Алекс Найт

 

Истинная в цепях, или Мы ещё поспорим, кто из нас попал!

 

© Найт Алекс

© ИДДК

Пролог

 

— Марина, я богатырь, — Никита насупил тёмные брови, ожидая моей реакции.

Я безвольно кивнула, чуть улыбнувшись в ожидании продолжения странной шутки. Не этого ждёшь, когда парень, с которым вы встречаетесь целых три месяца, заявляет: «Нам надо поговорить». По крайней мере за те пять минут, которые он собирался с мыслями, я успела передумать сотни вариантов и предполагала расставание, учитывая мои сложности со здоровьем. Признаться, я считала, он встречается со мной из благотворительности.

— Богатырь... — поторопила его я. — Ты хочешь пригласить меня в кино? — высказала предположение, вспомнив, что как раз вышла новинка на сказочную тематику.

— Нет же, я, правда, богатырь, — в подтверждение Никита выскочил из-за кухонного стола и сразу же подхватил его снизу под столешницу.

Обеденный предмет мебели без особых усилий со стороны моего здоровяка-парня поднялся вверх. Мне же оставалось только ловить покатившиеся на пол яблоки, апельсины и бананы. Последней понеслась вниз ваза. Её падение остановил сам Никита.

— Прости, я волнуюсь, — пробормотал он, возвращая стол на место.

— Никит, понимаешь, этот стол и я подниму, — я вернула фрукты на столешницу и устало опустилась на диванчик. Становилось ясным, что это не розыгрыш. — Если хочешь меня бросить, не надо придумывать глупости.

— Бросить? — опешил он, чуть не выронив многострадальную вазу.

Она и так вечно летает по кухне из-за моей некоторой криворукости на фоне слабости.

— Ну да. Я же всё понимаю, — краем глаза я поймала своё отражение в экране выключенного телевизора.

От былой красоты осталась только тень. Волосы потускнели, став из золотистых почти серыми, кожа шелушилась, щёки впали, под глазами пролегли тёмные круги. Одежда висела из-за резкой потери веса. И ведь ничего не предвещало беды. Всего два месяца назад я наслаждалась жизнью, каталась на велосипеде, валялась на пляже, а потом запас сил будто стал иссякать. Обследования велись, но медицина пока не могла найти причину недуга. А время ведь шло, пронеслось лето, наступила осень. Предстоял второй год учёбы в институте. Это когда мне сложно просто встать утром с постели.

— Ты не так поняла, я, правда, богатырь, Марин, — зелёные глаза Никиты наполнились беспокойством. — Не плачь, ты чего?

— Ничего, — подорвавшись с места, я рванула прочь из кухни.

Чуть не навернулась в коридоре от слабости и нырнула за дверь ванной. Там заперлась, подошла к зеркалу, рассматривая своё бледное отражение.

— Красавица, — фыркнула одновременно разозлённо и грустно.

Ладонь налетела на зеркальную поверхность. Я расстроенно выдохнула, опершись на раковину.

— Марина, открой, — в дверь забарабанил Никита.

— Подожди, — я судорожно вздохнула, вновь подняв взгляд к зеркалу и отшатнулась.

Вместо моего отражения из серой глубины на меня смотрели золотые глаза. Запястье вспыхнуло болью. Металлический скрежет окружил давящей какофонией.

— Что?! — Моё запястье сковал голубоватый наручник, от которого медленно формировалась цепь и тянулась к зеркалу.

— Марина? — Никита выломал дверь.

Та ударила меня в спину, толкая вперёд. Всё, что я успела, это выругаться на неуклюжего парня. Следом цепь рванула меня прямо в зеркало. К этим золотым глазам...

Меня кидало из стороны в сторону, бросало в звенящем круговороте. Тошнота подобралась к горлу, я оглохла от гула и охрипла от крика, но это ужасное перемещение продолжалось. Приземление было не лучше: меня буквально припечатало к земле. И только потом этот ужас завершился. Наверное, полчаса я просто лежала, пытаясь привести дыхание и мысли в порядок, прежде чем сумела отыскать в себе силы, чтобы подняться. Тело ныло, голова продолжала кружиться. И, судя по всему, у меня случились галлюцинации. Потому что находилась я не в своей ванной, а в... пещере. Вокруг высились огромные клыки скал, тени играли в высоких сводах, свет поблёскивал в падающих вниз каплях воды. Золотистые лучи солнца спускались с самого потолка, пронзая тьму через узкие щели. Именно они позволяли в полной мере полюбоваться масштабом моих глюков. Похоже, вот и новый этап странной болезни. Не удивительно, что Никита решил меня бросить.

И тут реальность решила меня добить. Послышался пугающий рёв. Руку потянуло в сторону. Нет, она не ожила. Я только сейчас вспомнила про наручник и цепь. И этот странный аксессуар решил показать мне новую порцию ужасов. Безапелляционно! Я упиралась ногами, хваталась за попадающиеся на пути камни, но всё без толку. Меня тянуло цепью туда, где рычал и ревел странный зверь. А глюк был таким реальным... Я совершенно не хотела узнавать, что же ждёт там, за поворотом. Но цепь была неумолима. В какой-то момент меня резко дёрнуло и опрокинуло на каменистую землю. Потом по ней же протащило, расцарапывая колени. Я взвыла от боли... и цепь успокоилась!

