Глава 2

У людей Джека мы пробыли почти час, а канонада салютов и фейерверков на площадях всё ещё не прекращалась, мачеха не поскупилась на деньги для гильдии алхимиков. Мария реально довольна и счастлива. Странно как-то.

Вот думаю, на кой чёрт она сама от власти отказалась? Только утром была герцогиней правящей, а теперь всё, лишь вдовствующая. Говорят ведь, что власть как наркотик. Неужели врут?

– Идите первыми, – скомандовал Нику с Иваном, на них плетения отвода глаз нет. – Дорогу и нам заодно осветите. Мы с лейтенантом идём следом. Чего смотришь, Иван? В отличие от вас, мы для посторонних невидимы, так что окружать меня со всех сторон не требуется. Вперёд, мои друзья. Или я должен повторять?

Пётр или Павел – не заметил, кто из них – плотно закрыл за нами дверь. В этом домике оставаться им теперь недолго. Слишком уж далеко мне сюда ходить, более получаса от замка, и это, если ни на миг не останавливаться.

Не стал я выяснять, каким образом эти бунтовщики, да ещё с изувеченной Викой на руках, смогли проникнуть в Неллер и снять здесь себе дом. Секрет Полишинеля. Нет такой крепости, которую не взял бы осёл, нагруженный золотом. Коррупция неистребима, сунули, поди, у ворот стражникам сколько-то монет, и вот они здесь.

Эрик уже получил от меня поручение найти для моей пациентки помещение поближе к дворцу, и завтра вечером она должна меня встречать там. Не хочу ни ноги по городским улицам ломать, ни время зря терять. Пока народ наш продолжит гуляния, моя семья погрузится в дела. Дядя Рональд меня об этом днём предупредил.

Любопытно, какие интриги, козни, заговоры и политические планы предложил Марии и Джею герцог Конрад Ормайский, не зря же он лично прибыл в Неллер, оставив своё хозяйство на жену и непутёвого сына, да к тому же сорвав при этом покров тайны с того факта, что никакой вражды между нашими семействами нет, а, наоборот, проявляется уважение. Видать, что-то очень важное намечается, раз нельзя довериться переписке, а требуется обсуждение с глазу на глаз.

Никто больше из равных нам родов на коронацию нового правителя Неллера не прибыл. Король с кардиналом, правда, прислали делегации, но там такой их состав, что лучше бы не приезжали. Только зря ещё больше Марию и Джея разозлили. Во главе посланников всего лишь вице-канцлер, да и тот наш родственник Андрей Торский.

– Милорд, внимательнее, – предостерёг меня Эрик.

Вовремя. Ещё бы пара шагов, и вляпался бы в большую лепёшку навоза. Сержант со штаб-капралом держали факелы перед собой, и их тела отбрасывали тени нам с Эриком под ноги. Поэтому размышления размышлениями, а на землю надо смотреть.

Шум в виде весёлых выкриков и смеха оказался поднятым шедшей нам навстречу компанией из четырёх парней и такого же количества девиц. Все явно уже навеселе. И чего они так рано покинули празднования? Похоже, уже между собой обо всём договорились и местечко для себя выбрали, и вином, смотрю, хорошо затарились. Ого! У каждого по кувшину в руках кварт на пять каждый и пара свёртков с закуской. Серьёзно подготовились.

– Какие красавчики, – пьяно засмеялась одна из девиц, разглядев действительно прилично одетых и совсем не уродливых Ника с Иваном. – Мальчики, вы всё интересное пропускаете. Там сейчас полуголые акробатки на брусьях скакать будут.

Чёрт, давненько я брусьев не видел. Такое зрелище, оказывается, пропускаю. Может, в замке подобные номера будут?

– Илона, ну что ты смущаешь ребят, – жеманно одёрнула её одна из спутниц.

Мелькнула мысль, что вот-вот может вспыхнуть конфликт, но всё обошлось. Молодые люди были все в прекрасном расположении духа и лишь шутливо и глубоко раскланялись. Мои парни ответили тем же, мы с Эриком, разумеется, как шли, так и шли, нас не заметили.

