Не смейтесь над безумцем. Его сумашествие длится дольше, чем наше… В этом вся разница.
4 Ұнайды
Коль не пускают в рай порочных жен,
А пьяниц ждет безжалостный огонь,
То есть ли, право, этот рай небесный?
Ведь он пустей, чем нищего ладонь.
Омар Хайям
4 Ұнайды
шел по цветочному лугу. Лепестки цветов были белее снега, сердцевины – чище золота.
2 Ұнайды
Она была невинна? – спросил я, но он лишь усмехнулся, покачивая бубенцами на колпаке.
– Заколот, – хихикал он. – Вспомни о долгом путешествии, о тревожных днях и ужасе ночей. Вспомни, как скитался ради нее, год за годом по чужой земле, тоскуя по родным и близким, тоскуя по ней! Заколот, – хихикал он, прислушиваясь к звону бубенцов на колпаке.
– Она встретила его у ворот, – хихикал он. – Но в ее дружеском приветствии слышались недомолвки.
– Она была невинна? – спросил я.
– Заколот, – хихикал он. – Вспомни о долгом путешествии, о тревожных днях и ужасе ночей. Вспомни, как скитался ради нее, год за годом по чужой земле, тоскуя по родным и близким, тоскуя по ней! Заколот, – хихикал он, прислушиваясь к звону бубенцов на колпаке.
– Она была невинна? – спросил я.
Но он в ответ лишь огрызнулся, прислушиваясь к звону бубенцов на колпаке.
Зеленая комната[37]
Клоун повернул к зеркалу напудренное лицо.
– Быть честным – значит быть красивым, – сказал он. – Но кто может сравниться с моей Белой Маской?
– Кто может сравниться с его Белой Маской? – спросил я у Смерти.
– Кто может сравниться со мной? – ответила Смерть. – Кто бледнее меня?
– Ты очень красива, – вздохнул клоун, отворачивая от зеркала напудренное лицо.
1 Ұнайды
В тесной толпе я стоял рядом с Пьеро. Все взгляды были устремлены на меня.
– Над чем они смеются? – спросил я.
Он хохотал, отряхивая мел с моего плаща:
– Я не вижу. Должно быть, кто-то забавный. Может быть, честный вор?
Все взгляды были устремлены на меня.
– Кошелек! – закричал я. – Пьеро! Помогите, вор!
Все смеялись.
– У меня украли кошелек.
Вперед выступила Истина с зеркалом в руках.
– Если это честный вор, – сказала она, – то Пьеро отыщет его с помощью зеркала.
Пьеро хохотал, отряхивая мел с моего плаща.
– Видишь, – сказал он, – Истина – честная воровка, она возвращает тебе зеркало.
Все взгляды были устремлены на меня.
– Хватайте Истину! – воскликнул я, позабыв, что потерял вовсе не зеркало, а кошелек, стоя рядом с Пьеро в тесной толпе
1 Ұнайды
Я подошел к мосту, который нельзя перейти.
– Проходи! – прокричал страж, но я ответил с улыбкой:
– Еще есть время.
Он захохотал и закрыл врата.
К мосту, который нельзя перейти, подходили старцы и юноши. И всем им было отказано. Я лениво стоял и считал несчастливцев, пока не устал от их плача и горестных стенаний. Тогда я подошел к мосту, который нельзя перейти. Люди в толпе у ворот вопили:
– Он пришел слишком поздно!
Я засмеялся и сказал:
– Еще есть время!
– Проходи! – крикнул сторож.
И когда я вошел во врата, он улыбнулся и закрыл их за мной
1 Ұнайды
Коль не пускают в рай порочных жен,
А пьяниц ждет безжалостный огонь,
То есть ли, право, этот рай небесный?
Ведь он пустей, чем нищего ладонь.
1 Ұнайды
Призраки прошлого не уходят.
– Если это правда, – вздохнула она, – что я твоя подруга, то давай останемся здесь навсегда. Ты обо всем забудешь здесь, под летним небом.
Я прижал ее к себе, уговаривая, лаская, я обнял ее, бледную от гнева. Она вырвалась из объятий.
– Если это правда, – вздохнула она, – что я твоя подруга, то давай останемся здесь навсегда.
Призраки прошлого не уходят
1 Ұнайды
Он с улыбкой сказал:
– Ищи ее по всему свету.
Я ответил:
– Зачем так далеко? Мой свет здесь, в этих стенах под стеклянной крышей, здесь, среди позолоченных кувшинов, потускневших рам и старых полотен, черных сундуков и резных стульев с высокими спинками, окрашенных в синий и золотой.
– Так чего же ты ждешь? – спросил он.
И я ответил:
– Я узна́ю ее.
Шаги, голос, песня на улице. Песня казалась мне знакомой, но голоса и шагов я не помнил.
– Глупец! Песня та же самая, только голос и шаги изменились с годами.
Языки пламени в камине шептали над побелевшим пеплом: «Не жди, они прошли, и шаги, и голос».
Он улыбнулся и повторил:
– Ищи ее по всему свету!
Я ответил:
– Зачем так далеко? Мой свет здесь, в этих стенах под стеклянной крышей, здесь, среди позолоченных кувшинов, потускневших рам и старых полотен, черных сундуков и резных стульев с высокими спинками, окрашенных в синий и золотой
1 Ұнайды
Я шел по цветочному лугу. Лепестки цветов были белее снега, сердцевины – чище золота.
Где-то вдалеке кричала женщина:
– Я убила любимого!
Из кувшина она поливала цветы кровью. Те цветы, у которых лепестки были белее снега, сердцевины чище золота.
Я шел по лугу, читая тысячи имен на кувшине, из которого выливалась, пузырясь, свежая кровь.
– Я убила любимого! – кричала женщина. – Мир жаждал, теперь пусть насытится!
Она прошла мимо, и я видел, как она поливает цветы кровью. Лепестки их были белее снега, сердцевины чище золота
1 Ұнайды