— Хватит, пожалуйста, хватит, — взмолилась я, потому что и звуки затихли.

Зато на скалы упала крылатая тень. До слуха донёсся грохот шагов, сопровождаемый звяканьем цепи. Из-за скалы показалась пугающая рогатая морда с горящими на ней золотыми глазами. Следом в поле зрения появилось и остальное. Мне предстал настоящий дракон. Кожистые крылья за спиной, бритвенно-острые клыки, длинные рога, когтистые лапы, поблёскивающая алым с бирюзой чешуя. Полный комплект психологических проблем на всю жизнь. И пусть я понимала, что это не наяву, всё равно придушенно всхлипнула, подскочила на ноги и попыталась дать дёру. Только цепь натянулась. Я рухнула обратно на землю, теперь ушибив и попу. Сначала не поняла, что случилось, а потом осознала, что лапу ящера украшает такой же наручник, идущий цепью к моему.

— Меня приковало к дракону, — нервно усмехнулась я. — Как падать в обморок?

— Ты... — вдруг выдохнул зверь и склонил ко мне огромную голову.

Щеки коснулся горячий язык. И меня чуть не снесло его выдохом. Дыхание, надо сказать, отдавало далеко не мятной свежестью.

— Он ещё и говорящий... — пробормотала я, прикрыв нос ладошкой от запаха.

А этот ящер вдруг вздёрнул меня за цепь над землёй. Коготь ткнулся мне в живот, разворачивая меня к нему лицом. Я повисла перед его клыкастой и, как мне показалось, задумчивой мордой.

— Хилая какая-то. Болеет что ли? М-да... Но дарёной истинной под хвост не заглядывают, да? — философски изрёк он.

Как отключить этот глюк?!

 

Глава 1

Марина

 

— Оп-пуст-ти м-мен-ня, — тело начинало бить нервной дрожью.

К такому меня жизнь не готовила. Я вообще не знаю, кого могла подготовить. С подобными галлюцинациями можно и не проснуться, сразу умереть от сердечного приступа.

— Она ещё и заикается, — расстроенно вздохнул дракон, но просьбу выполнил.

Он аккуратно опустил меня на землю. Ещё и под попу поддержал, чтобы я не упала на слабых ногах.

— Уй-ди-ди, пож-жалус-ста, — проклацала я зубами и прикрыла рот ладошкой, потом и палец закусила, пытаясь успокоиться.

— Не могу. Мы скованы, разве не видишь? — он приподнял в ироничном выражении бровь, точнее бровную костяную дугу. — Она ещё и глупая, — пробормотал приглушённо, но я, само собой, услышала!

— Сам ты тупой!

— И невоспитанная, — качнул он головой.

Надо сказать, его поведение подействовало, я больше не дрожала от ужаса. Теперь меня распирало от ярости и обиды. Приглючился тут, ещё и оскорбляет. За кого он себя принимает вообще?

— Я невоспитанная? — процедила зло. — Это ты оскорбляешь незнакомую девушку. Тыкаешь в неё когтями и... хватаешь её за задницу, вот!

— Разве? — он вновь приподнял надбровные дуги в изумлении.

Только золотые глаза оставались ехидными и немного снисходительными.

— Да, — я гулко вздохнула, заставляя себя говорить ровно и не срываться на крик. — Впредь не прикасайся ко мне. В идеале вообще исчезни.

— К сожалению или к счастью, я не способен на такую магию. Мы связаны, — он приподнял скованную наручником лапу, отчего звонко напомнила о себе цепь.

— И кто из нас хилый? Возьми и порви, — я скрестила руки на груди, глядя на него с вызовом.

— Точно не умная, раз не понимаешь. Эта цепь привела тебя ко мне, связала нас. Думаешь, её так просто порвать? Она создана лесным царём. Волшебная, — пояснил проще, заметив моё недоумение.

— Как же я попала! — взвыла, схватившись за голову.

— Куда попала, имеешь в виду? — нахмурился он. — Ты в скалистом лесу на...

— Нет же, это выражение такое. Попала в неприятности. Попала, — объяснила я, помассировав виски. — Эта болезнь, теперь и слишком реальные глюки.

— Глюки? — Вопреки моей просьбе, дракон вновь пытался меня коснуться.

На этот раз поддеть когтем волосы.

— Галлюцинации, — я отмахнулась от огромной лапы и отступила от ящера. Правда, цепь позволила отдалиться лишь на три метра. — Ты не настоящий, а плод моего воображения.

— Ненастоящий? — хохотнул он. — Почему ты пришла к таким выводам?

— Например, потому что драконов не существует? — саркастически улыбнулась я, но мой собеседник продолжал посмеиваться.

— Это из какой ты глуши, раз про драконов не слышала?

— Само собой глюк так скажет, — махнув на него рукой, я устало откинулась спиной на камень и присела прямо на землю.

