автордың кітабынан сөз тіркестері Эпоха застоя. Как это было
Стремление к мировому господству – раз; уверенность в своем многократном военно-техническом преимуществе – два. А дальше можно диктовать свое мнение.
после того как Советский Союз разгромил фашизм, напасть в открытую, да еще имея Италию, Францию, Грецию, где коммунистические идеи пользовались невероятной популярностью, было чревато. Надо было сначала с ними разобраться.
Появилось то, чего не было тогда: запредельное хамство и неуважение к представителям России. Потому что в советскую эпоху невозможно себе было представить, даже при гиперагрессивной риторике, такого скотского отношения к русским журналистам.
Мы, кстати, после советского проекта очень сильно догмы не любим, мы их сразу распознаем, поэтому нам легко на них смотреть. Ни в коем случае нельзя повторять этих ошибок. Нельзя написать идеологию и закрепить ее в Конституции. Это будет фиктивно-демонстративный продукт, который создаст иллюзию, что у нас идеология есть.
тысячу лет с этим живем независимо от того, князь у нас, царь или еще кто. Они нас долго татарами считали, думая, что нам это зазорно. А мы к этому абсолютно спокойно относимся. Татары – и ладно, это ваши проблемы. Мы с татарами живем уже сколько… И не только с татарами – все вместе живем, в общем. Этого им не понять.
Они же сами о себе написали: «Бремя белого человека». Они несут бремя. А все остальные – варвары. Мы в первую очередь. Что с китайцами они делали во время опиумных войн… Это просвещенная Британская империя делала! Травила народ опиумом и так управляла страной. И не в Средние века, а в Новое время это происходило.
Понятно, что Россия мешает их мировому господству. Но ведь под это всегда подводится идеологическая база, которая, собственно, является элементом этой войны – информационной, идеологической, какой хочешь. И эта идеологическая подпорка очень важна – что тогда, что сейчас.
Нюанс заключается в том, что они были убеждены, что нас победили. А у нас была иллюзия, что эту войну можно прекратить. Например, через отказ от коммунизма. Отказались. Выяснилось – прекратить нельзя. Через отказ от Советского Союза – последней империи. Отказались от Советского Союза. Ну что еще? Рыночную экономику – сделали. Нет, нельзя прекратить. Значит…
А. Гаспарян: Западную культуру ввели.
Д. Куликов: Западную культуру ввели. Значит, дело не в этом. Значит, что-то более важное есть – непреодолимое историческое противоречие: между стремлением к мировому господству и невозможностью его установить, пока есть историческая Россия.
такого удара активно обсуждалась. Больше того, с идеологической точки зрения огромный вклад в это внесли русские эмигранты, которые создали теорию, что поскольку «крестовым походом против большевизма» покончить с заразой не получилось, то богоборческую власть можно уничтожить только ядерным оружием. Дескать, это будет такой очистительный огонь, который вернет русский народ на путь православной монархии.
После войны было идеологическое противостояние. Сдерживание коммунизма. Или это все-таки декорация?
Д. Куликов: Декорация, конечно. У нас уже давно нет коммунизма, ничего мы не распространяем. Более того, наша доктрина сегодня заключается в следующем: мы вообще никогда не собираемся никому ничего навязывать и предлагать.
а. Сработал системообразующий принцип англосаксонской или западноевропейской цивилизации – наличие военно-технического превосходства.