Ньют посмотрел прямо в камеру и громко и отчетливо произнес:
– Эй, вы, довольны? Тащитесь от того, как мы тут страдаем? Да горите вы в аду!
Он отпустил плющ и, оттолкнувшись от стены, исчез из виду. Жук пытался найти новую точку обзора, и какое-то время Томас слышал только шуршание лапок, а потом вдалеке раздался звук падения тела. Камера ухнула вниз. Ньют лежал на боку, держась за ногу, и со стоном раскачивался из стороны в сторону. Стоны перешли в рыдания. Горестный, надсадный плач рвал Томасу душу.
Ньют неожиданно взвыл, а потом прокричал в никуда:
– Ненавижу вас! Ненавижу!
Томас выключил видео. Он знал, что Ньюта спасли, вытащили из полного опасностей Лабиринта, но смотреть на это больше не мог.
«Ньют, Ньют, – подумал он, и ему показалось, что в воздухе сгущается темнота. – У тебя ведь даже нет иммунитета. Нет иммунитета».