Меня потряхивало после пережитых волнений, но странно, чувствовала я себя не так уж и плохо, хотя утром с трудом поднялась с кровати.

— Я не глюк, — оскорблённо фыркнул дракон. — Как можно считать это нереальным?

Кончик его хвоста опустился мне на макушку, а потом ещё и пронёсся пушистой кисточкой по лицу.

— Фу, что ты делаешь? — я замотала руками, пытаясь отбиться.

А дракон не сдавался, подхватил меня за талию, вновь вздёргивая в воздух, и куда-то понёс. Надеюсь, не кушать... Такого моё сердце точно не выдержит. Только наглый ящер не замечал моего испуга и упрямо шёл вперёд. Постепенно становилось светлее, пока солнце не начало слепить. Я часто заморгала, потёрла веки ладонями, пытаясь привыкнуть к новому освещению, а когда открыла глаза, обомлела. Передо мной в десятках километров внизу простиралась долина. В небо, пронзая пушистые облака, поднимались скалы, горы и необычайно высокие деревья. Среди них с громкими криками носились птицы и другие драконы. Только моему новому знакомому не удалось мне ничего доказать. Такой пейзаж можно увидеть разве что в фэнтезийных фильмах, на артах, но никак не в реальной жизни.

— Вон аспиды, воздушные ящеры. Они не умеют обращаться, но тоже наши дальние родичи. Почти драконы же. А ты говоришь, не существуют.

— Это невозможно. Драконы, такие высокие деревья. И людей не утягивает в зеркало из ванной.

Я, скорее, пыталась убедить себя, потому что кое в чём дракон был прав, происходящее слишком реально. Сны же, они всё равно расплывчатые, а тут я даже ощущаю полученные при перемещении синяки, хватку на талии, несвежее дыхание дракона. И почему-то совсем некстати вспомнилось признание Никиты:

«Марина, я богатырь».

— Я умерла, да? — уточнила расстроенно.

Выходит, жизнь после смерти всё же существует, но как же обидно умирать. А мама с папой, а сестрёнка? Как же они теперь?

— И точно глупая, — дракон откровенно закатил глаза.

Оказалось, что при свете солнца они не полностью золотые, а всё же пересечены чёрным узким зрачком. И лишь в темноте светятся.

— Ты жива. Цепь мне даровал лесной царь. Она привела тебя ко мне, — теперь он пояснял происходящее будто ребёнку. — Это сильная магия. Она перенесла тебя. Ты не умерла, это всё реально.

— Хорошо, — сдержанно кивнула я. — Предположим, я верю.

Что мне ещё остаётся? Происходящее не спешит развеиваться, а его реальность сталкивает с необходимостью мириться с происходящим и подчиняться новым обстоятельствам. Если даже это глюк и послесмертие, тут всё очень даже ощутимо. Не хотелось бы снова чувствовать боль и ужас.

— Хоть что-то, — пробурчал дракон.

— Тогда выходит, я здесь по твоей вине. Зачем тебе подарили эту цепь? Почему притянуло меня?

— Ты обязана помочь мне снять проклятие с моего дома, — заявил этот несносный ящер. — Это великая честь стать освободителем властелинов неба, драконов. В награду я на тебе женюсь, — и он горделиво выпятил грудь, судя по всему, ожидая моих аплодисментов и громких слов благодарности.

Секунду я смотрела на дракона, а потом громко расхохоталась. Умеет же... Но ему удалось помочь мне окончательно прийти в себя.

— Шутка удалась, спасибо. Я успокоилась. А теперь правду.

Дракон чертыхнулся, оскорблённо приоткрыв пасть, напичканную острыми зубами.

— О, это она и была? — догадалась я, глупо усмехнувшись.

М-да, действительно попала...

— Что я сказал такого смешного? — почти обиженно насупился дракон.

— Как бы тебе объяснить? — я озадаченно почесала кончик носа. Правда, что ли не понимает? — Ты дракон!

— Это очевидно, — рыкнул он, ударив хвостом по земле.

— А я человек. Мы не... хм... стыкуемся, вот, — убеждённо заглянув в золотые глаза зверя, я постучала указательными пальцами друг об друга и сама же смутилась этого жеста.

Как-то не в ту степь понеслись мои пояснения. Вдруг ещё ринется доказывать...

— Что не делаем? — он начинал злиться, потому чересчур сильно стиснул мою талию лапой.

— Аккуратнее! — взвыла я, задёргавшись в хватке.

— Ещё и хрупкая, — досадливо фыркнув, этот наглый ящер опустил меня на землю.

И я на всякий случай отступила от обрыва. А то ноги не держат, вдруг сорвусь.

— Мы несовместимы. Это же очевидно. Большой ящер и маленький человек. Неужели непонятно?

— Это одна из моих форм. Я смогу превращаться в человека, когда... — он резко замолчал, недовольно стиснув челюсть.

— Когда, что? — поторопила его я, удивлённая его поведением.

— Неважно. Мы совместимы! — рыкнул он, снова позволяя мне оценить запах из его рта.

