Молодой человеке с истошным воплем убегает.
(В отчаянии. Сняв цепочку, распахивает дверь. Весьма удрученная, возвращается к столу и возобновляет разговор с соседкой.) Я наказала его… Наказала, потому что обидно… Я думала, он — моя настоящая ЛЮБОВЬ… А он на самом деле — такой же примитивный кобель, как все! (В отчаянии.) Синьора, я так больше не могу!.. Не могу больше!
пальцы отлетят… Не веришь? (Приближается к двери и изо всех сил наносит удар по торчащей оттуда руке.)
Раздается вопль молодого человека.
(В испуге глядит на ложку, затем бежит к окну.) Синьора, я вот этой ложкой заехала ему прямо по руке. Я его ранила, синьора. Что теперь делать?.. Продегустировать? Да вы что?
хватаю с полки бритвенное лезвие и — раз, раз, раз — режу себе все вены подряд. Старалась ни одной не пропустить: вот эту, теперь эту, эту… А вот еще одна — р-раз! Еще, еще р-раз! Р-раз! В общем, устроила резню. Слушайте, сколько у нас этих вен!
Поэтому он старается отвлечься — читает, набирается ума-разума. Много читает. Сплошь одну порнографию! По всей комнате валяются отвратительные журналы с голыми женщинами в каких-то странных позах…
Ну знаете: в шестнадцать лет нормальные дочери с чужими мужьями не шляются, а сидят дома, под замком! Мой муж меня, взрослую женщину, запирает на ключ, и вы свою дочку запирайте
