Олива нашел остроумное определение для функционирования мира искусства. «Система искусства — это цепь Святого Антония, в которой художник создаёт, критик размышляет, галерист выставляет, торговец продает, масс-медиа прославляют, публика созерцает, коллекционер собирает, музей включает в исторический контекст. Это самое обширное обрамление, в котором всегда рождается и продолжается творческий процесс».
амый банальный аргумент против современного искусства звучит так: оно не является буквальным изображением того, что мы видим
всё больше играют пространства, лишённые официального статуса или коммерческой ориентации, часто представляющие экспериментальные контексты, способные вовремя продемонстрировать изменения языков и появление новых креативных персонажей
Музейные институты, периодические манифестации и галереи не исчерпывают панораму системы искусства в нашу эпоху. Определяющую роль всё больше играют про
Это самое обширное обрамление, в котором всегда рождается и продолжается творческий процесс».
Олива нашел остроумное определение для функционирования мира искусства. «Система искусства — это цепь Святого Антония, в которой художник создаёт, критик размышляет, галерист выставляет, торговец продает, масс-медиа прославляют, публика созерцает, коллекционер собирает, музей включает в исторический контекст. Это самое обширное обрамление, в котором все
Зачем человеку современное (актуальное) искусство? Кто творит его и продвигает? Самый банальный аргумент против современного искусства звучит так: оно не является буквальным изображением того, что мы видим. А самое распространённое мнение рядового зрителя на этот счёт звучит так: «Я не могу понять Пикассо и модернистское искусство. Даже мой пятилетний ребенок может нарисовать такое». Однако лёгкость исполнения приходит лишь с опытом, мастерством, техническими знаниями. Ребёнок не сможет создать кубистическую картину как Пикассо, с многочисленными точками зрения в одной работе, это слишком сложно для него. Для понимания произведений современных художников необходима насмотренность, знание истории искусства.
Но, поскольку произведения искусства, по сравнению с другими типами товаров, обладают специфическими особенностями, очевидно, что критерии их экономической ценности, основаны на известности автора и типе продукции
В условиях непрерывного развития технологий в западном мире искусство также входит в систему, в которой существуют определенные правила производства и потребления
Дюшан достигает кульминации отрицания художественной техники как запрограммированной операции для достижения определённой цели. За ценную вещь выдаётся любой взятый наугад предмет (писсуар, штопор, велосипедное колесо), которому обычно не придают особого значения. И эстетическую значимость произведения отныне определяет не технический приём, не работа художника, а некая умственная установка в голове творца, свидетельствующая о совершенно ином отношении к действительности (что получит дальнейшее своеобразное развитие в творчестве концептуалистов)