— И кто из нас ещё из глуши? Ты зубы сколько раз в год чистишь?

— Что ты имеешь в виду? — оскорбился он.

— Ну, как бы тебе сказать... — я зажала нос пальцами, красноречиво сообщая о его проблеме.

Мне показалось, чешуя на его щеках заалела, он подскочил на задние лапы, прорычав что-то нечленораздельно.

«Наверное, зря я злю дракона», — подумала про себя и попыталась нырнуть обратно в пещеру.

Но споткнулась о цепь под ногами. Хорошо хоть на этот раз обошлось без пересчитывания моих многострадальных косточек. Дракон подхватил меня раньше, чем я упала, и... сиганул с обрыва.

— А! — иных способов выражения эмоций не нашлось.

Ветер бил в лицо, дёргал растрёпанные волосы, забирался под домашнее платье, а скалы внизу приближались. Очень быстро! Но тут дракон распахнул крылья, и полёт пошёл по прямой. Но я так и застыла, вцепившись в огромный палец ящера, и мысленно прикидывала, сколько пережила микроинфарктов за это падение. А дракон стремительно нёсся дальше. Ещё и круги нарезал, видимо, пытаясь произвести впечатление.

— Я высоты боюсь! — взмолилась, когда наконец обрела дар речи.

— Ещё и ущербная, — пробурчал дракон, начиная снижение.

Хоть приземление прошло гладко. Он мягко опустился на берегу лесной речушки, обрамлённой с обеих сторон яркой зеленью и скалами.

— Больше. Никогда. Не смей! — я нервно выкарабкалась из лапы дракона и даже попыталась сбежать, но снова напомнила о себе цепь.

А этот странный зверь решил... почистить зубы! Он набрал полную пасть воды, с громким бульканьем прополоскал глотку, потом же отыскал среди травы бревно, разгрыз его и принялся натирать свои клыки размахрившейся частью. Это выглядело так странно, что я просто застыла на месте, наблюдая за действом. В завершении водных процедур дракон зажевал листья, снова прополоскал пасть и обернулся ко мне.

— Нет, — я выставила перед собой ладонь.

Да только этому воздушному гаду было всё равно. Он на меня дунул. Да так, что чуть не снёс с ног. Я как в мультиках боролась с потоками ветра, пока чешуйчатый гад не прекратил издеваться.

— Как теперь? — ехидно поинтересовался он.

— Ты... Ты.... Мы не просто несовместимы, мы полные противоположности, понял? Невозможный, противный, даже не представляю, кто решится выйти за тебя замуж! — пропыхтела я зло, пытаясь отдышаться. — Верни меня домой!

— Человечка, — проревел он, вновь поднявшись на задние лапы, отчего цепь натянулась и вынудила меня приблизиться, чтобы не рухнуть на землю. — Думаешь, ты мечта любого мужчины? Или считаешь, я сам рад связать свою жизнь с незнакомкой? Но пути назад нет. Цепь сделала свой выбор. Мы найдём мою страну и снимем с неё проклятие.

— А ну спустись вниз, — я дёрнула цепь, вынуждая дракона обратить на меня внимание. — Как тогда от неё избавиться? — поинтересовалась, указав на свой наручник.

— Возможно, она исчезнет, когда мы снимем проклятие, — он опустил свою попу на землю, глядя на меня задумчиво.

— Давай всё же попытаемся найти... сварочный аппарат, — предложила я, оценив крепость звеньев.

Металл отдавал голубым сиянием, а сами наручники были не просто кандалами, а вполне симпатичными браслетами с шипами. Носить такие к стильному наряду — круто, но даже не представляю, как в них спать. Так можно и без глаз остаться.

— Что найдём? Какая ты странная, — поморщился он. — Откуда ты?

— Думаю, о таких местах ты не слышал, — я меланхолично пронаблюдала, как над нами пронеслась стайка крылатых ящеров, больше похожих на динозавров. — А имя у тебя есть?

— Радагаст, — гордо объявил он.

— Рада... что? Тебе хоть самому нравится?

— Не запомнишь? — язвительно уточнил он.

— А я Горячёва Марина Сергеевна. Надеюсь, запомнишь, — процедила сквозь стиснутые зубы.

— Марина, какое простое имя, — хмыкнул он. — Зато сама не забудешь, да?

— Вот твоё имечко сложное. А я же такая тупа-ая. Буду звать тебя Радион.

Радион Дуркович про себя. Уверена, мне всё это видится под наркозом в психбольнице. Никита хотел меня бросить, а я начала выдумывать про богатырей, драконов. Так и застолбила за собой место в местной лечебнице. Интересно, я тут единственная невеста дракона или есть и другие?

— Радагаст, — повторил он упрямо.

— Какая гадость, — пропела я и показала дракону язык. — Так как от цепи будем избавляться? — вернулась к главной проблеме.

— Говорю же, она создана лесным царём. Возможно, мы навсегда привязаны друг к другу, — страдальчески провыл он, обратив тоскливый взгляд к небу.

Артист...

