия была провалена с самого начала, ещё когда вы попросили разрешения на стыковку, — заявил Боко. — Понимаешь, на свой звездолёт качи обычно никого не впускают, и на то есть веские причины. Но сейчас мы говорим не о них. Мне нужно было узнать, что правители Саты хотят от императрицы. Я предусмотрел возможные опасности и принял меры, поэтому вам позволили стыковку. А ты оказался на пиратском корабле, не зная, с кем предстоит иметь дело. Заметь, Амадея ушла до того, как ты атаковал. Понимаешь? Моргни два раза.

Файлион вздохнул и ответил веками.

— Тасан, я верно излагаю? — обратился принц к эридаю.

— Увидев этого человека у шлюза, я сразу понял, что он подготовленный боец, — произнёс эрадонец. — Капитан позволил чужаку проникнуть на борт, и я контролировал гостя. Читать язык его тела было легко, поэтому вам, Папа, ничего не угрожало.

— Файлион, ты понял, с кем связался? — склонился Боко над диверсантом.

Мужчина сомкнул веки и словно абстрагировался от реальности. Без сомнения, это входило в его подготовку, и было ожидаемо.

— Я думал, ты нападёшь, подключая видео, — продолжил Боко. — Удобный был момент. Но, кроме убийства императрицы и принца Ратана, тебе поставили и другую задачу. Я прав? Твоим хозяевам нужна информация о корабле Катиручи. Ради этого и затевалась вся операция, и ты продолжал играть. Но когда понял, что ничего не получишь и встреча закончилась, то решил действовать. Либо твой напарник запустил сценарий атаки. Кстати, ты знал, кто он? Моргни три раза, если нет.

Офицер не спешил к диалогу. А Боко, выдержав паузу, сказал:

— Файлион, как видишь, ты в полной моей власти и только желание сотрудничать поможет тебе остаться живым. Мы будем говорить, или ты предпочтёшь умереть? А?

Диверсант по-прежнему не открывал глаз.

— Файлион, я получу ответы на свои вопросы, и ты мне расскажешь всё либо сам, либо по принуждению, — скучающим тоном изрёк Боко. — Сейчас твоё тело может дышать, но не способно раскусить яд в зубах. К тебе была применена техника обездвиживания. Но есть и другая, которая позволяет разговорить любого. Если я попрошу Тасана, он нажмёт несколько точек на твоей голове, и разум, несмотря на всю подготовку и блоки, даст ответ на любые вопросы. Но после ты будешь не нужен и попадёшь в утилизатор. Допускаю, сейчас тебе кажется, что это лучший выход, но ведь всё может измениться, если начнёшь думать. Либо будет боль, когда заработает пресс и сомнёт твоё тело. Выбирай.

Диверсант явно не желал вступать в диалог, и лишь дыхание показывало, что он ещё жив.

— Файлион, ты не солдат Империи, — рассуждал Боко вслух. — Чувствуется серьёзная подготовка и, возможно, религиозная преданность делу. А отсюда вывод: ты шпион какой-то мятежной планеты Малого мешка, подготовленный для диверсионной работы.

По сбившемуся дыханию мужчины Боко понял, что не ошибся и сказал:

— Если не хочешь беседовать со мной, придётся принимать меры. Мы не будем пытать, ты и так сам всё расскажешь. Но я не хочу, чтобы твои зомбированные мозги навредили тебе. Потерпи, будет немного больно.

Боко посмотрел на эридая и, отодвинувшись от диверсанта, сказал:

— Тасан, избавь нашего гостя от яда, а затем позволь ему говорить.

Воин склонился над мужчиной, разжал тому челюсти и пальцами вырвал два коренных зуба. Эридай не суетился, и его спокойствие показывало профессионализм.

Герн терпел, но застонал, когда лишался второго зуба. Выпрямившись, Тасан отошёл, а Боко сообщил:

— Файлион, теперь ты можешь говорить. Но я пока не разрешаю тебе двигаться. Мне известно, что по кодексам банды, ордена, братства, да любого общества, проваливший операцию боец обязан умереть. Но я хочу даровать жизнь диверсанту, ведь это наивысшее благо, которое дано нашей душе.

У мужчины изо рта потекла кровь.

— Он надкусил язык, — сказал Тасан.

— Как думаешь, это смертельно? — поинтересовался Боко.

— Я могу обездвижить челюсть и остановить кровь.

— Не нужно. Хочу, чтобы он начал мыслить здраво. Если же будет упёртым и не пожелает беседовать, тогда разговоришь его.

Герн молчал.

— Ты меня услышал? — Боко толкнул диверсанта. — Включай мозги, парень. Если не откусил язык, значит, ещё надеешься на благоприятный исход. Сейчас инстинкты борются с твоим сознанием. Не дай внушённым программам взять верх над собой. А я хочу кое-что рассказать.

Боко понаблюдал за мужчиной и увидел, что кровь перестала течь изо рта. Значит, ещё была возможность договориться с этим человеком.

— Файлион, ты слышал, о чём я рассказывал Тасану. ОД даровал мне вторую молодость. Это действительно так. А мой настоящий биологический возраст восемьдесят два года. Я был пиратом и сражался с носора за свободу Империи. Но человек не может за всем уследить. Мы ведь не совершенны, и нам не дано узнать, где заблуждаемся, пока не увидим, к чему всё может привести. Я думаю, это тот главный урок, который получает душа в текущем воплощении.

Было видно, что Файлион внимательно слушал, и даже несколько раз его челюсть вздрагивала, будто он собирался заговорить. Но пока сдерживался.

— Я воспитывал пасынка, как своего ребёнка, — продолжал Боко, — но гены не смог победить. Однажды тот пришёл ко мне сильно выпивший. Мы повздорили, и я получил удар плазменным резаком. Мне было восемьдесят. Я падал и уже ни о чём не думал. Когда очнулся, то… увидел ОДа в том облике, который древний выбрал для беседы. А позже получил от него приказ спасти нашу Империю… Поэтому сейчас я молодой мужчина лет тридцати. Файлион, ты должен понять: есть мнимое и реальное. А отличить одно от другого, думаю, способна зрелая душа. Тасан узнал во мне своего бывшего капитана, что доказывает мои слова.

— Зачем мне нужно было это услышать? — просипел диверсант. — Делиться с врагом подобной информацией смертельно опасно.

— Начинаешь думать, и мне это нравится, — одобрил Боко. — Парень, за свою долгую жизнь я научился понимать людей и контролировать ситуацию. Поэтому даже твой яд никого не убил. Ты потом расскажешь, какие использовал компоненты, образующие смертельную смесь при слиянии с воздухом. Но, кстати, фильтр салона распознал её и нейтрализовал.

Офицер зажмурил глаза. Видимо, ему было непросто осознавать собственные ошибки.

— Я уверен: услышанное тобой сейчас никуда не распространится. — Принц наклонился к диверсанту. — А говорю всё это, чтобы ты задумался. ОД подарил мне молодость ради великой цели. Я хорошо знаю, кто такие носора. Ты, Файлион, живёшь в мире какой-то идеи. Подумай: достойна ли она того, чтобы из-за неё жертвовать собой?

— Вы меня не перевербуете, — заявил мужчина.

— Разве я говорил, что желаю с тобой сотрудничать? — удивился Боко. — Парень, а ты знаешь, сколько людей этого хотели бы? Вчера, например, мне присягали все капитаны пиратского флота. Кто ты по сравнению с ними? А знаешь, на что они способны? А? Эта сила может полностью разгромить не только Империю, но и всю Галактику, иначе дзуги не дали бы людям свободу.

Боко встал и прошёлся по отсеку.

— Давай посмотрим, что произошло в шлюзе, — предложил Ратан и приблизился к панели управления. Немного повозившись с окошками на пульте, он сказал: — Файлион, смотри на экран. Сейчас ты увидишь своего напарника.

На мониторе возникла кабинка шлюза. Наружная переборка скользнула в сторону, и в отсек вошёл мужчина в звании грейтера. Судя по лицу, ему было пятьдесят стандартных лет. Подтянутая фигура показывала физическую подготовку, а короткая стрижка чёрных волос хорошо шла холеному лицу офицера.

Грейтер остановился в ожидании, когда завершится работа шлюза. Но едва переборка закрылась, он заорал так, что Боко пришлось отключить звук. А потом офицер стал трансформироваться. Поначалу едва заметно, а далее всё быстрее человеческая фигура оплывала, пока не растеклась серой лужей.

— Ты можешь дать объяснение тому, что увидел? — обратился Боко к лежавшему на полу офицеру.

На лице Файлиона отразилось недоумение, а затем он произнёс:

— Если это не монтаж, то… Я не знаю, что вы мне показали.

— Расскажу. Ты увидел гибель существа расы ибо-хирбю, — пояснил Боко. — Когда-то эти метаморфы хотели завоевать всю Галактику. Они проникали на планеты, подменяли местных вождей и затем разрушали целые цивилизации. Ибо-хирбю стремились уничтожать население, чтобы потом занять их миры.

Экспансию метаморфов остановили весьма жестоким способом. В космическую эру любое перемещение осуществляется на звездолётах. В шлюзы кораблей были встроены сканеры, которые опознавали ибо-хирбю и затем их уничтожали особым ядом. Сейчас мы увидели, как это происходит. Кстати, тебя тоже просвечивали, и если бы ты был метаморфом, то не прошёл бы первый шлюз, как твой якобы коллега. А уже сканер яхты определил, что у тебя в зубах яд. Да, и спрятанные в твоих рукавах капсулы тоже были замечены.

— Эти… как вы их назвали… метаморфы, проникли в Империю? — спросил Файлион.

— Молодец, соображаешь, — похвалил Боко. — Ибо-хирбю поставили цель — создать здесь собственное государство. Но, как ты понимаешь, уничтожить целую расу сложно, ведь цивилизация способна защищаться. Метаморфы разработали поэтапный план экспансии. Они поняли, что Империя, отгороженная от Галактики космическими аномалиями, может стать идеальным регионом для их размножения. Закрыть коридор у Арагны не представляет большой проблемы, и после никто сюда не проникнет.

Метаморфы выбрали подходящее время, когда дзуги, разрушив космическую цивилизацию людей, покинули Малый мешок. Ибо-хирбю подменили собой на планетах Империи всех президентов и пассионарных личностей, способных оказывать влияние на общественные процессы, и приготовились к следующему этапу. И тут им помогли дзуги, натравившие на людей гризов, которых снабдили УГ. А к чему всё это приведёт?

— Всех убьют, — выдохнул Файлион.

— Надеюсь, теперь понимаешь, зачем ОД совершил для меня чудо, подарив вторую молодость. Как, по-твоему, это великая цель? Будь искренен.

— Да.

— Скажи, а к чему призывают ваши боги?

— Убивать иноверцев.

— А кто они такие, эти другие? Не молятся с вами в храмах? Едят иную пищу? Живут на планетах, где не почитают какого-то бога? Расскажи.

— Не признают великих… дзугов высшими божественными существами, — прошептал Файлион.

— И потому, следуя вашим рассуждениям, их нужно уничтожить, — резюмировал Боко. — А для чего? Ты думал когда-нибудь? Какая цель в убийстве иноверцев?

— Очистить Империю от заражённых ментальными вирусами, — пробормотал Файлион.

— Хм. А может, для того, чтобы на всех планетах истребить людей, а затем поселить на них другую расу? Подумай над этим. Хм. Вот интересно: мятежных миров, отказавшихся признать новую императрицу, в государстве всего девять. На каждой планете верят в своё божество, значит, количество сил уменьшается. В Империи было сто шестьдесят три заселённых мира. Неужели вы думаете, что способны уничтожить всех инакомыслящих?

— Необязательно. К барону Ругонди прилетали представители Амениты. Глава мятежников предлагал пресвятому Абхухейцу сделать их религию государственной, если те признают его богом. А затем наступило бы время воспитания людей в правильной вере.

— Никогда не любил священников, — выдохнул Боко. — Но ты, Файлион, говоришь правильно: и таким способом можно захватить Империю. К счастью, барона убили ибо-хирбю.

— Греди, — поправил Файлион.

— Вы плохо изучали видео из Алимли, — заметил Боко, расхаживая по отсеку. Помещение было просторным, и он свободно обходил лежавшее тело.

— Файлион, пираты облетели всю Галактику и выяснили, что планет, на которых могут жить люди, не так уж и много, — поделился Боко. — Эти миры, как правило, находятся на чужих территориях, и их хозяева не собираются пускать к себе другие расы. Потому и началась война между Каэртаном и Империей. А омолодив меня, ОД, создатель человечества, прислал сюда, чтобы я не дал носора уничтожить нашу расу. Теперь ты понимаешь, какая цель у меня?

Файлион молчал.

— Я не приверженец религии, — продолжил чуть погодя Боко. — А только хочу, чтобы нас не постигла участь легендарных кагов. Ради этого я сейчас живу и пытаюсь собрать силы для защиты от носора. Ты сам только рассказал о ситуации на границах Империи и о наступлении гризов. Вот представь, Файлион: к твоему родному миру в Союзе ПИНА прилетает корабль с УГ. Наниты ведь не будут разбираться, какой ты веры — правильной или нет. Абсурд. Все мы люди, имеем одинаковые гены и будем уничтожены.

— Почему вы беседуете со мной об этом? — поинтересовался Файлион. — Что вам от меня нужно?

— Ты умеешь думать, потому и трачу на тебя время. Сейчас я говорю с твоей душой и хочу, чтобы она услышала меня. Если люди будут сотрудничать, то, возможно, победа над носора случится быстрее. Заметь, мне всё равно, где твоя планета, и какому богу поклоняешься. Давай подумаем о выживании нашей расы.

— Мы… разные, — выдавливал Файлион. — У нас… другая религия. А ещё…

— Это всё ерунда, — прервал Боко. — В экипаже «Эрадона», которым я командовал почти двадцать лет, есть уроженцы со многих планет Империи. Тасан не даст соврать. Люди поклоняются разным богам, и я никогда не запрещал их религии. Но вместе мы стали могучей силой, успешно истреблявшей носора. Дело ведь не в том, как ты беседуешь со своей душой, когда якобы обращаешься к богу, а в общей цели, ради которой можно всем пожертвовать.

— Чем я могу помочь? — неожиданно выдохнул диверсант.

— Живи, как и раньше, — сказал Ратан. — Но ты уже знаешь, что коварные носора проникли в наш мир и желают нам смерти. Если поможешь уничтожать их, то больше мне ничего и не нужно. А своим… хм, единоверцам передай: если сейчас они откажутся сотрудничать с императрицей, то к ним прилетят пираты. Заверяю тебя: качи не станут вникать в тонкости всяких религий, а всех, кто не с нами, будут считать врагами.

— Вы угрожаете?

— Не в этом дело. Как бы тебе объяснить? Гм… Понимаешь, для пирата самое главное — корабль, а то, что за бортом — вражеская территория. Не все вернувшиеся в Империю капитаны присоединились к моему флоту. Множество пиратских крейсеров сейчас рыщут в поисках наживы. Экипажи нужно кормить, а вернуться на охотничьи тропы Галактики невозможно. Ты сам говорил: коридор у звезды Арагна закрыт. Что кэпам остаётся делать? То, к чему они привыкли — грабить. Лояльные императрице планеты защитит мой флот, а отщепенцы будут открыты для налёта.

— Люди будут обороняться, — заметил Файлион.

— Это не поможет, — мотнул головой Боко. — Поверь, качи очень хорошо потрошат грязючки. Вспомни эпизоды перед мятежом барона. Пираты разработали целые стратегии в зависимости от степени защищённости мира, расы и прочих вещей. Я сам участвовал в налётах и знаю, как и что нужно делать. После визитов джентльменов удачи на поверхности остаются выжженные континенты. Качи попрактиковались на грязючках носора, и будут применять те же приёмы в Империи. Ты понимаешь, о чём я рассказываю?

— Да, — проскрежетал герн. — Но зачем такое насилие? Разве нельзя договориться?

— Файлион, кто же поделится своим богатством? А пиратам ведь не нужны ваши деньги. Они соберут то, что не плавится и ценится в любом мире — драгоценные металлы в слитках и ящики с камнями. Надеюсь, те, кто послал тебя сюда, поймут, о чём я говорю.

— Простите, не знаю, как вас сейчас называть, — произнёс Файлион после небольшой паузы.

— Я — наследный принц Кобьер Ратан.

— Ваше Высочество, я вас услышал. Но мне ещё нужно над всем этим подумать. Благодарю, что оставили мне жизнь. Я раскусил бы яд. Так велит клятва. Но вы, ничего не требуя от меня, многое рассказали и передали послание, которое… будет услышано. А ваши слова… не входят в противоречие с моей… верой.

Файлион немного помолчал.

— Сейчас могу пообещать, что готов убивать ибо-хирбю, если вы научите меня. И гризов тоже. А также хочу пересмотреть свои взгляды в истинности утверждения о божественном происхождении дзугов.

— Их сотворил древний по имени ИТ, — поделился Ратан. — Поэтому я ничего не имею против, когда ты называешь их божественными созданиями. Мы, люди, тоже ведь были сотворены древним ОДом по подобию йогрян.

— Это ересь…

— А кто, по-твоему, Катиручи?

— Не знаю. Хотите сказать, он…

— Рей показал мне то, на что обыкновенный человек не способен. А ещё ему известен древний язык предтеч.

— Наши святые называли йогрян вымыслом, — задумчиво протянул Файлион. — Но если они реальны, то это всё меняет…

— Я не проповедник и не буду ничего доказывать. Но надо отличать цели носора от того, что хотят люди, и не принимать чужие пожелания за истину. А Рей ведь тоже пришёл защитить людей в самую трудную для нас эпоху.

— Вы великий человек, — прошептал герн.

— Нет. Просто здравомыслящий. Именно это помогало мне выжить в войне с носора.

— Я так назвал вас, потому что только воистину великая личность может спокойно беседовать со своим убийцей, подарить ему жизнь и даже предлагать сотрудничество. И вы знаете, что я,… скорее всего…

Файлион не закончил предложение, и недосказанность повисла в воздухе. А продолжил он после паузы:

— Клянусь, что больше не стану пытаться вас убить.

— А императрицу?

— Ваше Высочество, вы не ошиблись. — Файлион говорил, уставившись в пол. — Мне приказали уничтожить вас и Амадею. А также узнать, где находится корабль Катиручи и получить информацию, как можно им завладеть. Мой напарник должен был проникнуть на крейсер и повредить оборудование, что привело бы к уничтожению корабля. Третий член нашего экипажа просто пилот. Ваше Высочество, вы переиграли нас. Клянусь, что никогда не стану участвовать в операции по ликвидации вас и императрицы.

— Надеюсь, — произнёс Ратан и обернулся к эридаю. — Тасан, зови своих парней.

Мужчина замер на несколько секунд, а затем обратился к принцу:

— Папа, я всё слышал. Если понадобится моя помощь, только скажите…

— Мы уже говорили на эту тему, — отмахнулся Боко.

Переборка открылась, и в отсек вошли охранники «Эрадона». По знаку Тасана они заняли прежние места.

Затем Боко впустил императрицу. Войдя, Амадея увидела лежащее на полу тело герна. Она поняла, что произошло, и тоже стала там, где ей велел принц.

— Тасан, отпусти нашего гостя. — Боко указал на Файлиона.

Эридай склонился над диверсантом. Его пальцы быстро пробежали по особым точкам на теле мужчины, и тот зашевелился.

— Ваше Величество, — Боко посмотрел на императрицу, — мы… провели с гостем переговоры, и он дал клятву, что не будет покушаться. У вас ещё остались вопросы к посланнику? Может, появились новые?

Амадея посмотрела на офицера и спросила:

— Герн, вы полетите на Сату?

— Так точно, Ваше Величество, — ответил Файлион поднимаясь. По его скованным движениям было видно, что тело ещё не вернулось к прежнему состоянию. Но форма на офицере сидела так же идеально.

— Можете сказать Эдину Пирсу, что я благодарна за… его помощь. — Последние слова дались Амадее с видимым трудом, но она должна была их произнести.

— Хорошо, Ваше Величество, — склонил голову Файлион.

— Герн, идите на свой корабль, — велел Боко. — Позже я свяжусь с вами.

— Разрешите удалиться?

Принц кивнул, а Амадея с каменным лицом жестом отпустила посланника.

Сделав положенный по уставу поклон, офицер развернулся и нетвёрдым шагом направился к проёму.

— Файлион, последний совет. — Герн обернулся на голос принца. — Если решите улететь, скажите пилоту, чтобы связался с крейсером. Иначе яхту расстреляют.

— Ваше Высочество, я буду ждать, когда вы сможете уделить мне время.

— Разумно. Идите, — разрешил принц, и офицер, ещё раз отвесив поклон, ушёл в сопровождении эридаев.

— Что это было? — спросила Амадея, когда шаги стихли.

— Если вы спрашиваете о визите герна, у него было несколько целей, — задумчиво ответил Боко. — Официально Файлиона прислало руководство Саты. Они увидели, что вокруг императрицы собираются некие силы, которые могут оказать влияние на ситуацию в государстве. Эти… хм… люди, в чём я сомневаюсь, очень хотят участвовать в событиях, а не отсиживаться в стороне. Ведь успех приходит лишь к тем, кто что-то делает. А сейчас, когда ещё нет самих устоев, и всё только формируется, нужно успеть примоститься у горнила власти, и потом направлять события в выгодном русле. Вы должны знать, Ваше Величество, что высших особ государства постоянно контролируют различные группировки. А ещё, как вам известно, ибо-хирбю желают помешать Империи восстанавливаться.

— Но, к чему эти вопросы о Рее?

— Он чрезвычайно важная фигура, способная перевернуть мир, что уже делал. Взять хотя бы события на Этране. Да и в Алимли я бы один не справился.

— Кобьер, я понимаю, что Рей помогает сохранить Империю. Но почему он где-то, а не с нами? Ведь было бы логично, если бы йогр находился в центре и…

— Ваше Величество, не хочу говорить банальности, но у каждого своя роль. Рей приходит в критические моменты и меняет сценарий. Он должен быть в стороне и недосягаем, тогда у него появляется возможность совершать необходимые действия. А оказать влияние на него хотя бы и через императрицу, желали бы многие. Политикам с большими амбициями очень нужны новые технологии, чтобы превратиться в сверхсуществ. Или хотя бы повернуть сценарий цивилизации в желаемую сторону. Кстати, Ваше Величество, за вами будут пристально наблюдать.

— За мной всегда следят, — отмахнулась Амадея. — Это первое, что я поняла, став императрицей.

— Вопросы герна были лишь зондированием почвы. Меня ведь Файлион тоже старался припугнуть. Значит, и на мою особу есть виды.

— К сожалению, Рей недосягаем, — вздохнула Амадея. — Я пыталась встретиться с ним, но не получилось.

— Ваше Величество, можно ведь посмотреть и с другой стороны. Если политики считают, что вам покровительствует Рей, а в его лице некие могущественные силы, обладающие немыслимыми для нашего мира возможностями, значит, они ценят вас. А ещё эти люди уверены, что императрица способна освободить Империю. Но этого не хотят носора.

— Ты прав, Кобьер, — задумчиво кивнула Амадея. — А какая ещё была цель у этого визита? Помню, было сказано о нескольких.

— Герн Файлион — тайный агент Союза ПИНА, внедрённый в армию Империи. А ещё, не исключаю, он служит неким силам на Сате. Возможно, тем же ибо-хирбю, о чём не догадывается. Способный парень. Ему поставили задачу — убить императрицу и Ратана, уничтожить «Эрадон» и рассорить пиратов. А это приведёт к взаимоистреблению качи и удалению из реальности довольно мощной силы.

— Так почему ты отпустил диверсанта и даже вознамерился с ним сотрудничать? — удивилась Амадея.

Боко вздохнул, прошёлся по рубке и затем сказал:

— Файлион профессионал. А такие люди умеют не только думать, но и влиять на мир. Но моя цель не сотрудничество с ним… Хотя всё может быть. Посмотрим… Он отлично понимает: когда не удалась миссия, но исполнитель выжил, нужно извлечь максимум из полученной информации. Ведь в следующий раз он уже будет знать, как обойти ловушки, которые не позволили ему сегодня достичь успеха.

— Ты так спокойно об этом говоришь.

— А чего мне бояться? Герн что-то увидел, но далеко не всё. Зато у меня появилась возможность попробовать через него влиять на тех, кто организовал этот визит. Ещё Файлион выслушал мои доводы и даже поставил под сомнение устои своей религии. А это много значит.

— Кобьер, общаясь с тобой, я начинаю видеть совсем другого человека. Ты коварен, хитёр и мудр. Даже страшно находиться рядом с личностью, которая видит неочевидное.

— Ваше Величество, я служу Империи и вам. Будьте уверены, эти мозги, — Боко постучал себе по лбу, — работают над тем, чтобы вы скорее вернулись в Алимли.

— Ты уже спасал меня и закрывал собой.

— Клянусь до конца своих дней защищать вас.

— Я принимаю твою клятву, — улыбнулась Амадея. — И давай, когда мы наедине, не будем вспоминать эти величества и высочества. Так порой хочется простого общения.

— Хорошо, моя… императрица.

— Ну вот, опять начинаешь, — упрекнула Амадея со смехом.

— Ладно, — улыбнулся Боко. — Тогда моя любовь.

— А вот это… ещё… рано.

— Но ведь чувства рождаются спонтанно. Едва вас увидев, я тотчас влюбился в очаровательную красавицу.

— Или узнал во мне пиратскую принцессу и принял за неё?

Лицо Боко вмиг посерьёзнело, а кисти сжались в кулаки. Но затем он улыбнулся и сказал:

— Ту женщину я видел лишь на портрете, а вы живой человек, рядом с которым хочется остаться навсегда.

Амадея промолчала, но, судя по выражению лица, была довольна услышанным.

— Покажи её портрет, — попросила она погодя.

— У меня его нет, — погрустнело лицо принца. А вновь посмотрев на Амадею, он улыбнулся и сказал: — Зато теперь появилась её живая копия. Вам достаточно взглянуть в зеркало.

— Но я ведь не принцесса, а императрица…

— И уже пират…

Глава 86

Империя. Малый мешок. Космический коридор
у пульсара Солитус. Звездолёт «Дусум»

Ощущение, что кто-то рядом, направило адреналин к мышцам, но, уловив сладковато-дымный аромат, Рей расслабился. Открыв глаза, в полутёмном отсеке он увидел Ашару. Их взгляды встретились, и улыбка согрела её губы.

— Это я, — шепнула женщина по-йогрянски. Она сидела на ложе, оперевшись на руку. В белом пластиковом комбезе с распущенными чёрными волосами Ашара выглядела загадочной красавицей.

— Ты… Что?.. — пытался Рей выразить мысль, но мозг, похоже, ещё не пробудился.

— Всё хорошо. — В тихом голосе Ашары были спокойствие и умиротворение.

— Э-э-э… Как?.. — выдохнул мужчина, пытаясь сформировать вопрос. Но близость женщины почему-то не позволяла выстраивать логические цепочки и закончить мысль.

— Я видела твой поединок на «Брунке». Извини, что не рассказала всего. — Слова Ашары заставили мозг Рея пробудиться.

— Ты сделала правильно, — улыбнулся он. — Мне бы это мешало.

И всё же некая интимность продолжала витать в самой атмосфере отсека: полутьма, тихий женский голос и волнующий аромат. Рею была приятна близость Ашары. Исходившее от неё тепло согрело душу, и мысли устремились в новом направлении.

«Вот чего мне недоставало — женского внимания, — пронеслось в голове. — Я чаще сражался, чем любил, получал больше ударов, чем ласки. Такова жизнь бойца. Но душа не может без дружеского участия. Наверное, потому и создала природа два пола — мужской и женский, чтобы они поддерживали друг друга и согревали любовью. А без этого нет радости и самой жизни».

Рука Ашары как-то неуверенно коснулась головы Рея и провела по его ёжику. А затем женщина помассировала ему шею, лицо, уши. Это было приятно, и мужская душа потянулась к ней. Но Рей не позволил себе коснуться бывшей жрицы, даже когда та закончила массаж лёгким поцелуем в щеку.

Видимо, Ашара испугалась собственного душевного порыва, поскольку резко отпрянула. Рей увидел её смятение и улыбнулся.

— Ты великолепно массируешь, — похвалил он. — Я проснулся и готов к бою… вернее… заниматься делами.

— Спасибо, — растерянно кивнула женщина. Но уже в следующий миг она собралась, и её голос зазвучал по-деловому строго. — Я почувствовала, как ты напряжён даже после сна. Ибо-хирбю ломал тебя, и твоему телу сильно досталось.

По тёплому прикосновению женской руки и слегка дрогнувшему голосу Рей догадался — не о том Ашара думала. Но, видимо, поторопилась. Чтобы разрядить неловкость, он спросил:

— Где мы сейчас?

— У коридора Солитуса. Потому я и разбудила тебя.

Реальность окончательно разрушила прежнюю атмосферу.

— Неужели я спал целые сутки? — удивился Рей, сразу сориентировавшись во времени.

— Пришлось немного подкорректировать твой сон, ведь организм лучше восстанавливается, когда мозг не мешает.

— Я уже не ощущаю ломоту, — сообщил Рей, подвигав телом. — Ты усыпила меня?

— Немного воздействовала на твои биоритмы, — призналась Ашара. — Зато сейчас чувствуешь себя почти исцелённым.

— Благодарю. Ты настоящая волшебница. А я пойду в рубку. Космический коридор надо проходить в ручном режиме.

— Не спеши. Нас здесь ждут.

— Объясни.

— Сюда прибыли крейсеры, преследовавшие нас в системе Дибы. А ещё пираты предположили, что мы будем лететь к Солитусу и здесь организовали засаду. Когда качи снимут блокаду и направятся к Роне, мы полетим в Большой мешок.

— Как они могли опередить нас?

— Охоту на корабль Катиручи организовал капитан Торпеда. Он разделил крейсеры своей флотилии: два направил к этому коридору, а остальные выслеживали тебя в окрестностях Роны. Когда «Дусум» покинул систему Дибы, преследовавшие нас пиратские крейсеры тоже полетели сюда. Так было запланировано. Они уже знали, что Торпеда погиб, но мечтали захватить твой корабль. Но не срослось, и сейчас экипажи решают, что делать. Впрочем, им не из чего выбирать, а время уходит. Скоро крейсеры вернутся к пиратскому флоту. Они ведь остались без командующего, добычи и возможности пополнения припасов. У них сейчас единственный выход — присоединиться к флоту Ратана.

— Как хорошо иметь в команде ясновидящую, — усмехнулся Рей. — Жалко, у меня нет твоих способностей.

— Ошибаешься, — печально произнесла женщина. — Ты не представляешь, какая мука видеть человеческие пороки… Я рассказывала тебе об этом и не хочу повторяться.

— Ну, если нам ещё рано лететь, то давай позавтракаем. — Рей потянулся и зевнул. — Я уже сутки ничего не ел.

— Я придумала вкусное блюдо. — Лицо Ашары сразу преобразилось. — Уверена, тебе понравится. Идём.

Женщина встала и направилась к выходу в центральную галерею корабля. Рей пошёл следом. А едва покинув отсек, они сразу остановились. У одной из переборок стоял обнажённый молодой мужчина. У него было рельефное мускулистое тело, чёрные волосы прикрывали уши, а на бледном лице проступала щетина. Он растерянно осматривал стены незнакомого помещения.

— Привет. — Рей обратился к Эгрину Буту на общеимперском.

Мужчина резко повернулся и, не удержавшись на неверных ногах, опёрся о стену. Его колотил озноб, а кожу покрывали пупырышки.

— Мы друзья, — продолжил Рей, подходя к Буту. — Я знаю, что ты чувствуешь. Сам как-то был в таком же состоянии. Зря выбрался из лечебного модуля. Но раз встал, сейчас помогу тебе.

Эгрин удивлённо взглянул на незнакомца, а затем прикрыл руками место, отличающее мужчин от женщин.

— Г-где я? — дрожащим голосом спросил Бут.

— У меня в гостях, — приветливо ответил Рей. — Тебе нужно одеться, чтобы согреться. Давай вернёмся в медотсек. Знаю, ты чувствуешь себя прескверно. Но так всегда бывает после анабиоза. Обещаю, скоро всё пройдёт. А пока Ашара приготовит нам чего-нибудь поесть.

— Хорошо, — ответила женщина и по галерее направилась в сторону шлюза.

Рей открыл переборку в медотсек, где стоял саркофаг. Эгрин следовал за ним. Парня сильно колотило, и каждый шаг ему давался нелегко.

— П-поч-чему… я б-был… в-в ан-наби-иосе? — поинтересовался Бут. — К-как… п-попал… сюда?

— Длинная история. Потом всё расскажу.

Рей приблизился к стене, утыканной тумблерами и кнопками. Сдвинув одну из панелей, он из встроенного шкафа извлёк свёрток. А развернув его, поинтересовался:

— Узнаёшь?

— Д-да, — кивнул Эгрин.

— Надевай. — Рей протянул Буту серо-зелёный костюм с тонкими жёлтыми полосками погон, какие приняты у военных Саты. — Это твоё.

— С-спасибо, — выдохнул Эгрин и трясущимися руками стал натягивать брюки, а затем китель. Усвоенные на службе привычки помогли ему справиться с одеждой, и он почувствовал себя уверенней, что отразилось на лице.

Рей чувствовал вину перед Эгрином за то, что украл у него важную часть жизни.

«Неизвестно, попадёт ли ещё настоящий Бут на Рону в окружение императрицы, — промелькнуло у Рея в голове. — Но, может, это и к лучшему. Погрузив в анабиоз, я, вероятно, спас ему жизнь. Достаточно вспомнить эпизод, когда мне делали „тёмную“. Вряд ли парень вышел бы из той ситуации без последствий. А о сражении с телохранителями принца Эдрана и говорить нечего. Бойцы размазали бы солдата, и история Империи сложилась бы иначе, но уже без Амадеи».

— Скоро ты согреешься, — пообещал Рей, поскольку Бута по-прежнему трясло. — После долгого холода организму нужно время для стабилизации на клеточном уровне. Полежал бы ещё в модуле, тело само восстановилось бы. Система в саркофаге так устроена, что по завершении процедуры оттаивания вообще не чувствуешь дискомфорта.

— М-мн-не н-на-да дв-вигаться, — бормотал Эгрин. — Б-был х-хол-лод…

— Сейчас пойдём к Ашаре, и она накормит нас. Так ты быстрее оправишься.

— Я л-лушще, — выговаривал Бут непослушным языком. Чтобы надеть сапожки, ему пришлось сесть, вернее, упасть на пол.

— Вот и хорошо. Идти сможешь?

— Н-нав-верно… да…

— Тебе помочь? — спросил Рей, наблюдая, как Бут пытается встать.

— Н-нет! С-ам!

Было видно, что Эгрину трудно давались движения, но он упорно старался. Ухватившись рукой за выпиравший из стены рычаг, ему, наконец, удалось встать на непослушных ногах.

— Идём. — Рей указал в сторону выхода.

Эгрин вздохнул, но не возражал, хотя сейчас каждый шаг для него был подвигом.

— Тебе нужно двигаться, и тогда быстрее восстановишься, — говорил Рей, сопровождая Бута.

— Э-эт-то з-звездолёт? — поинтересовался Эгрин. Судя по речи, чувствовал он себя действительно лучше.

— Корабль называется «Дусум». Мы сейчас находимся возле пульсара Солитус.

— В-вы… пох-хитили м-меня?

— Не совсем так. Давай поговорим об этом позже. Пока ты спал, произошло много разных событий, и мир сильно изменился. Кратко не расскажешь.

— З-зач-чем я в-вам?

— Ты… мне… не нужен. — Рей старался придумать, как объяснить парню произошедшее. — Это честно. Но и бросить не могу. Эгрин, тебе нужно смириться с мыслью, что всё, к чему ты готовился, уже в прошлом. А сейчас начинается новая жизнь.

Парень судорожно вздохнул. Ему не хватало сил на движение и беседу, и он больше не задавал вопросов. Либо пытался объяснить себе услышанное.

                                                * * *

Когда мужчины вошли в отсек, Ашара уже поставила на стол три пищевых контейнера. Но, взглянув на Бута, она убрала один в шкаф.

— Мне некогда было заниматься готовкой, — обратилась Ашара к Рею. — Я достала, что было поблизости.

— Сейчас ты попробуешь кое-что новое, — усмехнулся хозяин корабля, взглянув на стол.

По сравнению с остальными отсеками, в предназначенном для отдыха было минимальное количество аппаратуры и различных кнопок. Только цвет, как и везде на борту, оставался серый, но с коричневым оттенком, располагавшим к релаксации. Ещё одно отличие от других помещений — предметы были цельными и массивными, а не раскладными. Посреди каюты разместился стол, окружённый мягкими пуфами, великоватыми для человека. Но они были достаточно прочными, чтобы выдержать огромного носора. Вдоль стен широкие диваны без боковин и подлокотников, а выше них поверхности делились на равные квадраты, под которыми были встроенные шкафы.

Эгрин доковылял до пуфа и плюхнулся на него. Он бы упал, если бы Рей не поддержал.

— С-спасипа, — прошипел Бут и прикрыл глаза. Всё же он был ещё слаб для такого похода.

— Сейчас тебе станет легче, — пообещала Ашара.

Она подошла к парню и помассировала ему голову, шею и спину, заодно объясняя:

— Ещё не восстановилось кровообращение, потому и самочувствие такое. Думаю, тебе сейчас необходим горячий витаминизированный напиток, а затем надо лечь.

— Д-да, — согласился Эгрин. — Сп-пасибо з-за п-пом-мощь. Г-голова б-больше н-не кружит.

Ашара достала из захваченного со своей яхты кофра металлический термос, открыла и в маленькую чашечку налила ароматную оранжевую жидкость.

— Пей, — протянула она Буту. — Это вастана. Здесь сосредоточена сила целебных трав. Мне всегда помогает и бодрит.

Рей сел за стол и наблюдал за Эгрином. Если до этого кожа парня была бледной, то сейчас порозовела, и он уже не казался мертвецом. Да и колотило Бута меньше.

Ашара разместилась за столом напротив Рея и попыталась открыть контейнер. Но у неё не получалось, и она озадачено крутила в руках стальной тубус.

— Как это открыть? — наконец, спросила женщина.

Рей взял стоявший перед ним цилиндр. Он с небольшим усилием надавил на дно, и сразу послышалось шипение. Затем его руки легко отделили верхнюю крышку вместе с боковинами, и по салону поплыл аромат.

— Странный запах. Что это? — поинтересовалась Ашара, повторив манипуляции Рея. На импровизированной тарелке, образовавшейся после вскрытия цилиндра, лежала полупрозрачная масса жёлтого цвета с пронизывающим блюдо красным узором.

— Попробуй, — предложил Рей. — А потом расскажешь о своих ощущениях.

Ашара осторожно поднесла к носу маленькую ложечку с желе и понюхала. Попробовав, она сказала:

— Незнакомые специи оставляют странный привкус. Я не могу определить — это сладкое, горькое или кислое. Никогда не пробовала ничего подобного, но мне нравится. Интересно, в каком мире готовят эти блюда?

— На нганском языке называется хорка, — поделился Рей. — Мой товарищ Арага обожал его.

Ашара внимательно смотрела на йогрянина, а услышав новое имя, поинтересовалась:

— Кто он? Твой товарищ?

— Бывший страж… э-э-э… военный. Когда Арага уволился, мы путешествовали на его звездолёте. А сейчас перед тобой самое нежное блюдо из кухни нганцев. Сладкоежки там обычно употребляют хорку как десерт. То, что жёлтое — мясо ирвов с планеты Атсуо. А красное — натуральный корень водоросли Ток с Циклады. Это написано на упаковке.

— А г-где те п-планеты? — Лицо Эгрина напряглось, по-видимому, в ответ на эмоции. — Я н-не слышал т-такие названия.

— Очень далеко, — уклончиво произнёс Рей.

— Для человека эта еда безопасна? — Ашара поднесла к глазам ложку и принялась рассматривать желе.

— Вполне. В процессе приготовления хорки остаётся лишь клетчатка. А все вирусы, бактерии и прочие микро и нанопаразиты удаляются. На каждой планете своя биологическая среда. Не могут же космические путешественники постоянно принимать какие-то антидоты и вакцины.

