Изображение героического и прекрасного через демонстрацию достижений и подвигов советских людей противопоставлялось сатирическим представлениям40, в которых порочное воплощалось в виде разнообразных «тунеядцев»41 и «хулиганов», нарушающих советский порядок.
1 Ұнайды
В 1971 году, после череды юбилеев в Ленинграде, будет создана первая в СССР кафедра, обучающая мастерству режиссуры массовых представлений и определившая во многом ландшафт зрелищной культуры последних советских десятилетий.
Первая колонна была своего рода прологом и экспозицией представления. Открывающая процессию повозка проводила линию демаркации между обыденным и карнавальным пространством и представляла главных героев.
Карнавальный поезд состоял из пяти смысловых частей и пяти колонн, каждая из которых воспроизводила свои живые картины556. Колонна являлась аналогом театрального акта и фокусировалась на конкретном событии.
Готовясь встретить юбилейное десятилетие Октябрьской революции в 1927 году, Орест Цехновицер549 осторожно указывал на содержательные отличия европейской традиции карнавала от политического шествия и дипломатично определял новую гибридную советскую форму как политический карнавал
. Ковчег в пьесе Маяковского, как мы помним, отправляется из темноты и достигает райского города с садами и фабриками, сама же пьеса заканчивается гимном солнцу. «Праздник “Авроры”» после прохода флотилии по акватории также завершался вспыхивающим пиротехническим солнцем544 на плавучей площадке и песней «Пусть всегда будет солнце»545. В качестве верховного солярного образа в кульминации представления ленинградцам предъявляли летающее на аэростате подсвеченное знамя с изображением Ленина.
Кроме того, создаваемая линией реки диалогическая связь живого Ленина с Лениным иконическим, статичным обнажала глубинные противоречия, скрывающиеся за юбилейной театральностью. Сценическая метафора делала явными изменения, произошедшие за пятьдесят лет с главным героем революции: два Ленина, объединенных водами, были красноречивым примером дематериализации живого — от запечатленного в хронике конкретного человека до его превращения в золотой образ Ленина-солнца, религиозно явленный в своей троичной природе, оторванный от реальности и обезличенный, как и сама идея революции во времена застоя.
На вечерах-митингах проходили «встречи со старыми большевиками, участниками революции 1905, 1917 года»435. Получила распространение особая гибридная форма вечеров-портретов, организовывались встречи со свидетелями исторических событий и чествование «старейшин»436. В частности, в Ленинграде в этом преуспел клуб революционной романтики «Алая гвоздика», располагавшийся во Дворце культуры им. В. И. Ленина; его сотрудники занимались поиском таких свидетелей, связывая их с событиями и «революционной деятельностью В. Ленина за Невской заставой»437. В соответствии с запросом официальной культуры на документализм и места памяти, приоритетным для участников клуба было изучение «тех мест, с чьим именем оно было связано»438 и поиск потомка, участника или свидетеля, выступающего посредником — сказителем истории (места или персоналии, связанной с ним). Участники «Алой гвоздики» видели свою задачу в «создании летописи революционных дел»439. Заводы, мосты, улицы, как и предписывалось, связывались с революционными событиями через повествование свидетеля, конструировавшего новое мифопоэтическое пространство. Выяснив, например, что В. Володарский бывал на Обуховском заводе, коллектив клуба устроил концерт с выступлениями певцов и духового оркестра. Функцию посредника-летописца выполнял И. А. Андрианов, лично знакомый и работавший с Володарским, перед которым собравшиеся принесли клятву440. Похожую структуру имели дни памяти на квартире Василия Шелгунова и митинги по местам, связанным с жизнью и деятельностью Ивана Бабушкина, прошедшие в дни их смерти. Выбранная схема распространялась и на день рождения Ленина у памятника вождю революции. По воспоминаниям участников, «к членам собрания обратился Ленин» (использовалась запись обращения с Третьего съезда комсомола), а посредником выступал член личной охраны вождя В. В. Виноградский. Символично, что роль посредника в день рождения Ленина была отдана человеку, буквально обеспечивавшему физическую жизнь вождя, и он же становился медиатором, возвращавшим памятнику голос живого Ленина. Современная политическая повестка принимала многообразные перформативные формы. Устный журнал «Новости жизни»441, например, пересказывал в доступной форме актуальные постановления съезда.
Предположим, что это было связано с тем, что теперь советскому Эрмитажу было важнее остаться в статусе музея, чем поверженного дворца монархии.
…когда ставилось представление «Взятие Зимнего», была придумана одна замечательная вещь. Они использовали весь фасад Зимнего дворца, в котором 1200 окон <…> они использовали все окна как места действия, в каждом происходило действие, тени, происходила борьба. Вы видели там, как матросы борются с юнкерами, которые пытались защищать Временное правительство. В общем было придумано для каждого окна какое-то теневое действо. Был устроен гигантский, единственный в истории, в мире теневой театр. Это было великолепно! Вы представляете эти движущиеся тени? Они производили эмоциональное впечатление, помимо того, что происходило на самой площади386