— Мы же ещё не пробовали. Давай, ты вон какой большой, явно не слабак.

Смешно фыркнув, дракон схватился за цепь двумя лапами и рванул её в разные стороны. Она порвалась мгновенно. Несколько звеньев упало на землю, пролетев мимо моей радостной мордашки.

— Вот, я же говорила! — победно воскликнула, посмеиваясь над ошеломленной мордой дракона.

Только радость моя была недолгой. Порванные концы цепи засветились, потянулись друг к другу и мгновенно соединились.

— Ну ты что? Не давай им восстанавливаться. Ещё раз. И потом бежим в разные стороны, — подхватив цепь, чтобы не споткнуться, я приготовилась нестись прочь от дракона.

Пожав плечами, он вновь порвал наши путы. Я сорвалась на бег, он же так и остался сидеть, с интересом наблюдая за моим отступлением. Мне удалось радоваться свободе целых полминуты, потом цепь потянула назад. И вскоре меня отконвоировало обратно к дракону. Ладно хоть трава смягчила моё позорное возвращение.

— Она ещё и короче стала, — сообщил Радагаст, продемонстрировав мне сломанные звенья.

— А если их все повредить?

— Хватит, — повелительно взмахнул он лапой. — Мы найдём мою страну и снимем с неё проклятие. А ты...

— Давай ещё разок. Только на этот раз и ты попытаешься улететь? — предложила я, глупо улыбнувшись.

— Хорошо, — легко согласился он и тут же расплылся в ехидной улыбке-оскале. — Тебя так смешно тащит обратно по траве.

Вот гад!

 

***

 

— Тридцать сантиметров, — выдала я, грустно вздохнув.

— Что? — переспросил Радагаст, меланхолично глядя на темнеющее небо.

— Говорю, мы стали ближе на тридцать сантиметров, — я указала на повреждённые нашими стараниями звенья волшебной цепи.

Да, я была готова признать, что она волшебная! Вообще много чего признать, лишь бы вернуться домой, в тепло и уют.

— Какое стремительное сближение, — он смешно фыркнул и завозился, располагаясь удобнее на траве. Вот уж кому тепло и комфортно. — Что ты решила, Ма-ари-ина-а?

Ещё и акцент на имени делает, будто я ему разрешала так к себе обращаться.

— Нам нужен этот лесной царь. Пусть забирает свою цепь обратно. И возвращает меня домой.

— Ты ещё и сумасшедшая, — неодобрительно покачал он головой. — Кто в здравом уме будет злить столпа? Он и так смилостивился, подарив мне цепь.

— И обрёк меня на мучения! — расстроенно всплеснув руками, я откинулась на спину.

Острый камушек впился между лопаток. И это стало последней каплей. На глаза навернулись слёзы.

— Я неизвестно где, с дурацким драконом...

— Я не дурацкий, — оскорбился он.

— Всё болит, мне холодно, голодно и страшно. Во всём виноват ты! Не дурацкий. Совершенно ужасный!

Бедняга так растерялся, что я на секунду опешила, а потом заплакала ещё горше, наблюдая, как ящер откровенно паникует.

— Ты... это... Марина эта... Как её?!

— Сергеевна! Он ещё и не запомнил! — взвыла я, схватившись за голову.

— Сергеевна, не плачь. Не надо. Всё хорошо будет. Мы снимем страну, найдём проклятие, и я выйду за тебя замуж, — ящер с топотом засеменил вокруг меня. — Болит говоришь? Где болит? Я заклинания знаю.

Он поднял над моим телом засветившуюся лапу. Я икнула от ужаса, даже плакать перестала. Раздавит же. Только увернуться не успела. Лапу он опустил. Правда, так и не коснулся. Меня объяло золотистое сияние, прошедшее от его огромной конечности. Жар прошёл от макушки до самых пят. Стало так тепло и хорошо. Боль совершенно ушла. Да и слабость отступила.

— Ты ещё и лечебный? — моему удивлению не было предела. — А все болезни лечишь? Или хотя бы диагностируешь? — ухватилась за важное для себя.

— Что ты имеешь в виду? — отвечал с энтузиазмом, явно обрадованный тем, что слёзы прекратились.

— Три месяца меня мучает странный недуг. Врачи не могут определить, что это.

— Я был прав, ты ещё и больная, — качнул он головой. — Хотя... нет. Все повреждения, что нашёл, я уже исцелил, — он задумчиво почесал когтем подбородок.

— То есть я не болею? — прислушавшись к себе, поняла, что не ощущаю слабости.

Только это ничего не значило. Дракон-то ведь не подтвердил наличие недуга.

— Серьёзные болезни иногда идут от ауры, — нахмурился он. — Я проверю, если ты больше не будешь реветь.

— Не буду, — честно соврала я, скрестив пальчики на руках и даже ногах.

Реветь мне и самой не нравится, но его реакция бесценна.

— Давай посмотрим, — он прищурил золотые глаза, будто вглядываясь вглубь меня. — Твоя аура-а-а, — он поперхнулся воздухом будто от шока и замолк.

— Всё так плохо? — заволновалась я.