— Согласна, — кивнула Ашара. — В пищевых контейнерах, которые мы покупаем на заправочных модулях, тот же принцип.

— С-странное с-слово — н-нг-нанцы, — произнёс Эгрин. Было похоже, что ему становилось лучше, раз начал чем-то интересоваться. — К-какие они?

— Покрытые шерстью существа с четырьмя руками, — описал Рей. — Очень сильные профессиональные солдаты. В соседнем отсеке стоит их скафандр. Когда окрепнешь, сам увидишь. Кстати, это военный звездолёт, и раньше принадлежал им.

— В-вы п-пират? — был следующий вопрос Бута.

Прежде чем ответить, Рей задумался и проглотил несколько ложек хорки. Понятно, что Эгрин желал разобраться, почему оказался на чужом звездолёте среди незнакомцев, ведь он готовился служить в императорском полку резиденции Алимли.

— Хм. Наверное, меня можно назвать пиратом. — Рей поднял взгляд на Бута. — Мне вот пришлось убить хозяев этого корабля, чтобы спастись. А затем я угнал звездолёт. К сожалению, временами приходится выбирать: или ты победитель и живёшь дальше, или проигравший, и тогда умираешь. Я предпочитаю сражаться, иначе меня не было бы здесь. Но я не преследую корыстные цели, и тем отличаюсь от пиратов.

На лице Ашары возникло удивление. Вероятно, она так никогда не думала о йогрянине. А способности ясновидящей распространялись только на этот мир.

— П-поч-чему я с-сдесь? — Бут уже несколько раз задавал вопрос. — Я с-солдат. Мн-не н-надо на С-сату.

— Эгрин, ты долго спал, почти год. — Рей внимательно смотрел на парня. — Жизнь изменилась, и сейчас совсем другой мир.

— Г-год? — переспросил Эгрин. Было видно, как он смешался. — Я не в-верю! Н-надо с-связаться с к-команд-дованием. Я н-не м-могу пров-валить тест!

— Парень, успокойся, это не экзамен, — выдохнул Рей. — Скоро ты всё поймёшь.

— Нет! — Воскликнул Бут и попытался встать, но тело не хотело подчиняться. — Я… д-должен…

— Успокойся, солдат! — рявкнул Рей.

— Эгрин, это так, — мягко произнесла Ашара. — Ты действительно проспал год. Знаешь, как показали события, для тебя это даже лучше.

Женщина участливо коснулась кисти Эгрина. Но, вздрогнув, поспешно отдёрнула руку.

— У тебя было видение? — поинтересовался Рей.

— Да. — Ашара изумлённо смотрела на Эгрина. — У этого… молодого человека необычная судьба.

— Я д-должен… от-тправ-виться в с-свою часть! — В голосе Бута ощущалась решимость. Он не верил услышанному, а мир для него оставался в реальности, которая была до анабиоза. — Мне п-предстоит с-служить на Р-роне.

— Я там был вместо тебя, — признался Рей.

Отказываясь верить услышанному, Бут с негодованием воззрился на мужчину. Но постепенно мыслительные способности у него включались, и на лице проявилось отчаяние.

— К-как это?

— Эгрин, ты хотел узнать, почему находишься здесь. Сейчас расскажу. Я усыпил тебя, чтобы воспользоваться твоей личностью и документами, и попасть на Рону, — был ответ Рея. — Я считал, что сумею защитить императрицу.

Бут переводил взгляд с женщины на мужчину. Он не понимал, как это могло произойти с ним.

— Ес-сли это т-так, то в-всё п-потеряно, — обречённо прошептал Эгрин.

— Напротив, всё только начинается, — возразила Ашара.

— Нет. — Бут сомкнул веки, и по его щеке скатилась слеза. — М-ме б-бош-ше н-нет с-смысла жить.

— Тебе требуется время, чтобы свыкнуться с новой реальностью, — заметил Рей. — Любому человеку, столкнувшемуся с таким, пришлось бы нелегко.

— В-вы н-не п-пон-нимаете. Я с-сир-рота. П-подняться я м-мог тольк-ко н-на с-службе. Я в-всё на эт-то по-оставил.

— Эгрин, ты заблуждаешься. — Ашара поднесла свою руку к мужской, но остановилась, не коснувшись его. — Заверяю: у тебя всё впереди. Просто у твоей судьбы такой сценарий.

— К-как? — всхлипнул парень.

— Я ясновидящая. Если ты готовился к службе в Алимли, то должен был знать, кто главная жрица Империи.

— П-преп-подобная Аш-шара… Эт-то вы? — Бут уставился на женщину. Только сейчас он, по-видимому, узнал её и смешался.

— Я больше не духовное лицо, и на то имелись причины. Но сейчас речь о тебе. Эгрин, я прочла твою судьбу. Есть у меня такой дар. Всё будет хорошо. Благодаря Рею ты стал весьма значимой фигурой в Империи. Конечно, должно пройти какое-то время, да и ты сам не готов ещё к новой роли. Но поверь: парень с планеты Сата даже не мечтал о таком будущем.

— К-ак? В-вы эт-то с-специа-ально г-говор-рите. — Эгрин по-прежнему дрожал, и было непонятно: то ли от холода, то ли из-за разыгравшихся эмоций.

— Понимаешь, всё в жизни должно быть уравновешено, — задумчиво говорила Ашара. — Каждая душа проходит испытания. Эгрин, если бы ты в прошлом году попал в Алимли, тебя уже не было бы. Позже узнаешь, через что там прошёл Рей. Но ты обязательно вернёшься в столицу и будешь жить во дворце, но в новом качестве.

— С-сказка, — выдохнул Бут, но по лицу было видно, что его эмоции улеглись.

— Когда Рей погрузил тебя в анабиоз, то защитил от множества бед, с которыми ты не справился бы, — по-матерински заботливо звучал голос Ашары.

— Я д-должен в-вернуться, — настаивал Эгрин.

— Дело в том, что тебе некуда возвращаться, — участливо сообщила женщина. — События в Алимли повернулись таким образом, что твоя личность больше не существует. Рей спас императрицу от убийц, но его за это приговорили к смерти. А он, если ты не забыл, пользовался твоими документами.

Бут даже застонал, а Рей подумал, что ему лучше уйти. Ашаре удалось успокоить парня, но Эгрину по-прежнему нужна поддержка. А ещё этим двоим требовалось наладить отношения. Пришельцу из иного мира предстояло покинуть эту Вселенную, а Эгрин и Ашара останутся. Возможно, судьба неслучайно их свела, и потому, увидев будущее, ясновидящая даже вздрогнула.

А Буту теперь предстояло в незнакомом мире строить жизнь фактически с чистого листа.

— Р-рас-скажите, что с-случилось в Ал-лимли, — попросил Эгрин.

— Я знаю… мало, — сообщила Ашара. — Возможно, позже Рей подробнее расскажет тебе о том, что известно ему. А я могу лишь обрисовать ситуацию, которая сложилась после неудачного сватовства принца Карде.

Рей встал и спросил:

— Когда мы сможем пройти Космический коридор?

— Думаю, через пару часов, — ответила Ашара.

— Пойду вводить координаты. После выхода в Большой мешок надо сразу перейти на прыжок. С той стороны нас ведь тоже могут ожидать.

— Я не видела других опасных прецедентов. Но, конечно, лучше подстраховаться.

Рей убрал в шкаф свою опорожнённую тарелку и вышел, оставив бывшую жрицу успокаивать растерявшуюся душу.

Глава 87

Империя. Малый мешок. Звезда Диба. Планета Рона.
Материк Лаустан. Горный хребет Вефат

Возле имперских стратегических складов сегодня было оживлённо: на технологической площадке приземлилось несколько десятков грузовых модулей. Когда люди вышли под открытое небо и разбрелись в разные стороны, казалось, их бесконечно много, и они бесцельно слонялись по округе. Но это было не так, поскольку каждый выполнял свою задачу в процессе подготовки предстоящего важного мероприятия. Кто-то охранял периметр, другие несли оборудование, третьи возводили каркасы, и постепенно вся эта деятельность начала обретать смысл.

Покинув яхту, Боко поразился открывшейся панораме. Окружающие горы серо-голубых тонов сохраняли свой естественный вид с обсыпающимися склонами и кое-где бесстыдно оголёнными боками, тогда как долина между ними была идеально ровной. Это противоречие выглядело неестественно, но подсознание улавливало гармонию, а мозг понимал необходимость такого инженерного решения. Здесь над ландшафтом поработали машины и механизмы, убравшие все неровности на площади в несколько гектаров, ведь эти склады создавались для военного времени, когда требовалось быстро загрузить необходимое и взлететь.

С орбиты невозможно было отличить рукотворный ландшафт от природного, и потому спецы мятежного флота Ругонди не обнаружили эти хранилища. Боко сюда прилетел, следуя указаниям императрицы, но сам не подумал бы искать здесь технологические сооружения. Амадея рассказала, что под землёй на глубине в несколько сотен метров были обнаружены огромные полости, в которых люди построили тайные хранилища. Сквозь богатые железистыми включениями каменные породы не пробивали ни георадар, ни спектрометр, ни радиолокатор и прочие сканеры, а потому засекреченные стратегические склады оставались в неприкосновенности.

Горный хребет Вефат расположен на северном материке Лаустан, и здесь было довольно прохладно. Боко поёжился от порыва ветра, швырнувшего в лицо горсть пыли, что заставило прикрыть глаза и задержать дыхание. Это одно из природных явлений, из-за которых он не любил планеты с их низкими температурами, осадками и слякотью. Возможно, не только у Боко это вызывало отвращение, ведь не зря же пираты придумали слово «грязючка».

Сейчас он мысленно благодарил Амадею, посоветовавшую облачиться в лёгкий космический скафандр. В нём было комфортно, а Боко предстояло провести здесь несколько часов.

После встречи на «Брунке» четверо суток затратил принц на облёт звездолётов пиратского флота. Флагману требовалось лично побеседовать с капитанами. В прошлом Боко уже доводилось совершать налёты на караваны и планеты носора в составе флотилий из нескольких звездолётов, и он знал, что нужно делать перед походом. Все пираты участвовали в таких прендах, поэтому капитанам оставалось лишь обговорить детали и наладить отношения, без чего в бой лучше не идти. Конечно, флот из нескольких кораблей и ста восьмидесяти — это большая разница. Но опыт боевых десятилетий помогал отсеять ненужное и сосредоточиться на главном. В армаде Ратана сейчас были настоящие хищники, способные самостоятельно воевать, и никто из них не собирался умирать.

Боко наблюдал, как эрадонцы сооружали шатёр из универсальных конструкций, поскольку перед доступом к государственным хранилищам требовалось организовать ещё один важный ритуал. А на продуваемой ветрами площадке проведение церемонии не представлялось возможным.

Амадея чётко выразила свою позицию: она не намерена лишь бы кого снабжать государственными запасами. Поэтому пиратам надлежало либо дать клятву верности императрице и сражаться, освобождая государство от носора, либо проваливать. Боко обсуждал эту тему при встречах с капитанами, но, как ни удивительно, получил от них отказ.

Дело в том, что требование императрицы противоречило Кодексу. В главном пиратском законе отмечено: клятву капитаны дают коллегам, а завершается пренда дележом рачи. Затем экипажи либо прощаются, либо готовят следующую миссию и тогда обговаривают новые условия. А то, что предлагала императрица, было незаконно. Во-первых, хотя Амадея и стала членом экипажа «Брунки», но она не капитан и не могла принимать клятву. Во-вторых, у качи не было понятия сестра. А назвать женщину братом никто не решился бы. В-третьих, гарантией соблюдения клятвы капитана выступал его звездолёт. А какой залог могла представить женщина без корабля? Имелись и ещё не менее важные пункты. Пираты — вольные бойцы, жившие за счёт налётов. А теперь им предлагалось стать на государственную службу и подчиняться единому командованию. Это многих буквально коробило, хотя следовать указаниям флагмана никого не напрягало.

Кэпы давали клятву принцу, считая Кобьера Ратана коллегой. Он был капитаном (хотя только яхты), знал пиратские законы, обещал рачу и сохранение прежних устоев. А вот женщине, тем более императрице, которую считали олицетворением жёсткой власти, приносить клятву пираты отказывались.

Боко удивила такая позиция качи. Для кораблей было выгодно получить бесплатное оружие и топливо, стать на государственное содержание и, выгнав носора из Империи, жить, ни в чём не нуждаясь. Но, возможно, сейчас он так рассуждал, поскольку находился в другой роли.

Как известно: самое трудное — менять привычки и стереотипы. Опыт показал, что Кодекс помогал качи решать разные проблемы, а потому, следуя им, экипажи выживали. А в Империи сейчас была не способная защитить себя слабая государственная власть, поэтому пираты не видели смысла изменять Кодексу.

Боко оказался в тупике, поскольку из-за позиций императрицы и капитанов, давших ему клятву, он не мог обеспечить корабли даже на начальный период боевых действий.

К счастью, выход нашёлся. Во время личной встречи на крейсере «Чёрная беда» капитан Мститель рассказал принцу, что в молодости работал адвокатом на планете Ихнея. Этот мир находился на территории государства балерурутриев — Тутурахна. Он не был заселён хозяевами, поскольку не соответствовал их биологическому виду. Зато люди отлично чувствовали себя там.

Это был один из пригодных для человека миров, которые пираты изредка находили за пределами Империи. Качи создали там базу, постепенно разросшуюся в города и даже государства. Но защищать их было почти невозможно.

Однажды к Ихнее прилетели носора и разбомбили планету, которую считали пиратской вотчиной, и человеческая цивилизация была разрушена. Тогда же погибла и семья молодого адвоката. Мститель только женился, а его супруга была беременна. Потеря любимой вместе с нерождённым ребёнком стала кошмаром для молодого человека, и он озлобился на всех носора.

В тридцатилетнем возрасте Мститель вынужденно пришёл к пиратам, и, благодаря способностям, поднялся до капитана. А по отношению к носора у него был особый пунктик. Он расстреливал каждый звездолёт, не отвечавший на пиратский сигнал. Так мужчина мстил всем нелюдям за гибель семьи.

Боко знал несколько человек, прошедших такой же жизненный путь, и понимал, что было важным для капитана «Чёрной беды». Из этих людей и сформировалось пиратское движение. В их сердцах бурлила жгучая ненависть к оккупантам и была возможность убивать носора.

Когда Боко рассказал Мстителю о противоположных позициях капитанов и императрицы, тот задумался. Он хорошо знал Кодекс и понимал, почему возникла эта ситуация. Бывший адвокат неплохо разбирался в процессуальной казуистике и смог найти решение, которое могло удовлетворить всех.

Мститель предложил Ратану заключить с Амадеей договор по её защите. Если она подпишет контракт, то капитаны, принёсшие клятву принцу, ни в чём не отступят от Кодекса. А императрица на законных основаниях профинансирует пиратский флот. Конечно, это был необычный подход, но когда требуется решить проблему, можно найти приемлемые варианты.

Амадея сперва наотрез отказалась от такого предложения и взяла сутки на размышления. Боко не давил, поскольку не хотел портить с ней отношения. Вместе с Мстителем они сделали наброски контракта, где были изложены все пункты соглашения и возможные форс-мажорные обстоятельства. В качестве оплаты не была обозначена конкретная сумма, поскольку содержание звездолётов и экипажей должно производиться за государственный счёт. Это размытая формулировка, но по многим причинам определить конкретную цифру было невозможно.

К концу суток Амадея попросила вызвать юристов с Саты. Прибывшие три специалиста, представлявшие различные ветви власти, изучили документ и пришли к выводу, что подобный договор вполне мог быть заключён с любым флотом, если бы государству потребовались такие услуги. А в проекте контракта юристы не нашли пункты, ущемлявшие интересы Империи.

Ознакомившись с выводами специалистов, Амадея согласилась заключить с Кобьером Ратаном договор о защите высшего лица государства на предлагаемых им условиях. Для официального подписания документа требовались личные вензеля, хранившиеся в резиденции Алимли. Помимо обновления гардероба императрицы, это была ещё одна причина для визита во дворец, и Амадея отправилась туда под охраной абордажников «Брунки».

Но чтобы высадка на Рону стала возможна, Боко пришлось изыскать способ преодоления облака металлических обломков. Разлетавшиеся останки мятежного флота постоянно дробились при столкновениях, и сейчас уже не существовало безопасного коридора для посадки на планету, которым воспользовались Ашара и Боко при бегстве из Алимли. Фактически после неудавшегося покушения только эти яхты смогли покинуть столицу, а десантные модули мятежников так и не взлетели с дворцового космодрома.

Но и в этой ситуации после общения с капитанами нашлось хорошее решение. Убийца планет предложил запустить на орбиту Роны гравитационную пикельскую торпеду «Саватра». Оказывается, и такая имелась в его арсенале. Пираты не применяли это оружием, поскольку в прендах не требовались подобные технологии. Но характеристики снаряда были многообещающими.

Торпеду запустили через два дня после встречи капитанов. Когда «Саватру» вывели на заданную орбиту, активировалась её начинка и над планетой возникла локальная область повышенной гравитации, притягивавшая к себе все тела в радиусе до сотни километров. Спустя двое суток над экваториальной зоной Роны образовался спутник, постепенно разрастающийся по мере объединения обломков кораблей.

За два дня над планетой очистилась полоса шириной до двухсот километров. Но совершить посадку на Рону могли лишь бронированные МДК, снабжённые датчиками определения массы. А вот большим звездолётам маневрировать в столь узком промежутке было весьма опасно. Космическое пространство ещё не полностью очистилось от мусора, а металлические частицы на орбите — это убойное оружие, пробивающее даже броню из тугоплавких материалов. Возможно, только «Эрадон» без последствий смог бы миновать щель над Роной, так как не у каждого звездолёта качи имелась столь мощная защита.

Боко непрерывно шагал по площадке у стратегических складов, наблюдая за работой строителей. Они быстро возвели каркас шатра из самораскладывающихся элементов и накрыли его пластиковой плёнкой, применяемой для герметизации корпуса звездолёта. Молекулы полимеров создавали прочные связи, которые можно было только разрезать. А в шатре для проведения церемонии ремонтники сделали подмостки и поставили кресла.

Боко уже собирался связаться с императрицей и доложить, что всё готово, как поступил вызов с «Брунки».

— Слушаю, — ответил принц по переговорнику.

— Ваше Высочество, — произнёс встревоженный голос капитана Димгадара, — Чукана.

Это было скверно, и Боко ощутил, как внутри защемило. Он предчувствовал беду, и сейчас кэп «Брунки» обозначил принятую у пиратов ситуацию, когда запланированная операция завершилась провалом, либо возникла непредвиденная опасность, требующая срочно принимать меры. Сообщение Димгадара могло означать лишь одно: что-то случилось с императрицей.

После того как Амадея отправила весь гарнизон Алимли на войну, у неё вообще не осталось собственного двора. Поскольку её приняли в экипаж крейсера, а Димгадар поклялся защищать высших особ государства, Боко выбрал для охраны десантников «Брунки».

— Подробности, — выдохнул принц, направляясь к «Хасикате».

— С императрицей во дворец отправились пятеро бойцов. Когда Амадея уединилась в апартаментах, троих абордажников застрелили, а затем была заблокирована дверь. Охранявший вход боец сообщил о случившемся, и позже тоже погиб. Последний десантник наблюдает. Я приказал ему не вмешиваться. А на «Брунке» получили для вас послание из Алимли.

— Ты переправил на мой корабль?

— Конечно.

— Как думаешь, почему грязеходы свои требования для принца отправили на «Брунку»? Или была общая рассылка?

— Сообщение пришло с переговорника моего абордажника, убитого похитителями, поэтому широкая огласка исключается. Вы всё поймёте, когда ознакомитесь с содержанием.

— Нужна информация по обстановке в космосе, — отрывисто произнёс Боко, проходя шлюз «Хасикаты». В первые секунды его захлестнули эмоции, но он быстро погасил эту волну, и мозг с душой настроились на борьбу.

Боко вспомнил, как уговаривал Амадею не приближать к себе грязеходов, поскольку от них могла исходить угроза, как от шпионов ибо-хирбю. Но императрица заявила, что опасность мятежа миновала. А после подписания договора Амадея намеревалась вернуть на Рону и свой двор. Это было логично, ведь императрице надлежало находиться в столице. Но в условиях смуты Боко считал это неприемлемым, и оказался прав.

— Флот на дальней орбите. На планету опустились пятьдесят шесть грузовозов, — доложил Димгадар. — Один МДК с императрицей на территории Алимли, остальные в указанной вами точке. Ещё никто не взлетал.

Боко понравилось, как Димгадар отвечал: чётко, без разглагольствований и отступлений. Чувствовалась хватка профессионала.

— Заблокируйте Рону, — велел принц. — Ни один корабль не должен покинуть орбиту. Если будут желающие, судно взять на абордаж, но осторожно. На нём могут попытаться вывезти императрицу. Оповести все корабли качи о временной осаде.

— Сделаем, — заверил Димгадар, и Боко не сомневался, что он не подведёт. Молодому капитану, только принявшему командование крейсером, требовалось вернуть императрицу по многим причинам. Во-первых, Амадея была членом экипажа, а во-вторых — лицом, способным обеспечить «Брунку» всем необходимым. Ну, и ещё Димгадару следовало зарабатывать авторитет.

— Ваше Высочество, я хочу отправить в Алимли отряд, — заявил капитан.

— Нет! — отрезал Боко.

— Наши абордажники были застигнуты врасплох, но мои бойцы умеют воевать и…

— Я должен изучить сообщение, — прервал принц Димгадара. — А ты пока заблокируй планету. До связи.

— Хорошо, — ответил капитан и отключился.

Боко уже подошёл к пульту яхты и сразу активировал присланный с «Брунки» файл.

— Принц, императрица у нас, — заявил с экрана мужчина лет сорока с прямоугольной физиономией. Грубый с хрипотцой голос явно принадлежал привыкшему командовать военному. На его макушке был армейский ёжик, два бледных шрама на нижней скуле, нахмуренные брови. На экране Боко рассмотрел верхнюю часть туловища мужчины в чёрном боевом комбезе.

— Нас интересует Катиручи, — продолжил похититель. — Мы отпустим Амадею, когда он сдастся. Сейчас я введу девке яд. Если не получит антидот в течение шести часов — то умрёт. Время на циферблате за моей спиной. Поторопись.

Мужчина отодвинулся от камеры, и Боко увидел его полностью. Комбез облегал мускулистую фигуру бойца, а скупые движения показывали профессионала. Похититель склонился над лежавшей на полу Амадеей и приставил к её плечу инъектор. Выстрел, и на белой коже девушки появилось круглое пятно. Боко рассмотрел, что императрица была только в неглиже, а на её лице расплылась гематома. Видимо, Амадею ударили, после чего она отключилась.

Когда мужчина отошёл, стало понятно, что события разворачиваются в будуаре императрицы, словно в бутике обставленным манекенами с парадными костюмами, столами с драгоценностями и стеной, увешенной платьями. Свет, видимо, был умышленно приглушён, но Боко уже посещал эти апартаменты и узнал помещение.

Похититель снова приблизился к камере и с кривой ухмылкой произнёс:

— Девка нам неинтересна. Она уже отработанный материал. Но если хочешь спасти свою любовницу, то не совершай глупости. Катиручи должен прийти со связанными руками. Затем мы выбросим девку за двери вместе с инъектором. И не надо геройствовать. Если заподозрю опасность, буду резать девке конечности. Тебе нужна любовница без руки, или без носа. А? Думай, принц.

Загоготав, мужчина отключил запись.

Наблюдая за происходящим на экране, Боко уже составил план действий. В его пиратской жизни не было освобождения заложников. Но качи порой выкрадывали как людей, так и носора. Технология отработана, и сам процесс в этих ситуациях мало чем отличался. Если бы Рей был здесь, безусловно, он отправился бы спасать императрицу. Но его нет, и Боко сомневался, что сейчас можно рассчитывать на помощь Катиручи. А значит, требовалось действовать самому.

— Ты в курсе? — спросил Боко, вызвав на связь старого товарища.

— Я слышал: на Роне «Чукана», — ответил капитан крейсера «Космический убийца». — Что случилось и чем могу помочь?

Взгляд Боко скользнул по лицу собеседника. Смуглая кожа бывалого космонавта побледнела, несколько маленьких точек напоминали, что там когда-то были проколы. Годы, казалось, вообще не наложили на мужчину свой отпечаток, лишь в уголках глаз углубились морщины.

— У тебя есть оружие, вырубающее энергоисточники? — спросил принц.

Прежде чем хоть что-то сказать, Убийца планет какое-то время смотрел на Ратана.

— Ваше Высочество, я уже дал вам несколько особых снарядов. Это не опустошило мой арсенал, но восполнить его подобными изделиями негде. Глушилки есть на всех кораблях качи, но вы опять обратились ко мне. Я вот размышляю: почему? Вам нужны снаряды с особыми характеристиками?

Боко понял, что опять выдал себя осведомлённостью об арсенале «Космического убийцы». Но когда нет времени составлять планы и продумывать каждый шаг, хватаешься за первое, что приходит в голову.

— Твой корабль ближе остальных к Алимли, — нашёлся принц. — «Брунка» организовывает блокаду планеты, а ты мог бы полностью вырубить энергию во дворце.

— Есть у меня дзугские торпеды. — Было похоже, что ответ принца удовлетворил Убийцу планет, и лицо капитана разгладилось. — В Алимли и ближних окрестностях сгорят все энергоустановки. Целыми останутся только проводники.

— На какую глубину пробьёт луч? — поинтересовался Боко, хотя и сам знал ответ.

— Думаю, метров на пятьсот. Однажды мы брали на абордаж крейсер носора, и электронику у него выжгло полностью.

— Мне подойдёт, — сразу отреагировал принц. — Подготовь торпеду и через час запусти в сторону Алимли.

— Планируется операция во дворце?

У Боко сейчас не было времени вдаваться в подробности, поэтому он лишь бросил:

— Да. До связи.

Отключившись, Ратан сразу набрал следующий код.

— Ваше Высочество, не ожидал, что вы свяжетесь со мной, — произнёс удивлённый голос Файлиона. После инцидента на «Хасикате» у них был ещё один разговор, и затем Боко отпустил герна. — Вы прибыли на Сату?

— Нет. Я в космосе.

— Канал защищён от прослушки?

— Это система носора. У тебя в руках переговорник, настроенный только на один канал. В Империи нет таких технологий. У меня вопрос: что вам известно о ситуации на Роне? Достаточно, если опишешь в общем.

Файлион ответил не сразу, а когда заговорил, его голос звучал задумчиво тягуче:

— Мы не договаривались о сотрудничестве. Но, за ваши… за то, что вы отнеслись ко мне по-человечески, могу кое-чем поделиться. Это не секретные данные, но широкой публике неизвестны. В резиденции сейчас пятьдесят шесть солдат спецназа.

— Откуда? — удивился Боко.

— Они прибыли на Рону одновременно с десантниками мятежного Ругонди для наблюдения за ситуацией и боевых операций. У них не было конкретных заданий. После взрыва на орбите флота барона, спецназ истребил солдат мятежников. Но у них тоже не без потерь. Бойцам запретили покидать Рону из-за большого скопления обломков на орбите, и они по-прежнему в резиденции.

— Спасибо, — поблагодарил Боко. — А что известно о президенте Саты?

— Эдвин Пирс заболел и уже несколько дней не показывался на публике. Как извещают СМИ, он лечится в своей резиденции.

— Я услышал всё, что хотел, — сообщил принц и собрался отключиться, но Файлион задал вопрос:

— Можете, так сказать, в качестве ответной услуги поделиться, почему вас интересует Рона?

— Профессионал, — усмехнулся Боко. Конечно, он не стал бы давать информацию о похищении императрицы, а сообщил наспех придуманный блеф: — Мы тоже наблюдаем за дворцом, и были удивлены, увидев там солдат. На этом всё. Спасибо.

Глава 88

Империя. Малый мешок. Звезда Диба. Планета Рона.
Резиденция императрицы дворец Алимли

Яхта «Хасиката» приземлилась на хоздворе Алимли спустя час после активации дзугской торпеды. Возглавляемый принцем отряд из шести абордажников через разрушенный портал проник в тайную галерею дворца.

Боко сопровождали бойцы с крейсера «Полный беспредел», и выбор их неслучаен. Все мужчины — уроженцы планеты Сутуран, мира с повышенной гравитацией. Эти люди отличались трёхметровым ростом, огромной, по человеческим меркам, силой, выносливостью и сниженным порогом восприятия боли. Против них не выстоял бы ни один мужчина из мира со стандартной гравитацией. А ещё эти сутуранцы были тренированными абордажниками со своими специфическими навыками. Многие носора превосходили человека в скорости и силе, поэтому, чтобы сражаться с ними, бойцам требовалось развивать особые качества. Боко слышал рассказы пиратов, ходивших в пренды с сутуранцами. По словам качи, при штурме абордажники «беспредела» буквально размазывали носора, потому он и решил освобождать императрицу с этими бойцами.

Тайные лабиринты дворца Алимли создавали профессионалы, следовавшие принципу: если тебе неизвестна логика, по которой здесь всё устроено, то не выберешься отсюда. Случайно проникшие внутрь любопытные будут бродить по узким галереям, пока не умрут, заблудившись в многокилометровых ответвлениях.

Боко шёл по тёмному петляющему коридору, старательно вспоминая инструкции Рея. Оказавшись здесь впервые, он мало придавал значения словам напарника, поскольку его вели, да и не собирался возвращаться сюда, так как был уверен в победе. Когда с Амадеей уходили из дворца, уставший Боко доверился девушке, которую спас от смерти, и следовал за ней, вообще не вникая, что та делала. Но сейчас, чтобы прийти к будуару Амадеи, ему пришлось напрягать извилины.

«Удивительно, что йогрянин не появился сегодня, — размышлял Боко. — От помощи супербойца я не отказался бы. По-видимому, Рей считает, что я справлюсь, ведь у меня сейчас пиратский флот. А качи — лучшие бойцы в Галактике. Кстати, отсутствие Рея можно трактовать и с той стороны, что у меня всё получится, и потому он не вмешивается. Не будет же посланник высших сил вечно решать за нас проблемы. Должны же мы сами потрудиться ради собственного будущего».

Так Боко подбадривал себя, шагая тёмными галереями лабиринта. Он не мог кому-то доверить спасение императрицы, поэтому сам шёл впереди. А ещё никто из качи не знал секреты Алимли.

Когда Убийца планет активировал над резиденцией дзугскую электромагнитную торпеду, в радиусе примерно двадцати километров оплавилось всё энергетическое оборудование, и дворец погрузился во тьму. Это должно было дезориентировать похитителей императрицы, ведь теперь у них не работало ни одно устройство, и они лишились освещения. От высокочастотного импульса потёк сам металл, по крайней мере, цветной. Боко видел на стенах тёмные пятна от расплавленных устройств.

Спустя полчаса после энергетической атаки уже ничего не угрожало аппаратуре, и на дворцовый космодром приземлился МДК с «Эрадона». На нём были доставлены ытысы — зверушки Папы Боко, как их называли пираты. Этих огромных существ с костяным каркасом и грубой кожей не брало ни одно оружие, а голодными они могли учуять добычу за километр. Им сегодня была отведена особая роль.

После того как во дворце погас свет, бойцы спецназа невольно потянулись под открытое небо. По замыслу принца, ытысам предстояло зачистить окружавший резиденцию парк. Эти зверушки отличались изрядным аппетитом и были способны бесконечно поглощать любую пищу. Боко помнил, что им требовалось много энергии, и желудки зверей могли работать постоянно. Потому он и держал ытысов в морозильной камере, где те впадали в спячку на целые годы.

Диспетчерские функции в проведении операции Боко поручил капитану «Брунки». Хотя Димгадар был молод, во время личных бесед принц увидел его способности и не сомневался, что парень справится. А ещё только избранному кэпу требовалось нарабатывать опыт и авторитет, в чём флагман и помогал ему.

По включённому переговорнику Боко слушал эфир и следил за происходящим в Алимли. Так принц узнал, что ытысы навели шорох по всему дворцовому парку и даже попировали, съев пятерых солдат.

Чтобы зачистить помещения резиденции от спецназовцев, на четыре космодрома Алимли прибыли модули с пиратским десантом, натренированным на абордажные операции. Когда прошла информация о «Чукане», все капитаны откликнулись на обращение флагмана и несколько крейсеров отправили на планету своих бойцов. А Боко был занят другими делами и не подсчитывал количество опустившихся МДК.

Проникнув в комплекс резиденции, абордажники приступили к зачистке залов. Им сегодня предстояло поохотиться на живые мишени. Качи всегда отличат своих от чужаков, и теперь можно было делать ставки, сколько продержатся спецназовцы против бойцов, привыкших убивать и не имевших моральных запретов. Поскольку военнослужащие Саты покусились на императрицу и вели себя как террористы, Боко не испытывал к ним сочувствия. Он приказал не щадить солдат, и пираты безжалостно уничтожали их. О первых жертвах стало известно уже через несколько минут после приземления МДК. Кстати, дзугская торпеда лишила спецназ оружия, а пираты шли в боевых комбезах с полной абордажной выкладкой. Поэтому сейчас против качи солдаты были дикарями с ножами и палками. А под открытым небом спецуру поджидали ытысы.

Боко уже достиг той части подземного лабиринта, которая располагалась под дворцом. Теперь ему предстояло самое сложное, поскольку количество дверей увеличилось, и к каждой требовалось подбирать код. А время утекало, и до обозначенного похитителем срока осталось не более часа.

— Ваше Высочество, сейчас во дворце десять грязеходов из группы в пятьдесят человек, изначально отсканированных с орбиты, — доложил Димгадар. — Качи прочесали девяносто процентов резиденции. А территорию вокруг контролируют ытысы.

— Отлично, — сказал Боко. — Начинай выводить абордажников с планеты. Думаю, для зачистки резиденции хватит двадцати бойцов. Множество людей без конкретных целей будут только мешать. Ещё одна вводная. Димгадар, надо прочесать на космодромах все чужие корабли. Группу направь также в город-спутник Налтан. В случае сопротивления всех уничтожать. И ещё: следи, чтобы абордажники не встретились с ытысами. Держи связь с Редином.

— Понял. Даю команду на отход.

Информация Файлиона об исчезновении президента Саты из общественного пространства настораживала Боко. Капитан «Эрадона», отслеживавший ситуацию вокруг Роны, сообщил, что сразу после очистки орбиты на космодром резиденции приземлилась неизвестная яхта, и по-прежнему там стоит. Кто-то прилетел в Алимли на звездолёте «Джясус». Название пираты узнали, взломав искусственный мозг корабля. По приказу Боко судно заблокировали. В то время не отслеживали покинувших яхту космонавтов, а на её борту помещалось только десять человек. Их следовало приплюсовать к спецназовцам, и теперь, исходя из сообщения Димгадара, в залах было около двадцати грязеходов.

Боко опасался, что в Алимли прибыли ибо-хирбю. В контексте похищения императрицы это обретало смысл. Возможно, её и хотел захватить Эдин Пирс, чтобы, подменив Амадею, привести государство к краху. У метаморфа было два дня на подготовку. Когда девушка пришла в свои апартаменты, её усыпили. Предполагая, что спасать императрицу будет принц, метаморфы затребовали ещё и Катиручи. Боко постоянно возвращался к этому сценарию, как к наиболее вероятному.

Судя по нанесённым на стены указателям, отряд дошёл до покоев императрицы. Символ короны и запрещающий знак предостерегали, что дальше путь закрыт. Но после мощного электромагнитного импульса все охранные системы вышли из строя, и сейчас можно было не опасаться ловушек.

Боко осмотрелся и понял, что уже был здесь. Справа на стене он увидел выступ. Там раньше стоял светильник. А на пыльном полу просматривались следы от кофров, которые он тащил по лабиринту до самого хоздвора.

Сопровождавшие принца абордажники были в боевых бронированных костюмах с полным комплектом оружия. Их головы закрывали шлемы со встроенными модулями искусственного интеллекта. В этих комбезах десантники могли выходить в открытый космос и были готовы к любой ситуации. Оставалось лишь догадываться, как с такими габаритами они протискивались в узких коридорах.

Боко посмотрел на бойцов и пересчитал по головам. Весь путь по лабиринту шестеро воинов бесшумно шли друг за другом и соблюдали режим тишины, чтобы их не услышали в залах, мимо которых проходили. А сейчас принцу следовало дать последнюю инструкцию.

Боко хотя и был наслышан об абордажниках «беспредела», но никогда с ними не сталкивался. Глядя на огромных бойцов, он спрашивал себя: «не ошибся ли я с выбором исполнителей?» Но менять что-то было уже поздно. Боко хорошо знал абордажников «Эрадона» и их способности, а также и недостатки. Поэтому решил довериться команде, о которой ходили легенды. А заодно ему требовалось испытать этих парней, чтобы понимать, на какие их можно посылать операции.

— Качи, вы хорошо слышите меня? — тихо спросил Боко.

— Даже лучше, чем своими ушами, — прозвучало на грани шёпота, что показывало качество аппаратуры скафандров. Если бы Боко надел шлем, то общение велось бы с помощью гарнитуры. Но он не привык к бронированным костюмам и предпочёл остаться с непокрытой головой.

— Отлично, — прошептал Боко. — Я знаю, что ваша команда способна проникнуть на звездолёт, уничтожить экипаж и взломать систему управления. Но сейчас нам предстоит деликатная миссия по спасению жизни императрицы, захваченной, возможно, носора. Первоначальный план такой: когда открою дверь, вы проникните в будуар и уничтожите любого, кто там будет, кроме императрицы. Каждый должен понимать, насколько эта женщина сейчас важна для нашего флота, поэтому необходимо сберечь её жизнь. Вопросы?

— Задача понятна, — ответил абордажник.

— Если возникнут особые ситуации, а они, как правило, всегда бывают, приоритетом остаётся жизнь императрицы, — закончил Боко.

— Ваше Высочество, держитесь за дверью, — сказал абордажник. — Датчики показывают повышенную концентрацию в воздухе какого-то вещества, а в соседнем помещении находятся трое.

— Ясно, — выдохнул Боко и погасил фонарь. — Начинаем.

Поскольку электроника во дворце не работала, ему приходилось вслепую давить кнопки на панели замка. Когда с тихим щелчком отскочил затвор, принц рывком открыл дверь и вжался в стену. Тотчас мимо стремительно пронеслись шестеро бойцов. Боко ожидал звуков борьбы, или хотя бы падения тела, но всё было тихо.

Из будуара повеял незнакомый аромат. Это о нём предупреждал абордажник. Нельзя сказать, что запах был неприятен, но понуждал насторожиться.

«Ибо-хирбю распылили какой-то газ: токсичную для человека смесь либо снотворное, — предположил Боко. — Десантникам в комбезах это не страшно, поскольку воздух им поступает из внутренних баллонов. А я могу травануться. Значит, спешить не нужно. Пусть будуар проветрится».

— Ваше Высочество, во дворце осталось четверо грязеходов, — снова в наушнике прозвучал голос Димгадара. — Их обнаружили и скоро уничтожат. Абордажные команды возвращаются на МДК. Редин контролирует ытысов.

— Понял, — шепнул Боко, а мысленно добавил: «Будем считать, что осталось четырнадцать грязеходов с теми, кто прибыл на „Джясусе“». — Скажешь, когда ликвидируют последних спецов. Пусть оставшиеся абордажники продолжают прочёсывать дворец в поисках трупов и возможных засад неучтённых незнакомцев.

— Откуда им взяться? Датчики фиксируют каждого человека…

— Тут могут быть носора, — прервал Боко капитана. — А у них, как ты знаешь, другие биопараметры.

— Ясно. Велю качи, чтобы перенастроили сканеры.

— Действуй, — окончил принц разговор и отключился.

«Двадцать секунд тишины из будуара — боевая операция завершилась» — сделал Боко вывод. Он сам неоднократно ходил на абордаж и знал, что обычно зачистка отсека у десантников занимала не более пяти секунд, и то, если оказывалось сопротивление. Но сейчас тишина, а значит, внутри не ожидали нападения и все, кто бы там ни находился, были мгновенно ликвидированы.

