Оглавление

Вечность в них истории[1]

Юбилеи в «Хроники» —

В тоненькие томики.

Вечность в них истории.

Экономить стоит ли?

Но не только юбилеи могут наполнять альбомы «Семейных хроник». Хотя, истории семей, как правило, ограничиваются, в лучшем случае, — фотографиями по особым случаям. В худшем — хранящимися/не хранящимися, на гаджетах, изображениями.

Дорогой мой Читатель, позволь напомнить Тебе давнюю историю, в связи, с появлением этого моего труда. В частности, историю с альбомами со стихами и… нравоучениями опытных людей, называемых «картинными» книгами.

Книгами, пришедшими в Россию, из Германии и Франции во второй половине ХVIII столетия. Теми самыми «книгами», в которых изображались достопримечательности и описывались особые случаи из жизни. Это, именно, из них позже «выросли» альбомы гербов и родословных.

В ХIХ веке огромные «картинные» книги трансформировались в маленькие книжки-альбомы («в восьмушку листа») с разноцветными листами в кожаных и вышитых переплетах. Эти книжки были уже рассчитаны на зрителя и на читателя. Их брали на бал и показывали друг другу, в перерывах, между танцами.

Так, например, княжна Полина показывала знакомым девицам рифмованные послания от «княжны Алины», завитки волос, засушенные бабочки, цветки и травинки, оставленные, в ее альбоме, на долгую нежную память.

Подобные альбомы, давайте вспомним, начинались такими предпосланиями матерей:

— Дарю тебе альбом, моя Людмила, не для того, чтобы заставить тебя следовать глупой моде. Не мода, а рассудок должны руководить тобою, друг мой, а потому здесь помещены правила и нравоучения опытных людей…

Затем следовали рисунки и излияния подруг[2]. Кстати, в моё советское детство, какие-то тетрадки-книжки с рисунками и записками тоже ходили по рукам[3].

Из детства-юности дочери, припоминаются дневники тренировок по художественной гимнастике, которой дочка серьёзно занималась[4]

На сегодня, у меня, есть мечтоПлан поинтереснее. Хочу предложить дорогому Читателю составить Хронику его собственного рода[5] (семей составляющих этот род). В том числе, по примеру моих[6].

Описания, подобные моим, правильнее было бы назвать: «Из истории семей Шелеговых, Ларионовых, Новгородцевых, Глущенко, Карасёвых, Зубрицких, Болдыревых… и т.д.», поскольку, исчерпывающей информации, в историях, нет. А кроме того, не совсем понятно определение понятия «рода».

В лучшем случае, именно: «…из истории…». Ведь в массе, современные люди, и я — тоже[7] родственников дальше своих бабушек и дедушек не знаем и уж точно никаких повествований — хроник[8] не составляем.

 Ларионова Т. Бы/ Т. Ларионова// — Омск.,2003.

 Корнилова А. В. /Картинные книги/ А.В.Корнилова. — Ленинград,1982.

 Речь идёт о конце 60-х, нач. 70-х гг.

 Речь идёт 90-х и нач.2000-х.

 Семей, составляющих род.

 «Семейную хронику» С. Т. Аксакова (1856), клянусь, прочитала после того, как составила собственную «Хронику». Да и Сергей Аксаков, хотя и писал об истории своей семьи (изменив фамилии), но всё же- иначе. У меня, — история, практически, в чистом виде, история конкретных людей, без измененных фамилий. И если что- то, в моём изложении не есть «факт», а есть миф, то это и не выдаётся за факт.

 Не будь я, по образованию, историком, кто знает стала бы я делать изыскания и записывать их…

 «Хроника», здесь понимается, в смысле, описания событий в хронологическом порядке.

Составление генеалогического древа: От единичного к целому

Светлой памяти моей тётушке- Шелеговой Нине Лазаревне, ушедшей[1] в мир иной, не дожив до 89 лет, месяц посвящается. Благодаря ей- двоюродной сестре моего отца, многие факты, из жизни Шелеговых-Ларионовых, остались известными. Благодаря ей, моей тёте Нине, я имею редкие семейные фотографии, притом — с указанием кто на них и датированные.

Шаг первый

От прародителей

Определяюсь с тем, с какой родственной стороны будут спускаться/распускаться ветви (линии) будущего генеалогического древа. Решаю, что — с отцовской. И принимаюсь «набрасывать» эскиз будущего древа.

Убеждена, что начинать построение генеалогического древа, следует с самых древних основателей, рода. В моём случае вначале, казалось, от прародителей отца: прадедушки и прабабушки Шелеговых.[2] Но, что это должно быть обязательно так, — не уверена. Может случиться так, что генеалогическое древо будет создаваться людьми, которые, как говорится, ни о роде ни о племени, представления не имеют.[3]

Или, как в моём случае. Начав, с отцовской линии (ветви) в 2017 году, в 2022 году, найдя прародителей[4] мамы, Новгородцевых с Голущенко, Шелеговых и Ларионовых «понизила до второй позиции»[5].

Затем, никого не понижая, сделала ещё одно ветвление — линию Карасёвых-Болдыревых-Зубрицких — прародителей Сергея Зубрицкого[6] — отца моих внуков к самим внукам.

Одним словом: от прародителей к родителям родителей и т. д. от моего авторского лица.

Шаг второй

Новгородцевы — Голущенко-Глущенко

Итак, начнём!

С прародителей моей матери — Галины Климентьевны[7], о которых уже известно. А именно, о дедушке с бабушкой, со стороны её матери, — Федосьи Никитичны Новгородцевой: Новгородцеве Никите Ивановиче и его жене Варваре Григорьевне (Рис.1).

И продолжим родителями отца Галины Климентьевны, Климентия Никифоровича Голущенко[8]: Никифором Мироновичем Голущенко и Евдокией Евдокимовной. (Рис.2).

Завершим, это ветвление, семейным союзом родителей Галины: Федосьи и Климентия Глущенко и, рождёнными ими, детьми (Рис.3).

Шаг третий

О прародителях отца

Здесь о прародителях, по линии отца Ларионова Петра Сергеевича. В данном случае, у самого древнего прародит