— Нет, истощена твоя аура, но повреждений нет. Восстановится, — кашлянув, пробормотал он, только смотрел как-то иначе.

— Что? — я села, обняв колени руками.

— Откуда ты, говоришь, прибыла?

— Из другого мира, — скорчила я гримасу и хихикнула над своей шуткой.

Мир-то этот существует только в моей голове. По крайней мере, это самое простое объяснение. Иначе придётся верить в параллельные миры, колдовство. А ещё это означает, что меня унесло из дома в неизвестном направлении. Родители будут в ужасе. Да и Никиту после его рассказа могут упечь в психушку вместо меня либо в тюрьму, обвинив в моём исчезновении.

— О, это многое объясняет, — серьёзно закивал дракон. — Я ощущал, что границы миров размыло.

— Вот и объяснение, — кисло улыбнулась я и снова расстроенно всхлипнула.

— Что опять? — Радагаст даже отступил от меня, будто в испуге.

— Холодно и есть хочу, — в подтверждение я обняла себя за плечи и следом потёрла урчащий живот.

В лёгком домашнем платье было зябко. Судя по мелькающим в кронах кустов цветным листьям, здесь тоже царила ранняя осень. А поесть не удалось. Мы только засели с Никитой за стол, когда он решил признаться... Божечки, он же может оказаться настоящим богатырём!

— Холодно, холодно, — забормотал дракон, озадаченно оглядываясь.

Он отошёл на длину цепи и выдохнул пламя себе под ноги, утрамбовывая лапами вспыхнувшую траву.

— Вот! — гордо объявил он. — Я согрел тебе землю.

— Ты издеваешься?!

— Нет, — кончики его губ дрогнули в ухмылке. — Драконы всегда так согреваются.

— Но я не дракон!

— Невеста дракона, — осклабился он.

— Ладно, — я поднялась и протопала к выжженному пятачку земли.

Осторожно поставила голую ногу. Не горячо, действительно тепло. Но вообще...

— Ты про походные костры не слышал?

— Я же отойти не могу. Цепь, — напомнил он. — Потому и охота не выйдет.

— Тут всё просто. Невесту надо посадить на шею. Все мужчины так делают, — убеждённо закивала я, но Радагаст отнёсся к моим словам со скепсисом.

— На шею садись, но только в прямом смысле, — он опустил передо мной свою огромную тушу. — Эх, давно на мне девушки верхом не скакали, — ехидно выдал он, стоило приблизиться.

— Ты ещё и извращенец? — садиться на него как-то резко расхотелось.

— Что ты там себе придумала? Кто из нас ещё извращенец? — он оскорблённо приоткрыл пасть.

Но я уже научилась читать эмоции по этой наглой морде. И видела, что он прикалывается. Только всё равно его заявление вылилось в яркий румянец на моих щеках.

— Не урони, — я забралась на его спину, устроилась на плечах, крепко схватившись за роговые наросты, тянущиеся вдоль позвоночника. — Вперёд, мой верный конь!

— Ножками крепче держись, — фыркнул он, аккуратно поднимаясь. — Так теплее, — хохотнул он, а я теперь покраснела до кончиков ушей, пониже натянув задравшуюся юбку.

Гад. Ещё и озабоченный!

Но решение было правильным. Так дракон перемещался быстро. Вскоре он собрал в пасть несколько крупных брёвен. Ещё и отыскал уютное место возле берега реки. Его окружали скалы и кусты, что обеспечивало хорошее укрытие от ветра и взглядов других ящеров. Вскоре я уже отогревалась у большого костра, а Радагаст копался в соседних кустах, временами ударяя лапой по воде.

— Снова зубы чистишь?

Наверное, зря я это сказала, потому что в меня полетела лягушка. Или даже жаба, учитывая размеры.

— Фу! — взвыла я, отталкивая от себя бессознательную зелёную тушку.

— Не фу, а кушать подано, — Радагаст гордо выскользнул из-за кустов.

С морды стекала вода, с рогов сползала тина, но выглядел он довольным.

— Лягушку кушать?!

— Жабу, — качнул он головой. — Приятного аппетита.

Как-то снова захотелось плакать...

 

Радагаст

 

— Ешь, говорю, — я подхватил жабку когтями и протянул её девчонке.

Она смешно выпучила карие глаза, закрыла рот ладошками и активно замотала головой, отчего серые пряди растрёпанных волос упали на её бледное лицо.

— Ешь, помрёшь ещё с голоду, — я искренне пытался не расхохотаться.

— Знаешь, я тут вспомнила, что на диете и вообще не ем после шести, — затараторила она, начав отползать от меня по траве. — А ты угощайся, — и с ожиданием вперила в меня взгляд.