Боко снова включил фонарь и вошёл в будуар. Яркий свет вырвал из тьмы огромное помещение с зеркалами и многочисленными роскошными нарядами. Но открывшаяся сцена казалась нереальной. Такого Боко не ожидал. По периметру помещения чёрными статуями застыли абордажники, а на полу лежали три Амадеи. Все женщины были в одинаковом нижнем белье и занимали одну позу. Причём лифы и трусы частично оголяли интимные женские места, что было сделано, без сомнения, намерено.

Боко смешался, а его подозрения о прибытии в Алимли ибо-хирбю подтвердились.

«Они прилетели на „Джясусе“ и затеяли некую авантюру. Как и во время покушения на „Брунке“, их цель — ликвидация императрицы и принца. Возможно, допросив посещавших „Хасикату“ юристов ибо-хирбю узнали, что Амадея будет во дворце, и подготовили западню. А ещё потребовали Катиручи. Если метаморфы смогут подменить нас троих, то захватят власть в государстве. И вот здесь лежит столько же одинаковых Амадей. Императрица попала к ним живой, и ибо-хирбю получили возможность сразу преобразиться по её подобию. А вот меня и Катиручи-Рея они не видели вблизи. Нужно ожидать их следующий ход».

Мысли стремительно метались у Боко в голове.

«Интересно, как ибо-хирбю догадались, что пираты придут по тайному лабиринту? Аппаратура в резиденции сейчас не работает, и они не могли нас отследить. Допустим, метаморфы знали о пронизывавших Алимли ходах. Тогда почему сами в них не спрятались? Значит, подготовили ловушку, в которую я и попал. В чём смысл? Быть может, эти императрицы ненастоящие, а мне предлагают выбрать любую, которая потом разрушит государство, либо ибо-хирбю действительно нацелились на меня самого».

— В соседних помещениях есть люди? — поинтересовался принц.

— Фиксирую трёх, — был ответ абордажника.

Боко мгновенно принял решение и скомандовал:

— Двое сторожат девушек, а остальные зачищают соседний зал.

Бойцы сразу пришли в движение и направились к двери.

— Эдин Пирс, или как вас там, думаете, что поставили мне трудную задачу? — спросил Ратан, глядя на лежащие тела. — Но я знаю, кто вы. Если не начнёте меняться, то получите по инъекции любимого вашей расой сиктросмифа. Итак?

Метаморфы не шевелились, хотя понимали: если прозвучало название смертельного для ибо-хирбю яда, принц может его использовать.

Раздался негромкий вскрик, и донёсся звук падения тела. Боко понял: в соседнем зале абордажники прикончили ещё кого-то. А через несколько секунд вернувшийся боец доложил:

— Там лежат ещё две императрицы. А мы убили грязехода из спецуры.

— Осталось найти ещё восьмерых, — пробормотал Боко. «Вероятно, был уничтожен вояка, сделавший Амадее инъекцию. Хотя с ибо-хирбю нельзя быть в чём-то уверенным».

Снова нос Боко уловил тот же самый незнакомый аромат. Возможно, метаморфы распыляли что-то, но сквозняк разносил газ и не позволял концентрироваться.

— Несите сюда оставшихся императриц, — велел Боко.

Абордажник вышел, и вскоре бойцы доставили в будуар тела девушек. Их уложили в ряд, и перед мужчинами возникла удивительная картина: все пять красавиц были идентичны, словно манекены. Эта мысль натолкнула Боко на идею, и он спросил:

— Ваши датчики определяют биологические параметры человека?

— Да.

— У кого из девушек сильно отличаются?

— У трёх, которые тут лежали, температура выше на два градуса.

— Выстрели из инъектора в ближайшую к тебе, самую горячую.

Раздался щелчок затвора, и капсула с сиктросмифом вонзилась в тело лежавшей по центру девушки. Мгновенно вскочив, та сразу кинулась к Боко. Носора получил дозу яда, и ему нечего было терять, а потому решил помочь сородичам.

Но атака метаморфа не увенчалась успехом. Стоявший возле Боко абордажник махнул плазменным резаком и перерубил тело. Но оно не упало, а, вновь обретя цельность, продолжило движение в сторону принца. Десантник был готов к неожиданному трюку носора, и в следующий миг выстрелил. Разрывной патрон раздробил ибо-хирбю, и ошмётки его тела разлетелись по будуару. Метаморф уже не смог бы восстановить цельность и выбыл из игры.

— Осталось четыре, — хладнокровно произнёс Боко, но его заглушил выстрел.

Ближайшее к принцу девичье тело дёрнулось, а в следующий миг разлетелось на части. Новый щелчок инъектора. Последовавший за ним разрывной снаряд раздробил ещё одну императрицу из тех, что были принесены из соседнего помещения. Теперь на полу лежали две целые Амадеи, а останки убитых растекались в лужи.

— Почему стреляли? — задал Боко вопрос.

— Сканер отследил, что в кожу девушки впитывался ошмёток плоти, — ответил стоявший возле принца воин. — Я понял: это носора. Потому и выстрел.

— Я увидел то же самое, — сообщил второй абордажник.

— Ну что, Эдин Пирс, может, хватит играть? — рявкнул Боко. — Ты же понимаешь, что мы всё равно тебя вычислим и, будь уверен, живым не оставим.

Но ибо-хирбю не спешили сдаваться. Возможно, надеялись, что теперь принц будет осторожнее, ведь одна из лежавших Амадей должна быть настоящей. А носора требовалось попасть к пиратам и уничтожить последний рубеж защиты человечества.

Боко не мог ожидать. Во-первых, до конца обозначенного срока оставалось несколько минут, и ещё была надежда спасти императрицу. Хотя нельзя сбрасывать со счетов и возможную ложь похитителя. Во-вторых, ибо-хирбю могли посчитать, что у них остался последний шанс и начать действовать. Какой силой обладали эти носора, Боко видел на «Брунке», но здесь не было Рея, чтобы сражаться с ними. А способны ли сутуранцы противостоять им, никто не знал.

Но была и третья причина торопиться. У Боко неожиданно закружилась голова, а глаза начали слипаться. Он всё же попал под воздействие распылённой газовой смеси.

— Какая из них, по-вашему, не человек? — Боко обвёл взглядом солдат, отчаянно борясь с желанием упасть на пол и уснуть.

— Они одинаковые, — произнёс кто-то из бойцов.

— Отсюда не видно, — буквально вымучивал Боко, прислонившись спиной к стене. — У какой из девушек на правом плече след от инъекции?

— У обеих, — был ответ.

— Убейте их. Здесь нет императрицы. — Это были последние слова Боко. Почему так решил, он и сам не знал, а в следующий миг рухнул на пол. Его затуманившееся сознание ещё успело зафиксировать, как обе девушки вскочили и бросились на абордажников. Громкие выстрелы заставили Боко открыть глаза. Но тело уже не могло сопротивляться воздействию газа, и сознание отключилось.

Глава 89

Империя. Малый мешок. Звезда Диба. Планета Рона.
Резиденция императрицы дворец Алимли

— Фуфлыжник! Тебе была дана такая возможность, а ты всё просрал! Неудачник!

Уничижительные ругательства доносились из окружающей тьмы и буквально придавливали к земле. Боко не видел, кто его крыл, поскольку боялся поднять голову. А ещё чувствовал себя крошечным микробом, которого могла раздавить огромная нога неведомого великана, и он втягивал голову в плечи, стараясь стать меньше и незаметнее. Хотелось укрыться от накатывавших волн кошмара, но ноги не слушались, а лёгкие почему-то не выполняли свою работу. Воздуха не хватало, и Боко старался вдохнуть, но тщетно. И тогда накатила паника. Задыхаясь, он затрепыхался и…

— О-о! Кажись, жиф, — произнёс чей-то голос над самым ухом.

Боко поднял веки и сразу зажмурился от яркого света, а лёгкие жадно потянули воздух. Он закашлялся из-за сбившегося ритма дыхания, а галопирующее сердце едва не выпрыгивало из груди.

— Гофрю ж, принс не жмур, — тот же хриплый мужской бас.

— Живчик, — заключил кто-то молодцевато.

— Погаси фонарь, — промямлил Боко.

— О, очнуся. Фашфысочесф, эт сонце.

— Какое?

— Э-э-э… как иго… Диба.

— А… где… Амадея? — пытался спросить Боко, но язык почему-то не хотел слушаться, да и сбившееся дыхание не позволяло издавать звуки.

— Да фона, ряд лежит, — был ответ.

— Где?.. Что?.. Как она?..

— С нея плоха, — в голосе мужчины ощущалось сожаление. — Дыхнула той же газы, шо и фы. Да. Но, фидать, мператриса полушила многа гадасты носора. Думал, уже жмур, но пока дыша.

Напрягаясь, Боко повернул голову и смог открыть глаза. Его лёгкие втягивали напоенный лесным ароматом воздух, и сознание прояснялось. Незнакомец наклонился и закрыл собой солнце. Теперь Боко смог его рассмотреть. Голубоватая кожа на абсолютно лысой голове выдавала уроженца планеты Роми, а судя по морщинистому лицу, пират уже в зрелых годах. Нижняя челюсть была немного свёрнута, отчего, по-видимому, тот говорил со странным акцентом. Чёрный комбез мужчины был поношен, а место крепления шлема, видимо, претерпело изменения и выглядело обрубленным.

— Ты… кто? — спросил принц.

— Э-э-я… Ташужи.

— С какого… ко… рабля?

— С «Брунки». Как ся чуфешь?

— Получше.

— То фсё газ. Но лёгки прочистил и здоров. Жифчик.

— Ты врач? — мыслительный процесс у Боко постепенно включался, и появился интерес к окружающему. Судя по увиденному, он лежал на балконе, сверху был навес из розовой материи, а косые лучи солнца пробивались сквозь ветви массивных деревьев.

— Эге, — ответил Ташужи. — Кэп фелел быть поблизи фашфысочесф.

— Давно я тут лежу?

— Да с полчаса как бордажники приташили.

— Что с императрицей?

— Фон она, — кивнул врач, и Боко повернулся в другую сторону.

Тело Амадеи лежало на расстоянии вытянутой руки. Её кожа была и раньше светлой, но сейчас мертвенно-бледное лицо казалось маской. На девушке Боко увидел то же бельё, что было и на ибо-хирбю. Носора искусно скопировали каждую деталь, включая и ткань. А вон и запомнившаяся ему гематома на скуле Амадеи. Таких не было у пяти её копий, и подсознание Боко определило, что среди двойников нет настоящей императрицы. Потому он и велел солдатам убить их.

— Эх. Плох, — выдохнул врач. — Ели пульс чую ея. Да и фы не лушще. Анализ фаш кроф чёто странный. Щё не фидал тако.

— Ты уверен, что там лежит императрица, а не носора? — Этот вопрос больше всего заботил принца.

— Эге. Пробы кожи делал на сиктросмиф. Челофек она.

Скосив глаза, Боко увидел переносную медлабораторию — небольшой серый чемоданчик, зато многофункциональный. Их брали с собой на абордаж.

Не всегда проникать на вражеский звездолёт можно в скафандре, а атмосфера на борту у носора часто для человека токсична. Чтобы боец не погиб, требуется быстро ввести какой-нибудь антидот. С помощью медлаборатории можно сразу получить данные о состоянии организма и попавших в него аномалий, и сделать инъекцию подходящим препаратом.

— У императрицы… брал… кровь? — поинтересовался принц.

— Да, — печально выдохнул Ташужи. — Много токсики. Умират она. У мня нет антидот. Носора брызгал газ, шо красны тела рушатся.

— Но я жив.

— Ну, мало попал той хрень унутрь, фот и сфезло.

— Слушай меня. — Ритм дыхания у Боко уже восстановился, и голова заработала. — Ташужи, у тебя есть оборудование. Возьми мою кровь до полулитра и введи императрице. Тогда она выживет.

— Э-э-э… — озадаченно протянул врач. — Почём думашь? И в тфой кроф токсика. Группа не софпасть, и тада она тошно жмур.

— У Амадеи, как и у меня, особая кровь, и похожая. Если сейчас быстро введёшь ей, то она будет жить. Понимаешь?

— Да, лады, фашфысочесф. Шо скажешь, то и сделаю. Фы флагман и много знать. А я токо фрач и фсё.

Ташужи ворчал, но он уловил здравую мысль, и его руки замелькали над медицинским чемоданом. Точными движениями врач собрал устройство для переливания крови и повернулся к принцу.

— Готоф, фашфысочесф. Это… Дожен сказать. Э-э-э… Я делаю, потмушо мператриса быть жмур. Потом она жить, либо нет. Фы понимать?

Боко взглянул на Амадею. Выбора не было. Чтобы её спасти, ему требовалось поделиться с ней кровью, а это имело определённые последствия. Но он и так собирался просить её руки.

— Давай. Не медли, — выдохнул Боко. — Это единственный шанс…

— Ваше Высочество, — произнёс второй мужчина, остававшийся вне поля зрения принца. — Может, поднять императрицу на корабль? Там аппаратура, и…

— Времени нет, — возразил Боко. — Всё будет хорошо. Я знаю. Давай, врач, не медли.

— Эх, лады, — покачал головой Ташужи и воткнул иглу в яремную вену принца. Это единственное место, где врач мог сейчас отобрать кровь, поскольку тело было в комбезе. Чтобы его снять, пришлось бы повозиться, но времени на это нет.

Второй конец трансфузионной системы был подключён к насосу. Затем врач ввёл иглу в вену на руке Амадеи и запустил устройство переливания. Кровь принца потекла по прозрачному каналу.

— Где императрицу обнаружили? — поинтересовался Боко.

— Бордажники гфарили, лежала та под дифан. Да. Темно, а она холодна, как жмур, и сканеры не фидить ея. Нашли слушайно. Да. Када фторой раз быть ф зал. Тады сюда ея и снесли. А шо я могу? Токсика шкалит.

— Сейчас ей будет лучше, — заверил принц.

— У фас ф кроф магия?

— Да. Только у наследников трона такая.

Боко закрыл глаза, не желая вдаваться в подробности, не касавшиеся посторонних.

— Э-э-э! Фысочесф! Ты плох? — заволновался врач. — Щас отключу фсё.

— Нет! — отрубил принц. — Пол-литра. Не меньше. А я задумался.

Боко полежал молча. Он чувствовал, что, несмотря на отбор крови, состояние понемногу улучшалось. Жившие в его организме наниты купировали все инородные включения и восстанавливали тонус, поэтому Боко уже ощущал позитивные изменения.

Как результат улучшения самочувствия, его атаковали новые мысли. Посмотрев на второго незнакомца, он спросил:

— А ты кто?

— Я шеф абордажников… с «Брунки». Сафсар.

В поле зрения Боко появился мужчина лет тридцати. Высокий и широкоплечий, он сразу закрыл собой небо. Длинные серые волосы с вплетёнными в них на пиратский манер цепочками, большой лоб перерезали четыре глубоких шрама, левое ухо разорвано пополам и соединено кольцами серёг. Белые глаза незнакомца вводили в заблуждение. Создавалось впечатление, что он слепой. Но человек с таким дефектом не стал бы абордажником, а значит, это уроженец планеты, где подобные особенности были естественными, и видел он хорошо. На бледной коже татуировки начинались с подбородка и скрывались под воротом комбеза. Боко знал, что во многих человеческих культурах они были необходимы. А на некоторых пиратских кораблях ими в экипаже обозначали ранг.

— Что с сопровождавшим меня отрядом?

— Живы, — ухмыльнулся Сафсар. — Короче, абордажники с «беспредела» говорили: был крутой замес. На них насели два носора и раскидывали, точно мячи. Я видел бой Катиручи с ибо-хирбю и представляю, чё там было. Сперва сутуранцы думали захватить двух грязеходок, но те их швыряли, как пороховых обезьян. Короче, пока не выстрелили в носора из инъектров, шестеро абордажников проигрывали вчистую. Тока после яда ибо-хирбю растеклись.

— Ясно, — прошептал Боко.

«Если б надел шлем, то был бы там, — пронеслось у него в голове. — Но из-за своей упёртости провалялся и чуть не умер. Ещё неизвестно, помогла бы мне кровь, останься я долго под воздействием того газа. Вот уже в который раз попадаю в ситуации».

— Как чуешь ся, фашфысочесф? — спросил врач, увидев, что его пациент опять закрыл глаза.

— Хорошо. — Боко посмотрел на Ташужи. — А кто меня принёс сюда?

— Абордажники с «беспредела», — снова заговорил Сафсар. — Парни сдрейфили. Короче, они не защитили флагмана. Хорошо, додумались вынести на балкон и нас позвать. У них в команде не было врача, шли же парни не на абордаж. А в их комбезах встроенный медприбор.

— Я знаю, о чём ты говоришь, — кивнул Боко. — А вы откуда здесь?

— Короче… тут отряд «Брунки». Когда сообщили о вас, кэп велел охранять.

— А сутуранцы где?

— Им сильно досталось от носора, и они отправились на корабль. А мы, вот, императрицу нашли.

— Молодцы, — похвалил Боко. — Ну, что там с ней, Ташужи?

— Да шо. Дыша, и то хорошо. Думал, уж фсё, жмур. Но дале глянем. Да. Она молода, дожна жить. Еси плох, фашфысочесф, гофори. Дам чёто.

— Сафсар, соедини меня с Димгадаром, — попросил Боко.

— Может, позже. Вы кровь отдаёте…

— Надо узнать, что происходит, — оборвал принц. — Это важно.

— Короче… Включу ваш переговорник. — Абордажник приблизился и нажал кнопку. — Так быстрее кэп ответит.

Боко услышал шуршание эфира, и встревоженный голос Димгадара сразу отозвался:

— Как вы?

— Жив. Доложи ситуацию.

— М-м-м… Ваше Высочество, даже не знаю, с чего начать. Столько происходит…

— Что на Роне?

— Ага. Резиденцию и Налтан зачистили. На грязючке остались бойцы «Брунки». В кораблях на космодроме нашли несколько человек. Оказывали сопротивление. Всех уничтожили. Абордажники покинули Алимли. Вас охраняет двадцать братьев с «Брунки». Командует шеф Сафсар.

— Мы уже познакомились, — произнёс Боко. — Ситуация во флоте?

— Все корабли на орбите Роны.

— Где ытысы?

— Редин поднял их на «Эрадон».

— Отлично справляешься. Но у тебя озабоченный голос, — заметил принц. — Что случилось?

Димгадар ответил не сразу.

— Кхм. По всей системе была распространена информация, что пираты убили императрицу и принца. Теперь в государстве безвластие. На орбиту Роны вышли четыре крейсера. Их кэпы не давали клятву. На борту грязеходы с Саты. Они хотят вступить в переговоры со свободными капитанами.

— Понятно. Что предлагают?

— Пока не было конкретики, но вроде нанимают качи для боевых действий.

— Против кого?

— Не сказали.

— Димгадар, мы можем устроить информационную атаку?

— Какого плана?

— Я хочу сделать обращение к Империи. Но оно должно транслироваться по всем каналам, и чтобы никакие вредители не смогли его заглушить.

— М-м-м… Первое, что приходит на ум — пикельская система вещания.

— Ага, ты говоришь о сети Асуасва, — вспомнил Боко.

— На каждом звездолёте качи есть её компоненты. Если их объединить, то заглушим все радиосигналы в системе. Но нужно корабли рассредоточить.

— Думаю, вещания на Сату будет достаточно. А потом звездолёты разнесут информацию по Империи. Начинай подготовку. Скажи капитанам, что я распорядился. Будет меньше вопросов. А сюда, в Алимли, доставь каких-нибудь спецов, которые снимут моё интервью.

— Журналисты подойдут?

— Отлично. А где ты их возьмёшь?

— Прибыли на сатских кораблях.

— Давай их сюда. Пропусти через систему ибо-хирбю и проверь всю аппаратуру, чтобы они не организовали новое покушение на императрицу.

— Ваше Высочество, хочу задать вопрос. М-м-м… Как это будет содействовать пренде?

— Умный парень, — похвалил Боко. — Димгадар, я провожу подготовку, без которой ничего не состоится. Ты по флоту сообщи, что императрица и принц живы. Но до выступления эту информацию не распространять. Ни с кем в переговоры не вступать. Подозреваю, сюда прибыли носора с целью посеять смуту. Они могут атаковать, когда начнётся трансляция, поэтому вокруг них надо построить «Бриллиант». Понимаешь, о чём я?

— Ваше Высочество, это же азы стратегии, — протянул Димгадар.

— Значит, слушай. В углах поставить линкоры, — продолжил Боко на правах флагмана. — Думаю, это «Чёрная смерть», «Мститель», «Бенкатра», «Властелин», «Дантакрун» и «Вечная битва». А на полюсах «Раниус» и «Неуязвимый». У этих линкоров отличная круговая зона обстрела. Капитаны знают, как вести боевые действия по такой схеме. Но сами они должны быть в Алимли. Это важно. А старпомы, уверен, сумеют ликвидировать беглецов.

— Понял. Сейчас всё организую, — произнёс Димгадар и отключился.

Глава 90

Империя. Малый мешок. Звезда Диба. Крейсер «Эрадон»

Редин смотрел на стены пустого склада, поглаживая ладонью бороду. У него был повод задуматься. Он всё чаще спрашивал себя: «Не ошибся ли я, доверившись принцу Ратану?».

Ему, конечно, импонировало, что флагман выбрал «Эрадон» своей базой. Кобьер был молод, как и сам Редин, и между ними вроде даже возникли некие дружественные отношения. К тому же принц, как оказалось, был внуком Папы Боко. Но у качи нет ответственности перед родными своих братьев, а в корабельной казне сейчас дебет не сходился с кредитом, и это откладывало отпечаток на все стороны жизни.

После принесения клятвы на «Брунке» пока никто из капитанов пиратской армады не понимал, чего ожидать. Флагман много обещал, но ещё ничего не дал. Зато были расходы. Вчера старпом принёс финансовый баланс корабля. Цифры показали весьма значительные убытки.

Самые большие траты приходились на топливо. Ведь даже на орбите для поддержания звездолёта в рабочем состоянии требовалось определённое количество энергоресурсов. Обычно пираты захватывали транспорты с пронифом, либо закупали. Но первый способ был под запретом флагмана, а со вторым имелись проблемы.

В Империи дагини не были в свободном обращении, и за любые приобретения приходилось расплачиваться слитками драгметаллов. С этой проблемой столкнулись на всех пиратских кораблях. Проводившие обмен банки вмиг поняли свою выгоду и заметно увеличили курс имперских такатов по отношению к золоту, платине и прочим материальным активам, и цены на топливо стали кусаться. Но имелись и иные приобретения, которые невозможно не учитывать. Те же лекарства и продукты питания требовались постоянно. Их тоже закупали на заправочных модулях, и цены там заставляли задуматься о возврате к разбою.

Вот ещё новые убытки. По просьбе флагмана сегодня на планету отправили самораскладывающиеся металлические элементы. Порой для наружного ремонта звездолёта требовалось создать определённые условия, и тогда применялись телескопические модули, из которых собирались каркасы. На них затем наносили герметизирующую пластиковую плёнку, и под этим куполом можно было работать вообще без скафандра.

А ещё принц попросил отправить на грязючку ремонтников для строительства шатра. Редин не мог отказать флагману в такой вроде бы мелочи, но его склад опустел. Возможно, металлические стойки ещё вернутся, но запасы плёнки, которую закупали в Галактике, уже не восстановить.

— Капитан, — пришёл вызов по переговорнику.

— Слушаю, — ответил Редин дежурному офицеру. Ему приходилось постоянно быть на связи, поскольку через него решались многие проблемы.

— Вас вызывает Убийца планет.

— Соединяй, — сказал Редин, а в голове пронеслось: «Интересно, зачем это я мог понадобиться другому кэпу?»

— Капитан, — из гаджета послышался голос с повелительными нотками, выработанными за годы управления людьми. — Перейди на частный диалог.

Редин нажал кнопку на переговорнике, и на панели загорелся синий квадратик.

Когда такой же появился у Убийцы, тот сообщил:

— Флагман поручил захватить корабль с женщинами и доставить их на Рону.

— А мне зачем это знать? — Редин удивился, во-первых, тому, что Ратан отдал такой приказ, а, во-вторых — упоминались женщины. Качи в свои дела никогда не вовлекали слабый пол.

— «Космический убийца» должен вернуться на орбиту грязючки Вета, а грязеходок велено доставить на «Эрадон». Челнок уже летит. Принимай.

— Значит, рача в виде яхты — тебе, а бабы мне! — вспылил Редин. — Зачем эти… неприятности на борту?

— Я выполняю команду флагмана, — тем же тоном ответил Убийца. — А яхту можешь забрать себе, если принц не будет возражать. Мне негде её разместить.

— На «Эрадон» не поступало никакой информации по… — начал Редин.

Но собеседник его перебил:

— Спрашивай флагмана и не затягивай со стыковкой. Я не могу долго ждать. Мой крейсер в охранении.

— Лады, — выдохнул Редин, понимая, что спорить бессмысленно.

Едва Убийца отключился, кэп «Эрадона» сразу набрал код принца.

— Слушаю, — ответил Ратан. Его голос звучал вяло, что неудивительно. Качи уже знали: флагман надышался яда носора и чуть не погиб.

— Ваше Высочество, Убийца планет сообщил о каких-то… женщинах, — произнёс Редин с напором.

— Размести их, — перебил Ратан с металлом в голосе. — Возможно, они пробудут у тебя несколько часов, а затем отправишь в Алимли.

— Но вы же знаете, какое отношение качи к грязеходкам, — продолжал гнуть Редин. — Нам хватает императрицы на борту…

— Можешь принять женщин на какой-нибудь челнок и подержать там, пока не отправишь на грязючку. Сейчас ещё рано, но они понадобятся в Алимли. Спрячь их на борту МДК. Так будет меньше вопросов от задействованных лиц.

Редин знал, что флагману нельзя перечить. Кстати, от Ратана исходили разумные команды, и он не преступал незримую черту, когда вышестоящий требует некие привилегии.

— Я размещу грязеходок в МДК на второй палубе, — наконец, высказался Редин. — Какие в отношении них буду распоряжения?

— Когда прибудут, вызовешь меня по видео, и я расскажу, почему их захватили.

— Понял.

Принц отключился.

Окинув опустевший складской отсек взглядом, Редин зашагал в рубку. Теперь ему следовало подготовить МДК для размещения женщин так, чтобы экипаж не узнал о гостьях. А пока он шёл на третью палубу, выстраивал в голове различные сценарии, в которых могли быть использованы грязеходки. Но как-то не получалось.

Редин вспомнил, что Папа Боко часто прибегал к нетривиальным решениям, которые давали неожиданно успешные результаты. Возможно, и его внук использовал такой же подход.

                                                * * *

Когда челнок с «Космического убийцы» запросил стыковку, Редин поспешил к шлюзу с Лартом, посвящённым во все дела на борту. Это было необходимо, чтобы старпом мог поддерживать жизнь на корабле, если с капитаном что-то случится. А ещё Редину требовалась помощь, поскольку речь шла о женщинах, а не об одной грязеходке.

Когда внутренняя шлюзовая панель скользнула в сторону, мужчины увидели двух пленниц со связанными руками. Они были в кремовых комбезах женского кроя с выключенными на шлемах визорами, что делало их слепыми.

— Проходим вперёд, — скомандовал старпом.

Женщины робко двигались, по-видимому, опасаясь падения. Когда переборка закрылась, взяв за локоть одну пленницу, Ларт кивнул Редину на вторую.

— Сейчас перейдём в другой отсек, — произнёс старпом командным тоном. — Мы будем вести.

Пленницы были низкого роста, примерно до плеча мужчинам. Охватив кистью локоть женщины, Редин удивился, насколько он тонкий, даже несмотря на то, что тело облегал комбез.

Идти было недалеко. Из шлюза коридор вёл в большой ангар, где стояли два МДК. Эти бронированные и хорошо вооружённые малые корабли пираты использовали для абордажа.

Чтобы соблюсти секретность, Редин вырубил в ангаре и шлюзе все камеры, и сейчас никто из экипажа, включая дежурного офицера, не имели понятия, что здесь происходит. Капитану следовало избегать возможного мужского бунта, ведь качи почти не видели женщин, а инстинкты не отключить. Конечно, переговоры связиста «Эрадона» с пилотом челнока и стыковка зафиксированы аппаратурой, но, кто прибыл и зачем, для экипажа осталось неизвестным.

Редин ещё не участвовал в подобных мероприятиях и уступил командование более опытному Ларту. Он быстро убедился, что пленниц требовалось поддерживать, так как те часто спотыкались. В салоне МДК женщин усадили в кресла, а Редин с помощью корабельной аппаратуры сразу вызвал принца.

— Ваше Высочество, — произнёс капитан, — пленницы на борту.

— Отлично, — сказал Ратан и подключил видеосвязь.

На центральном большом экране возникло бледное лицо принца. В чёрном комбезе он сидел на балконе белоснежного дворца. Сверху был тканевый розовый навес, а заходящее солнце окрашивало пространство в романтически-неестественные цвета.

— Где наши женщины? — поинтересовался принц.

— Вот, — указал Редин, активировав приватный видеоканал МДК.

— А почему гостьи связаны и в шлемах? — удивился принц. — Сейчас же освободите их.

По знаку капитана Ларт подошёл к пленницам. Сначала он снял шлемы, и мужчины увидели испуганные женские лица. Хотя им и раньше хватало воздуха, они глубоко дышали, словно после удушья. Вероятно, это была реакция на долгожданное освобождение. А когда старпом развязал руки, женщины принялись растирать запястья и кисти. Они косились на мужчин, вероятно, опасаясь применения с их стороны грубой силы.

Редин рассматривал пленниц, словно некую диковину, поскольку качи обычно не общались с женщинами. У обеих грязеходок была смуглая кожа, тонкие черты лиц и полные эмоций глаза. Они едва держались, чтобы не разрыдаться, что объяснимо: их напугал захват корабля и последовавшее за этим пленение. А теперь несчастные жертвы попали к пиратам, о которых ходили самые разные слухи.

У сидевшей слева грязеходки были длинные, кучерявые, опускавшиеся на спину волосы, а у той, что справа — до плеч и прямые, светлые. Причёски у них растрепались. А в совокупности с застывшим на лицах страхом, взъерошенные женщины выглядели мученицами.

— Вы знаете, кто я? — спросил принц.

Пленницы не спешили отвечать, а лишь бросали настороженные взгляды на стоявших возле них пиратов. Вероятно, большие мужчины в боевых чёрных комбезах с бородатыми лицами и суровыми глазами вызывали у них панический ужас.

— Я понимаю: вас одолели эмоции, — улыбнулся Ратан. — Должен принести свои извинения. Но по-другому не получалось. Заверяю, ничего плохого с вами не случится, и вы скоро продолжите прерванное путешествие. А произошедшее будете потом вспоминать как самое главное событие в жизни. Вероятно, абордажники вели себя грубо. Обещаю: вы получите вознаграждение за доставленные неудобства.

— З-зачем мы з-здесь? — спросила пленница с чёрными кудрями. Она была старше напарницы, а говорила низким, почти мужским голосом.

— Уже начинаете думать, — усмехнулся флагман. — Это хорошо. Давайте сперва познакомимся. Так вам известно, кто я?

— Принц Ратан, — ответила черноволосая. — Вы спасли императрицу во время переворота.

— Можете называть меня Кобьер. А как ваши имена?

— Тансала, — представилась старшая. — А мою компаньонку зовут Летиса.

— Мне сказали, что вы стилисты, — произнёс Ратан.

— Да. Наша компания называется «Мир прекрасен». Мы предоставляем профессиональные услуги по консультированию клиентов в вопросах моды, а также созданию образов различных мероприятий. Мы работаем со многими известными людьми Саты и выполняем заказы компаний нашей планеты и клиентов из других миров Империи, желающих устроить презентации. Мы…

Было видно, что Тансалу понесло. Возможно, это последствие шока, либо она так пыталась скрыть эмоции, и её рот выстреливал затверженные тексты.

— Как мне с вами повезло, — принц вежливо остановил женщину. — Именно вы сейчас и нужны.

— Мы летели в космоград «Галактический рассвет», когда пираты захватили мою яхту, — пожаловалась Тансала. — Наша компания потерпит убытки, если сорвём мероприятие, и будет вынуждена заплатить большую неустойку. К тому же это репутационный ущерб…

— Мы компенсируем ваши убытки, — пообещал принц, — вернём корабль и отпустим домой. Гарантирую.

— Вам требуются услуги стилиста? — В голосе Тансалы появились деловые нотки. — Наш прейскурант на одного клиента зависит от…

— Меня это не интересует, — отмахнулся Ратан. — Неужели собрались предъявлять нам счета?

— Но так ведутся дела…

— Женщина, вы ещё не поняли, где оказались? — рявкнул принц.

Тансала хотела что-то сказать, но, видимо, до неё дошла абсурдность произносимых ею слов, и она, вздохнув, выразительно промолчала. Хотя, конечно, попытаться стоило.

— Нужно обслужить двух персон, — сообщил принц после небольшой паузы.

— Будете… вы и… мужчина? — уточнила Тансала.

— Нет. Ваши услуги потребуются императрице и…

— Но… ведь она… мертва, — вырвалось у черноволосой, а её глаза выразили смесь эмоций. — Покойников мы не обслужи…

— Кто вам сказал такую ерунду? — поморщился Ратан.

— По всем новостным каналам транслировали, что пираты убили Амадею…

— Это ложь, — заявил принц. — Императрица жива. Ей потребуется ваша помощь. Сейчас в Алимли она единственная женщина. Её нужно подготовить к выступлению. После этого вас отпустят.

— Но… у нас нет с собой оборудования, — заметила Тансала. — Всё осталось на яхте. А если потребуются какие-то дополнительные манипуляции…

— Уверен, в покоях императрицы вы найдёте всё необходимое, — прервал Ратан. — Кстати, Алимли сейчас обесточен, поэтому будете обходиться тем, что не требует энергии. А вторым вашим клиентом буду я. Мне во время церемонии тоже необходимо хорошо выглядеть.

— Я соглашусь только в том случае, если мы попадём в трансляцию вместе с императрицей, — заявила Тансала. — А иначе, хоть пытайте, я не пошевелюсь. Либо так изуродую, что её вообще никто не узнает.

— А вы умеете торговаться, — рассмеялся принц. — Чувствуется деловая хватка. Но об этом поговорите с Амадеей. Ей решать. А вы погостите на корабле капитана Редина. Позже он доставит вас на Рону. А на этом я с вами распрощаюсь.

У Тансалы были ещё вопросы, и она открыла рот, намереваясь их задать, но экран потух. В салоне повисла тишина, и женщины напряжённо переглянулись.

— Кто из вас капитан? — первой заговорила Тансала командным голосом. Общение с принцем явно помогло ей оправиться, и она вознамерилась диктовать условия. — Мы должны обсудить…

— Вы будете здесь, пока вас не отправят на Рону, — отрезал Редин, повернувшись к женщинам. Он тоже умел командовать. — Я заблокировал всю аппаратуру. Не советую прикасаться к панели и кнопкам в этом отсеке. Здесь установлена самозащита с искусственным интеллектом, которая больно наказывает за любые посторонние манипуляции. Мы оставим вас до отбытия на Рону.

Закончив, Редин повернулся к выходу.

— Да это какое-то варварство! — гаркнула Тансала. — Что за обращение с женщинами?! Или вас не учат…

Редин бросил на неё гневный взгляд, и она замолчала.

— Нам нужен санузел! — крикнула Тансала, когда мужчины уже покинули отсек. — А ещё надо переодеться и помыться.

— Гальюн в конце этого коридора, — сообщил Редин и закрыл шлюзовую переборку.

Он почему-то нервничал, но объяснить себе причину не мог. Вероятно, тому виной были грязеходки. Редин вырос на борту пиратского звездолёта. Он с детства привык, что женщин считали злом и запрещали им вход на корабль. У качи было множество поговорок в отношении грязеходок и все негативного толка. Это и сформировало определённое представление Редина. Но…

Почему-то перед его глазами стояло испуганное лицо Летисы, которую он держал за локоть, когда вёл на МДК. А потом, во время беседы с принцем, не отводил от неё взгляд. Что-то необъяснимо притягательное было в глазах этой девушки.

— Ты сам доставишь пленниц на Рону? — спросил Ларт, когда они шли по ангару. — Флагман велел соблюдать секретность. Лучше грязеходок не показывать братьям.

— Я… Что ты говоришь? — Редин словно вынырнул из омута и никак не мог вернуться мыслями в свой привычный мир.

Ларт рассмеялся и произнёс:

— Вижу, на тебя уже действует женское проклятье. Бабы быстро влазят в твои мозги, и потом их не выгонишь оттуда. Лучше не думай о них, а переключись на что-то другое. Хочешь, я доставлю грязеходок на Рону?

— М-м-м… Будем решать, когда скомандует принц, — встряхнулся Редин.

А глаза Летисы по-прежнему не отпускали его. Он не рассмотрел их цвет, и от неё не услышал ни слова, но ему вдруг захотелось вернуться на МДК, только не нашёл для этого причины. А ещё подумал, что Ларт обязательно станет подкалывать.

«Уж лучше не давать ему повода позубоскалить» — пронеслось в голове Редина.

Глава 91

Империя. Малый мешок. Звезда Диба. Планета Рона.
Резиденция императрицы дворец Алимли

Огромный Торжественный зал резиденции Алимли сверкал белоснежным ронским мрамором. У этого камня был тёплый оттенок, и помещение не казалось мертвенно-больничным. С кораблей доставили портативные энергетические установки и мощные прожекторы, поэтому, несмотря на разрушенные коммуникации, здесь было, можно сказать, ослепительно светло. Конечно, эффект достигался ещё и за счёт блестящих мраморных поверхностей.

Императрица восседала на маистате, возвышавшемся у дальней от входа стены. Она была в парадном платье белого цвета со всеми полагающимися регалиями: украшенным бриллиантами венцом, резным кулоном с государственным символом Империи на массивной цепи, где на каждой вставке был изображён герб планеты, и кольцами-печатками с личными вензелями. Волосы были уложены в причёску, с которой Амадея ещё не появлялась перед гражданами. Впрочем, благодаря стилистам новый образ императрицы получился великолепным.

Хотя Амадея пришла в сознание и уже сидела, но была ещё слаба и не могла самостоятельно ходить. Размышляя над сценарием будущей церемонии, Боко понял, что нельзя представлять гражданам едва живую императрицу, поскольку враги станут распространять ненужные сплетни. Амадею требовалось подготовить, но у пиратов вообще не было женщин, а мужчины, привыкшие к технике и сражениям, не смогли бы предать ей подобающий вид.

Боко связался с Убийцей планет и попросил привезти на Рону женщин для помощи императрице. Запаса времени не было, а на доставку специалистов с соседней планеты потребовалось бы пару суток. Пираты не стали утруждаться и по старой привычке захватили гражданские яхты, оказавшиеся в стороне от основных маршрутов. На одной из них были две женщины, по удивительному стечению обстоятельств — стилистки.

Узнав, почему оказались в Алимли, и что услуги потребовались самой Амадее, профессионалы поняли, насколько им повезло. Это был приз в их бизнесе, о котором можно лишь мечтать.

Благодаря стараниям специалистов императрица вновь ожила, и сейчас никто не сказал бы, что она побывала в лапах смерти. Амадея разрешила стилисткам стоять возле трона, и те сотворили чудо. Профессиональные устроители публичных мероприятий не только поработали над лицом и причёской императрицы, но и помогли расставить освещение так, чтобы в облике первой дамы не было заметно изъянов. Сейчас обе стилистки в золотом и серебряном платьях стояли за троном, как когда-то Ларита, и составляли свиту императрицы.

Поскольку женщины путешествовали в обычных комбезах, для участия в церемонии Амадея позволила им подобрать платья в апартаментах погибшей фаворитки. Оставалось удивляться, когда те успели уложить причёски и нарядиться, поскольку на всё у них ушло не более часа. Зато теперь в пошитых выдающимися кутюрье платьях, привыкшие к светским раутам женщины держались с грациями принцесс.

Хотя императрица получила наилучшую в данных условиях медицинскую помощь, её тело ещё не успело восстановиться. Из-за накатывавшей слабости Амадея периодически засыпала. У маистата дежурил профессиональный врач-реаниматолог с крейсера «Гроза носора». Он следил за состоянием императрицы и пообещал флагману, что во время его выступления Амадея не будет спать. А пока женскому организму лучше было не мешать.