Повезёт же с истинной... Про внешность лучше вообще не говорить, болезная она какая-то. Но и сама сообщила, что мучает её какой-то недуг. Я не столь силён в целительстве, потому отыскал лишь слабую прореху в ауре, которая уже восстанавливалась. Но внешность не главное, мне после тридцати лет в чешуе вообще все люди кажутся странными. Две ноги, две руки, ни когтей, ни клыков, ни рогов. Как выживают только? Признаться, воспоминания о жизни в иной ипостаси почти стёрлись. В конце концов, и я не умер на двух ногах да без когтей. А вот характер... Марина выводила из себя каждой фразой. В драконов не верит, но ладно, мы выяснили, почему. Девка из другого мира. И соответственно, драконов она не боготворит. Когда я сообщил о нашей скорой свадьбе, что она сделала? Расхохоталась! Сам Радагаст, наследный принц королевства Драко собирается взять её в жёны, а она смеётся. Могла бы хотя бы просто кивнуть из приличия, но нет... Никакого уважения. Только всё же есть в ней кое-что особенное. Её аура излучала золотой свет. Слабый из-за болезни. Похоже, ко мне притянуло последнюю жар-птицу. Но не скажу, что для меня это столь важно. Драконы и сами волшебные существа.

Лесной царь упоминал, что цепь поможет мне отыскать истинную. Может, имелось в виду что-то другое? Потому что наша с Мариной истинность вызывала сомнения. Она мне не нравилась, вот вообще. Даже волшебные перья жар-птицы не прельщали. Да и того, что писалось в книгах, не возникало. Где жар мгновенной любви, где притяжение невероятным ароматом, где идеальная совместимость, в конце концов? Нет, тут явно царь постарался. Видимо, Марина должна привести меня к истинной. Ну не верю я, что она станет спутницей моей, между прочим, очень длинной жизни. С такой женой сразу захочется вздёрнуться.

— Я мелочь не ем, — насмешливо фыркнул, отбросив прочь жабу. — Предпочитаю добычу покрупнее, — и плотоядно облизнулся, глядя на девушку. — Тебе ноги, кстати, очень нужны? Насколько часто пользуешься?

— Чувством юмора тебя обделили, как и чувством такта. А достоинства есть? — рыкнула она, пытаясь спрятать коленки под коротким подолом платья.

Если то, что было на ней, можно так назвать. Какая-то цветастая тряпочка, длиной чуть выше колен. Интересно, коленки у неё красивые? Раньше я любил женские коленки. И грудь. Приблизившись, я аккуратно поддел интересующую часть тела когтем.

— Извращенец! — Марина церемониться не стала, подлетела и залепила мне кулаком по носу.

— Можешь ещё и левее почесать, — лениво протянул я, нацелившись теперь на подол платья.

Не удивлюсь, если она и белья не носит. Это откуда же она свалилась, что девушки позволяют себе так срамно одеваться?

— Прекрати! — теперь мне чуть не досталось по глазу, еле успел прикрыть веко.

— Что с твоей одеждой? Куда смотрят твои родители?

— Что с моей одеждой? — озадачилась она.

— Короткая, руки открыты и грудь видно.

— Где там что видно? — она даже приоткрыла рот от удивления. — И вообще, странно слышать подобное от голого дракона.

— Голого? — настал мой черёд приоткрывать пасть.

— А какого ещё? Что-то не вижу на тебе трусов, — и эта заноза направилась в сторону моего хвоста. — Вот, голая жопа! — победно объявила она, похлопав меня по названной части тела.

— Я же в чешуе, невежда, — оторопел я от её наглости.

— И там чешуя? — ехидно улыбнулась она, указывая на зону под хвостом.

— Хочешь посмотреть? — широко улыбнулся я и развернулся, приподнимая задницу.

— Ой, нет! — она сразу прикрыла глаза, и была сбита с ног хвостом.

Девушка ойкнула, рухнув на траву.

— Нет там ничего, — закатил я глаза. — Мы в животной ипостаси не размножаемся.

— И не какаете что ли?

— О чём ты вообще? — зло потоптавшись на месте, я отошёл от этой недоистинной.

Ни чувства такта, ни воспитания. Как можно спрашивать о таком?

— Скоро узнаешь, — пробурчал я, опаляя кружки травы дыханием, чтобы удобно разместиться на ночлег. — Да и я тоже. Мы теперь вынуждены сблизиться, — язвительно напомнил, дёрнув цепь на себя.

И только поднявшаяся девушка пробежала вперёд, пока не налетела на мою подставленную лапу.

— Я и тебе подготовил, — указал на чёрный пятачок по другую сторону костра.

— Мне там спать? На голой земле, без одеяла? — она так расстроенно вздохнула, что я испугался нового сеанса слезотечения.

— Могу укрыть тебя хвостом.

— Ты зубы раз в год чистишь, а тут хвост, — пробурчала она, присаживаясь у костра.

Обняв плечи руками, она вытянула голые ступни к огню.

— На всякий случай, ты хладнокровный ящер или теплокровный?

— Что?

— Грудное вскармливание практикуете?

— Какая же ты странная, человечка, — удобно расположив голову под крылом, я прикрыл глаза.

И даже сумел заснуть, несмотря на сотни мыслей, роящихся в голове. Мне предстояло отыскать свою скрытую заклятием столпа родину, снять с неё проклятие. А перед этим уговорить эту несносную человечку на сотрудничество. Впрочем, не согласится, буду тащить силой. Я крупнее, могу нести её в лапе. Сама и будет виновата, раз не понимает, какую ей оказывают честь. Повелители неба, драконы готовы принять от неё помощь, а она артачится.