К моменту, когда в Торжественный зал вошли шесть прибывших с Саты журналистов, там уже находились все капитаны пиратского флота. Хотя здесь было сто девяносто восемь кэпов и двадцать абордажников с эридаями, помещение казалось пустым, поскольку рассчитано вместить три тысячи человек.

По случаю торжественного мероприятия капитаны были в вычурных костюмах, и только шрамы на открытых частях тел рассказывали об их военном прошлом. Ни у каждого аристократа, когда-либо посещавшего этот зал, было столько драгоценностей на одеждах.

Но всех превосходил принц Ратан. Его изысканный наряд отличался красотой и роскошью. Боко впервые надел костюм старой Империи для торжественных приёмов, а в ту эпоху элита умела подать себя. По салатному жакету принца были буквально рассыпаны изумруды и бриллианты в оправах из платины. На зелёных брюках играла бахрома с нанизанными жемчужинами. В тон костюма были отделанные золотой нитью туфли из кожи какого-то экзотического животного. А грудь принца украшали цепи из драгоценных металлов. Боко понимал, что его увидит вся страна, и ему следовало показать силу и богатство.

Над внешностью Ратана также поработали стилистки. Женщины уложили ему волосы и нанесли грим, чтобы на экранах он не казался восставшим мертвецом. Когда принц вошёл в зал, никто не сказал бы, что он был пиратом. Сейчас Боко, как настоящий аристократ, своими движениями, взглядом и позой транслировал властность.

После событий в будуаре императрицы он был ещё слаб, но наниты в крови и препараты для восстановления жизненного тонуса позволили ему оставаться на ногах и подготовить церемонию.

Принцу с императрицей, да и всему пиратскому флоту было необходимо покинуть систему Дибы, где ибо-хирбю чувствовали себя хозяевами и постоянно устраивали диверсии. Но перед этим требовалось загрузить корабли оружием и продовольствием. А чтобы императрица снарядила флот, нужно подписать договор. Боко хотел провести церемонию у складов, для чего и построил шатёр, но события в Алимли внесли коррективы. А сейчас он был доволен, что это мероприятие проходит во дворце, поскольку здесь всё выглядело гораздо солиднее и значимее.

Прибывшие в Алимли журналисты впервые попали в парадные апартаменты дворца и, шествуя по мраморному полу, напряжённо озирались. В прежние времена их и близко не подпустили бы к столице, но жизнь полна сюрпризов, и им выпала удача. Мужчины шли между капитанами и внимательно осматривались. Им предстояло освещать мероприятие, а для профессионалов значима каждая деталь, поскольку часто из мелочей потом можно сделать качественный репортаж. Вероятно, среди разодетых пиратов в своих потёртых комбезах они чувствовали себя неловко, но не подавали вида. Журналистская братия ко многому привычна, а их мозги направлены на суть, а не на обёртку.

Боко распорядился установить в зале видеокамеры. Звездолёты флота заняли необходимое положение в системе Дибы, и через них велась трансляция в прямом эфире, как и во время неудавшегося переворота Ругонди. Принцу требовалась публичная открытость, ведь против него выступал сильный и хорошо подготовленный враг, уже предложивший гражданам свою версию событий в столичной резиденции.

Приблизившись к маистату, журналисты вознамерились подняться к императрице, будто им дозволено делать что вздумается. Но их сразу остановили вооружённые бойцы.

Боко принял меры предосторожности, чтобы коварные ибо-хирбю не смогли организовать покушение на Амадею. Помимо камер, в зале разместили множество аппаратуры, значение которой знали лишь устанавливавшие их техники «Эрадона».

Как первая линия обороны, перед маистатом выстроились шесть эридаев, возглавляемых Тасаном. На защиту императрицы принц поставил людей, которым лично доверял. Для хранителей корабля это была необычная миссия, но и без них не обойтись.

Вдоль стен в боевых скафандрах замерли вооружённые абордажники с крейсеров «Брунка», «Космический убийца» и «Полный беспредел». Капитанам объяснили, что это вынужденная мера предосторожности. Сами кэпы тоже прибыли не пустые, но своё оружие не выставляли напоказ.

— Я хочу подняться на вершину! — заявил остановленный эридаем журналист. В поношенном комбезе с лысой макушкой и рыжей бородой этот пожилой мужчина производил впечатление склочника, не желавшего признавать какие-либо ограничения.

— Дальше нельзя, — произнёс воин тоном с явно ощущаемой угрозой. Сразу внимание капитанов и остальных присутствующих сосредоточилось на них, поскольку все знали: после предупреждения следующим действием эридая было убийство.

— Я протестую! — не сдавался журналист, размахивая руками. — Мы живём в свободной стране, и никто не может удерживать меня!

— Во-первых, в каждом обществе имеются определённые правила приличия, — заявил принц, свысока взирая на журналиста. — А во-вторых, соизвольте объяснить: зачем вы рвётесь к императрице? Это выглядит весьма подозрительно.

— Я должен убедиться, что она настоящая! — В голосе журналиста чувствовалась боевая напористость.

— Интересно, как? — усмехнулся Боко.

— Насколько нам известно, — заявил мужчина, — императрицу убили пираты, и мы прибыли сюда, чтобы увидеть её труп. А вы посадили на трон манекен…

— Кто вам рассказал об убийстве императрицы? — Боко не нравилась эта ситуация, но он понимал, что журналист затронул тему, волновавшую сейчас всех граждан. В какой-то степени такая перепалка даже играла ему на руку.

— Да это всем известно! — воскликнул журналист, и его коллеги дружно закивали.

— Вас ввели в заблуждение, — прогромыхал голос принца. — Не доверяйте сплетням и тем, кто их создаёт. Некие силы во дворце действительно готовили новое покушение. Но всех заговорщиков ликвидировали, а Её Величество находится на троне и по-прежнему является главой государства. Вы увидите то, для чего вас сюда пригласили…

— Это просто балаган! — заорал журналист, пытаясь оттолкнуть стоявшего перед ним бойца. — Я не верю!..

Принц небрежно махнул рукой и бросил эридаям:

— Уберите это из зала.

Боец моментально оглушил наглого журналиста прямым ударом в лицо. Подошедший сразу абордажник подхватил падающее тело и, взвалив на плечо, понёс к выходу.

— Пока не убивайте, — сказал принц бойцам. — Нужно разобраться: кто он и почему так вёл себя.

Боко специально произнёс это, поскольку его слова могли быть истолкованы по-разному. А ещё хотел показать гражданам, что у пиратов строгие порядки, и, в случае конфронтации, он будет действовать жёстко.

Оставшиеся журналисты напряжённо переглядывались.

— Я уважаю все профессии и специалистов, выполняющих свою работу, — произнёс Ратан. — Но я не допущу бардака. Думаю, каждый, кто видел эту сцену, понимает: сейчас нас провоцировали на скандал. Возможно, это был вовсе и не журналист, а подосланный шпион, которому приказали довести неудавшееся покушение до логического конца. Заверяю: императрица находится под надёжной защитой, и больше никто не сможет приблизиться к ней.

Боко всмотрелся в лица капитанов. Пираты были напряжены. Оказавшись на чужой территории, они не знали, как действовать. Некоторые потянулись к оружию, но принц разрядил атмосферу в зале свистом «слушай меня».

Выдержав паузу, Боко произнёс:

— Эта встреча была организована по нескольким причинам. А самая важная: граждане должны убедиться, что Её Величество не пострадала во время неудавшегося покушения. Мы ничего не скрываем, и сегодня каждый может видеть, что нелепые слухи о том, будто императрица убита — ложь. Я призываю всех не доверять непроверенной информации. К сожалению, очень много врагов у нашего ещё не восстановившегося государства. Но мы знаем тех, кто стремится не допустить возрождения Империи и продолжает устраивать провокации. С нашей стороны уже приняты определённые меры, и все недоброжелатели будут уничтожены.

Боко оглянулся на императрицу, и мужское сердце дрогнуло. Амадея была сейчас копией его скончавшейся супруги. Возможно, новая причёска выделила некие акценты в её облике, отчего она стала больше похожа на Ланли. А ещё вот тот напряжённый взгляд, буквально врезавшийся Боко в память во время болезни жены.

Принц отвернулся от некстати возникшей иллюзии и сообщил залу:

— За последние несколько дней были совершены четыре покушения на Её Величество. Но, как я уже сказал, императрица под надёжной защитой, и никакой преступник не сможет к ней приблизиться.

Ложь о смерти Амадеи распространяют наши враги. Хочу вкратце рассказать о последнем неудавшемся покушении на высшее лицо государства. Существа иной расы устроили засаду в резиденции и полагали, что Её Величество будет убита. Подготавливая почву для своих дальнейших шагов, они начали распускать слухи о смерти императрицы. Десантники ликвидировали всех проникших в Алимли лазутчиков.

Боко опять бросил взгляд на Амадею. Та внимательно смотрела на принца, и от её фигуры исходило величие. Сейчас невозможно представить, что буквально пару часов назад она лежала едва живая, а стилистки наносили грим на её спящее осунувшееся лицо.

— Хочу также сообщить некоторые подробности сорванного покушения в Алимли, — продолжал Боко. — Когда абордажники уничтожали убийц в резиденции, к нашему флоту приблизились четыре боевых звездолёта. Прибывшие на них якобы официальные представители планеты Сата предложили свободным капитанам принять участие в войне против космической армады Империи. Я обращаюсь к гражданам нашего государства. Вы понимаете, что это значит? Настоящие враги человечества — носора, обосновавшиеся на всех планетах Империи. Они стремятся уничтожить защитников и снова оккупировать заселённые людьми миры. Это не только дзуги, но и другие, прибывшие к нам из Галактики враждебные расы. Кстати, вынесенный из зала журналист был на одном из тех кораблей. Сейчас эти звездолёты находятся в окружении и с их капитанами будут проведены переговоры. Если мы убедимся, что они предатели, то уничтожим всех.

Боко увидел, как после его слов журналисты принялись напряжённо оглядываться. Судя по их реакции, была причина, заставившая обеспокоиться.

— Сегодня мы хотим объявить, что будет подписан договор…

Яркая вспышка у маистата и резкий щелчок заставили принца замолчать. Боко сразу понял, что произошло. Это был выстрел из какого-то оружия, но пуля сгорела в окружавшем трон энергетическом поле, заблаговременно размещённом на маистате.

Подняв голову, Боко увидел в конце зала сдвинутую стеновую панель. Из тайного лабиринта выбежали трое мужчин огромного роста и принялись стрелять по трону. По-видимому, наблюдая за переворотом Ругонди, носора поняли, что энергетическое оружие не действует на принца, и решили использовать поражающие элементы. Пули летели довольно кучно, и перед маистатом сверкали искры фейерверка. Если бы не установленная пиратами «Эрадона» защитная стена, Амадея и Боко уже погибли бы.

Абордажники были наготове и сразу выстрелили из инъекторов с сиктросмифом. Принц инструктировал бойцов и рассказал, как нужно действовать. Он подозревал, что не были ликвидированы все ибо-хирбю, прибывшие на яхте «Джясус», поэтому велел держать инъекторы наготове и сразу применять.

В каждого носора всадили не менее десятка доз, и это был для них смертельный удар. Тела ещё продолжали движение, но уже начали оплывать. Не добежав до капитанов, ибо-хирбю принялись истошно визжать и почти сразу рухнули. По светлому мраморному полу растеклись серые лужи. Зрелище было настолько ярким, что не могло возникнуть вопросов о тех, кто покушался на императрицу.

После щелчков выстрелов и криков нападавших, в зале повисла звенящая тишина, так что был слышен звук пропеллеров паривших камер. Боко видел, как журналисты пытались приподняться и даже подпрыгивали, чтобы рассмотреть происходящее. Они бы устремились туда, но толпа не пропускала.

В жизни пиратов было множество различных горячих сцен. Они привыкли к убийствам, и никто не паниковал. Капитаны убедились, что им ничего не угрожает, а нападавшие ликвидированы, и отвернулись от жертв. Серые лужи какой-то субстанции не представляли особого интереса. С высоты третьей ступени маистата Боко увидел, как абордажники прикрыли тайную панель и собрали пистолеты.

Это было уже четвёртое нападение ибо-хирбю на императрицу, учитывая события на «Брунке», но ни один капитан не пострадал.

«Видимо, носора известны пиратские законы, — подумал Боко. — Опасаются мести качи, либо не хотят осложнять отношения с возможными исполнителями в планируемой ими войне с имперскими войсками».

— Только что мы стали свидетелями ещё одного неудавшегося покушения на императрицу, — сообщил принц.

— Граждане Империи! — усиленный аппаратурой голос Амадеи перебил Боко. — Нашему государству угрожают полным уничтожением. У космического коридора возле звезды Арагна сейчас находятся четыре флота вторжения. Это крейсеры дзугов, трейлян и ещё двух великих рас Галактики. В Большом мешке ведут наступление корабли Уорры. Наши соседи гризы уже захватили три планеты Империи и не намерены останавливаться. Но и внутри государства у нас хватает врагов. В прямом эфире граждане могли наблюдать неудавшийся переворот барона Ругонди. Были ещё несколько покушений на меня, поэтому я вынуждена использовать неординарные меры для защиты.

Боко обернулся. Загримированное лицо императрицы ничего не выражало, но в её голосе отчётливо слышались гневные нотки.

— Сегодня в этом зале я подпишу контракт с принцем Кобьером Ратаном, — продолжала Амадея. — Это вынужденная мера. Я жива благодаря воинам с пиратских кораблей, и могу положиться лишь на их защиту. Мне было сделано предложение о предоставлении услуг охраны. Я колебалась, но после нынешних событий вижу, что у меня нет иного выбора.

Амадея помолчала, а собравшись с силами, вновь заговорила:

— Суть предложенной мне оферты — охрана первого лица Империи и государственных рубежей. Сейчас в присутствии свободных капитанов и в режиме прямой трансляции на систему Дибы я заключу договор с принцем Ратаном, который принесёт в Империю мир.

Амадея сделала выразительную паузу, как бы давая возможность гражданам осмыслить услышанное, и затем продолжила:

— Я, во исполнение договора, обязуюсь предоставить флоту принца ресурсы из государственных хранилищ и гарантирую обеспечение кораблей, пока контракт не будет расторгнут по оговорённым причинам. Как верховное лицо государства, я беру всю ответственность на себя.

Хочу отметить, что в отношении оферты были проведены консультации с представителями государственных юридических служб. Специалистами планеты Сата подтверждена моя правомочность для заключения подобного договора. При ознакомлении с офертой юристы не нашли условий, которые повредили бы Империи. После подписания текст договора будет размещён на государственных ресурсах. Принесите мне документ.

Амадея взглянула на стоявшую рядом девушку в золотом платье. Тансалу заранее проинструктировали, и она спустилась на несколько ступеней к принцу. Боко протянул договор на государственной бумаге с гербами Империи и всех планет. Приняв документ, Тансала величественно развернулась и поднялась к Амадее.

Капитаны внимательно наблюдали. С каждым из них Боко обсуждал необходимость этого контракта, и качи понимали, что сейчас происходит. Флот, с помощью которого принц собирался защищать Империю, состоял из крейсеров присягнувших ему капитанов. Ещё не было таких прецедентов, и как теперь всё обернётся, не знал никто.

Качи признавали единственный документ — Кодекс, где прописаны все законы пиратской жизни. Имелись там и пункты, оговаривавшие, когда экипаж может расторгнуть клятву на пренду. Так, если братья сочтут, что другие корабли не соблюдают договорённости, капитан имел право отказаться от дальнейшего участия в миссии. Зато теперь качи могли рассчитывать на государственное обеспечение, что гораздо лучше периодической рачи.

Императрица объяснила причину заключения договора, чтобы граждане понимали, почему она пошла на его подписание. А ещё Амадея сообщила, что пираты стали на защиту государства. Это было важное политическое событие. После поддержки джентльменами удачи предателя Ругонди подобный поворот казался невероятным, а население считало пиратов преступниками. Но публичное подписание контракта с Ратаном предоставило качи статус государственных служащих.

А ещё сегодня всей Галактике был брошен вызов. Носора желали избавиться от пиратов и намеревались с их помощью уничтожить Империю, утопив людей в крови гражданской войны. Но принц сумел эту силу поставить на службу государству и разрушил коварные планы врагов человечества. Пожалуй, это был худший кошмар наимудрейшего Ий-ти, поскольку с пиратской армадой не способна воевать ни одна раса, пусть даже будут применены новейшие виды вооружения. А предыдущее столетие показало, на чьей стороне была сила.

Перед тем как поставить на договор свой вензель, императрица обвела взглядом зал. Она словно проводила смотр войскам, которые встанут на её защиту. Суровые мужские лица производили внушительное впечатление. Эти люди уже показали, что умеют воевать, и получить такую защиту хотел бы каждый правитель. Но всё это стало возможно лишь благодаря принцу. Взглянув на Кобьера, Амадея увидела в его глазах поддержку. Это помогло ей решиться, и, когда она поднесла вензель к договору, на документе пропечатался имперский символ.

Боко поднял руки и стал аплодировать. Капитаны присоединились к нему. Сейчас для пиратов начиналась новая жизнь, и они перешли из статуса разбойников в государственных служащих. В огромном зале эхо подхватило разносившиеся звуки, и создалось впечатление, что сейчас здесь не двести человек, а тысячи.

Когда овации стихли, Боко сказал:

— Качи, вы засвидетельствовали подписание договора между мной и императрицей. С каждым из вас мы обсуждали будущую пренду и сейчас начинаем подготовку к боевому походу. У государственных складов уже ожидают ваши грузовые модули. У меня есть списки капитанов, приносивших клятву. Только они получат обеспечение.

По залу пронёсся гул мужских голосов.

— Если другие корабли пожелают примкнуть к нашему флоту, их кэпы должны следовать обычной процедуре. Кодекс не запрещает присоединению к пренде новых участников. — Эти слова Боко произнёс, поскольку увидел капитанов, не приносивших клятву на «Брунке». Они прибыли в Алимли, возможно, желая разобраться в происходящем.

— Димгадар будет контролировать движение кораблей. С вопросами обращаться к нему, — сообщил Боко капитанам.

Он порой задумывался: «Почему качи избрали меня флагманом?» Никто из кэпов при личных встречах не дал ответа. Лишь одна идея звучала в их словах: Кобьер Ратан сам был капитаном, знал пиратскую жизнь, следовал Кодексу и показал приемлемое для экипажей будущее. И вот сегодня были сделаны первые шаги в этом направлении. Кстати, по тем же самым причинам кэпы согласились дать клятву на крейсере «Огненная буря» перед походом на Рону.

— Всем капитанам прибыть на хребет Вефат к складам, — распорядился Боко. — Там будет обсуждение пренды.

Глава 92

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба.
Дворец Алимли

Если бы Редина спросили, о чём говорилось на встрече, он, пожалуй, ответил бы общими фразами. Сегодня молодой человек был рассеян и не понимал, что с ним происходит. А сам он не отводил взгляда от стоявшей возле императрицы девушки по имени Летиса. В серебряном платье и с новой причёской, ему казалось, она затмевала красотой даже Амадею. Редин не мог себе объяснить, почему такое внимание уделял девушке, но та не покидала его мысли с момента их первой встречи на борту МДК. А подойти ближе к маистату он почему-то не решался.

Когда Ратан велел капитанам прибыть на погрузочную площадку складов, Редин не услышал его. А обратил внимание, что началось движение лишь после толчков расходившихся мужчин. Словно пробудившись, он озадаченно осмотрелся, и затем, прислушиваясь к тому, о чём беседовали капитаны, вместе со всеми направился к выходу.

— Редин! — Оклик принца заставил его остановиться и повернуться к маистату. Ратан махнул рукой, и он зашагал в обратную сторону.

В это время стилистки начали спускаться, и вновь Редин видел только Летису. Всё остальное ушло на второй план, и он не замечал ни суетившихся у маистата ремонтников, ни прошедших мимо эридаев.

Многоярусное платье девушки притягивало взгляд. Серебряные полукруги при ходьбе переливались, создавая эффект обернувшего Летису живого существа, а по контуру каждого элемента отблескивали цепочки. Полоса декольте казалась отлитой из серебра, но не возникало впечатления, что она тяжёлая. В тон платья, вероятно, созданные одним дизайнером, были ажурные босоножки, металлические ремешки которых застёгивались у колен. Причёску Летисы венчал тонкий, украшенный камнями обруч. Такой же наряд, только золотого цвета, был у Тансалы, но её молодой капитан не замечал.

— Редин, позаботься о наших гостьях. — Принц указал на подошедших к нему женщин. — Нужно доставить их на орбиту Роны. Убийца планет даст координаты яхты. Не хочу к этому привлекать ещё кого-то. Поможешь?

— Конечно, — кивнул Редин, почему-то отворачиваясь от Летисы. Когда та была далеко, он не отводил от неё взгляда, а теперь держался так, будто не видел. А сердце почему-то выстукивало частую дробь, и странное волнение мешало сосредоточиться.

— Ваше Высочество, а вы, помню, обещали компенсацию за предоставленные нами услуги, — надменно произнесла Тансала. — Слово принца что-то значит в этом мире?

Ратан повернулся, выразительным взглядом окинул стоявшую перед ним женщину, сощурил глаза, и затем, тронув улыбкой губы, произнёс:

— Думаю, эти наряды будут лучшей компенсацией за предоставленные услуги. Тут столько драгметаллов, что можно купить яхту. А ещё ваша компания получила такую рекламу, о которой лишь мечтают.

Глаза принца и Тансалы встретились, и женщина, опустив голову, сказала:

— Спасибо, Ваше Высочество, это действительно царский подарок.

— Напоследок у меня будет к вам настойчивая просьба, — в голосе принца были стальные нотки. — Не хочу, чтобы об императрице распространялись какие-то нелепые слухи. Это, сами понимаете, очень щекотливая тема. А за ложь, порочащую высшую особу, есть весьма строгая мера наказания. Мы понимаем друг друга?

Ратан выделил последнюю фразу, недвусмысленно предупреждая о неотвратимости кары.

— Да, Ваше Высочество. — В голосе Тансалы сейчас не было и тени той напористости, с какой вначале обращалась к принцу.

— А ваша компаньонка понимает? — С металлом спросил флагман у Летисы.

— Да, — твёрдо ответила девушка.

Редин впервые услышал её голос: звонкий и такой чарующий. Ему хотелось, чтобы она продолжала говорить, но беседа, к сожалению, закончилась.

— Надеюсь, — произнёс Ратан. — Спасибо за великолепную работу.

Окинув взглядом женщин, принц направился по ступеням маистата к снова уснувшей императрице. Вместе с ним начали подниматься несколько бойцов с антигравитационными носилками.

                                               * * *

— Летиса, нужно забрать наши комбезы, — раздался начальственный голос Тансалы.

Редин уже понял: эта женщина привыкла, чтобы мир крутился вокруг неё, и диктовала свои условия всем подряд, даже принцу. Но она попала в чужой мир, где совсем другие порядки, и её пожелания никому не интересны. Принимать это Тансала не хотела, и, повернувшись к работавшим у маистата мужчинам, скомандовала:

— Эй, ты, принеси наши комбезы. Они там, за этой горкой.

Но на неё никто не реагировал. Ремонтники с «Эрадона» разбирали элементы оборудования, а остальное их не волновало.

— Ты оглох?! — Тансала толкнула ногой сидевшего мужчину. В следующий миг на неё обратили внимание, но совсем не так, как она ожидала. Пират поднялся, став едва не на две головы выше женщины, а его огромная кисть мгновенно сомкнулась на горле обидчицы. По-видимому, мужчина сжимал всё сильнее, поскольку женщина стала хрипеть и задыхаться. А её руки и ноги молотили по телу пирата.

Только сейчас Редин отвлёкся от созерцания Летисы и, повернувшись, увидел эту сцену.

— Драск, отпусти грязеходку, — приказал капитан. — Мы не на борту.

Ремонтник глянул на кэпа, прошипел какое-то ругательство и небрежно отшвырнул женщину. Та чудом удержалась на ногах. А мужчина снова вернулся к работе.

— Да… что… это… такое? — выдавливала Тансала, растирая саднившую шею и пытаясь восстановить дыхание. А по её лицу потекли слёзы, оставлявшие влажные дорожки. — Разве… можно… к женщинам?

— Кто… такие… грязе… ходки? — Этот вопрос Тансала задала уже Редину.

— Качи называют всех жителей… планет грязеходами, — был ответ.

— Ты… капитан… должен наказать… своего подчинённого за… такое отношение к женщине, — потребовала Тансала, кипя от негодования и, по-видимому, желая мести.

— Почему? — удивился Редин. — Он среагировал на неуважение к себе, тем более при других братьях. Качи может убить того, кто оскорбил его.

— Даже женщину? — поразилась Тансала, забыв, что вытирала лицо.

— У пиратов есть понятие — брат. Это мужчины, которые живут на одном корабле. Отношения между членами экипажа определяет Кодекс. А грязеходки не пользуются теми же правами, что и братья.

— Значит… нас можно убить? — не успокаивалась Тансала, ловя ртом воздух.

— Законы Кодекса не распространяются на грязеходов, — жёстко отрезал Редин.

— Какое-то… варварство, — зло пробурчала женщина, продолжая вытирать потное лицо.

— А у пиратов есть подруги, жёны? — поинтересовалась Летиса, по-видимому, желая сменить тему.

— Это личное дело каждого брата. — Голос Редина смягчился. — Если качи хочет встречаться с гря… хм… женщиной, то это происходит вне корабля, на каком-нибудь модуле, либо на грязючке.

— Дикие законы, — прошипела Тансала, а затем громко скомандовала: — Летиса, идём за комбезами.

Женщины обошли маистат и вскоре появились с кремовыми баулами. Космическая одежда — это инженерный конструкт с множеством функций для выживания человека в неблагоприятных условиях. Создатели позаботились и об удобстве ухода за своим изделием. Комбез складывался, чтобы минимизировать износ внутренних элементов, а так же для уменьшения объёма при хранении и транспортировке.

— Спасибо, что заступился за Тансалу, — сказала Летиса Редину, когда они втроём уже шли к выходу. Стук каблучков босоножек отдавался эхом, и, казалось, наигрывал некую мелодию.

— Нашла за что благодарить! — вспылила Тансала. — Это его обязанность.

— Женщина. — В голосе Редина вновь зазвучал металл. — У качи свои законы. Я не защищал, а взял ответственность за нанесённое тобой оскорбление на себя лишь потому, что флагман… принц попросил доставить вас на яхту.

— Ты позволил бы меня убить? — изумилась Тансала.

— Это не моё дело. Нужно проявлять уважение к… окружающим. А если Драск пожелает, то может потребовать сатисфакцию. Я советую: пока вы среди пиратов, молчать и не провоцировать…

— На что? — не удержалась Тансала.

Редин вздохнул и через несколько шагов произнёс:

— Как уже говорил: на грязеходов Кодекс не распространяется. Поэтому любой качи может захватить и делать с вами, что угодно. Вас никто не трогает, хотя и нет сафсита, поскольку вы под моей защитой. Кстати, за убийство грязеходов качи ничего не будет.

Тансала испуганно оглянулась, но не произнесла ни слова. Ранее она с неким вызовом смотрела на мужчин, довольно плотоядно взиравших на женщин, но после объяснения капитана глаза уже не поднимала.

Выйдя из Торжественного зала, Редин и стилистки молча пересекли тёмный Гостевой холл и через парадную дверь покинули резиденцию. Под открытым небом их ослепило яркое солнце, и пришлось закрывать лицо руками, пока глаза не привыкли к свету.

В курдонёре стояло несколько групп людей. По-видимому, капитаны что-то обсуждали, но появление женщин заставило их замолчать, а мужские глаза устремились на красавиц. Возможно, раньше Тансала купалась бы в их взглядах, но сейчас она чувствовала себя дичью и едва не пробежала до самых ступеней.

Редин с женщинами в полном молчании спустились на несколько пролётов Парадной лестницы. Была вторая половина дня, и солнце уже пыталось цепляться за кроны исполинских деревьев. Помимо лучей Дибы, нагретые каменные поверхности тоже источали тепло, создавая эффект сковороды.

— Как же здесь жарко, — выдохнула Тансала, вытирая с лица пот. Сейчас никого не было вблизи, и женщины расслабились.

— Почему не переоделись во дворце? — отреагировал Редин, комфортно чувствуя себя в комбезе.

— Мужлан, — бросила женщина. — Ты не понимаешь: такие платья нельзя сминать. Это произведение искусства. Уж лучше потерпеть.

— Просто не верится, что я сюда попала, — выдохнула Летиса, окидывая взглядом панораму дворца. — Как же здесь красиво.

— Очень жарко, — бросила Тансала охрипшим голосом. — А ещё смертельно опасно. Ты не забыла, что в нас стреляли?

— В импера…, — хотела возразить Летиса, но не закончила слово. Видимо, до неё лишь сейчас дошло, что она тоже была в зоне поражения, и судорожный вздох с промелькнувшим испугом в глазах показали внутреннее состояние девушки. Без сомнения, сегодня им пришлось многое пережить.

— Опять паришь в своих мечтах, — упрекнула Тансала.

— В зале было красиво, — пролепетала Летиса. — Поэтому я как-то не обратила внимания на то, что происходило внизу.

— Там и встретила бы смерть, если бы не… невидимая защитная стена.

— Вечно во всём у тебя только негатив, — укорила Летиса. — Нападавших же уничтожили, и Амадея подписала договор. Зато мы оказались в трансляции с императрицей. О такой рекламе можно лишь мечтать…

— Летиса, а ты не подумала о том, что мы стали мишенями для пособников убийц? — с неким вызовом спросила Тансала. По-видимому, сейчас у неё наступило время осмысления произошедшего, и ей стало страшно.

— Мы случайно оказались во дворце и стояли рядом с императрицей, — бросила Летиса. — Нам нечего бояться. Зачем жить в том страшном мире, где тебе было плохо? Всё уже прошло. Тансала, оглянись. Здесь потрясающая красота, а ты никогда не вернёшься сюда.

Девушку вдохновлял окружающий пейзаж, и переполнявшие эмоции рвались наружу.

— Смотри, какие тут величественные деревья. Я читала об Алимли. На Рону были приглашены лучшие дизайнеры Империи, и они сотворили это чудо. Неповторимый белоснежный дворец, возносящийся пиками к небу. А эта сказочная лестница. Гляди, как она переливается цветовой палитрой. Наслаждайся. Но ты всё барахтаешься в страхах. Тансала, нам очень повезло, и, как говорил принц, теперь будет, что вспомнить.

Слушая Летису, Редин тоже глазел по сторонам, и, удивительное дело, поразился окружающей красоте. Пожалуй, если бы не эта девушка, прошёл бы мимо и не заметил того, о чём она говорила так эмоционально. Никто в его жизни не придавал значения особым формам деревьев, лестницам и дворцам, поскольку пиратские будни насыщены иными реалиями. Но сейчас Редин был благодарен Летисе за то, что открыла его душе волнующий мир красоты. А ведь он не видел всего этого, когда шёл к дворцу.

— Вернись на землю, космонавт, — пробурчала Тансала. — Тут могут тебя безнаказанно убить, словно зверушку.

— Да ну тебя, — фыркнула Летиса и зашагала по следующему лестничному маршу. Редин сопровождал её, и Тансала была вынуждена поспешить за ними.

Несмотря на жару, чувствительная натура художницы не могла оставаться равнодушной к окружающей красоте. Над ландшафтом резиденции потрудились лучшие дизайнеры, и Летиса вертела головой, по-видимому, напитываясь эмоциями. Конечно, без заботливых садовников растительность на окружающих террасах увядала, но даже сейчас ландшафт казался сказочным.

С каждым пройденным маршем цвет ступеней менялся от белого до тёмно-зелёного, чтобы внизу слиться с уходившей в лес Королевской дорогой. По ней спутники и направились к космодрому, откуда долетал гул стартовавших звездолётов.

— Капитан, можно вопрос? — Летиса повернулась к сопровождавшему мужчине, когда их накрыла тень деревьев.

Идти стало легче, и, видимо, у неё появилось желание поговорить.

— Попробую ответить, — усмехнулся Редин. Он заметил, что ему было приятно беседовать с девушкой и слушать её голос. А ещё его увлекали затрагиваемые ею темы. Это был новый жизненный опыт, так как на борту он общался только с братьями, а с ними обсуждал сугубо пиратские темы.

— В зале я видела много мужчин, — прозвучал высокий голосок Летисы. — Все такие экстравагантные, эпатажные. Кто они?

— Почти все капитаны звездолётов. Это те, у кого были такие же, как у меня, цепи с кулонами. А ещё абордажники.

— А кто они?

— Воины-десантники. Принц велел поставить их для охраны на случай нападения носора, поэтому убийц сразу ликвидировали.

— Я в зале увидела, что ты самый молодой капитан. Почему тебя выбрали? Или назначили? Я не знаю, как это у вас происходит. Ты совершил подвиг?

— Нет. На общем корабельном собрании была предложена моя кандидатура, и большинство проголосовало за меня. Так получилось.

— Почему-то не верится. — Летиса покачала головой. — Чтобы командовать пиратами, нужно быть… ну… быть может, очень умным и сильным. Признайся, ты всех победил?

Редин задумался и позже ответил:

— Есть люди, которые гнут металл руками. Я уже не говорю об уроженцах грязючек с высокой гравитацией. Они раздавят любого, словно… тесто. Но, чтобы экипаж выжил, требуется учитывать множество факторов. Не все способны на это.

Королевская дорога была по-своему красива, и Летиса останавливалась, чтобы делать снимки. Как заметил Редин, её вдохновляли статуи, взиравшие на проходящих с высот постаментов. Девушка вслух читала имена и часто издавала различные восклицания.

— Тут памятники всем великим умам нашей цивилизации! — восторженно сообщила Летиса. — Как здорово, что мы можем с ними познакомиться. Ты согласен?

— Мне они неинтересны, — отмахнулся Редин.

— Как? — изумилась девушка. — Неужели тебе неизвестны имена учёных, композиторов, или хотя бы политических деятелей, создавших Империю?

— Я знаю пиратских вожаков, водивших флоты. Капитан Папа Боко организовывал такие пренды на носора, что о нём ходили легенды. А за его голову назначены награды в миллионы дагини. Кстати, принц Ратан внук Папы.

Пройдя несколько шагов, Редин продолжил:

— Мы недавно прилетели в Империю, и для меня эти люди на постаментах неизвестны. Да и зачем пирату композиторы, учёные и прочие грязеходы? На мои боевые способности они не повлияют. А для сражения с носора нужен опыт и…

— Смотри! — указала Летиса. — Ты говорил о войне, и вот кантол Туфардат! Он известен тем, что в…

— Самых великих здесь нет, — возразил Редин. — Все эти военные прошлых эпох проиграли сражение у Арагны, и потому Империя попала под вековую оккупацию дзугов. А капитанов, уничтоживших множество флотов носора, знают лишь качи. Если изучить их опыт, можно завоевать всю Галактику.

— Наверное, ты прав, — отреагировала Летиса. — Но всё равно это не умаляет достижения великих личностей прошлых веков. На основе того, что они придумали, цивилизация смогла развиться, и мы дожили до настоящего.

Редин не стал продолжать эту беседу. Он понимал, что ему не хватало образования. Молодой капитан вспомнил Папу Боко, пытавшегося дать пороховым обезьянам хоть какие-то азы науки. Но жизнь на пиратском звездолёте настолько далека от прочих реалий, что у пацанов не было интереса к познанию чего-то абстрактного, не относившегося к их повседневности. Редин не отрицал: девушка права, но для поддержания такого диалога ему не хватало знаний.

— Слушай! — воскликнула Летиса. — А у меня идея!

— Начинается, — донеслось бурчание шедшей позади Тансалы. То ли её доконала жара, то ли она по-прежнему жила в мнимых страхах, но за всё время пути до космодрома она не издала ни звука. А может, просто не мешала подруге беседовать с симпатичным пиратским капитаном.

— Редин, я вот подумала, — девушка говорила, не обращая внимания на бормотание коллеги, — если бы ты опубликовал книгу о подвигах пиратских капитанов, то стал бы великим. Этот опыт необходим людям, чтобы они могли защищать Империю.

— Никто не расскажет тебе секреты, — вздохнул Редин. — Качи добывали свой опыт в боях ценой гибели братьев и звездолётов. Перед каждой прендой была тщательная подготовка, разработка планов, закупка либо похищение нового оборудования и оружия. Заключались союзы с кораблями, и изучалась обстановка в системе. А затем качи нападали на грязючки, либо потрошили караваны. Приходилось изощряться, поскольку носора изучали пиратскую тактику и создавали защиту. Но люди изобретали новые способы. Выжили наиболее подготовленные экипажи. А сколько погибло качи, остаётся лишь догадываться.

— Ты, конечно, прав, — не отрицала Летиса, — никто не откроет тайну. В нашей отрасли тоже большая конкуренция, и специалисты не спешат делиться своими секретами. Но если что-нибудь расскажешь кому-то, не сомневаюсь, собеседник ответит тем же. А представляешь, какой ты будешь непобедимый, если соберёшь боевой опыт других капитанов.

— Наверно, — улыбнулся Редин, удивляясь, почему такая простая мысль не пришла самому. — Папа Боко говорил, что разрабатывал успешные пренды благодаря урокам старых полководцев. Он использовал их стратегии для войны с носора.

— Вот видишь, — рассмеялась Летиса. — А если к этому прибавить опыт громивших врагов пиратов, это будут бесценные знания.

— Я подумаю.

— Редин, я слушала тебя и удивлялась тому, что пираты соблюдают Кодекс, — вернулась Летиса к беседе после очередного снимка. — Обычно считается, что качи — бандиты, только и мечтающие: кого бы ограбить или лишить жизни. Но у вас такие строгие законы. А на Сате по-другому. Когда начинаешь разговаривать с некоторыми… хм… индивидами, те порой такую несут чушь, что становится даже страшно. А пираты дисциплинированные, прямо как военные.

— Кодекс — самый главный документ качи. Если бы не следовали ему, то все уже перебили бы друг друга. Но наш закон позволяет выжить, поэтому братья уважают его. В нём описаны многие ситуации…

— Но ведь невозможно учесть каждую мелочь. А мир очень разнообразен.

— На кораблях есть свои законы, которые не противоречат Кодексу. Если возникают сложные вопросы, их обсуждают на общих собраниях. Но принятые решения должны быть справедливы.

— Редин, ты рассказывал, что у пиратов есть женщины, — вспомнила Летиса. — А вы как-то защищаете… подруг? Качи же не всегда сопровождают их.

— Если у… грязеходки есть сафсит, то ни один пират не тронет её и пальцем.

— А что это?

— М-м-м… Знак защиты, оговорённый в Кодексе.

— У пиратов свои законы, — задумчиво произнесла Летиса. — Но вы же общаетесь с… качи называют жителей планет грязеходами. А в нашем мире совсем иные понятия. Как это соотносится с Кодексом?

— Не обижай другого, и никто тебя не тронет. Но если зацепят брата, корабль может наказать за это очень жёстко.

— Справедливо, — согласилась Летиса. — А ещё вопрос…

Казалось, любопытству девушки не было предела, и она расспрашивала пирата о Кодексе, сражениях и жизни на борту. Так, беседуя с Летисой, Редин не заметил, как прошёл два километра до космопорта.

                                                * * *

На дворцовом космодроме стояло множество яхт и МДК. Преобладали пиратские корабли, но были и суда, оставшиеся после переворота Ругонди. Замысловатых конструкций и припавшие пылью, сейчас они казались мёртвыми чудовищами. Пространство наполнял низкочастотный техногенный гул двигателей, создававших мощные воздушные потоки. А ещё здесь было больше, чем на Королевской дороге, озабоченно сновавших мужчин.

Ближайший МДК, мимо которого проходили Редин и женщины, как раз стартовал. От внезапного порыва ветра у Летисы с головы слетел обруч. Бросив свой комбез, она помчалась догонять его.

Тансала либо закрепила корону, либо глубже насадила, и та осталась на месте. Но её причёску сильно потрепало, и сейчас женщина выглядела уже не так презентабельно, как в Торжественном зале.

Редин был в комбезе и не обратил внимания на ветер. Он поднял баул Летисы и направился к своему МДК, стоявшему в ряду следующим. На этом же корабле Ларт спустил женщин с орбиты на Рону.

Тансала молча следовала за капитаном. Но когда остановились у МДК, женщина обречённо произнесла:

— Похоже, Летисе конец.

Редин как раз открыл шлюзовую переборку, а услышав слова грязеходки, обернулся. Он не увидел девушку, с которой шёл от дворца, но обратил внимание на группу абордажников. Судя по огромному росту и покрывавшему кожу меху, это были уроженцы планеты Сутуран с крейсера «Полный беспредел».

— Поднимайся на борт, — скомандовал Редин Тансале не допускающим возражения тоном, а сам направился к группе мужчин.

Он не понимал, что с ним происходит. Беспокойство за Летису захватило его душу, а по коже прошёл неприятный озноб. Ещё ни о ком он так не переживал. Редин догадался: девушку окружили абордажники, и кисти его рук сжались в кулаки. Чтобы спасти Летису, он был готов сражаться даже с огромными сутуранцами.

Подходя к толпе десантников, Редин услышал гогот.

— Откуда это взялась такая ряженная грязеходочка? — спросил кто-то густым басом, и мужчины разразились смехом. — И без сафсита. Ты не заблудилась тут, кроха? А может, мы сейчас найдём тихое местечко и весело проведём время? Не возражаешь? Давай, соглашайся. Тебе выпал такой редкий шанс познать любовь настоящих мужчин.

Редин свистнул сигнал «слушай меня». Бойцы мгновенно развернулись и свысока уставились на едва достигавшего им до груди мужчину с капитанской цепью. Любой из них играючи размазал бы его. Редин увидел, что повернулись также многие пираты, расслышавшие свист даже сквозь гул космодрома.

— Качи! — с напором прокричал он. — Эта грязеходка находится под защитой флагмана и крейсера «Эрадон»!

Сперва в глазах мужчин проявилась злость и, судя по языку их тел, намерение прикончить вмешавшегося чужака. Но парни оценили ситуацию, и один из них, тот, что говорил басом, произнёс:

— Кэп, мы просто хотели познакомиться с грязеходкой. У неё же нет сафсита. Но раз это подруга флагмана, желаем ей и вам благосклонности космической девы.

— И вам того же, качи, — ответил Редин принятой в их среде фразой.

Абордажники переглянулись и, развернувшись, неспешно зашагали к своему МДК. А на площадке осталась одна девушка, прижимавшая к груди обруч. По её лицу было видно, насколько она напугана, что объяснимо: сутуранцам женщина едва доставала до пояса и рядом с ними казалась ребёнком.

— Летиса, идём на корабль! — позвал Редин.

Девушка чуть не бегом рванула с места. Судя по выражению лица, она едва держалась, чтобы не расплакаться.

— Я же говорила: тут опасно, — встретила её Тансала в салоне.

Летиса прошла мимо и в отсеке рухнула в кресло. Её плечи сотряслись в беззвучном рыдании.

Редин последним вошёл в салон и сразу приступил к взлётной подготовке. На борту не было других мужчин, и женщины расслабились. Они уже привыкли доверять капитану и, сидя в креслах, тихо переговаривались между собой.

                                                * * *

Когда МДК вышел на орбиту, Редин связался с Убийцей планет. Тот сообщил координаты и частоту оставленного на захваченной яхте маячка. Сверившись с картой системы, Редин проложил маршрут. Гражданское судно абордажники бросили в точке Лагранжа по направлению к звезде. Там яхта могла бесконечно долго оставаться в одном положении, вообще не потребляя энергии.

После инцидента на космодроме настроение Летисы заметно упало, и весь полёт она всхлипывала, эмоционально переживая произошедшее. С ней ничего плохого не случилось, но иногда мы так запугиваем себя, что мнимое кажется самым ужасным. Тансала по-своему успокаивала подругу, но в её исполнении это звучало скорее как выговор и осуждение, а не дружеское участие.

Редин был занят и не вмешивался в женские разговоры, но долетавшие высказывания поражали его. Взять хотя бы: «все мужики сволочи, а пираты вообще безмозглые убийцы». Если бы он подобным тоном и такими словами говорил с братьями, его уже порешили бы.

Перелёт к яхте занял около получаса. Редин спешил. Ему требовалось вернуться на Рону к стратегическим складам, где флагман намеревался обсудить план пренды, поэтому он выжимал из маневровиков максимум, на который были способны оба двигателя.

Редин опасался, что абордажники вырубили систему яхты, и её придётся активировать. А это занимало много времени. Но как оказалось, качи лишь заблокировали центральный процессор, введя запрет на подключение единственного двигателя. Это был обычный приём во время захвата малого судна, на котором отсутствовали оружейные системы.

Редин неоднократно участвовал в боевых операциях и знал, как обращаться с искусственным интеллектом корабля. Он пристыковался в автоматическом режиме, а затем со своего МДК послал сигнал разблокирования системы яхты.

— Мы прибыли, — сообщил Редин.

Женщины были заняты разговором, а услышав мужской голос, встрепенулись и непонимающе уставились на капитана.

— Шлюз открыт, — сказал пират. — Можете переходить на свою яхту.

— Вы нас отпускаете? — Похоже, Тансала не верила, что всё закончилось.

— Помните слова принца? — поинтересовался Редин. — Вы свободны.

Немая пауза и растерянные женские лица позабавили мужчину.

— Наш корабль больше не будут задерживать? — уточнила Тансала, по-видимому, всё ещё не доверяя пирату.

— В случае угрозы ссылайтесь на принца Ратана, — посоветовал Редин. — Скажете качи, что вы под его защитой.

— Летиса, идём, — скомандовала Тансала, бросая тревожные взгляды на мужчину. Женщины встали и заспешили к выходу.

— Вы можете самостоятельно управлять яхтой? — спросил Редин, закрывая внутренний шлюз МДК. Одновременно стала подниматься наружная переборка, сопряжённая с панелью другого звездолёта.

— Этой мой корабль, — ответила Тансала не оборачиваясь. По-видимому, ей хотелось поскорее покинуть пиратский МДК. — Я пилот. У меня есть удостоверение и разрешение на полёты внутри системы.

— Удачи. Пусть вам сопутствует космическая дева, — пожелал Редин.

Тансала ничего не ответила. А едва переборка поднялась до середины, она, пригнувшись, шмыгнула на яхту. На таких малых кораблях шлюзовые камеры не устанавливались, поэтому космонавты сразу попадали в салон. Внутри автоматически зажёгся свет, и стал виден коридор, окрашенный в абстрактные узоры. А ещё потянуло парфюмерным ароматом. Редин знал, что существуют особые аэрозольные смеси, наполняющие салон запахами. Но на своих крейсерах пираты их не использовали.

У переборки Летиса остановилась и повернулась к провожавшему гостей капитану.

— Редин, я хочу поблагодарить тебя, — произнесла девушка и робко улыбнулась. — Я сильно испугалась, когда меня окружили те громилы. Но ты спас и теперь будешь моим героем.

— Пусть тебя хранит космическая дева, — печально вымучил Редин, ощутив, как заныла душа. Ему очень не хотелось расставаться с Летисой, но она из иного мира, а на пиратском крейсере женщины под запретом. Но всё это сейчас неважно, поскольку ему хотелось быть рядом с ней.

— Мы ещё встретимся? — спросила девушка, воззрившись на мужчину печальными глазами, а в её голосе угадывались некие эмоции.

— Мне хотелось бы, — признался Редин и улыбнулся. — Но мы путешествуем по Галактике, и где окажемся завтра, неизвестно. И не скажу, когда вернёмся в эту систему.

Летиса вздохнула и, протянув что-то зажатое в руке, произнесла:

— Возьми. Это моя визитка. Если будешь вблизи Саты, обязательно найди меня. Хорошо? Я буду ждать.

Редин взял небольшую пластиковую карточку, на которой был нарисован ярко-красный цветок и какие-то символы. Повертев её в руках, он вопросительно взглянул на девушку.

— Здесь записан мой код, — пояснила Летиса. — Я получу сигнал из любой планетарной системы и отвечу.

— Спасибо. — Редин сжал карточку в кулаке и улыбнулся. — Обязательно свяжусь, когда вернусь. М-м-м… Летиса, я тоже хочу… кое-что тебе подарить.

Он снял с шеи кулон на тонкой золотой цепочке и протянул девушке.

— Возьми.

— Что это? — Летиса внимательно разглядывала ювелирное изделие.

— Если пираты снова будут поблизости, покажи им этот кулон. Здесь на общегалактическом написано — Эрадон. Так называется крейсер, на котором мы встретились. А с обратной стороны выгравировано моё имя. Увидев его, качи отпустят тебя.

— Это… сафсит? — девушка устремила на мужчину вопрошающий взгляд.

— Нет. Я не делал его, поскольку ещё не было гря… женщины, которой хотел бы подарить. Это мой личный жетон. Скажешь любому пирату, что ты под защитой капитана «Эрадона», и тебя отпустят.

— Спасибо, — улыбнулась девушка. — Теперь и у меня будет настоящий пиратский символ.

— Летиса, ты где?! — донёсся крик Тансалы. — Яхта рабочая. Надо торопиться. Может, ещё успеем на «Галактический рассвет».

— Мне пора, — выдохнула девушка печально.

— Лети, — погрустнело лицо Редина.

Летиса подняла голову, и их взгляды встретились. А в следующий миг она обхватила шею мужчины и наградила его поцелуем. Это было так неожиданно, что он растерялся. А затем внезапно нахлынувшие эмоции буквально нокаутировали Редина. Сколько длилось это состояние, осталось неизвестно, а когда Летиса отстранилась, мир для него стал каким-то другим. Перед ним словно открылась тайная дверь, в которую ещё не входил.

Летиса покинула шлюз, а остановившись в коридоре яхты, обернулась. Пока закрывалась переборка, глаза мужчины и девушки вели свой диалог, сообщая то, о чём ещё не говорилось вслух.

Глава 93

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Космическая яхта «Хасиката»

Интоксикация и напряжение предыдущих дней плохо сказались на здоровье Амадеи. После церемонии в Алимли и активации государственного хранилища на горном хребте Вефат, она не осталась на обсуждение предстоящей военной кампании. Амадея заснула прямо на гравиносилках в шатре возле стратегических складов, и её перенесли на «Хасикату».

Находившийся возле императрицы врач с крейсера «Гроза носора» поставил диагноз: интоксикация организма, нервное и физическое истощение. Он советовал разместить Амадею в клинике на планете, где ей окажут профессиональный уход и помогут восстановиться после отравления неизвестным веществом. Но Ратан сейчас не мог доверить императрицу грязеходам. Слишком высока была вероятность, что ибо-хирбю опять подготовят покушение.

На состояние Амадеи повлияли также события прошедших дней и новая информация. У неё возникли сомнения в правильности своих поступков, а внутренний мир нуждался в корректировке.

Она тяжело переживала уход Рея и его безразличие к себе. А раны неудовлетворённой любви, как известно, довольно болезненны и заживают долго. Амадея видела будущее с Реем. Но мужчина, ради которого императрица рисковала и пожертвовала бы собой, даже не стал с ней говорить, когда они были физически близки.

А кроме потери любимого, Амадея осталась ещё и без ближайшей подруги, бывшей для неё единственным членом семьи. Когда Ларита погибла, закрыв её от энергетического луча, Амадея будто лишилась важнейшей части своей души. Больше не было друга, понимавшего без слов, и с кем можно обговорить любую мелочь. А без этого и жизнь, казалось, потеряла смысл.

А потом появились пираты. У них были свирепые лица со шрамами и отталкивающими дефектами, а ещё пугающая слава непобедимых убийц. Кто бы знал, как она боялась пиратов. Амадея привыкла считать их врагами, ведь эти галактические бандиты летели с бароном Ругонди убить императрицу, то есть — её. Рядом с ними Амадея чувствовала себя дичью перед хищниками, готовыми растерзать беспомощную жертву. Но судьба будто специально опять сталкивала её с тем, чего боялась, возможно, для того, чтобы научилась с этим справляться.

В ожидании флота Фарима Карде императрица готовилась к смерти и приняла бы её. Но судьба распорядилась по-своему. В жизни нет ничего абсолютно белого либо чёрного, а пустота рано или поздно должна заполниться. В окружении императрицы появился человек, буквально перевернувший её судьбу. Без него она не смогла бы выжить в Алимли. Кобьер Ратан сделал настоящее чудо и, как Амадея вынужденно признала, стал для неё единственным защитником.

Но она не могла забыть его пиратское прошлое, и её душу подтачивал червь недоверия. Амадея считала, что личность не может измениться и из врага превратиться в друга, хотя сейчас и наблюдала такой парадокс.

А ещё было пророчество Ашары, гласившее, что вместе с Реем придёт будущий муж императрицы. К сожалению, ясновидящая тогда сбежала и не поделилась подробностями. Уж лучше бы вообще ничего не говорила, ведь именно то короткое предсказание изменило жизнь императрицы. До прилёта мятежников Амадея вспоминала пророчество лишь в отношении Рея и полностью забыла продолжение. Но теперь его вторая часть стала актуальна. Почему-то не могла она смириться, что судьба уже сделала за неё выбор. Возможно, Кобьер появился в её жизни не в тот момент, ведь все мысли девушки были посвящены Рею.

После неудавшегося переворота Амадея боялась заглядывать далеко в будущее и строить планы. Но она заметила: о чём бы ни думала сейчас, в её мыслях всё чаще стал появляться Кобьер. Амадея не хотела быть слишком зависимой, но сейчас без Ратана не решались никакие проблемы. И это тоже пугало.

Как же ей не хватало Лариты. Подруга по-матерински заботилась о ней и давала мудрые советы. Внезапная смерть фаворитки тягостным бременем легла на душу императрицы.

«Лара погибла из-за меня» — казнила себя Амадея.

Кантол Ипри тоже пожертвовал своей жизнью. А ведь она не хотела гибели людей и потому гнала всех из столицы. Но наши желания часто не исполняются, и императрице не удалось остаться в одиночестве, как на поле Этраны.

Ещё до спуска на Рону Амадея просила Кобьера что-нибудь сделать для Лариты и кантола. Пираты слушали переговоры застрявших в Алимли бойцов спецназа с командованием на Сате и узнали, что те похоронили все обнаруженные трупы. Среди них были старый кантол и девушка. Это известие немного утешило Амадею.

Сейчас, как и в тот роковой вечер на Этране, императрице не на кого было опереться. Прежняя жизнь ушла и забрала тех, кто помогал ей подняться на высший пост. Теперь у неё были лишь титул и мнимая власть.

«Я тоже должна была умереть, — эта мысль казалась Амадее правильной. — Рей выбрал Ашару, Ларита погибла, а те, кто помогал стать императрицей — носора. Ибо-хирбю использовали меня в своих целях и теперь намерены убить. Вон сколько было покушений. Но я почему-то ещё жива. А меня ведь все бросили. Что мне остаётся? Положиться на Ратана? Но он приблизился ко мне по той же причине, которая двигала и Эдраном Карде. Кобьеру требуется не девушка Амадея, а мой титул. Я же вижу: пиратский флагман стремится занять трон. А добившись своего, он бросит выскочку. Я обречена».

От калейдоскопа неутешительных мыслей по телу прокатывал озноб, и ей постоянно хотелось плакать. Она не была трусихой и всегда отважно шла навстречу любым вызовам, которые бросала судьба. Но сейчас Амадея расклеилась. В её жизни наступил перелом, и больше не было уверенности в своих силах. Всё, казавшееся ранее незыблемым, вдруг разрушилось, и обнажилась горькая истина: «Меня просто использовали, и теперь, когда исполнила свою роль, хотят уничтожить, словно мешающую деталь».

По просьбе императрицы, покидая Рону, Кобьер пролетел над Алимли. Амадея с болью смотрела на свою резиденцию, и её душили слёзы. Всё будто было прежним, но…

Белоснежный дворец уже не казался домом. Там царило запустение. А ведь совсем недавно резиденцию наполняло множество людей: ботаники ухаживали за деревьями, чахнущими теперь без ухода, сановники всех рангов постоянно суетились, решая различные государственные проблемы. А на посадочной площадке раньше было тесно от звездолётов, и диспетчерская служба даже подавала заявку на постройку нового космопорта. В том, прежнем мире императрица Амадея подписала великий договор с бывшими оккупантами, и её все любили.

«А теперь я стала мишенью для убийц, и у меня уже нет завтра, — всхлипнула она. — Возводя новую столицу, люди верили, что Алимли станет символом их счастливого грядущего. Строители душу вкладывали в каждую деталь сверкающего дворца, веря, что созидают новое будущее. Но дзуги предрешили судьбу Империи, и Алимли стала иным символом — предупреждающим знаком: так может быть и с человечеством, если люди не смогут выстоять и победить. Столица вымерла после неудавшегося переворота Ругонди. Лишь колышущиеся ветви деревьев-исполинов, названия которых я так и не запомнила, нарушают теперь покой Алимли».

— Кобьер, ну почему судьба так несправедлива? — всхлипнула Амадея, провожая уменьшавшуюся на экране резиденцию. — Всё рушится, гибнет и изменяется в худшую сторону. Посмотри: что здесь осталось? Я вижу лишь запустение и распад. Как это печально. Сейчас невозможно представить, что совсем недавно Алимли была столицей, и люди жили здесь надеждой на лучшее будущее. А теперь всё, созданное заботливыми руками творцов, приходит в запустение. Как тяжело это видеть.

Принц управлял кораблём и не поддерживал беседу. А Амадея не могла остановиться.

— И ты, Кобьер, тоже ответствен за происходящее. Вы… с бароном хотели убить меня и погубили государство. Мятежники уничтожили имперскую армаду, и теперь люди обречены. Я не могу видеть мою столицу умирающей.

Принц молчал, сосредоточившись на управлении яхтой. Его руки порхали над светящимися окошками пульта, а на мониторе постоянно мелькали неизвестные символы.

— Почему ты молчишь, Кобьер?! — не унималась Амадея. Печаль сменилась в её душе яростью и гневом. Эмоции разбушевались, и она выплёскивала их наружу. Амадея провоцировала ссору, но сейчас ей было всё равно. Ничто её не радовало. Новые реалии отобрали казавшиеся святыми и незыблемыми устои. А самое главное — она лишилась веры в себя.

                                                * * *

Боко уже жалел, что уступил просьбе Амадеи и пролетел над резиденцией. Сейчас девушке лучше было не волноваться. Он и подумать не мог, что у неё вид покинутого дворца вызовет такие эмоции.

Его душа была зрелой и мудрой. Боко предпочитал не отвечать на женские провокации. Известно, что любой огонь не может долго гореть, если его не подпитывать. Порой лучше смолчать и не наговорить тех обидных слов, за какие потом долго будет стыдно. Выплёскиваемое в ссоре всё равно останется между людьми, ведь, как известно: слово — не птица, выпустишь — не поймаешь.

А ещё Амадея очень напоминала ему Ланли. Порой он ловил себя на мысли, что думает об императрице, как о бывшей жене. А память о супруге была для него священна. Поэтому, когда Амадея заводилась, Боко не отвечал на девичьи эмоции.

Врач сказал ему: «последствия нервного срыва постепенно улягутся. Всё пройдёт, если создать вокруг императрицы благоприятный дружественный климат». Что Боко и пытался делать.

Он посмотрел на Амадею. В белом комбезе с заплетёнными в косу волосами, та сидела на диване, промокая салфеткой выступавшие слёзы. Лицо девушки болезненно осунулось и уже не выглядело кукольным, как в первые их встречи.

— Мне страшно, Кобьер, — произнесла Амадея после небольшой паузы.

Боко вздрогнул. Именно эти слова и тем же тоном под влиянием недуга когда-то говорила Ланли.

А девушка, всхлипнув, продолжила:

— Всё рушится. Мятежная армада разгромила половину военных сил Империи. Гризы убивают людей уничтожителем генов и отнимают у нас планеты. Вся Галактика ополчилась против человечества и жаждет нашей гибели. Кобьер, неужели ты думаешь, что пиратский флот из ста восьмидесяти кораблей спасёт Империю? Я не верю. В государственной армаде было гораздо больше звездолётов, но дзугские крейсеры разгромили её.

— Нам ещё предстоит разобраться, какое тогда было применено оружие, — задумчиво произнёс Боко. — Я подозреваю, что оно запрещено…

Но Амадея не слушала принца и продолжала:

— Гризы убьют всех, и нас в том числе. Нам ничего не остаётся…

— Остаётся! — прервал Боко девушку. Ему надоело слушать её нытьё, и его душа выплеснула мысли, порождённые мучительными размышлениями. — Людям остаётся то, что никто не отберёт, если сам не позволишь — надежда. Именно она движет массами и конкретной личностью и помогает выжить. Без надежды человек мёртв, но с ней преодолевает все невзгоды и преграды, вечно мешающие двигаться вперёд. Личность обретает мудрость, только одолевая трудности и кажущиеся незыблемыми препятствия. Путь к успеху проходит по лестнице неудач. А наградой тому, кто поднимется по ней — жизнь, удовлетворение и счастье.

Боко перевёл дыхание и прислушался. Девушка затихла, и он понадеялся, что вывел её из состояния хандры.

— Появление Рея в нашем мире укрепляет мою веру в будущее, — продолжил Боко. — Он — посланник высших сил и пришёл сражаться за нас. Значит, есть там, даже не знаю где, некто, заботящийся и думающий о людях. Поэтому я уверен, что победа будет за нами.

Амадея задержала дыхание и, раскрыв глаза, уставилась на принца. А Боко, отвлёкшись от управления, вещал, словно на сцене:

— Приход Рея — знак, что у людей есть будущее. Всегда борьба за высшие ценности — свободу и независимость — очень трудна. Но лишь тот, кто верит в победу, до конца пройдёт тернистый путь невзгод. Жизнь любого существа наполнена борьбой и преодолением различных препятствий. Тот, кто сломается, ничего не получит. Лишь продолжая движение, мы постигаем мудрость и взрослеем душой. И так строим наше будущее.

— Это всё лишь красиво звучит, — отмахнулась Амадея, но в её голосе было не пренебрежение, а задумчивость. Возможно, в услышанном она уловила нечто, отвечавшее её мыслям.

— Ваше Величество, вы — императрица, — говорил Боко, не обращая внимания на скепсис Амадеи. — Народ верит в вас. Иначе мне не удалось бы собрать пиратский флот. Свободные капитаны вместе с братьями по кораблю видят своё будущее в мире, который вы олицетворяете. Лишь поэтому они согласились идти в бой. Императрица обязана быть твёрдой и излучать силу. Вам нужно дать народу надежду, чтобы люди поверили в себя. Ведь ничего другого они не ждут от императрицы. Так будьте же достойны своего высокого титула.

Амадея упала на диван, а её тело сотрясли рыдания.

— Что я могу дать? — вымучивала девушка. — Я одна… Я бессильна… И нет у меня ничего… Всё гибнет… рушится… Где мне взять эту веру, о которой ты говоришь? Надежду? Не могу я никого обманывать и дать то, чего у самой нет.

Боко сел на диван возле Амадеи. Он осторожно положил руку на голову девушки и вдохнул такой волнующий женский аромат. Сердце его ускорило ритм, а душу захлестнули эмоции.

Боко нежно гладил волосы Амадеи, а память оживляла давно забытые воспоминания. Приятная робость пробудилась в его сердце и зазнобила, как в той далёкой первой молодости. После похорон Ланли старый капитан не подпускал к себе женщин. Но времена изменились, и сам Боко стал другим.

— Человек не живёт одним днём, когда всё впервые. Прошлое, вкупе с настоящим, управляет нашими мыслями и поступками, — говорил принц. — Тёмная полоса обязательно сменится светлой, и жизнь заиграет новыми красками.

Боко неожиданно поймал себя на мысли, что всё повторяется. Он уже когда-то был в этой сцене, и вот снова, как и в прошлом, сидит возле Ланли, по-прежнему молодой и красивой, и успокаивает её. Но это был не фантом, а лежавшая перед ним Амадея.

Та прежняя Ланли была женой пиратского вожака. Но времена прошли, и образ погибшей любимой отдалился. У Боко теперь была новая жизнь с другим сценарием, и неожиданно вспыхнувшей страстью к Амадее, как некогда к Ланли. Он ещё не осознал это, но душа уже занемогла неизлечимой болезнью, называемой любовью.

Девушка успокоилась, и её тело больше не трясло от рыданий. Боко уловил (или ему показалось) некий тайный ответ женской души. Влечение, доверие, любовь возникают между людьми по каким-то особым причинам, не поддающимся пониманию. Всё происходит, минуя сознание, и разум уже потом, приноравливаясь к изменившейся реальности, начинает мыслить по-новому.

                                                * * *

Амадея внезапно ощутила нечто особенное. Рядом был он — мужчина, предназначенный ей судьбой. Её душа замерла, стараясь понять, как быть с этим.

Кобьер не спорил с ней, но поддерживал в трудную минуту, не возражал, но помогал уяснить новое и переосмыслить. Он не стремился переделать её, а старался утешить и заботился. Как же не хватало ей подобного дружеского участия близкой души.

Только Ларита давала всё это подруге детства. Пообщавшись с ней, Амадея исцелялась внутренне и восстанавливала уверенность. Ласковая и заботливая, Лара утешала и согревала, а ещё заполняла любовью уголок души, так нуждающийся в этом. Лишившись подруги, Амадея чувствовала себя одинокой и покинутой. Как ни парадоксально, но человек по-настоящему ценит лишь то, что теряет, и всегда сожалеет об утраченном.

Оказавшись в интимной близости с принцем, Амадея почувствовала себя гораздо лучше. Кобьер наполнил её душу теплом и чем-то таким, что не передаётся словами. С ним было легко и спокойно, но совсем не так, как с Ларитой, ведь он мужчина. А ещё Амадее были приятны его успокаивающая нежная ласка и такой волнующий аромат. От Кобьера исходило то неуловимое, что каждой женщине хочется чувствовать в избраннике. Это было так восхитительно и пугающе одновременно. Хотя Амадея в детстве была сорвиголовой, но не имела подобного опыта близости с мужчиной и не понимала сути происходящего. А сердце почему-то так сладко билось, и голова кружилась от просыпавшихся где-то в глубине приятных эмоций, которых ещё не испытывала.

Амадея вдруг испугалась, что влюбляется. Но она не была готова принять это и постаралась забыть промелькнувшую мысль.

— Мы построим хоть сотню новых дворцов, ещё лучше прежнего, — тихо говорил Ратан, продолжая гладить её, и Амадее это нравилось. — Мы вместе создадим новую Империю — великую и сильную. Век оккупации не согнул человечество. Наша раса обязательно выстоит, и люди одолеют всех врагов. Да мы и так победили, ведь потому дзуги и покинули Империю. А второй раз поработить нас им не удастся. Люди притерпелись к лишениям и научились сражаться. Мы защитим наше государство, и тогда все будут жить счастливо. А потом наведём в Галактике новые порядки и заставим остальные расы уважать нас. Пираты ведь уже показали, на что люди способны…

Кобьер говорил правильные слова, и Амадея чувствовала их силу. А ещё ей очень хотелось в них верить. Нарисованное Кобьером будущее расцвело перед её мысленным взором, новые мечты заполнили мозг, и жизнь уже не казалась мрачной.

— Ама (она судорожно вздохнула, моментально вспомнив так называвшую её Лару), мы вместе будем сражаться и непременно одолеем врагов, — перешёл Кобьер на шёпот, от которого у неё почему-то участилось дыхание.

Амадея перевернулась на спину. Взгляды их встретились и повели свой бессловесный диалог.

А затем, как-то само так вышло, их губы внезапно слились в поцелуе. Это был волшебный миг. Мозг Амадеи словно отключился, и она погрузилась в нереальный мир волнующих эмоций. С ней такое случилось впервые, но как же было здорово.

К сожалению, всё хорошее не может длиться вечно. Неожиданная трель разбудила тишину и расколдовала воцарившееся на какое-то мгновение волшебство.

Поцелуй прервался, и Амадея словно вынырнула на поверхность бытия. Но сейчас она чувствовала себя будто очнувшейся от тяжёлого сна. Какая-то лёгкость появилась в теле, а душу наполнила необъяснимая радость.

«Что это было?» — задавалась Амадея вопросом, но ответа не находила.

Глава 94

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба.
Орбита планеты Рона. Крейсер «Эрадон»

Услышав трель коммуникатора, Боко осторожно отстранился от Амадеи. Он был флагманом и не мог не ответить, ведь сейчас только начиналось формирование его флота. Постоянно возникало множество различных проблем, и ему требовалось оставаться на связи. Бывший капитан хорошо знал пиратов, и лишь его мудрость помогала тушить возникающие вспышки конфликтов.

Подключив видеосвязь, Боко увидел на экране капитана линкора «Неуязвимый» Космического потрошителя. На чёрном лице стареющего мужчины белели вытатуированные узоры религиозного культа. Жёлтые зубы были сточены и выглядели как клыки, а в ушах болтались длинные серьги, показывавшиеся из-под прядей, если тот крутил головой. С ним Боко познакомился уже после событий на «Брунке», когда облетал корабли своего флота. Несмотря на фривольный вид, у Потрошителя был острый ум, а руками он сгибал металлические стержни. Между принцем и капитаном возникли товарищеские отношения, основанные на уважении и взаимном доверии.

— Что случилось? — спросил Боко.

— Ваше Высочество, мой корабль замыкает боевой «Бриллиант» в верхней части, — сказал Потрошитель сиплым голосом.

— Вы держите четыре крейсера, прибывшие на переговоры с капитанами, — вспомнил Боко.

— Да. Только что с одного из них была попытка вести трансляцию на Сату с использованием нашей сети. Мои связисты перехватили информационный пакет. Прослушав немного трёп грязехода, я заблокировал передававший крейсер. Но весь файл ушёл на Сату. У меня было распоряжение по боевым действиям, но не по радиоэфиру, поэтому я не открывал огонь.

— Перешли мне пакет. Я должен его прослушать.

— Принимайте, — выдохнул Потрошитель.

— Скажи, а после событий в Алимли экипажи тех кораблей общались с кем-то из флота?

Капитан задумался, посмотрел на кого-то, по-видимому, стоявшего рядом, и затем произнёс:

— До приземления на Роне модуля с журналистами чужаки вели переговоры с пятью кораблями нашего флота. Но после возвращения их челнока мои парни не фиксировали контакты крейсеров ни между собой, ни с хм… нашим флотом. Там ведь тоже понимают, что их окружил «Бриллиант», а это чревато. Чужаков меньше, а корабли уступают даже моему «Неуязвимому». Да я расстреляю их с одного залпа.

— Хорошо, — кивнул Боко. — Да, вот, я упустил: журналисты прибыли в Алимли на своём модуле?

— М-м-м… Димгадар с ними общался. Да, вспомнил, он предлагал выслать челнок, но ему ответили, что у них есть транспорт.

Боко сжал кулаки. Это был его прокол, который мог стоить жизни лично ему и императрице. Он не предупредил Димгадара, чтобы не разрешал приземляться в резиденции чужим кораблям, а тот, видимо, в силу молодости и неопытности, либо занятости, не учёл, что на транспорте могут прибыть носора. Вероятно, так и произошло. Возможно, те журналисты были ибо-хирбю, а с ними прилетели и бойцы, пытавшиеся убить Амадею. Они сумели незаметно покинуть свой корабль и затем по тайной галерее проникли в резиденцию.

— Если чужаки попытаются выйти из «Бриллианта», свяжись с ними на нашей волне, — сказал принц. — Не ответят, уничтожай. Экипажи, желавшие примкнуть к нам, уже на клятве. А остальные — враги. Подозреваю, что этими звездолётами управляют носора.

— Понял, Ваше Высочество, — зловеще улыбнулся Потрошитель и отключился. Каждый, кто причислял себя к пиратам, ненавидел носора. У многих из них были к чужакам свои счёты, и они безжалостно уничтожали всех, до кого могли долететь их торпеды.

Боко запустил полученный файл, и на экране возник журналист, намеревавшийся подняться на маистат. У мужчины на загорелом обветренном лице проступала расплывшаяся под левым глазом посиневшая гематома, куда эридай нанёс удар. Это было единственное место, портившее его облик. Вероятно, журналист не затушевал травму, чтобы каждый увидел последствия пиратской агрессии.

— Граждане, я только что вернулся на корабль и спешу рассказать о событиях, которые происходят на столичной Роне в резиденции Алимли, — начал журналист репортаж поставленным дикторским голосом. В бегущей внизу строке было написано «Срат Бепожен. Канал „Вестник Саты“». — Граждане, на Роне катастрофа. Но обо всём по порядку.

Боко рассмотрел, что журналист находился в отсеке корабля, стены которого были утыканы приборами.

— Мы все наблюдали в прямом эфире трансляцию неудавшегося переворота мятежного барона, — рассказывал Бепожен, — и затем выступление императрицы. После этого пираты совсем распоясались. Они не признают никакие законы. Почему я говорю об этом? Бандиты убили императрицу. Представляете?! Об их ужасных злодеяниях уже было несколько репортажей, и я, как свидетель, подтверждаю: Амадеи нет в Алимли. Сейчас расскажу обо всём.

На экране возникло изображение мужчин, в которых Боко опознал журналистов, присутствовавших в Торжественном зале Алимли.

— Репортёры, работающие в самых известных каналах Саты, прилетели в столицу, чтобы подтвердить поступающую с Роны информацию, — продолжал Бепожен. — Сейчас вы видите их на экранах. Прибыв в Алимли, мы убедились, что резиденция захвачена пиратами, а самой императрицы во дворце нет. Я пытался побеседовать с сидевшей на троне личностью, но мне это не позволили. Кто смотрел трансляцию из Алимли, видели, как меня избили. А затем в бессознательном состоянии я был буквально выброшен из Торжественного зала. Последствия пиратского произвола вы можете видеть на моём лице.

Бепожен указал пальцем на гематому.

— Вот что мне удалось рассмотреть, — продолжал журналист. — На троне сидела совсем другая женщина, мало похожая на императрицу. На её лице был толстый слой косметики. Так пираты пытались придать своей модели сходство с Её Величеством. Но журналиста этим дешёвым трюком не провести. Думаю, многие заметили, что у псевдо-Амадеи была совсем другая причёска. Вроде бы мелочь, но из таких вот нюансов и складывается общая картина.

Амадея подошла к Боко и, остановившись рядом, уставилась на экран. А журналист сыпал всё новыми якобы фактами:

— Эксперты также обратили внимание на то, как в зале расставили освещение. Некая особа в роли императрицы сидела на возвышении, и на её лицо не было направленных прожекторов. Эта женщина находилась как бы на заднем плане, и подробно рассмотреть её было невозможно. Зачем это сделано? А чтобы издали не были видны: ни грим, ни другой разрез глаз, ни пухлые губы незнакомки, отличавшиеся от идеальных черт настоящей императрицы. После всех этих нюансов уже никто не сможет утверждать, что сегодня в Алимли мы видели Её Величество.

— Что за бред? — изумилась Амадея. Конечно, после избиения и отравления черты её лица немного погрубели, но не до такой же степени, чтобы она не была похожа на себя.

— Ожидаемо. После неудавшегося убийства началась информационная война, — отозвался Боко. — Ибо-хирбю необходимо дискредитировать власть, чтобы затем возвыситься самим.

— Следующая деталь, — вещал журналист, — на которую я хочу обратить внимание — это выступление мнимой императрицы. Если проанализировать услышанную нами речь, то поймём, что послание особы, вещавшей от имени главы государства, было выгодно только пиратам. А что значит заключённый псевдо Амадеей договор о защите Империи? Это не что иное, как создание в Большом и Малом Мешках бандитского государства, которое возглавит пират, присвоивший себе титул принца.

Так сегодня незаметно для всех произошёл настоящий государственный переворот. Галактические преступники (я имею в виду пиратов) захватили власть в столице и намереваются диктовать свои условия всей Империи. А чтобы понять, какое это будет правление, достаточно вспомнить расстрел колоний пиратами, переодевшимися в государственных инспекторов. Не вызывает сомнения, что они станут грабить миры, поскольку ничего другого не умеют. А тех, кто посмеет им возражать, будут уничтожать ракетами.

Люди, я призываю — внимательно проанализируйте увиденный вами мастерски поставленный спектакль в Торжественном зале Алимли, и тогда вы поймёте, о чём я сейчас говорю. Пираты, как известно, всегда пользовались грязными методами и преуспели в этом. Взять хотя бы возникшего из небытия принца… Как его там… Э-э-э… Коб Рахан, или очень похоже. Неважно. Не будем же мы запоминать имена каждого бандита, которому место в тюрьме. Этот самозванец уже возомнил себя императором и считает, что может командовать, как ему вздумается.

Граждане, вы должны осознать, во что пираты втягивают Империю, и уже сейчас организовать им противодействие. Никакие они не национальные герои, как многие считают, а террористы, объявившие войну всей Галактике. Не мне это говорить, но в государстве начинается самая настоящая смута. Нельзя допустить, чтобы бандиты управляли Империей…

— И тебе досталось, — заметила Амадея.

— Ваше Величество, вам необходимо выступить, чтобы перебить эту ложь и не дать ей распространиться по всем планетам, — произнёс Боко, поставив видео на паузу.

— Что я скажу?

— Правду.

Снова раздалась трель коммуникатора. Увидев имя на экране, Боко сразу ответил:

— Говори.

С монитора на него смотрел Редин. Он был в чёрном комбезе и с капитанской цепью. Боко уже начал привыкать к его новой роли на «Эрадоне».

— Мы слушали радиотрансляцию государственного канала Саты, — произнёс капитан. — Было сообщено, что президент Пирс утонул во время отдыха.

Амадея и Боко переглянулись.

— Уже нет сомнения, кто из ибо-хирбю готовил в Алимли убийство императрицы, — высказался принц. — А это сообщение значит только одно: носора, игравший Пирса, действительно погиб. Народ требовалось известить о его смерти, и для этого избрали такую форму.

— В трансляции также говорилось, — продолжил Редин, — что до выборов Сатой будет управлять Мезир Болеки. Грязеход ещё ссылался на то, что, ввиду смерти Амадеи эта планета объявляет себя независимым государством и не считается частью Империи. Меня удивила информация, поскольку Её Величество жива. Вижу, что там затевается какая-то политическая игра.

— Благодарю, Редин, это действительно важная информация, — сказал Боко, мысленно отметив, что не ошибся в парне, когда старпому рекомендовал его в капитаны. У него действительно был широкий кругозор и правильное видение.

— Возвращаетесь на «Эрадон»? — уточнил Редин.

— Да. Вы получили на Роне всё необходимое для корабля?

— Ваше Высочество, со времён старого капитана трюмы не были настолько заполнены. Но ещё не вернулись все модули с Роны.

— Отлично. Как только крейсеры флота будут укомплектованы, мы отправляемся в поход.

Боко выключил канал и, взглянув на императрицу, произнёс:

— Теперь вы видите, насколько важно именно сейчас выступить с речью?

— Согласна. — В голосе Амадеи появилась решимость. Она снова была властной императрицей, смело глядящей в лицо неприятностям. Боко поразило, как быстро девушка могла перестраиваться. От рыдавшей неудачницы не осталось и следа. Такой же, как он помнил, была и Ланли.

— Ты сможешь всё организовать?

— Сейчас подготовим вашу речь и начнём трансляцию.

— А что будешь делать с тем журналистом?

— Пригласим его на яхту и побеседуем.

— Я думала, ты его убьёшь. Это явно носора.

— Если пройдёт шлюз, поговорим с ним, а там будет видно. Подозреваю, что он неспроста оказался в Алимли. Репортёры прилетели с Саты как раз в тот момент, когда задуманный ибо-хирбю переворот должен был завершиться. Бепожен сказал правду: ему с журналистами надлежало засвидетельствовать смерть императрицы, а пиратов обвинить в её убийстве. На качи ведь очень удобно свалить любое преступление.

— Но реальность оказалась иной: я была на троне.

— Это не соответствовало планам носора, и тогда они придумали следующий ход: выкинутый из Торжественного зала избитый свидетель — несчастный, пострадавший от пиратов человек — изобличает занявшую трон самозванку, и уже никто не будет поддерживать Амадею, ведь она мертва. Малоизвестный принц тоже пират, а значит, и ему нельзя верить. Вы же слышали, как Бепожен клеймил галактических бандитов. Всё, в государстве больше нет легитимной власти, а потому на каждой планете может быть собственное правительство. О чём сейчас нам и сообщил Редин.