Разбудила меня какая-то возня под лапой и злое пыхтение.

— Что тебе надо? — провыл я, приоткрыв один глаз.

Совсем стемнело, судя по всему, костёр потух. А человечка решила меня разбудить.

— Дрова закончились. Мужчина, о девушке позаботиться не можешь, — пробурчала она, упрямо протиснувшись под крыло.

Она расположилась на моей лапе, прижав ступни к моему боку.

— Теплокровный, — выдохнула она счастливо и тихо засопела.

— Странная, — я лучше укутал её крылом и тоже заснул.

Разбудила меня тоже она, тянула мою лапу с наручником в сторону.

— Ты что делаешь?

— Мне надо в туалет, вытяни руку, — она ещё и по пальцу меня ударила. — Проснись уже! Очень надо. А цепь короткая.

Ну вот как она может быть моей истинной? Я уткнулся носом в живот девушки и глубоко вдохнул её запах. Пахнет, кстати, вкусно. Может, и не всё потеряно...

— Радион, ну же, — взмолилась она.

— Радагаст. Когда ты уже запомнишь? — пришлось вытянуть лапу, позволяя девушке сбежать в кусты.

Дальше лучше не принюхиваться.

Кажется, я снова ненадолго заснул, а когда проснулся, не обнаружил рядом Марину. Чертыхнувшись, огляделся, потом потянул цепь на себя. Передо мной сформировалось несколько метров магических пут, прежде чем я рванул на поиски. Нёсся, ориентируясь на цепь. С моим передвижением она укорачивалась, плутая через кусты, потом через равнину, пока не исчезла в небольшом пролеске.

— Ох, спасибо вам большое. А то мне достался самый ужасный из чешуйчатых, — донёсся до слуха голос Марины. — Только и делает, что язвит. Ещё и шутит про женитьбу. Будто кто-то в здравом уме пойдёт с ним под венец.

Я миновал сеть кустов и замер, наблюдая интересное зрелище. Девушка ела лесные ягоды, иногда угощая крутящегося в её ногах малыша огненного аспида. А рядом сидела, любуясь играющимися детьми, его мама. Воздушная змея растянула своё длинное чешуйчатое тело под лучами солнца и довольно щурилась.

— Почему ты сбежала? — пророкотал я, выбираясь из кустов.

Марина подпрыгнула от неожиданности, а аспид прижался к её ногам. Только мать не шевелилась, лишь взглянула на меня с предупреждением.

— Я хотела есть, — девушка упрямо вскинула подбородок. — И ещё выяснила, что цепь удлиняется.

— Ещё раз сбежишь...

— Что ты сделаешь? — глядя с вызовом, она забросила в рот ягоды.

— Отшлёпаю, — рыкнул я.

— Только попробуй, — разъярилась она. — Ты и так моришь меня голодом и холодом. Злой драконище, — и показала мне язык, словно маленькая девочка.

Но её слова развеселили.

— Мне нужна нормальная еда. И обувь, — она продемонстрировала мне испачканные ноги. — И тёплая одежда. И одеяло. И гребень. И...

— Понял, я понял.

Сколько же с девушками проблем. То ли дело с аспидами. Принёс ей тушу посочнее, она и довольна. Как же жаль, что драконы не размножаются в животной ипостаси.

— Залезай на шею. Летим.

— Куда?

— Искать тебе гребень, — прошипел я сквозь стиснутые зубы.

— О, я озвучила не весь список, — погладив малыша по макушке, она поклонилась матери аспиду и поскакала ко мне. — Мне ещё надо и ванную тёплую, и кроватку.

— Не наглей. Надо попытаться раздобыть самое необходимое, — я опустился на землю, ожидая, когда она расположится на мне.

— Почему попытаться? Нельзя просто купить?

— На что? Людям нужны деньги.

— Разве у драконов нет сокровищниц?

— Есть, в нашей стране. Она под проклятием. Как только его снимем, покажу, — пробурчал я раздражённо.

— То есть ты ещё и нищий дополнительно к тому, что беспардонный и бесчувственный извращенец? — невинно поинтересовалась она.

— Я передумал, — схватил её за талию и тут же взмыл в небо, прорубаясь сквозь ветки деревьев. — Полетаешь так.

— Гад, да я тебе...

Хочу нормальную истинную, но выдали это недоразумение. А ведь царь наказал добиться её. Ещё и в животной ипостаси. Интересно, каким образом, по его мнению, можно заставить человеческую девушку полюбить дракона, зверя в её представлении? Как она там говорила? Попал. Жестоко попал на истинную.

 

Глава 2

Марина

 

— Опусти меня! Опусти меня сейчас же! — прокричала я, барабаня кулаками по чешуйчатому пальцу дракона.

Само собой, мне явно было больнее, чем ему. Бронированный бесчувственный гад! Он не дракон, он тролль!

...