— Как считаешь, Кобьер, есть сценарий, в котором Империя может сохраниться? — в голосе Амадеи было напряжение.

— Да, — Боко говорил твёрдо. — Именно потому я сейчас здесь. Однажды расскажу вам удивительную историю… Но ещё не время.

Императрица озадаченно взглянула на принца. Ей не нравились такие обещания и намёки на то, чего она не знала. Но Амадея поняла, что сейчас не время требовать ответ.

— Давай готовить моё выступление, — властно произнесла императрица. — Нужно действовать.

Глава 95

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба.
Орбита планеты Рона. Крейсер «Эрадон»

Редин брёл во тьме. Тишина и покой окружали его, но в душе властвовала непонятная тревога. А ещё было ощущение чужого присутствия.

— Ты хороший капитан…

Редин вздрогнул от неожиданности, и лишь позже понял, что это был не голос, а, вероятно, чужая мысль. Да и не слова услышал он, а скорее чей-то посыл, обретавший смыл на некоем глубинном уровне сознания.

Редин не видел говорящего, но не сомневался — рядом кто-то есть. Страха не было, как и полного осознания реальности.

— Корабль потрёпан, но все системы работают, и экипаж не бунтует, — пришло новое послание.

— Ты кто? Папа Боко? — не удержался Редин. Но ответа не было. А глаза улавливали некие тени, проявлявшиеся и мгновенно исчезавшие на грани восприятия.

— Капитан должен заботиться о безопасности корабля. — Снова всё тот же безликий голос, казавшийся то ли шёпотом, то ли проносящейся в сознании мыслью.

В душе Редина пробудилась тревога, и появились вопросы:

— Нам угрожают? Откуда опасность?

Так и подмывало встать, но он почему-то не мог двигаться.

— Звездолёту… нельзя… на одном месте, — интерпретировало сознание новую информацию, долетавшую обрывками фраз. — …Бриллиант распадётся… Защити принца… Стреляй сразу…

Редин напрягался, но почему-то не мог вдохнуть. Возникло ощущение удушья. Он запаниковал и внезапно проснулся от собственного храпа.

По-прежнему окружала тьма, но не было абсолютной тишины, ведь на борту звездолёта постоянно работали системы жизнеобеспечения, создававшие какофонию различных невнятных шёпотов, стуков, шорохов и ощущения некоего бытия.

Редин судорожно втянул воздух и ощутил, как тело расслабляется. Постепенно дыхание выровнялось. А таинственный голос словно продолжал шептать, хотя сознание уже не улавливало смысл. А может, ему всё это казалось?

Редину запомнились только обрывки странного сна и чувство тревоги. Возникло настойчивое желание идти и что-то делать. Он не чувствовал себя бодрым, но уже не мог расслабиться и снова уснуть. Ещё не определив свои цели, Редин направился к выходу.

Предыдущие два дня у него были заполнены множеством дел, требовавших личного участия. Боевые события на Роне, когда пришлось ытысов извлекать из анабиозников и затем руководить ими; обсуждение пренды на площадке у стратегических складов с остальными капитанами; организация поставок грузов на «Эрадон»; помощь Димгадару в контроле челноков, устремившихся за «подарками» императрицы — всё это было растянуто во времени и требовало постоянного внимания. А переложить на других хоть часть своих функций Редин не мог. Лишь покончив с организационными процессами, капитан поручил штурманскому подразделению отслеживать трафик грузовых модулей, а сам отправился отдыхать.

А ещё в мыслях молодого мужчины поселилась Летиса. Она была как болезнь, о которой не думаешь, но та постоянно напоминает о себе. Редин доставал из кармана подарок девушки и крутил в руках. Иногда ему хотелось всё бросить и связаться с ней. Но он не мог позволить себе эту прихоть. Папа Боко говорил: «капитан женат на своём корабле и должен постоянно жить его заботами».

Едва добравшись до кровати, Редин так и завалился: не расстилая постели и не снимая комбеза. Просто у него уже не было сил. Зато теперь ему не требовалось облачаться.

Этот отсек Редину выделили ещё в юношестве после смерти отца, бывшего старпома «Эрадона». Здесь ему был знаком каждый выступ, и для перемещения не требовалось включать лампу. Лишь когда переборка скользнула в сторону, он остановился и проморгался от резанувшего по глазам света. А в голове была только одна мысль — «нужно идти в рубку» — и он направился на третий ярус.

Сейчас по бортовому времени ночной период, поэтому коридоры и лестницы были пустыми, а потолок зажигался и гас по мере продвижения.

— Капитан на мостике! — рявкнул дежурный офицер Растус.

Работавшие у пультов специалисты, вскочив, повернулись к входу. Такие армейские порядки были заведены ещё Папой Боко, и старики не меняли их, поскольку они относились к тем реалиям, которые воспринимались естественными.

Вздрогнув от звука зычного голоса, Редин окончательно проснулся и взглядом обежал членов экипажа. Все заступившие на дежурство спецы были в новых чёрных комбезах с эмблемами своих подразделений. Это заслуга старпома, велевшего баталёру сразу выдать братьям полученное на складе обмундирование. Большинство мужчин по старой традиции носили длинные волосы, но встречались и лысые.

Хотя Редин был капитаном уже больше месяца, но ещё не свыкся с мыслью, что стал главным офицером корабля. Как известно, человек — раб привычек, а менять их непросто. С детства он усвоил, что капитан — Папа Боко, и потому, услышав команду, невольно начинал искать сурового старикана с мудрыми глазами.

— Дежурный, отчёт, — бросил Редин, подходя к креслу в центре рубки. — Остальные выполняют свои вахтенные обязанности.

Специалисты развернулись к пультам, а офицер приблизился к занявшему капитанское кресло Редину.

Растус пришёл на «Эрадон» ещё юношей, и, благодаря способностям, при Папе Боко стал заместителем главного навигатора. После убийства Арида, по согласованию с Редином, Ларт вернул бывших офицеров на прежние должности. Но уже немолодой Жисен решил уйти в грязючку и вместо себя предложил Растуса. Это была достойная замена, и офицеры поддержали его кандидатуру.

На звездолёте от способностей и мастерства каждого зависело, выживет экипаж или нет. Стилис был великолепным механиком, Бенити обожал свою оранжерею, а Растус чувствовал звёзды. Он, наверное, знал все их названия и характеристики и свободно ориентировался даже в незнакомом космосе. Бывший кэп Арид ценил только личную преданность и не терпел, когда ему перечили, а потому Жисен и Растус, не ходившие в любимчиках, были разжалованы. Но Редин и Ларт думали о выживании звездолёта, а потому ценили профессионализм.

Сорокалетний Растус — невысокий широкоплечий мужчина. На его продолговатом строгом лице был глубокий шрам у левого глаза — последствия столкновения с греди, мечтавших захватить «Эрадон». Чёрные волосы завязаны в толстую мужскую косу, борода аккуратно подстрижена, а серые глаза оценивающе смотрели на собеседника. Едва взглянув на него, любой сразу понимал — этому человеку можно доверять. Братья по экипажу не сомневались в его способностях, даже когда он наугад прокладывал маршруты возле пульсаров либо космических облаков. Если бы Арид не сместил главных навигаторов, «Эрадон» с большой долей вероятности не попал бы в аномалию.

Растус прочистил горло и приступил к докладу:

— Ночная смена началась по расписанию в три часа. На борту происшествий нет. Все системы работают штатно. Последний грузовой модуль с Роны прибыл сорок минут назад. Баталёр Джакер сообщил, что такие полные трюмы были только при Папе Боко, и то не всегда.

Снова Редину вспомнилось лицо старого кэпа. Вероятно, так на него повлиял сон.

«Быть может, это Папа из своего послежития предостерегает о какой-то опасности» — промелькнула мысль у Редина. Но размышлять об этом было некогда, поскольку дежурный продолжал:

— Хранилища с пронифом максимально заполнены. Цистерны с водой тоже. Канонир Динор доложил, что арсеналы укомплектованы. Агроном Бенити получил всё необходимое для восстановления оранжереи и, возможно, уже приступил к рассаде.

Услышав это, Редин усмехнулся. Все знали фанатизм главного агронома, и капитан не сомневался, что в вотчине ботаника уже кипела работа. После выхода «Эрадона» из аномальной зоны Бенити выбросил мёртвую землю и доставал капитана, требуя восполнить потери. Но лишь сейчас удалось получить со стратегических складов необходимые удобрения и личинки червей, без чего рассада не росла.

— Главный механик сказал, что уже есть необходимые компоненты для ремонта, и его спецы приступят к работе на внешней обшивке, когда будет команда капитана, — продолжал Растус. — Стилис также говорил, что в его складах лежит сейчас ещё один разобранный «Эрадон». Поскольку руководители подразделений сообщили о загрузке трюмов, челноки прекратили рейсы на Рону. Яхта «Хасиката» на палубе третьего уровня.

— Я разрешил использовать под склады также ангары на седьмом, восьмом и девятом ярусах, — дополнил подошедший старпом. — Жалко было отказываться от даров императрицы. «Эрадон», конечно, сейчас потяжелел, зато мы получили всего с запасом. А как дальше сложится, известно лишь космической деве.

— Хорошо. Лучше и быть не может, — кивнул Редин, вспомнив свои сомнения в отношении принца. Но Ратан слово держал, чем заслуживал уважение и доверие.

Капитан снова перевёл взгляд на продолжившего доклад офицера. А Растус перешёл к следующей возложенной на него обязанности и сообщил:

— Корабли флота ещё не закончили пополнение трюмов.

Слушая доклад, Редин сосредоточился на огромном стратегическом экране, установленном над пультами специалистов. Туда была выведена схема расположения пиратского флота, который уже окрестили «армадой принца».

Растус сообщил:

— Сто двадцать три крейсера в точке Лагранжа по направлению к звезде Диба. (Редин вспомнил, что там же расстался с Летисой.) Эти звездолёты уже загрузили трюмы и заняли положение, где могут потреблять меньше энергии. Сорок шесть кораблей ещё у космической щели, очищенной от осколков уничтоженного флота Ругонди. Двенадцать крейсеров по распоряжению флагмана распределились по системе.

Редин увидел, что «Эрадон» по-прежнему был на орбите Роны. Вместе с крейсером «Брунка», находившимся с противоположной стороны щели, они выполняли диспетчерские функции и вели подсчёт загрузившихся судов.

На этой же орбите были и корабли с журналистами Саты. Они находились в окружении пиратских крейсеров, стоявших в боевом построении «Бриллиант».

Редин задержал взгляд на этом участке космоса, а в мыслях всплыл предупреждавший о чём-то голос из сна.

— Чего пришёл? — по-дружески спросил Ларт, когда Растус отвлёкся. — Надо отдыхать, а то загнёшься. Всю работу не переделаешь, а ты уже двое суток почти не спал. Даже по лицу видно, что устал.

У них с Лартом была договорённость: один из старших офицеров должен бодрствовать, чтобы сразу реагировать на возникшие опасности.

— Тут не поспоришь, — выдохнул Редин и, зевнув, потёр глаза. А его задумчивый взгляд по-прежнему не отрывался от экрана. Какая-то мысль пробивалась из подсознания, но пока не оформилась. — Что-то меня тревожит и не даёт уснуть.

— Вечно происходят какие-то события, — парировал Ларт, потирая свои красные веки. — Но сам знаешь: уставший человек действует неадекватно.

— Капитан, датчики фиксируют возросшую активность звезды, — продолжал доклад Растус, выведя на половину экрана трансляцию местного солнца. — На Дибе мощные вспышки. Наблюдается колоссальный выброс коронарной массы. Моя рекомендация — уйти в тень Роны. А ещё лучше перед энергетической бурей удалиться на край системы, куда солнечный ветер долетит уже слабыми отголосками. По поступившим данным, этот выброс максимального уровня.

Редин знал, насколько это серьёзная опасность для космического судна, и понимал, что рекомендации главы штурманского подразделения вполне оправданы. Корабль без энергии — труп. Были случаи, когда из-за звёздной бури экипажи бросали суда, на которых выгорали все системы. Восстанавливать их было невыгодно, и качи предпочитали захватить новый корабль. «Эрадон» вот тоже недавно пережил аварию в аномалии, и ещё не все узлы удалось отремонтировать.

— Когда ожидается прохождение энергетического фронта вблизи планеты? — спросил капитан. Сонливость улетучилась, и он сосредоточился на Растусе.

— Уже фиксируется повышенный фотонный фон, — был ответ. — Мощные потоки приближаются к Роне, а энергетические волны будут через два-три дня. Системы «Эрадона» ещё не восстановили, и они могут не выдержать космические излучения подобной интенсивности. Поэтому рекомендую принять меры.

— Ты связывался с другими кораблями? — поинтересовался Редин.

— Я беседовал только с дежурным крейсера «Космический убийца». Они ближе к Дибе на орбите второй планеты системы — Веты. Спецы оттуда подтвердили регистрируемые на звезде вспышки. Решение о передислокации флота принимает флагман, но я пока не связывался с «Хасикатой».

Выражение лица Редина без слов сказало старпому, что сейчас не до отдыха, а вслух капитан произнёс:

— Я сам свяжусь с принцем, а вы готовьтесь к передислокации.

— «Эрадон» на боевом старте, — доложил Ларт.

— Почему? — удивился Редин. — Я не давал команду…

— Вблизи чужих крейсеров Папа Боко всегда усиливал меры безопасности, — поделился старпом, — и я решил придерживаться этого правила.

— Разумно, — оценил Редин, а сам подумал: «Сколько ещё я не знаю, хотя прослужил на „Эрадоне“ фактически всю свою жизнь».

Капитан отпустил закончившего доклад офицера, и тот сразу вернулся на пост. А сам он вызвал принца.

— Ваше Высочество, аврал, — доложил Редин, когда Ратан ответил на аудиовызов. — Мощная вспышка на Дибе.

— Подробности, — вмиг голос принца обрёл металл.

Редин пересказал доклад Растуса, дополнив его считанными с экрана цифрами, характеризовавшими космическую погоду.

— Отправь сообщение флоту: передислокация на окраину системы к планете Фастала, — скомандовал принц. — Корабли, ещё не заполнившие трюмы, пусть сами решают. Возможно, им лучше укрыться за Роной и после загрузиться. Крейсеры из «Бриллианта» тоже отходят, а корабли Саты нас не волнуют. Как жест доброй воли, можешь им передать предупреждение о вспышке. Но, думаю, они тоже следят за космосом.

— «Эрадон» стартует к Фастале? — уточнил Редин.

— Мы должны последними покинуть орбиту Роны, когда убедимся, что все корабли флота в безопасности. Сообщай о любых проблемах. Будем думать вместе.

— Вас понял.

Ратан отключился.

— Таким был и Папа Боко: мгновенно принимал решения, — поделился Ларт. Он уже пересказал Редину разговор с Катиручи, и его сообщение, что принц — внук их старого капитана.

— Ваш сункесуф, — подошёл кок с подносом, на котором стояла чашка с горячим напитком.

— Спасибо, — поблагодарил Редин и сделал глоток. — То, что нужно.

Капитан взглянул на Растуса и кивнул ему. В команде знали, что кэп любит сункесуф, и каждый дежурный вызывал кока во время его прихода. Этот напиток, изготовленный из смеси трав планеты Пагурс, тонизировал и бодрил, а ещё улучшал мозговую активность, поэтому многие братья предпочитали его другим стимуляторам.

— Трокан, — опорожнив чашку, капитан обратился к связисту, — открой общий флотский канал. Я передам сообщение от флагмана.

— Есть, — отозвался специалист, и буквально через пару секунд сообщил: — Можете говорить.

— Внимание всем! — произнёс Редин, и в его голосе слышались металлические нотки. — Уже все должны были получить сообщения о вспышке на солнце. Приказ флагмана: срочная передислокация к последней грязючке в системе — Фастале. «Бриллиант» и дозор — всем отбой. Корабли, не успевшие заполнить арсеналы, могут перебазироваться за Рону, а после прохождения энергетического выброса завершить погрузку. Армада покинет эту систему через сорок часов. Всем быть готовыми к пренде.

Закончив говорить, Редин жестом показал связисту, чтобы отключил трансляцию.

— Корабли отрапортовали, что команда получена, — вскоре доложил Трокан. — Поступил вызов с «Брунки».

— Соединяй, — разрешил Редин.

— Какие распоряжения для нас? — На экране возник Димгадар. По его лицу с усталыми покрасневшими глазами было видно, что он тоже давно не отдыхал.

— Если вы заполнили трюмы, следуйте со всеми к Фастале, — ответил Редин.

— А «Эрадон»?

— Мы последними покинем орбиту.

— Будем вас сопровождать, — сказал Димгадар.

— Такой команды от флагмана не было, — заметил Редин. — А вы сами решаете, когда и как лететь к окраине. На этом всё.

По знаку капитана связист отключил канал.

Стоявший рядом старпом задумчиво произнёс:

— У нас на борту императрица и принц. Хм… Димгадар решил сопровождать флагмана. Это хорошо, ведь…

— Сам знаешь: у «Эрадона» хватит оружия для защиты, — парировал Редин. — А я пока не вижу, кто бы мог нам угрожать. Поэтому не вижу необходимости в эскорте.

— Но ты же не случайно пришёл в рубку, — заметил Ларт.

Капитан ничего не ответил, продолжая на большом экране наблюдать космос. В этот момент подсознание Редина, наконец, нашло причину беспокоившей его тревоги. Какие-то слова офицеров и воспоминания из сна породили чёткое представление о возможной угрозе кораблю.

— Дежурный, для канониров и абордажников объяви тревогу «Полундра два», — распорядился Редин.

Атмосфера в рубке мгновенно наэлектризовалась, а вахтенные офицеры бросали на капитана встревоженные взгляды, пытаясь понять причину аврала.

По «Эрадону» завыла сирена с определённой мелодией, и Растус по переговорнику начал давать указания руководителям служб.

— Почему тревога? — поинтересовался Ларт, наклонившись к Редину и понизив голос. — Нас же никто не атакует.

— Проверяю боеготовность экипажа, — ответил капитан. — Судя по отчёту дежурного, наши арсеналы уже заполнены. Я ещё не знаю, в каком виде всё было заскладировано. Вот сейчас и посмотрим, насколько быстро смогут подразделения доложить о готовности. А мы давно не проводили тренировки.

— Согласен, — выдал старпом и направился к своему пульту.

— Растус, остальным членам экипажа «Полундра три». — Дал капитан новую вводную.

— Понял. Выполняю, — гаркнул дежурный офицер, и по ярусам корабля прозвучал новый тревожный сигнал. Казалось, «Эрадон» забурлил. Это по всем коридорам забегали мужчины. Но не было слышно никаких криков и панических возгласов. Братья действовали профессионально спокойно и слаженно.

«Полундра два» означала подготовку к атаке врага, а вторая объявленная тревога извещала об аварийной ситуации на борту, когда экипажу следовало облачиться в скафандры, подключить запасные воздушные баллоны и прибыть к штабу подразделения для получения распоряжений.

— Канонирам подготовить снаряды пятисотого калибра, ракеты ближнего боя и торпеды с самонаводящимися датчиками для поражения крейсеров, — продолжал капитан. — Ремонтникам запечатать шлюзы. Пусть также отключат автоматику всех ангаров. «Эрадон» переходит в режим гибернации. Абордажникам полный боевой комплект и подготовиться к отражению проникновения на борт. Механикам подключить анабиозники с ытысами к автономному источнику питания и начать активацию маневровых двигателей. — Закончив давать вводные, капитан вернулся к экрану, показывавшему схему расположения в космосе звездолётов флота.

Пиратские корабли были в постоянной готовности. К этому их приучила жизнь, ведь носора могли атаковать в каждую секунду и с любого направления. После команды флагмана всё мгновенно пришло в движение. Красные символы крейсеров армады менялись на голубые, что значило переход в маршевый режим, и дрейфовали к краю экрана. Все действовали слаженно, будто тренировались, что показывало профессионализм пилотов. Редина это не удивляло. В пиратской войне выживали настоящие асы, а всякие неумехи уже давно покинули этот мир.

— Капитан, все подразделения «Эрадона» отрапортовали о готовности, — сообщил дежурный.

Редин скользнул глазами по циферблату часов. Если верить им, качи уложились в две минуты — почти по регламенту.

— Растус, передай экипажу: все остаются на постах до получения команды отбой. У каждого брата должны быть по два баллона с воздушной смесью и пикельский переговорник. Механики держат маневровики в готовности.

— Понял, — ответил дежурный.

— Редин, что за тревога? — На малом экране перед капитаном возникло озабоченное лицо принца.

— Ваше Высочества, это тренировка, — ответил кэп. — Трюмы загружены, и необходимо понять, насколько всё подготовлено к боевым действиям.

— Одобряю, — кивнул флагман. — Я вот наблюдаю за сатскими кораблями. Они по-прежнему висят на орбите. Ты с ними связывался?

— Нет.

— Ладно. Стартуем к Фасталу, — завершил принц контакт.

А Редин продолжил наблюдать, как армада покидала орбиту Роны. Крейсеры, державшие «Бриллиант», разорвали строй и последовали за стартовавшими звездолётами. Около полусотни кораблей ещё дожидались челноки с Роны. Постепенно эта группа тоже разлетелась. Большинство звездолётов присоединилось к флоту, и только одиннадцать крейсеров, видимо, решили переждать за планетой, чтобы после возобновить погрузку. Датчики показывали нарастание потока заряжённых частиц, что свидетельствовало о приближении солнечной плазмы.

— А знаешь, Редин, — задумчиво сказал Ларт, вновь подойдя к капитану, — сейчас армада покажет, насколько качи доверяют флагману. Экипажи забили трюмы, как и мы. Теперь им ничего не мешает смотаться хоть даже и в Галактику.

— Но ведь все давали клятву, — заметил капитан.

— Вот мы и посмотрим, насколько качи уважают Кодекс. Свой комбез ведь ближе к телу. Многие считают, что раз вернулись в Империю, то прежние порядки не в почёте. Но мне кажется, ещё рано забывать наши законы.

— Согласен. Пока ни в чём нет полной определённости.

— Я наблюдаю за крейсерами, которые были внутри «Бриллианта». — Указал Ларт на экран. — Они по-прежнему на той же орбите.

— Трокан, ты получил доступ к мозгам крейсеров Саты? — Редин посмотрел на связиста.

— Нет, — ответил специалист. — Звездолёты так заблокированы, что никакие лучи их не пробивают. К тому же на связь они не выходят и к себе не пускают. Думаю, это корабли одной флотилии, нанятые военными Саты. Я как-то читал в информационном блоке носора, что трейлянами была создана комплексная защита для звездолётов «Роруар». Суть её работы в том, что, когда несколько судов устанавливают у себя на борту энергетические излучатели системы, образуется поле, через которое не проходят никакие волны.

— Но мы же их видим, — возразил Редин. — И датчики их фиксируют.

— Возможно, это проекция, которую тоже создаёт «Роруар» в нескольких диапазонах, а сами звездолёты на другой орбите. Если, к примеру, их атакуют, то снаряды полетят в миражи, а не в борт корабля.

— А что ты хочешь, — высказался старпом. — Качи привыкли воевать и поставили надёжную защиту.

— Может, у них какие-то проблемы? — вырвалось у Редина.

— Эх, добрая ты душа, — покачал головой Ларт.

— Трокан, попробуй связаться с ними на общей пиратской волне, — сказал капитан. — Поинтересуйся, нужна ли им помощь.

— Да я даже не знаю, как и к кому обращаться, — недоумённо протянул связист.

— Кэп, на орбите не осталось кораблей, — доложил Растус. — «Брунка» тоже стартовала в направлении от Дибы. Даю запрос на активацию маршевых движителей.

— Полетели, — сказал Редин, не отрывая взгляда от экрана. Он сам убедился, что на орбите остались только чужие корабли.

На показывавшем Рону боковом экране планета стала уменьшаться.

— Ваше Высочество, мы снялись с орбиты, — доложил капитан по внутренней связи флагману.

— Вижу, — был ответ принца.

«Эрадон» уже удалился от Роны, когда в движение пришли и четыре звездолёта Саты. Наблюдая за ними на экране, Редин удивлённо отметил, что они полетели не к своей планете, как можно было ожидать, а вслед за «Эрадоном». Корабли немного разошлись в стороны, что естественно, и стали набирать ускорение.

«Вероятно, они тоже хотят переждать солнечную бурю за пределами системы» — подумал Редин и взглянул на приблизившегося старпома.

— Есть проблема, которую мы с тобой ещё не обсуждали, но она важна, — произнёс Ларт. — Наш экипаж не укомплектован. После возвращения в Империю, да и вообще, в предыдущие пару лет мы не приняли на борт ни одного человека. В подразделениях нет даже пороховых обезьян. А после аномалии наш экипаж ещё уменьшился. Нужно подумать над этим.

— Согласен, — отозвался Редин. — Хорошо, что напомнил…

— Капитан, — раздался напряжённый голос Растуса. — Звездолёты Саты приблизились. Я бы сказал, они намерены взять «Эрадон» в клещи.

Редин посмотрел на экран. Действительно, четыре крейсера, разлетевшись, шли параллельным курсом, ускоряясь одновременно с «Эрадоном». Это было классическое построение звездолётов, используемое пиратами при захвате судна.

— Стоп! — заорал Редин, но уже было поздно.

Внезапно погасла вся аппаратура, и отсек погрузился во тьму. Пираты не ожидали подобного вероломства от коллег.

— Дежурный, врубай аварийку! — крикнул Редин, моментально сориентировавшись в обстановке.

— Внимание, «Эрадон»! — раздался громкий металлический голос. Звук, казалось, исходил отовсюду, от каждой детали. — Братья, мы чтим Кодекс и не желаем чинить вам неприятности. Наши цели — грязеходы: императрица и принц Ратан. Отдайте их, и мы сразу отпустим вас. Жду ответ. Если будет жёлтая ракета и на третьей палубе открытый шлюз, мы заберём грязеходов и снимем блокаду. К «Эрадону» уже отправлена абордажная команда. Братья, причинённый нами ущерб кораблю будет сопоставим с уровнем вашего сопротивления. Советую сотрудничать, и тогда вы получите возмещение за потери от намечавшейся пренды.

Глава 96

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Эрадон»

«Защити принца… Стреляй сразу…» — Редин будто опять услышал эти слова из сна. А его мысли заметались в поисках наилучшего выхода из создавшегося положения.

— Корпус «Эрадона» имеет надёжную защиту, — произнёс Ларт. — Папа специально поставил её на случай поражения торпедой. Она помогла нам пережить аномалию, так что, думаю, любое попадание не смертельно.

Офицеры стали включать ручные фонари, активируемые от энергии тела, и рубка наполнилась тусклым светом.

Редин взял пикельский переговорник, также работавший от контакта с кожей, и, подключив, сказал:

— Внимание, Динор. Ты слышишь?

— Да, кэп, — сразу отозвался главный канонир.

— Турелям открыть огонь по окружающим кораблям, — скомандовал капитан. — Массированный обстрел всеми снарядами и торпедами. Арсенал не жалеть. Механики, запуск маневровиков и сразу задний ход. Будем пытаться оторваться…

Мгновенно возникшая перегрузка заставила Редина замолчать, а его тело бросило на пульт. Кто-то из находившихся в рубке офицеров упал, как и стоявший старпом, и теперь мужчины стонали от ушибов. Механики заранее активировали маневровики, а услышав команду, сразу подключили движители. «Эрадон» по инерции ещё летел в направлении от Роны, но сейчас должен был заметно отстать от блокировавших его кораблей.

Буквально в следующий миг звездолёт сотрясло, и рубка наполнилась гулом. Это заработали турели, залпами выстреливавшие снаряды, ракеты и торпеды. У канониров при активации пусковых установок подключалось автономное питание систем нацеливания, и они могли вести прицельный огонь даже при неработающем движителе корабля.

                                                * * *

Покинув Рону, Боко хотел отдохнуть после долгих обсуждений предстоящей пренды с капитанами. Но, услышав кряканье переговорника, он сразу ответил. Флагман не мог игнорировать вызов.

— Слушаю.

— Ваше Высочество, аврал, — сообщил напряжённый голос Редина. — Мощная вспышка на Дибе.

— Подробности, — выдохнул принц, хорошо понимая, чем это чревато. Для защиты корабля от подобной опасности он установил на «Эрадоне» дополнительную оболочку из композитных металлических листов.

Выслушав доклад, Боко понял, что отдохнуть сейчас не удастся. Он дал команду о передислокации флота к звезде Фастала и продолжал на общей волне слушать переговоры членов экипажа. Яхта «Хасиката» находилась в ангаре «Эрадона», и судьба её пассажиров зависела от того, как крейсер переживёт вспышку Дибы.

Когда прозвучал сигнал тревоги, Боко опять связался с Редином, чтобы понимать суть происходящего. А потом он слушал отдаваемые молодым кэпом команды. Ему было интересно, как экипаж проведёт незапланированную тренировку. В прошлом Папа неоднократно устраивал такие авралы, помогавшие держать бойцов в тонусе. А ещё подобные тревоги выявляли недоработки экипажа и даже неполадки корабля. Сейчас Боко словно принимал у Редина экзамен на профессионализм. Вникая в суть команд, он поймал себя на мысли, что сам, пожалуй, действовал бы таким же образом. По-видимому, Редин многое перенял от старого кэпа и теперь работал в соответствии с логикой Папы Боко.

В это время в рубку вошла Амадея. После покушения она была ещё слаба. Принц рассказал императрице о вынужденном переливании крови, без чего та умерла бы. Для неё услышанное было шоком. Но когда взвесила все плюсы от подобной инъекции, поняла, что Ратан действовал в её интересах, и поблагодарила за очередное спасение.

Они расположились на диване, и принц рассказывал о планах военного похода, когда отсек внезапно погрузился во тьму.

— Да что же это такое?! — не смогла сдержаться Амадея.

А потом зазвучал металлический голос, требовавший отдать императрицу и принца. Казалось, звук исходил отовсюду, от каждой поверхности и давил на психику.

— Это всё, — выдохнула Амадея, и в её голосе проскальзывали слёзы. — Для экипажа мы чужие, грязеходы. Чтобы самим выжить, они нас выдадут.

— Ваше Величество, у меня было не одно подобное приключение. — Боко говорил так, будто речь шла о какой-то банальности. — Могу сейчас придумать несколько способов, как избавиться от атаковавших нас кораблей. А на «Эрадоне» есть всё необходимое для этого. Если бы вы только знали, какие носора придумывали трюки, чтобы уничтожить звездолёты качи. Но, благодаря боевому опыту, люди выживали и били врагов. А нам сейчас остаётся только дождаться окончания этого приключения. Кажется, я уже знаю, какой способ выберет Редин…

— Кобьер, ты это говоришь, чтобы успокоить меня, — перебила Амадея. — Но я не маленькая девочка, и не нужно изображать взрослого всезнайку. Мы сидим в темноте, а за нами уже выслали абордажную команду…

— Ваше Величество, вы просто не знакомы с пиратской жизнью. Для них это обычная ситуация. Не надо паниковать…

— Но ведь… — Амадея пыталась что-то сказать, но Боко не дал.

— Хочу отметить ещё одно важное обстоятельство. Я флагман пренды, и не завидую глупцам, вздумавшим атаковать меня. В соответствии с Кодексом, теперь каждый корабль флота, капитан которого приносил мне клятву на пренду, обязан уничтожить всех, кто посягнул на мою жизнь.

Боко поднялся и на пульте включил автономный фонарик. Хотя свет был тусклым, но стало комфортнее.

— Так уже лучше? — спросил он.

— Да, — по голосу девушки было слышно, что та немного успокоилась. — И сколько продлится это, как ты называешь, приключение?

Внезапно «Хасикату» сильно встряхнуло, так что Боко едва не упал, а сидевшая Амадея завалилась на диван. А потом затрясся корпус. Было впечатление, что под яхтой заработала виброплита, а из-за громкого шума заложило уши.

— Вот, капитан уже принимает меры. — Боко форсировал голос, чтобы перекричать глухие удары. — Были подключены маневровые движители, и «Эрадон» замедлился. А захватчики, летевшие параллельно нашему крейсеру, ушли вперёд. После этого канониры начали расстреливать вражеские корабли. Судя по количеству выпущенных снарядов, даже если половина достигнет цели, от атаковавших звездолётов ничего не останется.

Какофония внезапно прекратилась, и наступила тишина.

— Кобьер, всё завершилось? — спросила Амадея, а в её голосе была тревога.

— Надеюсь, — выдохнул Боко.

— А система корабля будет восстановлена?

— Вы умеете задавать правильные вопросы, — усмехнулся принц. — Для отключения «Эрадона» был использован мощный электромагнитный импульс, чтобы пресечь подачу энергии в системе. После такой атаки на неподготовленных звездолётах сгорает вся проводка и приборы. Но «Эрадон» — пиратский крейсер, и здесь предусмотрены подобные случаи. Сейчас механики переподключат систему, и всё опять заработает.

— Слушая тебя, Кобьер, создаётся впечатление, что ничего страшного не произошло. Но ведь и атаковавшие «Эрадон» пираты знают все нюансы.

— Ваше Величество, этот крейсер был построен расой калетов, специализировавшихся на галактической контрабанде. Здесь такая защита, какой нет даже на линкорах. К тому же бывший капитан сделал дополнительные усовершенствования для пиратской войны, и потому этот звездолёт практически невозможно захватить. Его корпус защищает специальная броня, изготовленная по особому заказу. Она очень дорогая, но что важнее жизни? Поэтому я так спокоен.

Замечу также, что собиравшаяся нас забрать абордажная команда не смогла бы проникнуть на борт «Эрадона», и нам ничего не угрожало. За время атаки мы не услышали ни единого взрыва на борту. А это говорит о том, что Редин переиграл захватчиков и уничтожил их корабли. Теперь экипажу крейсера и мне нужно запустить наши системы, чем я сейчас и займусь.

Боко повернулся к пульту и, усевшись на массивный пуф, принялся колдовать над окошками. Вскоре панель ожила, и на ней заплясали разноцветные огни.

— Кобьер, как ты считаешь, почему пираты хотели нас захватить? — поинтересовалась Амадея.

— Я вам рассказывал, — говорил Боко, продолжая настраивать систему «Хасикаты», — когда мы были в Алимли, к нашему флоту подлетели четыре крейсера, на которых находились посланники правительства Саты. Полагаю, на тех звездолётах были ибо-хирбю, знавшие о подготовленной во дворце ловушке. Они ведь появились именно в тот момент, когда, по их расчётам, а, возможно, и после получения сигнала из Алимли, императрица должна была умереть от введённой инъекции.

— Помню, — отозвалась Амадея.

— А пиратам сразу предложили участие в пренде по уничтожению государственных кораблей, — рассказывал принц. — Но качи уже дали клятву и потому сообщили флагману о чужаках. Я велел окружить те корабли и, если они вздумают предпринимать какие-то враждебные действия, сразу их уничтожить.

— Но ты приказал всем лететь к Фастале, — напомнила Амадея. — Когда флот удалился, мы остались беззащитны, и нас атаковали.

— Так и было. Ибо-хирбю узнали из переговоров качи, что императрица и принц не погибли, и решили завершить свою миссию. Спецы тех кораблей следили за «Хасикатой» и выяснили, где мы находимся. Потому и напали на «Эрадон». Но пираты не были осведомлены о клятве капитанов, иначе не пошли бы на эту авантюру, ведь теперь по Кодексу они обречены.

Экран над пультом ожил, и на нём появилась фигура ромба. Одновременно в салоне послышалось шипение и потолок снова зажёгся.

— Как видите, Ваше Величество, я не ошибся в своих наблюдениях и выводах. «Хасиката» снова запускается. То же самое сейчас происходит и на «Эрадоне».

— Кобьер, что мне делать? Эти бесконечные покушения, кажется, никогда не прекратятся.

— Нам необходимо покинуть систему Дибы, и тогда ибо-хирбю не смогут нас достать.

— Но ведь я императрица и должна находиться в столице.

— Второе совсем не следует из первого, — возразил Боко. — Если ознакомитесь с биографиями великих правителей, то узнаете, что все они воевали за свою власть. Сейчас вам нужно показать себя сильным лидером и отправиться на войну с напавшими на Империю носора. Наш флот разобьёт гризов, дзугов и прочих трейлян, желающих гибели людей. А потом вы вернётесь с победой и тогда начнёте менять структуру государственной власти.

— Как это красиво звучит, — сказала Амадея. — Но я не веду в бой имперскую армаду. А пираты совсем недавно мечтали убить меня.

— Амадея, давайте не будем повторять все те доводы, которые уже были озвучены, — попросил Боко. — Если бы я желал вашей гибели, то не вынес бы из тронного зала и не стал вводить свою кровь. У меня иная цель, и я хочу, чтобы вы…

— Договаривай, — бросила Амадея.

Боко вздохнул, подошёл к дивану, на котором сидела девушка, и сел рядом. Они немного помолчали, а их глаза всматривались друг в друга.

— Ваше Величество… Амадея… Я должен сказать это сейчас, и между нами, надеюсь, больше не будет разногласий… Я хочу… чтобы вы стали моей женой. Но… торопить с ответом не буду. Полагаю, теперь понятно, что я вам не враг.

Девушка прикусила губу, а её дыхание участилось. Она опустила взгляд.

— Амадея, вы должны сами принять решение, — сказал Боко. — Возможно, я вам не нравлюсь, и все ваши мечты о Рее…

Девушка судорожно вздохнула.

— …Но вы должны подумать о будущем Империи. Если я сейчас отстранюсь от вас, что будет с вами и государством? Но с другой стороны, я уже доказал свою лояльность и преданность. Все мои действия направлены на то, чтобы спасти человечество. Вместе мы сможем победить. Но если вы не желаете моей помощи и хотите покинуть меня, вам никто не будет препятствовать. Мы высадим вас там, где скажите.

— Я… подумаю… о твоих словах, — прошептала Амадея. — Я очень… хочу… тебе верить… Дай мне время…

— Нужно, как мы и собирались, подготовить вашу речь для обращения к Империи, — голос принца утратил некую интимность и зазвучал официально.

— Кобьер, ты расскажешь мне, кто такая Ланли? — Амадея снова посмотрела ему в глаза.

— Да… Но не сейчас… Не время…

                                                * * *

— Капитан, все атаковавшие нас корабли поражены, — услышал Редин доклад Динора. У главного канонира был автономный пульт для прицеливания, на котором он видел окружающий космос и потенциальные мишени. — Звездолёты нашего флота обогнули Рону и теперь сопровождают нас.

— Отличная новость, — ответил Редин твёрдым голосом. Он не хотел, чтобы экипаж обсуждал, как обрадовался кэп. Папа Боко тоже всегда был сдержан в таких ситуациях. — Динор, подготовь список использованных снарядов. Необходимо доукомплектовать арсенал.

— Когда система запустится, вся информация будет у вас, — пообещал канонир и отключился.

— Капитаны не бросили флагмана, — заметил Ларт. — Значит, они верны клятве.

— Стилис, — вызвал Редин главного механика, — начинайте активацию привода.

— Работы уже ведутся, — был ответ. — Скоро всё запустим.

— Если что нужно, говори, — сказал капитан.

— Справимся, — заверил Стилис и отключился.

— «Эрадон», как у вас дела? — раздался в переговорнике новый голос. Это был Димгадар — капитан крейсера «Брунка». Его специалист понял, как выйти на связь с обесточенным «Эрадоном», и подключился к внутренней сети.

— Вырубилась система, — сообщил Редин. — Проводим перезапуск. Скоро восстановимся.

— Помощь нужна?

— Нет. Справимся.

— Вы так раздолбали чужаков, что от них не осталось даже каркасов. Мы не успели открыть торпедные люки, как всё было кончено. Поздравляю с победой.

— Благодарю, — сказал Редин. — Но солнечную бурю никто не отменял. Надо успеть укрыться. «Эрадон» останется за Роной.

— Что с флагманом? — поинтересовался Димгадар.

— Можешь сам связаться с принцем. А остальным кораблям передай, что мы будем на орбите.

— Хорошо. Удачи вам, — пожелал капитан «Брунки» и отключился.

— Хочу поздравить, Редин, — произнёс старпом, поглаживая свою цепь. — Ты сегодня доказал братьям, что они не ошиблись, выбрав тебя капитаном. Это ведь был твой первый бой.

— Благодарю, Ларт. Но, давай без…

— Ты вовремя объявил «Полундру», — заметил старпом, перебив капитана, — хотя раньше не проводил тренировки. Словно предчувствовал возможную атаку. Нападающие ведь рассчитывали на внезапность, но мы уже были готовы, и их диверсия не удалась. Что тебя подвигло на «Полундру»?

— Да… — замялся Редин. Не хотел он говорить Ларту, но, взглянув в его вопрошающие глаза, признался: — Сон.

— О-о-о… — многозначительно протянул старпом. — Видишь, тебя поддерживает космическая дева. Считай, что ты благословлён.

— Снова об этом, — скривился молодой капитан.

— Вспомни свой сон в аномалии. Тогда ведь тоже было предупреждение, и ты стал кэпом. А потом «Эрадон» покинул облако, и мы спаслись. И вот опять тебе что-то снилось. Это неспроста. Кстати, Катиручи говорил, что судьбы нашего корабля и принца связаны. Думаю, потому Ратан и решил обосноваться на третьей палубе «Эрадона». Ну а тебе дают подсказки, чтобы мы помогли флагману.

— Ларт, ты же знаешь: не люблю я всякие эти религиозные штучки. Там всё притягивается, чтобы обосновать какую-то вымышленную теорию. А жизнь-то совсем другая.

— Ты ещё молод, — выдохнул старпом. — А когда начнёшь искать объяснение сути происходящего, то увидишь: многое невозможно понять, потому и придумывают люди хоть какую-то теорию. Но ты не можешь отрицать, что тебе неспроста посылают такие сны. Ведь уже не один раз.

— Когда нет прямых доказательств, каждый думает о чём угодно, — выдохнул Редин, чтобы прекратить разговор.

Глава 97

Империя. Малый мешок. Система звезды Диба. Крейсер «Эрадон». Сорок часов спустя.

Боко вошёл в свой бывший отсек на третьей палубе «Эрадона». Исходя из обычной человеческой логики, внуку было бы интересно посмотреть, где жил дед. Прежде Боко ссылался на занятость, но сейчас появилось свободное окно, и он решил совершить небольшую экскурсию в прошлое, чтобы офицеры «Эрадона», наконец, перестали коситься на него и принимать за бывшего кэпа.

Боко остановился сразу за переборкой и огляделся. Всё здесь находилось в том же порядке, как он и помнил. Этот отсек был самым большим на корабле. Здесь Боко жил, а также принимал членов экипажа и перед прендой проводил совещания офицеров.

По центру стоял большой овальный стол, вокруг которого разместилось двенадцать мягких пуфов. Вся мебель здесь была прикреплена к полу. Капитан обычно хранил документы и личные вещи в шкафах, поэтому ни один предмет не валялся лишь бы где. Эту привычку Боко выработал за годы жизни в космосе. Пиратский крейсер нередко участвовал в сражениях, когда, после отключения энергии, пропадала гравитация. В такие моменты всё разлеталось по отсеку, и приходилось затрачивать много времени для поиска нужных вещей.

— Здесь так чисто, — похвалил Боко Ларта, взглядом скользнув по его новому комбезу имперского образца.

Старпом сам вызвался сопровождать принца и теперь всматривался в его лицо, по-видимому, желая увидеть некую реакцию.

— Но чувствуется: тут не живут, — продолжил Боко.

— Системы жизнеобеспечения корабля хорошо фильтруют воздух и убирают из атмосферы любые мелкодисперсные взвеси, — сообщил Ларт. — Но всё равно пыль оседает. После внезапного исчезновения Папы этот отсек стал вроде музея.

— Неужели экипаж настолько уважал капитана?

— Ну… Вообще-то, да. Так уж устроено: мы ценим человека или вещь, только когда теряем. Идеальных людей нет. У каждого есть много и хорошего, и плохого. Но при Папе экипаж не волновался о будущем. После пренд все оставались живы и с рачей. Э-э-э… Капитан Боко был справедлив. Не помню, чтобы кто-то из братьев проклинал его. Он чтил Кодекс и понимал людей. А судьбу нарушителей закона решал совет.

— Вы проводите здесь экскурсии? — поинтересовался Боко.

— Нет, — усмехнулся Ларт. — Ещё не выпадало случая. Экипаж «Эрадона» не укомплектован, помещений хватает, поэтому отсек пустует. Насколько мне известно, сюда заходили лишь дважды. Первым, конечно, был Арид, забравший капитанские атрибуты. А во второй раз Редин достал из сейфа свисток для управления ытысами. Я сам подсказал ему, где тот хранился.

— Я вижу здесь стол, — кивнул Боко. — Это самый большой жилой отсек на «Эрадоне». Так почему его не использовать для совещаний?

— С тех пор как ваш дед внезапно исчез, времена сильно изменились. Э-э-э… Мы прилетели в Империю, поскольку налёты уже не приносят рачу, а договоры с заказчиками лишь помогают выжить. Арид ни с кем не советовался. А все пьянки, которые он организовывал для своих клоунов… э-э-э… штаба, были в его каюте. Редин собирает офицеров в рубке и там проводит совет. Такие дела. Ну а ещё, в этом отсеке сейфы. Открою вам секрет: тут находится корабельная казна.

— Хранилище драгметаллов? — предположил Боко. Он сам отлично знал, чего здесь точно нет, но был вынужден играть.

— Это лежит на складах, — отмахнулся старпом и потёр свои красные веки. — А в тайном сейфе одного из отсеков находится пульт для доступа к банковским вложениям. На разных планетах Галактики у «Эрадона» есть накопления в золотых дагини, а получить их можно только после активации кода отсюда.

— Вы так открыто мне об этом говорите? — деланно удивился принц.

— Если не знаете, как пользоваться оборудованием, информация для вас бесполезна, — отмахнулся Ларт. — Я скажу: в банке лежат дагини. Это общеизвестно. Но получит их лишь тот, у кого есть пароль, ключ, да хотя бы отпечаток определённой части тела.

— Ты прав.

«Ларт упомянул о казне, поскольку доступ к вкладам был лишь у кэпа, — подумал Боко. — Прощупывает меня. А я, внезапно исчезнув, никому не передал коды и ключи, и экипаж остался без капиталов. Сейчас это не имеет значения, поскольку проход в Галактику закрыт имперским флотом. Нужно будет как-то передать Редину пароли».

Боко прошёлся, хозяйским глазом подмечая различные мелочи. Ностальгическая искра проскочила в его душе. В этом отсеке он прожил двадцать лет, составлял планы, готовил пренды, совещался со штабом, отдыхал. Но ему не хотелось возвращаться в ту прошлую жизнь, в которой был невыносимо одинок. Мужчине нужна женщина, но после смерти Ланли он никого не подпускал к себе. А сейчас в его душе зародилась новая любовь, и Боко был готов сражаться за неё.

— Если желаете, могу покинуть вас, — предложил Ларт, заметив, что принц остановился, задумчиво теребя рукав своего чёрного жакета. В неформальной обстановке Боко надевал костюмы без вычурных украшений, но на нём всегда была белая сорочка и обтягивающие брюки, подобные тем, что обычно носят космонавты.

— Тут есть две боковые каюты, — ткнул рукой Ларт. — Там, насколько мне известно, во всех стенах тайники. Зная шифры…

— Нет. Спасибо, — поспешно отказался Боко. — Я был едва знаком с дедом, но много слышал о нём, поэтому решил осмотреть его каюту. А про тайники «Эрадона» мне ничего не известно. Мы несколько раз встречались с… Папой Боко, но говорили о другом.

В случае необходимости бывший капитан мог тайно проникнуть сюда по лабиринтам калетов, поэтому не стоило давать старпому лишний повод для размышлений.

— Ларт, как идёт восстановление «Эрадона» после атаки? — спросил принц, желая перевести разговор на другую тему.

— Все системы работают штатно. Мы пополнили арсенал и готовы к пренде.

— Отлично.

Заиграл вызов космической связи. Посмотрев на определитель абонента, Боко на переговорнике нажал окошко приёма и произнёс:

— Свяжусь с тобой через несколько минут. — А отключившись, принц повернулся к Ларту и сказал: — Вот и конец экскурсии. Пора заниматься делами. Спасибо за возможность побывать здесь.

Боко надеялся, что неплохо отыграл роль и не прокололся, как с Грудом и Тасаном. Он хорошо знал Ларта, и не хотел ему открываться. В случае беды старпом прибежал бы за помощью к бывшему капитану. А Боко не желал мешать Редину и подрывать его авторитет.

                                                * * *

Вернувшись на яхту, Боко постучал в переборку каюты императрицы.

— Входи, — разрешил голос Амадеи.

Она сидела на широком диване в белом комбезе, который обычно носила на корабле. Её лицо уже не было таким бледным, как сразу после событий в Алимли. Сейчас императрица не надевала украшения, а ограничивалась лишь косметикой, оживлявшей болезненную белизну кожи. Но волосы она всегда аккуратно укладывала, считая причёску необходимым элементом в облике императрицы.

— Ваше Величество…, — начал Боко.

Амадея его перебила:

— Мы же договаривались: наедине без формальностей.

— Хорошо. — Улыбка тронула губы принца, но лицо осталось серьёзным. — Сейчас… ты услышишь беседу. Но запомни: ни одного звука. Я хочу, чтобы между нами не было каких-то тайн. А потом всё обсудим.

— Ладно, — кивнула Амадея. — Что-то серьёзное?

— Сейчас узнаем. — Боко сел на диван подле императрицы и включил космический переговорник.

— Ваше Высочество? — спросил голос из динамика.

— Слушаю, Файлион.

Боко заметил, как округлились глаза Амадеи.

— Могу говорить свободно? — поинтересовался герн.

— Да. Сейчас я один.

— Этот канал безопасен?

— Вполне. Потому я и дал тебе переговорник.

— Хорошо. Вы точно не на Сате? В Империи ещё нет технологий, позволяющих в реальном времени общаться между планетами.

— Ты не узнаешь моё местоположение с помощью этого прибора. Его волны невозможно отследить.

— Это мы уже проверили. Надеюсь, у вас всё нормально?

— Почему такой вопрос? — удивился Боко.

— По военным каналам прошла информация, что на орбите Роны было сражение с применением мощного оружия.

— Какие-то подробности у вас есть? Что известно на Сате о приблизившихся к нашему флоту кораблях?

— Вы мастер уходить от вопросов. — Качество связи было таким, что Боко услышал, как Файлион усмехнулся. — А о тех звездолётах кое-что было в сводках. Сейчас вспомню. Так. Об этом стало известно вчера. Четыре корабля, отправленные к Роне, приписаны ко второму армейскому космическому корпусу специальных операций. На борту каждого из них размещён кадрированный полк. Цель миссии заявлена так: вербовка пиратов для боевых действий и попутно захват Алимли. Возглавляет флот кантол Станбест.

— Что известно о крейсерах и их экипажах?

— Звездолёты пригнали из Галактики для проведения спецопераций. Названий их я не помню. Они были то ли куплены, то ли захвачены. Об этом информации нет. Поскольку корабли находятся на балансе армии, вероятно, они поступили по официальным каналам. А экипаж — служащие вооружённых сил Саты.

— Я подозревал, что это не пираты, — высказался Боко. — Их действия были какие-то странные для качи, нелогичные. Да и сражались они словно неопытные носора. Файлион, в обмен на твою информацию сообщу подробности того боя. Сатцы пытались атаковать крейсер, на котором был я. Все они уничтожены, а в нашем флоте никто не пострадал.

— Выжившие на тех кораблях были?

— Файлион, ты видел сражение с пиратским крейсером?

— Смотрел трансляцию битвы флота барона и имперской армады. Помню, тогда корабли свободных капитанов находились на флангах и уничтожили москитный флот.

— Понятно, — усмехнулся Боко. — Там не было никакого военного искусства, а имперские истребители расстреляли, словно мишени в тире. Мне капитаны рассказывали, что в том сражении за пультами были молодые канониры. Им дали возможность попрактиковаться на простых мишенях.

— Ваше Высочество, либо вы бахвалитесь, либо мы действительно не умеем воевать.

— Файлион, ты не девушка, чтобы я выпендривался. В арсенале любого пирата снаряды и торпеды различных производителей. А канониры — профессионалы, годами воевавшие с носора. Понимаешь, какая это сила? Один крейсер разнёс четыре корабля с вашим спецназом за пару минут, и не получил ни одного снаряда в борт. Такой вот итог. Естественно, там никто выжить не мог, даже если солдаты успевали выстрелиться в спасательных шлюпках. Плотность огня была такой, что от крейсеров остались обломки. Поэтому высылать туда поисковые группы бессмысленно и даже опасно. Сам понимаешь: к осколкам взорвавшегося флота барона добавились ещё на новой орбите.

— Так воевать имперцы не умеют, — выдохнул герн. — Потому вас и боятся носора.

— Файлион, я не просматривал информационные каналы. Были сообщения о новых смертях в элите Саты? — поинтересовался принц.

— Среди первых лиц все живы. Но в семье Эдина Пирса ещё трагедии. Было объявлено, что его супруга скончалась от горя. А два брата бывшего президента утонули во время погружения на дно океана в личной подводной лодке.

— Теперь нам известны некоторые участники группы, устроившей ловушку в Алимли, — подвёл Боко итог. — Файлион, с какой целью ты связался со мной? Надеюсь, не для получения информации. Я плохой канал.

— Ваше Высочество, у меня было несколько встреч с разными… людьми. Не буду их называть, но это не простые граждане. Я показал им полученные у вас материалы допроса ибо-хирбю. Увиденное произвело впечатление, и они желают встретиться с вами.

Боко выдержал паузу, обдумывая слова Файлиона.

— Я тебя услышал, — произнёс принц. — С какой целью мне назначают встречу?

— Ваше Высочество, как известно, о личности судят по её поступкам. А вы уже показали себя довольно сильным лидером. Меня допрашивали обстоятельно, и я рассказал всё, что было во время моей миссии на «Эрадоне», и дословно о нашей беседе. В арсенале разведки, знаете ли, имеются различные препараты, заставляющие отвечать на вопросы.

Файлион вздохнул и после небольшой паузы добавил:

— Мне оставили жизнь лишь потому, что у меня есть с вами контакт. Иначе провалившего операцию агента уже устранили бы. Да я бы и не выжил после химии, которую мне вводили… Но, по-видимому, ещё нужен.

— Значит, спецам на Сате известно, чей ты шпион?

— Ваше Высочество, люди, с которыми я работаю, не служат в планетарных вооружённых силах, но имеют огромные ресурсы. Вот они и желают встречи с вами.

— Я им мешаю, и меня хотят устранить? — уточнил Боко.

— Нет, Ваше Высочество. С вами желают вступить в контакт, поскольку вы обладаете положением в обществе и силой. Ещё вам покровительствует Катиручи. Уже это делает вас, возможно, одной из самых значимых личностей в Империи. А вам хотят предложить…

— Понятно. Им нужны технологии Катиручи, — резюмировал Боко.

— Ну… Не только это… Я, наверное, забегаю… Короче, вас хотят видеть императором и предлагают помощь в политической сфере.

Боко заметил, как у Амадеи вытянулось лицо. Она хотела что-то сказать, но, видимо, вспомнила просьбу принца и закрыла рот.

— Файлион, я вот слушаю тебя и вижу, что ты неординарная личность, — произнёс Ратан. — Работать на столько хозяев одновременно не каждый смог бы.

— Благодарю. Вы ответили комплиментом на мою информацию и сменили тему. Я восхищаюсь вашим мастерством по… простите, увиливанию, но мне надо дать моим… хм… знакомым… Как вас понимать? Вы не принимаете их предложение? Хотите поторговаться? Что-то ещё?

— Файлион. — Размышляя, Боко растягивал слова. — Я должен обдумать услышанное. Мне было сделано предложение. Кем? Ты сейчас выступаешь от военных Саты, Союза ПИНА, либо от неких богатых личностей? Зачем я им нужен у власти? В государстве есть официально избранная императрица, которая правит в соответствии с конституцией. Как бы там ни было, у неё довольно сильные позиции.

— А разве она ещё жива? — удивился Файлион.

— Почему такой вопрос?

— Буду откровенен: распространена информация, что императрица была отравлена ядом, от которого нет антидота.

— Те, кто сообщил это журналистам, осведомлены о предназначавшейся Амадее смертельной смеси. Если найти источник вброса инфы, то можно выйти и на убийц. Но они ошиблись. Их диверсия провалилась, а исполнители уже мертвы. Её Величество здорова. В своём выступлении она подробно рассказала о покушении в Алимли. В следующем обращении к гражданам все увидят императрицу, и волна лжи спадёт.

Файлион немного помолчал, собираясь с мыслями, и затем произнёс:

— Это несущественное обстоятельство не отменяет сделанное вам предложение. Ваше Высочество, мы, как и вы, знаем, почему Амадея оказалась на высшем посту государства. Но она отыграла свою роль и уже никому не нужна, вот и распространили информацию о её гибели.

— Я подозревал нечто подобное, — высказался принц. — Амадею убирают из официальной повестки, чтобы затем полностью забыть.

— Императрица не показала себя сильным лидером, — заявил Файлион. — Она фактически перестала бороться за власть и отправила на фронт даже личную охрану. Да, с её стороны это был благородный жест, но глупый. Как на неё положиться? В следующий раз Амадея пожелает мира во всей Галактике, предложит носора упразднить границы и взаимовыгодно торговать. Все понимают, что это утопия. Государству нужен сильный, предсказуемый лидер, который будет отстаивать интересы народа, а не думать только о личных проблемах.

Амадея закусила руку, а на её глазах выступили слёзы, но она по-прежнему сохраняла молчание. Видимо, на такую откровенность императрица не рассчитывала, зато услышала то, что думают о ней в высших кругах власти. А это важно, поскольку развеиваются иллюзии о собственной персоне.

Боко положил руку на вторую кисть Амадеи и погладил, желая успокоить девушку. А затем он произнёс:

— Файлион, а не делаете ли вы и ваши знакомые неверные выводы из произошедшего? Объективно посмотрите: все враги императрицы мертвы, а она по-прежнему у власти.

— Ваше Высочество, если бы не вы, Амадею убил бы барон. Ни одна политическая сила не поддержала императрицу. А жива она лишь благодаря вам и, конечно, Катиручи. Я могу об этом говорить как один из участников провалившегося на неё покушения.

— Во многом ты прав. Я защищал императрицу. А делал это, так как она имеет для людей очень большую ценность. Амадея — символ светлого грядущего, которое желает видеть проголосовавший за неё народ. Я тебе скажу ещё кое-что. Пираты согласились участвовать в пренде по освобождению Империи, поскольку увидели её силу. Но я не на сцене, да и ты не мальчик, которому надо рассказывать банальные истины. Если твои знакомые хорошо подумают об этом, то поймут, что Амадее необходимо оставаться на своём посту как можно дольше.

— Полагаю, — задумчиво произнёс Файлион, — если для вас императрица важна, как женщина, и вы с ней возглавите государство, это устроит моих знакомых. В ином ракурсе Амадею не будут рассматривать. Её считают лишней фигурой.

— Файлион, а как в Союзе ПИНА отнеслись бы к изменению власти? Тебе же известны царящие там настроения.

Герн ответил не сразу.

— Ваше Высочество, я не дам прогноз по той стороне. Для них я лишь поставщик информации, погрязший в грехах неверных. А там хотят независимости от всех. Но теперь я понимаю — это несбыточная мечта. После приведённых вами аргументов, сомневаюсь, что Союз долго просуществует. Там нет серьёзного оружия, и от крейсеров они не смогут защититься. Конечно, я сообщил им эту информацию, но сомневаюсь, что на неё правильно отреагируют. Союз ждёт возвращения дзугов. У власти там религиозные лидеры, которые не позволяют развивать науку, а люди всё свободное время молятся в церквах. На планетах нет ни заводов, ни специалистов для создания обороны, поскольку со времён оккупации любое оружие считается греховным.

— Файлион, я рад, что ты это понял.

— Моё мнение никого не интересует. — В голосе мужчины ощущалось страдание. — Я лишь винтик, служащий для определённых целей, который устранят после использования. Мне ведь запрещено возвращаться на планету к семье. Простите за это откровение.

— Файлион, а что хотят твои сатские знакомые за помощь в производстве меня императором? — спросил Боко.

— Естественно, они мечтают тайно руководить Империей. Но какие условия выдвинут, не знаю. Это будет обсуждаться при личном общении.

Амадея отрицательно покачала головой.

— Файлион, сейчас я ни с кем не буду встречаться, — заявил принц.

— Простите, но это опрометчиво с вашей стороны…

— Я не отвергаю саму возможность, — задумчиво произнёс Боко. — Мне необходимы диалоги с политиками на всех планетах. Но это преждевременно. Сейчас я с флотом отправляюсь в Большой мешок. Необходимо утихомирить гризов. Чем быстрее, тем лучше. Ты сам описывал ситуацию у Арагнского коридора. Когда носора вторгнутся, имперские флоты будут разгромлены. Поэтому мне нужно действовать на опережение: успеть разобраться с Уоррой и вернуться в Малый мешок до начала интервенции вражеских армий.

После небольшой паузы герн спросил:

— Я могу передать… знакомым, что вы не против общения, но оно состоится после победы над носора?

— Ты правильно рассуждаешь. Файлион, мне нравится с тобой общаться. Когда вернусь в эту систему, мы ещё побеседуем. Думаю, к тому времени с ибо-хирбю будет покончено, и планету возглавят патриоты.

— Ваше Высочество, мне кажется, вы упускаете один важный момент. Поскольку Рона заблокирована, сейчас Сата фактически столичная планета. Если не побеседуете с её элитой, то эти люди будут проводить свою политику и…

— Файлион, — прервал Боко, — в СМИ было объявлено, что Сата отделяется от Империи.

— Мы уже всё выяснили: Мезир Болеки — ибо-хирбю и скоро будет ликвидирован. А вместе с ним уйдёт и вся правящая верхушка, намеревавшаяся создать независимое государство. Но прежде чем затевать переворот на планете, элита желает договориться с вами, чтобы понимать, на кого можно опереться, и будет ли им оказана помощь. Чего им ожидать в случае выступления против ибо-хирбю?

Амадея нервничала, и это отразилось на её лице. Боко сделал предостерегающий жест: молчи.

— Файлион, Сата — обыкновенная планета в составе Империи, — заявил Ратан. — Поэтому у тамошней элиты не должно складываться представление о своей исключительности. Я раздумываю о переносе столицы в другой регион, поскольку Рона находится в неудобном месте. Но это будет решаться уже после того, как мы расправимся с носора.

— Подобное изменение отразится на всей архитектуре власти, — заметил Файлион.

— Рону сделали столицей ибо-хирбю, чтобы держать императрицу в изоляции подальше от политической жизни государства, и в удобный момент незаметно устранить. Поразмышляйте над этим со своими знакомыми. Я считаю, что столицу необходимо перенести в Большой мешок, подальше от Арагнского коридора.

— Ваше Высочество, мы сможем общаться после того, как покинете систему?

— Нет. Этот переговорник не пробивает на межзвёздные расстояния. Здесь останется один линкор. Я дам тебе контакт капитана. Его зовут Космический потрошитель. Он будет следить за порядком и, если понадобится, защитит систему от вторжения. Мощности его линкора хватит.

— Какие у него будут полномочия? — уточнил Файлион.

— Потрошителя я назначил временным хозяином системы.

Амадея впервые услышала об этом, и на её лице отразилось возмущение.

— Он довольно решительная личность, — продолжал говорить принц, — а армия Саты не представляет для него угрозы. Кстати, Потрошитель получил своё прозвище, потому что уничтожил три звёздные системы носора со всеми их оборонительными рубежами и боевыми кораблями. У него мощный линкор, большой опыт и трезвомыслящая голова. Я сам не хотел бы иметь такого коварного врага. Ну а к грязеходам… жителям планет у него особое отношение… Но не будем о плохом.

— Ваше Высочество, я вас услышал. Не радикально ли это? Что смыслит пират в государственных делах? Все будут против…

— А вы не нарывайтесь и останетесь живы.

— Но ведь реально править системой непросто…

— Потрошитель не станет вмешиваться в каждую сферу деятельности. Он страж. А ты, Файлион, единственный канал для связи с ним. Больше ни с кем он общаться не будет. Ты понимаешь, какую я тебе даю власть?

— М-м-м… Не совсем… Это… неожиданно.

— Если у тебя наладятся контакты с Потрошителем, он поможет избавиться от ибо-хирбю в системе и ликвидировать всех, кто станет выступать против Империи. Такое у него задание. Финансов и знаний у него достаточно, чтобы собрать новую армию на Сате и избавиться от прежней власти. Это, кстати, и в твоих интересах.

— Вы настолько ему доверяете?

— Потрошитель дал клятву, а для пирата это святое. Файлион, советую хорошо обдумать нашу беседу и полученную информацию не разглашать. И ещё одна просьба. Я хочу, чтобы реанимировали Алимли. Организуй туда рабочих и садовников. А средства на это выделят новые правители Саты. Любые перемещения к Роне только через Потрошителя. На этом всё.

— Я понял, Ваше Высочество. — Было слышно, как изменился голос Файлиона. Видимо, до него дошло, что ему предлагал принц. — Всё сделаю. Вы единственный… властный человек, кто отнёсся ко мне, как к личности… Можете быть уверены в моей… лояльности. Я буду… стараться…

— Удачи, — завершил Боко разговор и отключился.

Глава 98

Государство Каэртан. Звезда Пгум. Планета Куи.
Дворец «Каменный дзуг». Зал встреч

По приглашению наимудрейшего Ий-ти на планету Куи прибыли вожди «большой семёрки» Галактики. Правители государств обычно собирались на Этране во Дворце встреч, где обсуждались важные вопросы и принимались решения, касающиеся международных отношений. Но после возвращения Империи независимости назрела необходимость встречи представителей великих рас в узком кругу для обсуждения правил дальнейшего сосуществования. За последнее столетие изменилась сама архитектура межгосударственных отношений, поэтому требовалось искать компромиссы и вырабатывать новые законы.

Такие саммиты правителей великих народов проходили и раньше, и вожди неоднократно собирались в разных столицах. Поэтому, не сочтя ничего странного в предложении грру-ррати встретиться на Куи, и понимая необходимость обсуждения назревших проблем, лидеры «семёрки» прилетели на планету дзугов.

Были также приглашены представители Империи, недавно принятой в Совет народов. По распространению ареала и количеству планет государство людей было самым большим, поэтому они тоже играли значимую роль в жизни Галактики. А если учесть, какой террор устроили пираты на космических просторах, позицию Империи невозможно было не учитывать.

Гостей саммита пригласили в Зал встреч. При создании этого мегарона архитекторы отступили от традиций в угоду существам иных рас и сделали его довольно просторным. До потолка здесь было не менее десяти метров, а между стенами примерно тридцать. В оформлении дзуги использовали элементы собственной культуры и выполнили покрытие из древовидных водорослей разных оттенков. А чтобы зал не казался безликим, поверхности украсили орнаментами с вплетёнными в узоры надписями на универсальном языке. Это были статьи конституции Совета народов Галактики.

В Зале искусственно поддерживались высокая влажность и температура около пятнадцати градусов, что приемлемо для большинства рас. Например, живущим в холодных мирах трейлянам было жарко, а людям, пикелам и кыжам хотя температура и прохладная, но терпимая. Дзуги, эйзины и фриты чувствовали себя относительно комфортно от минус трёх до плюс двадцати пяти градусов. А в аквариуме ланга была собственная среда.

Единственное, что не могли дзуги сделать универсальным — состав дыхательной смеси. Для оптимального самочувствия у каждой расы были свои необходимые ингредиенты, поэтому некоторые вожди надели маски.

Хозяин мероприятия — наимудрейший Ий-ти — возлежал на особом постаменте. Инженеры создали удобное каменистое ложе, оптимально соответствовавшее вытянутой фигуре дзуга. Грру-ррати ничего не должно было мешать, даже вынужденная неподвижная поза, поэтому каждый выступ ложа вибрировал с определённой частотой, разгоняя кровь и обеспечивая телу комфортное самочувствие. По случаю столь важного мероприятия Ий-ти покрыли золотой пылью. Этот драгоценный металл почитался во всей Галактике, и его обилие показывало богатство и величие Каэртана.

Со своего возвышения Ий-ти обвёл зал взглядом, желая убедиться, что все готовы к беседе. Вождей разместили так, чтобы они могли видеть коллег. У дальней от входа стены на постаменте возлежал Ий-ти. А аквариум ланга О-о-о, в котором тот прибыл на Куи, установили у портала. Водный житель обернул своё пёстрое, вытянутое тело вокруг пирамидообразного возвышения и внимательно рассматривал вождей, словно гипнотизируя их.

Дипломатический этикет обязывал учитывать расовые особенности, и дзуги позаботились о комфорте гостей. Медведеподобный трейлянин ррурртиар (повелитель) Ташат-игуа развалился на узорчатом металлическом диване справа от грру-ррати. Его покрытому мехом телу было вполне комфортно, а вес гиганта другой материал просто не выдержал бы. Для глаз трейлянина освещение зала оказалось слишком ярким, и Ташат-игуа надел затемняющие очки, а на вытянутый нос водрузил маску, через которую подавалась дыхательная смесь.

Возле трейлянина был установлен насест для крылатого фрита Ик-ика в соответствии с переданными его инженерами чертежами. Сине-красно-жёлтый лидер государства Грым (гнездо), казалось, нахохлился и приготовился к драке, но Ий-ти знал, что у фритов это обычная поза. Приземлившись, летуны складывали крылья так, что создавалось впечатление, будто они накинули на себя роскошные плащи из перьев. На их локтевых сочленениях было по три длинных пальца, которыми фриты орудовали довольно ловко, всё равно, как люди руками. Выпуклые глаза престарелого летуна беспрестанно вращались, придирчиво осматривая вождей и каждую деталь интерьера. Он явно был готов обчирикать всё, что видел, но мудро сдерживался, выражая свои эмоции лишь бесконечным топтанием на деревянном насесте. А ещё, возможно, открывать массивный клюв Ик-ику мешала дыхательная маска.

Кыжу Клац-клацу и эйзину Ушуаиши постелили соответствовавшие их расам ковры слева от грру-ррати. Из-за строения тел невозможно было определить эмоции этих правителей. Но если они молчали, значит, их всё устраивало.

А для человека Удиго Пияо и пикела Шу-шуха по обе стороны аквариума были установлены отличавшиеся габаритами кресла, поскольку люди ростом превосходили дорсийцев, также имевших гуманоидное строение тела.

Ий-ти решил, что уже все готовы к началу саммита. Он приподнялся на своих коротких ногах, воздел клешни, украшенные кольцами окри, и произнёс:

— Каэртан рад приветствовать величайших правителей Галактики!

Удиго Пияо сразу поднялся с кресла. Так было задумано наимудрейшим, готовившим этот политический спектакль.

Одновременно из соседнего зала вошли ещё семь человек. Все они были с разных планет, не признавших новую власть Империи. Мужчины в чёрных комбинезонах подошли к Пияо и стали за ним. Они отличались ростом, объёмом и причёсками, а лица у всех были застывшие, словно маски. Атмосфера на Куи по химическому составу подходила людям, а вредоносные микроорганизмы отсутствовали, поэтому гостям из Империи не требовалось фильтровать воздух.

Люди никогда не участвовали в таких мероприятиях, и вожди с недоумением смотрели на их странный выход, нарушавший обычный порядок саммита. Но никто из лидеров не проронил ни слова.

Когда послы замерли за спиной Пияо, тот сделал два шага вперёд. Это был средних лет невысокого роста полный лысоватый мужчина в чёрном плаще. На его сером морщинистом лице обвислые щёки тряслись при каждом движении, а хищно торчавшая острая рыже-белая бородка напоминала перевёрнутый клюв. Пияо откинул с головы капюшон и взглянул на Ий-ти.

Грру-ррати поджал клешни. Это был знак, что можно говорить, и Пияо произнёс на галакто:

— Уважаемые вожди, простите, что нарушаю традиции. После согласования с хозяином саммита мы хотим сделать заявление.

Никто не выразил протеста, и Пияо продолжил:

— Сейчас в этом зале вы видите несколько человек, а не одного вождя, представляющего расу людей. Мы не претендуем на признание каждого равным вам, а хотим сообщить о ситуации в регионах, обозначенных на галактических картах, как Большой и Малый мешки.

Пияо говорил неторопливо, как учил Ий-ти, чтобы переводчики успевали донести его слова остальным вождям. Он единственный из людей хорошо знал галакто и почти не делал ошибок в произношении, а потому ему доверили выступать перед вождями.

— После ухода великих дзугов на планетах бывшей Империи начался хаос, — продолжил человек, отвесив поклон Ий-ти. — В государстве разразилась гражданская война, в которой пиратами была убита императрица Амадея, подписывавшая на Этране Великий договор с Каэртаном. В этом конфликте погибли также члены королевской фамилии Карде, прежде возглавлявшие нашу расу. Человечество лишилось объединяющего начала и перестало быть единым. Поэтому на Куи прилетели восемь представителей независимых государств.

Пияо обвёл рукой стоявших за ним людей и продолжил:

— Послы доверили мне изложить наши проблемы, так как у нас одинаковые взгляды на происходящие события и схожие цели. Мы просим великих вождей уделить нам внимание.

Пияо изложил всё, что от него требовалось, и, отступив, сел в кресло, откуда обожающими глазами пялился на грру-ррати.

Ий-ти остался доволен. Он сам сочинил эту сцену, давшую саммиту необходимую ему повестку. А для воплощения задуманного, на Куи были доставлены представители не признавших Амадею миров.

После разгрома имперской армады у звезды Арагна дзуги вторглись в Малый мешок и стали осваивать ближайшие планеты. В этих мирах вводились законы Каэртана, в соответствии с которыми население было отнесено к трлону агери и становилось собственностью уррути — членов семей правителей. Чтобы привести людей к повиновению, там уничтожалось до восьмидесяти процентов населения, так как для хозяйственной деятельности дзугов не требовалось столько чужеродных особей. А оставшихся, наиболее лояльных существ ррати перевоспитали в духе почитания дзугов. Поэтому обожающий взгляд Пияо был объясним: он своими глазами лицезрел бога, которому поклонялся с рождения.

По мере продвижения вглубь Империи дзуги захватывали новые планеты. Но населённых миров даже в Малом мешке оказалось довольно много, и не везде местные жители подчинялись завоевателям. Чем дальше планеты отстояли от Арагнского коридора, тем меньше население почитало захватчиков. Люди были агрессивными, не признавали законы Галактики и право победителя владеть собой. А ещё на экспансию дзугов сказывались и климатические условия, и плотность населения, и наличие необходимых для цивилизации Каэртана полезных ископаемых.

В Большом мешке уррути вообще были номинальными. Они собирали налоги, но не участвовали в общественных мероприятиях, предпочитая не жить на планетах, где их ненавидели и каждый день устраивали покушения.

Дзуги, пытавшиеся покорить строптивых людей, массово гибли по разным причинам. На просторах Большого мешка бесследно пропадали не только отдельные звездолёты Каэртана, но и целые флотилии, летевшие покорять неразумных агери. Понеся немалые потери, грру-ррати решили проводить в этих мирах политику поэтапного подчинения. Но дзугам не хватило времени на социальную экспансию, поскольку пираты вынудили их уйти.

После поражения имперского флота некоторые галактические расы тоже отправили свои корабли для оккупации планет Малого мешка. Но они также не преуспели. Сказывались и удалённость от собственных ареалов, и сильное противодействие Каэртана, считавшего Империю своей территорией. Сражаться с дзугами было опасно, поскольку они имели большое влияние в Галактике и мощные вооружённые силы. А ещё мировую цивилизацию преобразил пиратский разбой, и свободное перемещение по космосу стало опасным даже для военных флотов.

Лишь несколько миров с человеческим населением оказались под влиянием других рас. К примеру, на Иуте и Брании боготворили трейлян, а на Хунаре фритов. Представители этих миров с таким же обожанием, как и Пияо, смотрели сейчас на своих «богов».

Народы Эльгаро-Бато, Амениты и Масаниты тоже не признали Амадею. Хотя они создали собственные религии, влияние дзугов в тех мирах было немалым, и потому их представители также прибыли на Куи.

Население Зиксара не почитало высшие силы и не поклонялось галактическим существам. А элиты этой планеты не желали присоединяться к Империи. Они хотели независимости и самостоятельно править своими народами. Но поскольку одной планете не выжить в огромной Галактике, зиксарцы искали сильного покровителя.

Для легитимизации посланников отколовшихся от Империи миров, отправленный за ними звездолёт посетил Этрану. В галактической столице служащими Каэртана были оформлены юридические документы, и послы получили возможность представлять свои новые государства на международном уровне. Ий-ти не мог допустить, чтобы вожди отказались обсуждать раздел Империи с непризнанными коллаборантами.

Выдержав паузу после выступления человека, грру-ррати снова приподнялся и произнёс:

— Уважаемые правители, я хочу поблагодарить вас за возможность провести встречу на Куи. А причина созыва этого внеочередного саммита, как вы понимаете, чрезвычайная и не терпящая отлагательств.

Ий-ти потёр клешни, что у дзугов означало выражение уважения к гостям, и продолжил:

— Не буду скрывать: для меня не стало неожиданностью прибытие людей на Куи. Послы обсуждали со мной собственные проблемы. Для понимания всеми сложившейся в Империи ситуации, я позволил им выступить со своим обращением.

Но давайте будем откровенны: мы здесь собрались, чтобы решить судьбу Галактики. Каэртан предоставил людям возможность самостоятельно жить и подниматься до уровня высших рас. Вам, уважаемые вожди, уже известно, что пираты удалились из большой Галактики и были заблокированы в Малом мешке. Мне бы очень хотелось, как, полагаю, и вам, чтобы они там и остались. А ещё лучше, пусть эти бандиты перебьют друг друга и навсегда исчезнут из Галактики.

Ий-ти снова сделал паузу, в ожидании, что вожди выскажут своё мнение. Но лишь фрит, не отличавшийся эмоциональной стабильностью, как и все представители его расы, изволил прочирикать, что электронный переводчик интерпретировал так:

— Давайте уже обсуждать.

Ий-ти хотел того же и сразу сказал:

— Если никто не против, я намерен предоставить слово послу государства Союз ПИНА. Он прибыл из стагнирующей Империи и знает сложившуюся там ситуацию.

— Пусть говорит, — рыкнул трейлянин. Ррурртиар Ташат-игуа правил государством, которое называлось Ррырра и включало шестьдесят две планеты. Эта раса из-за своих физиологических особенностей не могла проживать в мирах с высокими температурами. А ещё им требовалась специфическая атмосфера с преобладающей серой, как у пикелов, но должен быть и радон, поэтому, несмотря на агрессивную сущность, трейляне не смогли значительно расширить свой ареал.

Остальные гости саммита предпочитали наблюдать и не спешили высказываться. Выждав, Ий-ти перенаправил взгляд на человека и произнёс:

— Уважаемый Пияо, мы готовы слушать.

Мужчина поднял своё грузное тело, сделал несколько тяжёлых шагов и, оправив на себе рясу, начал речь:

— Великие вожди, я уже вкратце обрисовал ситуацию в бывшей Империи. Буду откровенен: люди очень сожалеют, что высокопочитаемые дзуги оставили нас без своего мудрого руководства. Самостоятельно наша раса никогда не поднимется до галактического уровня. Всем людям, и мои сородичи подтвердят это, необходимы мудрые наставники, которые будут вести нас и помогать развиваться.

Мужчины дружно закивали головами, как им было велено перед встречей, а Пияо напыщенно вещал:

— Вы не должны ассоциировать всех людей с пиратами. Их везде считают бандитами, которым нет места в цивилизованном обществе. А мы, послы независимых миров, прибыли на Куи, чтобы просить у вас помощи. Когда люди остались без руководства уважаемых дзугов, на наши планеты обрушились серьёзные испытания, которые население не в состоянии преодолеть самостоятельно. Мы не способны восстановить экономику. А из-за того, что были приняты ошибочные решения, началась братоубийственная гражданская война.

Неожиданно Пияо умолк и смешался. На его лице выступил пот, а из носа засочилась слизь, которую он вытер рукавом. Удиго дали выучить текст выступления перед вождями, но от волнения тот многое забыл. Поэтому Пияо стал импровизировать и сбивчиво продолжил:

— Уважаемые лидеры, э-э-э… когда принц Фарим Карде… м-м-м… начал мятеж, для боевых действий… в свою, хм, армию взял пиратов. Они уничтожили… да… флот Амадеи. А сам принц… это… насколько нам известно, в походе… погиб из-за… а-а-а… несчастного случая. Тогда… э-э-э… мятежников возглавил… барон Алехандер Ругонди. Это… Под его началом пираты захватили столицу… Рону… и-и-и… Тогда же императрица погибла… Да… А потом они же… м-м-м… уничтожили корабли, летевшие с ними к… Роне… А-а-а… Уважаемые… глубокопочитаемые… правители, э-э-э… про агрессивность космических бандитов никому не нужно рассказывать. Да… вот… неудивительно, что они… м-м-м… пираты… в Империи вели себя, как и в Галактике.

Пияо вздохнул, закрыл глаза и, собравшись, затараторил:

— Был опубликован некролог Эдрана Карде. В нём говорилось, что принц скончался в своём дворце на Тере. Но есть информация, что впавшего в детство наследника отравили пираты… М-м-м… Их подослал его брат принц Фарим. А он сам… Карде погиб во время похода на Рону, и их род прервался. Теперь на планетах республиканцев полное безвластие. Лишь в наших отделившихся государствах ещё сохраняется порядок, основанный на законах Каэртана. А в Империи не осталось сил, способных объединить людей, населяющих сто шестьдесят две планеты…

Пияо замолчал, но стоял, поскольку ещё не закончил выступление. Он вытер пот и огладил козлиную бородку. А затем, открыв глаза и, по-видимому, вспомнив наставления грру-ррати, размеренно продолжил:

— На людей свалилась ещё одна беда… Тяжелейшей ситуацией в развалившейся Империи решили воспользоваться коварные гризы из Уорры… Эти… Они начали экспансию в Большой мешок… Известно, что захватчики уничтожили последние корабли, отправленные на защиту рубежей. Уоррцам также удалось разгромить пиратскую армаду. Это… Гризы совершили вопиющее преступление. Они применили запрещённое в Галактике оружие — уничтожитель генов. Да… Уже полностью истреблено население трёх планет. Там погибли миллиарды… Люди прислали меня к вам, великие вожди, с мольбой о помощи. Спасите нас, защитите от гризов, иначе моя раса будет уничтожена.

Пияо повернулся к Ий-ти и, припав на колено, воздел руки.

— Мы просим уважаемых ррати Каэртана, чтобы вы вернулись и снова взяли на себя управление планетами. Умоляем… Нам требуется помощь в восстановлении хозяйственной инфраструктуры, и нужен защитник. Когда руководили уважаемые уррути… дзуги, у нас были порядок и развитие. Люди хотят снова жить в процветании под вашим мудрым управлением.

Пияо кряхтя, с видимым трудом поднялся и, переводя взгляд с одного вождя на другого, сообщил:

— Меня прислали на Куи святейшие отцы Союза ПИНА для переговоров с грру-ррати. К моему посольству присоединились также представители государств: Иута, Брания, Эльгара-Бато, Масанита, Хунара, Аменита и Зиксар. Мы обсудили наши позиции и пришли к выводу, что у всех одинаковые намерения.

Справедливые правители Каэртана сказали, что не могут вернуться в Империю. Такие действия с их стороны будут сочтены Галактикой за повторную оккупацию. Поэтому наимудрейший Ий-ти рекомендовал обратиться к вам.

Пияо сделал глубокий вдох и едва не умоляющим тоном произнёс:

— Уважаемые вожди процветающих миров, не оставьте людей на растерзание гризам и помогите человечеству войти в цивилизованное общество.

Закончив речь, Пияо обвёл затуманенным взглядом правителей. А затем, пыхтя, он попятился, неуклюже плюхнулся в кресло и сразу уснул. Видимо, старику тяжело далось это выступление.

Хотя поведение посла на всех произвело двоякое впечатление, Ий-ти остался доволен. Впервые за последние дни у него поднялось настроение. Кажется, удача вновь повернулась к нему. Донесения из-за Арагнского коридора показывали, что в Империи всё складывается, как и планировалось. Тригон мощным оружием дзугских кораблей превращён в поток астероидов и великий бог ИТ отмщён. Флот, предоставленный Алехандеру Ругонди, уничтожен. А значит, перед этим были убиты сам барон и императрица. Больше не осталось грязных следов, указывающих на причастность Каэртана к дестабилизации Империи.

Гризы вели успешное наступление, и хотя в Большом мешке не столь радужные успехи, как озвучил Пияо, это несущественно. Последние крейсеры Империи скоро будут уничтожены, поскольку они значительно уступали новейшим звездолётам, которые Каэртан предоставил Уорре. На таких же кораблях Ругонди сокрушил половину флота Империи.

Естественно, дзуги не дали гризам энергетическую установку Акро-си, уничтожившую имперскую армаду у Солитуса. Наимудрейший отвёл Уорре особую роль в конфликте с Империей, где победа гризов не планировалась.

Амфибии неспроста получили УГ. Это страшное оружие было запрещено международным конвентом, и его применение должно сейчас подстегнуть вождей на решительные действия против Уорры. Любая раса, использовавшая УГ, лишалась суверенитета и подлежала заточению на планетах без права выхода в космос. Но гризы, как понял Ий-ти во время визита на Хорн, ничего не знали об этом законе.

Глава Каэртана не испытывал угрызений совести из-за того, что жестоко подставил целую расу, которая теперь будет самоуничтожаться. Для процветания Каэртана и собственного возвеличивания Ий-ти не гнушался использовать любые методы. Бог ИТ часто повторял: «убивай всех, кто не относится к твоей расе, поскольку те биоконструкты несовершенны и должны быть уничтожены». Следуя заповедям создателя, грру-ррати так и поступали. А ещё Ий-ти был дзугом, представителем одной из самых могущественных рас. Мелкие же народы не интересовали Каэртан. Общеизвестно: выживает сильнейший. А пример кагов был тому подтверждением.

Едва предоставленный гризам флот вошёл в систему столичной планеты Хорн, по договорённости с правителями Уорры на Этране были подписаны документы, удостоверяющие покупку звездолётов. В качестве первого взноса за корабли гризы отправили в Каэртан несколько ящиков золота. В случае каких-либо разбирательств Уорра не сможет доказать, что Ий-ти втянул это государство в войну с Империей, а значит, дзуги не будут нести ответственность за то, как новые владельцы распорядились приобретёнными кораблями. Об установленном на звездолётах оружии вообще не упоминалось ни в одном документе, поэтому не существовало никаких цепочек, которые могли связать Каэртан с УГ. А в планах Ий-ти было уничтожение переданного Уорре флота, когда гризы выполнят свою миссию по втягиванию «семёрки» на территорию людей.

Государство амфибий находилось на самой окраине Галактики и граничило лишь с Империей. Чтобы наказать гризов за применение УГ, армиям Совета потребуется преодолеть как Малый мешок, так и Большой, и последние силы человеческого сопротивления будут окончательно разгромлены. Когда Ий-ти изложил свой план на собрании мудрейших, ни один из них не нашёл изъянов, и грру-ррати приступил к реализации проекта.

Саммит вождей — ещё один из этапов в продуманной Ий-ти цепочке событий, которые приведут к полному уничтожению людей. После выступления Пияо присутствующие в зале правители должны сделать именно те выводы, к которым их подталкивал Каэртан, и присоединиться к разграблению планет бывшей Империи.

Ий-ти очень не хватало ИТа с его советами. Но и так у наимудрейшего пока всё складывалось неплохо. Теперь грру-ррати был убеждён: проигрыш невозможен.

Когда Пияо сел, повисла тишина. Озвученная человеком информация для большинства вождей была неожиданной, и они напряжённо обдумывали услышанное, а также пытались определить: в чём подвох, и какая роль Каэртана во всей этой истории. Давно зная дзугов, вожди уже получили прививку от их коварства и не спешили покупаться на лживые посулы, хорошо понимая, чем всё может обернуться. А потому государства «семёрки» ещё существовали и сохраняли независимость.

Ий-ти не только предвидел, но и буквально программировал действия правителей. Он не сомневался, что, памятуя о жестоких пиратах, учинённых ими кровавых бойнях, уничтоженных армиях и разграбленных планетах, вожди сейчас злорадствовали из-за постигших людей неудач.

Ий-ти подбросил коллегам по «семёрке» ещё одну наживку, когда в выступлении Пияо прозвучало, что гризы уничтожили пиратов, ту жестокую силу, которая пугала всю Галактику. Но если джентльменов удачи больше нет, звёздный флот Империи разгромлен, а Амадея убита, то уже никто не мог воспрепятствовать «оказанию помощи нуждающемуся человечеству», к тому же просившему об этом. Для удовлетворения такой просьбы в Империю требовалось направить армии «семёрки», а значит, будут установлены сферы влияния над регионами. Дзуги пока удовлетворятся планетами, на которых были оставлены законсервированные производства и послушные агери. А флоты галактических рас начнут воевать с остальным населением Империи и пиратами. И тогда закончатся с их стороны упрёки дзугам в излишней агрессивности, поскольку для обуздания непокорных людей все оккупанты будут вынуждены применять насилие.

— Уважаемые вожди! — воскликнул Ий-ти. Хотя у дзугов не принято открытое проявление эмоций, но сегодня у него был повод для хорошего настроения, и он буквально ликовал. — Думаю, теперь вы понимаете, почему я разрешил людям выступить в самом начале. Они познакомили нас с ситуацией в Империи, и теперь нам нужно всё обсудить. Высказывайтесь, и мы затем примем решение по гризам, а также в отношении просьбы послов человеческих государств.

Первым захотел высказаться глава фритов — уктиль (верховный владыка) Ик-ик. Он приподнялся, развёл крылья, видимо, чтобы покрасоваться блестящими сине-жёлтыми перьями, вздыбил красный хохолок на голове и выпятил грудь.

Фриты — довольно агрессивные и задиристые существа, почти лишённые страха и жалости, а потому с ними предпочитали не конфликтовать. Летуны охотно шли на развязывание боевых действий, и войны с ними могли затянуться на долгие годы. Только перед пиратами пасовали грозные забияки, поскольку ни в одном сражении не смогли их победить. Но в фритский Грым, состоявший из тридцати семи планет и расположенный в противоположной от Империи части Галактики, пираты залетали редко. Слишком большими были расстояния. А ещё своеобразные ценности фритов отличались от общепринятых, что делало грабёж их планет бессмысленным, как и захват построенных для летающей расы звездолётов.

Ик-ик обвёл вождей неодобрительным взглядом (или это только казалось), и сдвинул с клюва маску. А потом фрит возбуждённо заклокотал, так что зоб на его тонком горле буквально затанцевал.

— Уважаемые правители, моё представление такое, — на галакто затараторил электронный переводчик, спеша за речью уктиля. — Каждая раса должна сама вершить свою внутреннюю политику. Наша обязанность помочь людям защититься от преступивших закон гризов. Фриты выделят корабли для военной миссии в Уорру.

Несмотря на длительное чириканье Ик-ика, перевод его речи оказался удивительно коротким. Видимо, чтобы выразить мысль, фриту приходилось использовать идиомы. Завершив клёкот, уктиль опустился на свой насест.

Ий-ти не понравилось выступление летуна, поскольку его речь была довольно обтекаема. А наимудрейшему хотелось, чтобы дзугам дали право снова послать армию в Империю. На планетах людей были залежи жизненно необходимых для Каэртана довольно редких руд. Свёртывание поставок из Малого мешка уже негативно отразилось на экономике государства. А ещё страдала униженная гордость дзугов, поскольку несовершенные биоконструкты вынудили их отступить.

Кстати, грру-ррати не рассчитывал, что фриты захотят участвовать в этой авантюре. Их государство располагалось слишком далеко, а это значит — большие издержки с неопределённой выгодой. Но, с другой стороны, если уктиль пообещал, что предоставит корабли, значит, фриты не против интервенции, и это хорошая новость.

Следующим поднялся трейлянин ррурртиар Ташат-игуа. Огромный, с чёрной шерстью он превосходил ростом присутствующих вождей, а его голос, в отличие от тихого клёкота фрита, был подобен рёву свирепого хищника.

— Я согласен с уважаемый Ик-ик. — Сдвинув маску, прорычал трейлянин на галакто с сильным акцентом. Его покрытые шерстью уши стали торчком, а короткие лапы размахивали, словно аккомпанируя произносимым им словам. — За УГ Уорру строго наказать. Но по люди я не согласен. Вспомните, что они творили. Настал время санкции против них. В Большой мешок и Малый ввести армии. Лишить расу пиратов космос, тада всем быть хорошо. Не пускать их к наша наука и технологи, и те никогда не конкуренты нам.

Злобно сверкнув на людей глазами, ррурртиар опустился в кресло. А посланник государства Аменита, в котором поклонялись трейлянам, несмотря на суровые высказывания своего «божества», не отрывал от Ташат-игуа обожающих глаз.

Ий-ти обрадовала эта речь. Высказанная ррурртиаром мысль была заманчива. Действительно, если запереть людей на планетах, запретить им строить звездолёты и выходить в космос, и поручить, например, Каэртану удерживать блокаду — это даже лучше, чем оккупация. Всё будет по закону, и никто тогда не упрекнёт дзугов в ущемлении прав коренного населения. А им даст возможность свободно вывозить сырьё.

Воспрянув духом, Ий-ти решил огласить собственное мнение. Массивным телом подавшись вперёд и приподняв клешни, наимудрейший обратился к присутствующим:

— Главы народов, мы знаем людей, возможно, лучше многих. Дзуги жили рядом с ними и неплохо изучили. Хочу отметить, что для этой расы характерны: лень, хитрость, агрессия, коварство, жадность наряду с отсутствием утончённости и здравомыслия. Они плохие работники и никудышные учёные. Человечество ничего хорошего не привнесло в нашу жизнь, а бед доставило изрядно.

Высказанная уважаемым ррурртиар Ташат-игуа мысль показалась мне верной. Если Совет запретит людям покидать планеты, то мы навсегда оградим свои ареалы от ужасов пиратских налётов. Этот шаг поможет нам восстановить в Галактике законный порядок. Я полностью согласен с идеей Ташат-игуа. А к гризам, естественно, нужно применить санкции, предусмотренные уставом Совета. Уорра виновна в использовании УГ и должна быть наказана.

Когда дзуг замолчал, поднялся пикел — махат (избранный мудрый) Дорсии Шу-шух. Стройный, в чёрном полукостюме-полукомбинезоне и с лысой головой, он не казался вождём, а, по сравнению с людьми выглядел ребёнком. Единственным аксессуаром, нарушавшим строгую внешность махата, был небольшой серебряный овал на левой щеке. Этот миниатюрный прибор подавал хозяину сбалансированную воздушную смесь.

Государство Дорсия находилось в центральной части Галактики и включало до восьмидесяти планет. Хотя эта раса не запрещала полёты по своей территории, их регион предпочитали облетать, поскольку у пикелов весьма строгие законы, а нарушение каралось почти мгновенно.

Эту расу все уважали и предпочитали не ввязываться с ними ни в какие конфликты, поскольку у Дорсии были самые продвинутые технологии как в звездоплавании, так и в оружии. В хрониках многих народов имелись записи о попытках вторжения в космический регион пикелов. Но агрессоры всегда получали такой разгром, что больше не рисковали приближать боевые корабли к их границам. Даже пираты и клан Торисов опасались ссориться с ними.

— Дорсия не может согласиться ни с трейлянами, ни с дзугами! — произнёс Шу-шух негромким, но отчётливым голосом, привыкшим к публичным выступлениям. Из-за носового фильтра пикел немного гнусавил, но слова звучали чётко, будто галакто был для него родным языком. — Давайте будем объективны: раса людей едва появилась на политической арене. Империя ничего не успела привнести в Галактику, поскольку Каэртан сразу оккупировал новое государство, и потому люди озлобились. А пиратская война — вполне ожидаемый ответ на агрессию.

Пикелы не приветствуют насилие, но именно отчаянные действия людей вынудили Каэртан вернуть Империи свободу. Естественно, долгая оккупация полностью развалила государство. А в таких условиях даже Уорра, заселившая всего три планеты, способна успешно воевать с едва вернувшей свободу Империей.

В Дорсии махаты обсуждали экспансию гризов, и вот наше мнение: эту расу нужно изолировать на планетах до выяснения, откуда у них появилось УГ. Насколько известно, против человеческой расы такое оружие никогда не применялось, а Империя относительно недавно вошла в контакт с Галактикой. Значит, у гризов новые разработки, а не древние запасы. Есть подозрение, что кто-то из великих рас дал Уорре уничтожитель генов людей с некой коварной целью.

А сейчас поговорим об Империи. Махаты считают, что человечеству нужно помочь восстановить разрушенную цивилизацию. Вышедший в космос великий народ не запрёшь на планетах. Тем более, столь многочисленный. Агрессия вызовет у людей ненависть и может привести к страшной галактической войне. Такие конфликты мирового уровня в прошлом уничтожили некогда великие расы. А если учесть, какой хаос пираты сотворили в Галактике, махаты сомневаются, что победа над людьми вообще возможна.

Пикел посмотрел на людей и продолжил:

— Мы впервые услышали, что прибывшие на Куи послы представляют независимые государства. Насколько известно, перечисленные сегодня миры не признали новую Империю, поэтому не обладают полной информацией и не могут быть глашатаями расы. Удивляет, что на этой встрече нет официальных представителей Роны, а присутствуют лишь коллаборационисты. Без Амадеи любые решения вождей Галактики в отношении этой расы несостоятельны, и мы не имеем права совершать какие-либо действия без согласования с официальными лицами Империи.

Подвожу итог. Предлагаем общими силами уничтожить флот гризов и применить к Уорре санкции до выяснения происхождения УГ против людей. Если это их разработки, Совет Галактики найдёт силы, чтобы запереть гризов на планетах. А Империи нужно помочь. Дорсия готова сотрудничать с теми людьми, кто открыт к диалогу и не следует чужим нарративам.

Шу-шух сел. В произнесённой им речи было много правды, и радужное настроение Ий-ти остыло, но он не падал духом. Это только предварительное обсуждение, а решение будет принято в конце при общем голосовании.

— Уважаемый Шу-шух, вероятно, не расслышал в выступлении посла, что императрица Амадея была убита пиратами, — заметил Ий-ти. — А потому мы не сможем с ней пообщаться. А ещё, по нашим данным, правительство Империи было распущено, и сейчас никто не представляет всю человеческую расу. Поэтому здесь находятся лишь послы отдельных государств. А на остальной территории Империи царит хаос, и ведутся войны. Потому и прибыли к нам послы лишь тех миров, где сохраняются очаги цивилизации. Но если мы не придём им на помощь, то и там всё рухнет. Прошу, уважаемые лидеры. Кто ещё хочет высказаться?

Далее слово взял кыж клац-клац-клац (самый сильный) Цак-цак. Он встал и обвёл присутствующих чёрными глазами-бусинами, словно проверяя, все ли достойны услышать его.

У этой расы было вытянутое розовое тело, опирающееся на четыре лапы, причём задние более массивные. Сквозь прозрачную кожу Цак-цака выделялись жилы и мелкие сосуды. Две тонкие конечности с присосками на концах торчали прямо из головы, покоившейся едва не на плечах. Шея, казалось, у них вообще отсутствовала, а на вытянутом лице выделялись три глаза и продолговатое отверстие рта с торчавшими наружу длинными клыками.

Государство кыжов Цака-цка-цака (Великий дом) включало семнадцать захваченных миров и граничило с космическим регионом фритов. Эти расы не уступали друг другу в агрессивности и постоянно конфликтовали по таким поводам, на что иные народы не обратили бы внимание. В собственном представлении кыжы были идеальны, а чужакам требовалось заработать право служить им.

По-видимому, Цак-цак счёл, что присутствующие достойны услышать его мудрые мысли, и вскоре раздалось тихое клацание, сопровождаемое жестикуляцией торчавших из головы конечностей. Из-за отсутствия дыхательных органов кыжы не могли говорить. Информацию они передавали мимикой, стуком зубов и жестами конечностей. А поскольку у них не было ушей, основными источниками получения послания оставались глаза.

— Уважаемый пикел сказал правильно. Безусловно. — Изрёк переводчик речь клац-клац-клаца. — Мы много пережили и натерпелись от пиратов. Ужасно. Но всю расу людей нельзя приравнивать к бандитам. Несправедливо. Когда Империя получила независимость, пираты ушли из Галактики. Полностью. Значит, они воевали за свободу, а не из-за врождённой кровожадности. Благородно. О гризах других мнений быть не может: Уорру наказать по закону. Справедливо. Надо провести расследование и выяснить, откуда у них УГ. Объективно. Но и людей нельзя бросать. Нужно торговать с ними. Взаимовыгодно.

Закончив, Цак-цак попятился, как перед этим человек, и прилёг на свой коврик.

Ий-ти показалось, что его постамент поплыл. Наимудрейший не получил абсолютной поддержки вождей, и это было неожиданно. Он вроде бы всё обдумал и подготовил, но главы рас почему-то не спешили начинать выгодный делёж Империи. По предыдущим таким встречам Ий-ти знал, что вожди очень редко меняли свои взгляды, поэтому у него ещё оставалась надежда на голосование, когда решение большинства принимается безоговорочно. А пока грру-ррати поддержал только трейлянин. Люди обратились с просьбой, и потому их мнение не учитывалось.

После кыжа выступил (а) эйзин Ушуаиши — верховная сущность Этриды. В государство этой расы официально входило пятьдесят семь планет, но они проживали и в других, близких к родным мирах, поэтому определить распространение их ареала не представлялось возможным.

Одна мыслящая особь этой удивительной расы являлась совокупностью не менее десятка существ. Коричневого цвета сегменты — полметра длиной и толщиной пятнадцати сантиметров — в зрелом возрасте объединялись, и лишь тогда происходило чудо возникновения абстрактного мышления.

Каждая особь эйзина была автономна, существовала на основе инстинктов и могла размножаться. В единое целое они крепились присосками. В зависимости от потребности, мыслящий биоконструкт был способен менять конфигурацию. Чем больше сегментов объединялось, тем выше становился умственный потенциал особи. Видимо, потому на Куи прилетел конгломерат из тридцати восьми сегментов.

Эйзина окружало голубоватое энергетическое поле. Внутри него сохранялась благоприятная среда, в которой особи могли чувствовать себя в безопасности. А небольшой, круглый прибор фильтровал атмосферу.

По мере того как эйзин поднимался, его тело быстро складывалось в фигуру, напоминавшую гуманоида. Видимо, сейчас такая форма представителю Этриды казалась оптимальной, либо единство желало выразить людям поддержку.

Маленькие ротики сегментов эйзина не могли говорить, а были приспособлены лишь для еды. Между собой мыслящие конструкты общались во время слияния, возможно, телепатически, либо их нейроны создавали единую сеть. А для контакта с другими расами у них, как и у гризов, были устройства, преобразовывающие ментальные волны в звуковые.

— Пиратов нельзя оправдывать, — произнёс резкий механический голос переводчика. — Они доставили много бед, но понесли справедливое наказание за ужасные деяния. В ареале людей самое большое количество планет, а значит, и население. Потенциал Империи огромен. С этой расой нужно сотрудничать. Они — великий народ, преследуемый умышленно подстроенными неприятностями.

Уорру следует наказать. Но мы согласны с пикелом: зло, которое несут эти существа на своих звездолётах, кем-то сотворённое. Нужно расследование. Гризы — миролюбивые амфибии и никогда ни с кем не воевали, поэтому их удивительная агрессивность и коварство необъяснимы. Надо отыскать существ, вложивших УГ в рабочие сегменты амфибий, и тоже наказать. Этрида примет участие в расследовании и даст корабли для блокады Уорры.

Завершив выступление, эйзин преобразился в шар. Для биоконструкта такая конфигурация была наиболее удобной, так как все сегменты равномерно объединялись между собой. Сформировавшись, Ушуаиши откатился на коврик и застыл.

Настроение Ий-ти упало. Лишь трейлянин выразил поддержку Каэртану, и теперь они в меньшинстве.

Уже не имело значения, что скажет ланг. Было замечено: О-о-о часто соглашался с эйзином. Эти народы совместно проживали на нескольких планетах, но обитали в разных средах. В их внутренние дела никто не вмешивался, но подозревали, что водная раса в чём-то зависела от сегментированных особей. Ий-ти не сомневался, что ланг поддержит эйзина.

— Мнение наше: нужно встретиться с официальными представителями Империи, — произнёс переводчик. О-о-о в своём аквариуме нажимал плавниковыми отростками на клавиатуре, а громкоговоритель воспроизводил послание в звуковом диапазоне. — Мы направим в Уорру специалистов и начнём расследование по разработке и применению УГ. Приглашаю всех присоединиться. Это важно. Международная комиссия разберётся и вынесет справедливый вердикт о виновности гризов.

Послы коллаборантов не могут говорить за всех людей, и их присутствие на этой встрече недопустимо. Если не прибыл правитель Империи, значит, мы не можем рассматривать человеческий вопрос. Предлагаю отложить просьбу послов микрогосударств до встречи с лидером Империи и перейти к другим темам.

Ий-ти запаниковал, и ему было отчего волноваться. Задуманный им спектакль, ради которого он организовал саммит, фактически провалился. Пикел и ланг заявили, что не станут обсуждать Империю, значит, к этой теме уже не будет возврата. А выраженное четырьмя правителями желание провести объективное расследование в отношении УГ обернётся для Каэртана катастрофой.

Ий-ти лично вручил Уорре корабли. Если гризы перед галактическим судом откроют правду, то его объявят преступником. А тогда ничто не спасёт ни жизнь наимудрейшего, ни государство Каэртан. Ий-ти знал, что из-за проводимой дзугами агрессивной мировой политики их многие ненавидят, и, в случае выдвинутого против них обвинения, остальные народы будут весьма пристрастны к ним.

Но имелось и ещё одно немаловажное обстоятельство, заставлявшее Ий-ти нервничать. На последнем собрании ррати, состоявшемся накануне саммита, мудрейшие выразили своё недовольство главе Каэртана, поскольку прекратились поставки сырья из Империи. Государство терпело большие убытки, и ррати высказали пожелание об ускорении сроков возвращения на рудники планет Малого мешка.

Но вожди, как оказалось, желали не воевать, а торговать с людьми, что не входило в планы наимудрейшего. Своими высказываниями «семёрка» блокировала возвращение дзугов в Империю. Это был полный провал проекта грру-ррати Ий-ти.

Как же сейчас ему не хватало советов бога. Создатель нашёл бы выход из трудной ситуации и перевернул бы всё на пользу дзугам.

У Ий-ти улеглись эмоции лишь после успокоительной инъекции. Логическое мышление заработало, и тогда он понял, где допустил ошибку. Наимудрейший полагал, что из-за пиратов народы озлоблены на людей, и потому не обсуждал с вождями положение в Империи. Ий-ти не хотел показывать личную заинтересованность, но, как оказалось, просчитался.

И всё же грру-ррати надеялся, что ещё удастся победить. Ему нужно переговорить с вождями и постараться склонить их к озвученной трейлянином идее о блокаде человеческих планет.

— У меня есть предложение. — В голосе Ий-ти уже не было воодушевления. — Уважаемые правители, давайте хорошо обдумаем полученную информацию об Империи и вернёмся к ней завтра. А уважаемых послов я попрошу удалиться. Темы, которые мы намерены сегодня обсуждать, вас не касаются.

Пияо уже проснулся и смотрел на вождей мутными глазами. Услышав слова грру-ррати, он поднялся, уважительно поклонился каждому лидеру и затем направился к выходу. Посол получил чёткие инструкции от Ий-ти и точно следовал им. Остальные мужчины синхронно склонили головы и, попрощавшись так с вождями, тоже удалились. У всех на лицах были ничего не выражающие маски, но по языку их тел становилось понятно, что они разочарованы.

Когда люди покинули зал, Ий-ти на правах хозяина продолжил встречу и сказал:

— Славные лидеры, если вы не против, давайте обсудим необходимость вооружённого сопровождения торговых караванов. Каэртан считает, что пока не следует отказываться от эскорта, поскольку ещё не все пираты удалились в Империю…

Военные корабли дзугов сопровождали караваны, за что получали хорошую плату, и грру-ррати не мог не поднять этот вопрос. А кроме того, крейсерная дипломатия помогала Каэртану диктовать свои условия прибегавшим к их услугам народам, что расширяло влияние дзугов почти на всю Галактику.

Вожди поддержали предложение наимудрейшего по Империи. Но уже все понимали: ланг и пикел заблокировали эту тему. Только правитель человеческой расы мог наравне с другими вождями участвовать в саммите «семёрки» и принимать судьбоносные решения в отношении своего государства. А вот к преступлениям Уорры требовалось вернуться и согласовать карательные меры для блокады их планет.

Глава 99

Государство Каэртан. Звезда Пгум. Планета Куи.
Дворец «Каменный дзуг»

Собрание первого дня саммита большой «семёрки» завершилось поздно, когда на небе уже высыпали звёзды. Правители великих рас обсудили множество актуальных тем и набросали проекты новых законов, которые предстояло утвердить общим голосованием на Этране. Но всё это не так волновало наимудрейшего, как Империя.

Ий-ти избрали грру-ррати, поскольку он обещал сородичам покончить с пиратами и восстановить авторитет Каэртана. Но когда на общем собрании мудрейших будущий правитель озвучивал план ИТа, бог ещё был жив. За прошедшие месяцы ситуация в Большом и Малом мешках сильно изменилась, появились новые политические фигуры, и планы требовали срочной коррекции. Вожди не поддержали предложение Ий-ти по расчленению Империи, на что он рассчитывал. Всё рушилось. А ррати не простят ему провал проекта, в который были сделаны большие вложения.

Встреча затянулась, поскольку вожди желали скорее завершить обсуждения и вернуться в свои миры. Но вопросов накопилось много, и они были важными. Стало понятно, что саммит необходимо продлить ещё на сутки. Напряжённые дискуссии всех утомили. Вожди желали отдохнуть, обдумать информацию и сделать выводы. По предложению уставшего сидеть на шесте фрита обсуждения были перенесены на следующие сутки, и вожди удалились в отведённые им апартаменты.

Ий-ти сразу направился в техническую службу, где в специальной установке магниты собрали с его кожи золотую пыль. Сбросив несколько килограммов металла, наимудрейший почувствовал облегчение. А после, даже не поужинав, грру-ррати направился в собственные апартаменты и сразу же на спине «Каменного дзуга» погрузился в бассейн.

На Ий-ти навалилось множество проблем как на политическом треке, так и в экономике. А ещё после гибели бога назревала катастрофа в духовной сфере. Ррати приходили к наимудрейшему с вопросами, которые не решались обычными способами, и он постоянно изворачивался, изыскивая неординарные подходы. Но они не были выверены, и ожидаемо не всегда срабатывали.

Благодаря идеям создателя, которые Ий-ти лишь озвучивал, он производил на ррати впечатление интеллектуала. Но сам-то хорошо знал, что у него средние способности, и в умники не тянул. Выходец из низшего трлона фактически не получил настоящего образования и не почерпнул мудрости у родителей. Бывший агери боялся принимать важные решения, да и по натуре Ий-ти не был хладнокровным воином. Ему не хватало качеств, которые выводили личность на лидерские позиции. Ощущение собственного бессилия превратилось у него в настоящую паранойю, а малейшая неудача вызывала панику.

Ий-ти сам никогда не решился бы на грандиозные преобразования в масштабах государства, и тем более Галактики. Дзуг, вышедший из агери, был великолепным исполнителем воли бога, но не самостоятельным игроком на доске Вселенной. Встреча вождей показала, насколько он ошибался по многим позициям.

«Что теперь делать? Как повернуть ситуацию в другую сторону?» — мучился Ий-ти, но ответа не находил.

После смерти ИТа он понял, что уже не в состоянии править государством. Выскочка из низов видел, как его авторитет падал, и предчувствовал, что вскоре лишится высочайшего титула. От этих мыслей ему становилось всё хуже.

Забыться и уснуть — хотелось Ий-ти больше всего. Погружаясь на дно бассейна, он открыл жабры. Кислород стал поступать прямо в кровь, и самочувствие улучшилось. Вода понемногу расслабляла, а тревожные мысли незаметно растворялись. Сейчас ему было хорошо, и жизнь перестала казаться такой мрачной.

Отдавшись во власть приятных ощущений, Ий-ти задремал, как вдруг почувствовал колебание жидкой среды. Это был знак — кто-то нанёс визит.

Грру-ррати всплыл, а увидев стоявшего возле бассейна доверенного помощника, едва снова не погрузился в спасительную глубину. Кто бы знал, как ему не хотелось слышать плохие известия. Прошедший день и так принёс множество негативных переживаний, и едва не довёл наимудрейшего до нервного срыва. Но, по-видимому, сюрпризы ещё не закончились.

Парра-ррати Ка-ий никогда не приходил сюда с хорошими новостями, а плохих Ий-ти ужасно боялся, и потому долго плыл к краю бассейна. Он испытывал страх, что стыдно для грру-ррати, но себя не пересилишь. Наимудрейший не стал выходить из бассейна, чтобы Ка-ий не заметил его слабость. Ий-ти поднял глаза над поверхностью воды, полагая, что в звёздных сумерках помощник не увидит дрожащего босса.

Ка-ий спрятал клешни и, приветствуя грру-ррати, пошевелил расположенными над глазами маленькими усиками. С их помощью дзуги выражали эмоции, как люди мимикой. Предчувствуя скверные известия, Ий-ти лишь слегка качнул в ответ своими.

— Грру-ррати, пришли новости из Империи, — доложил Ка-ий. — Связник сообщил, что пиратские звездолёты, сопровождавшие флот барона Ругонди, уцелели. Возможно, они были предупреждены о намечающемся взрыве, и заблаговременно, ещё до подлёта к Роне, отделились. Иначе не объяснить их поведение в системе.

— Предупреждены?! — пробулькал Ий-ти, не поднимая ротовое отверстие над водой.

— Возможно, — холодно произнёс Ка-ий. — Сейчас пиратский флот из ста восьмидесяти кораблей покинул звёздную систему Роны. След их двигателей заметили по направлению к пульсару Солитус. Вероятно, они летят в Большой мешок.

— Гризам конец, — вырвалось у Ий-ти, хотя ещё не услышал всю информацию. У него было нехорошее предчувствие, и вот начало сбываться. Эта новость гласила, что все планы Каэртана рухнули.

— Императрица Амадея жива, — продолжил Ка-ий.

— А барон?! — Ий-ти уже не мог сдерживать эмоции и чуть не закричал.

— Когда Алехандер Ругонди прибыл в Алимли, то включил камеры прямого вещания, которые транслировали на всю систему. Барон хотел, чтобы граждане наблюдали его восшествие на престол Империи. Полагаю, так Алехандер намеревался утвердиться в человеческом обществе на высшем посту и дистанцироваться от Каэртана, чтобы уйти от нашего влияния. Но он проиграл. Люди в прямом эфире увидели, как греди убили Ругонди в тронном зале.

— Всё пошло не по плану, — запаниковал Ий-ти, пуская пену. — Но мы не нанимали греди.

— Да, грру-ррати, это были не наши агенты. Только они почему-то передали барону привет от вас. Возможно, чтобы возложить ответственность за убийство Ругонди на дзугов. После той трансляции люди убеждены: Каэртан продолжает экспансию в Империю, но сменил тактику. К тому же сам Алехандер признался в предательстве.

— Какая-то третья сила играет против нас.

— Вероятно. Пока неизвестно, кто нанял греди для ликвидации барона. Мы работаем в этом направлении. Там всё было исполнено профессионально. Убийцы применили трейлянские гиперружья и расщепили Алехандера.

— Амадею должны были уничтожить, — пробормотал Ий-ти. — Как мог Ругонди занять чужой трон?

— Законы людей отличаются от наших, грру-ррати. А на политической арене Империи появилась новая фигура — принц Кобьер Ратан. Это член младшей ветви семьи Карде. Где он жил раньше, неизвестно. Возможно, на какой-то планете Большого мешка.

— У него есть армия? — Ий-ти пытался вырваться из эмоционального ступора и мыслить логически. И у него вроде бы получалось.

— Ратана поддерживают пираты. К тому же с ним императрицу спасал человек в чёрном. Люди назвали его Катиручи.

— Кто он?

— Тот самый неуловимый герой, спасший императрицу на Этране и затем улетевший на своём звездолёте.

— Высокие технологии, — вспомнил Ий-ти.

— Да, грру-ррати. Подозревают, что он человек, поскольку для пикела слишком большой. Но вблизи Катиручи никто не видел. А в отношении продемонстрированных им возможностей наши послы беседовали со специалистами Дорсии. Там тоже не понимают, на каких принципах основаны показанные технологии.

— Предоставленные барону корабли уничтожены, как и он сам. Всё соответствует утверждённому ррати сценарию разгрома Империи, — произнёс Ий-ти. — Но почему не убили Амадею? Это рушит все наши планы.

— Грру-ррати, перед тем как прийти сюда, я просмотрел доставленную связником запись с неудавшимся переворотом на Роне, — сообщил Ка-ий.

— Что там было?

— Если кратко: Барон прибыл в резиденцию с намерением стать императором, хотя это мы с ним не обговаривали. Алехандер пригласил всех правителей планет, которые должны были провести церемонию. А перед коронацией он собирался убить императрицу.

Когда барон приготовился расправиться с Амадеей, из тайника вышел принц Ратан в сопровождении Катиручи. Наследник обвинил барона, что тот предал людей и служит дзугам. Неизвестно, откуда принц получил информацию, но говорил уверенно. Ругонди пытался подчинить Ратана, но когда понял, что не сможет, решил покончить с ним и императрицей. Алехандер стал подниматься на трон, но Катиручи сбросил его со ступеней, а затем принц унёс Амадею из зала.

— Эта… выжила… — Ий-ти пытался осмыслить описываемую картину. Но то ли из-за бунтовавших эмоций, то ли недостатка фактов, у него ничего не получалось.

— Когда принц с императрицей покинули зал, Катиручи остался, — продолжал доклад Ка-ий. — Он убил почти всех сопровождавших барона солдат. После той бойни в зале насчитали шестьдесят два трупа. В Катиручи стреляли, но оружие в его сторону не срабатывало.

— Технологии, — прошипел Ий-ти, ощущая, как его снова охватывает паника.

— Катиручи убил солдат и скрылся в тайнике. Ругонди забрался на трон и даже надел корону. Но в зал вошли греди. Они повторили обвинения принца в отношении Алехандера. Было произнесено ваше имя, наимудрейший, как организатора гражданской войны в Империи. Теперь весь мир знает, что Каэртан пытается возобновить оккупацию, и потому барон получил корабли.

— Люди догадаются, что мы натравили на них Уорру. — В голове Ий-ти метались панические мысли, и с каждой новой им всё больше овладевало отчаяние.

— Имперцы обвинят дзугов в разработке УГ. Теперь мне всё понятно. Вожди уже знали об этом и предложили провести расследование. А пикел так и сказал: кто-то дал гризам запрещённое оружие с коварной целью…

Ий-ти уже дрожал всем телом. А бесстрастный Ка-ий выкладывал новые факты:

— После переворота императрица выступила с обращением к гражданам. Она призвала народ подняться на борьбу с гризами, а также обвинила Каэртан в злоумышлении против людей. Амадея попросила Совет народов Галактики организовать расследование и выяснить степень участия Каэртана в военной кампании Уорры против Империи. Принц Ратан объединился с Амадеей и, возглавив пиратов, ведёт флот на войну с гризами.

Это была катастрофа. Ий-ти понял, что навлёк на Каэртан большую беду, и ррати ему не простят. Если информация уже обнародована, то остались дни до того, как на дзугов посыпятся обвинения. Но что он мог? ИТа нет, и никто не в состоянии ему помочь.

Ий-ти больше не воспринимал информацию и, закрыв глаза, скрылся под водой.