Зато после поворота в тот самый проулок, где мы по пути к людям Джека встретили ужинавшую отбросами нищенку, приключения нас всё же нашли.

Мой бывший наёмный убийца, обладавший чутьём, что куда там той собаке, почувствовал проблемы заранее. Взял меня за запястье и чуть придержал.

– Милорд, прошу вас, – сказал очень тихо.

О чём именно просит, не поведал, да только я и так понял. Не высовываться, не выходить из-под действия плетения, не лезть в драку, в общем, вести себя тише воды, ниже травы. Ну что, Степан Николаевич, прислушаемся к просьбе защитника? А вот посмотрим. Я же не мажор какой-нибудь, а боевой маг и умелый мечник.

– Ах, каких богатеньких мальчиков в наш скромный уголок занесло, – раздался насмешливый хриплый голос, одновременно от забора и стены отделились тени. Сколько их? Кажется, шесть. – И храбрые, ты посмотри, Ульф, вдвоём ходят. Ох! У них же мечи!

Раздался приглушённый язвительный смех всех шестерых. Проход был узким, и грабители – а это, понятно, не случайные прохожие – встали попарно. Свет факелов отражался на появившихся у них в руках тесаках.

Так-то место для грабежа ну очень неудобное. Сволочам бы нужно окружить своих жертв, а тут никак. Подозреваю, бандиты просто здесь прятались в ожидании прохожих и не предполагали, что мы сюда свернём. Поди, планировали напасть на Ника с Иваном из-за спины, когда те пройдут мимо.

Облом, господа хорошие, просчитались. А ещё перед вами не городские щёголи, у которых мечи для бахвальства под восхищёнными взорами девиц, а опытные бойцы из унтер-офицерского состава роты милорда Степа Неллерского. Не знали? Сейчас поймёте.

Плохо то, что не только грабители не могут напасть на нас со всех сторон, а и мы с Эриком встать плечом к плечу с Иваном и Ником. Больше помешаем и стесним ребят, чем поможем. Лейтенант это понимал, но меч извлёк, настырно оттягивая меня за рукав назад и прикрывая собой.

Зря. Напрасная тревога, я не хуже Эрика понимаю глупость самому пытаться влезать в намечающуюся схватку. Только это касается сражения мечом. А кто сказал, что мне не нужно воспользоваться даром неизвестного благодетеля? Я про свою магию.

– Олег! Сволочи! – закричал сзади подельников тот хриплый голос, который первым нас приветствовал.

Крики издал широкоплечий мужчина, стоявший во втором ряду шайки. Бандит увидел, как сверкнули клинки тех, кого он и его подельники приняли за безобидных жертв. Мои парни молодцы, в разговоры вступать не стали, и выяснять, кто кого уважает, не захотели, сразу же перейдя в атаку и убив обоих стоявших впереди грабителей.

Иван, будучи обучен в обычном воинском подразделении, без затей рубанул того самого Олега в сочленение шеи с плечом. Не защищённое доспехом тело неудачливого грабителя оказалось разрубленным до верхних рёбер. Николас, нахватавшийся приёмов обращения с клинком от нас с Карлом и братом Максом, повёл себя как опытный дуэлянт, он буквально перетёк в сторону стены, уходя от маха бандитского тесака, и вонзил острие клинка противнику точно над его кадыком, словно бабочку на иголку наколол.

Настоятельную просьбу лейтенанта Ромма я выполнил и вперёд с мечом не полез, однако в стороне от схватки оставаться тоже не пожелал.

Заклинание стрелки весьма слабое во всех вариантах её плетения, из достоинств очевидны дальность применения до трёхсот ярдов, скорость создания и малое количество используемых нитей при всех разновидностях стрелки. А недостаток, по сути, один – оно не убьёт даже совсем не защищённого врага, ни магией, ни доспехом, если точно не попадёт в голову. Это плетение, собственно, и применялось для разрушения магических атак врага.

На том расстоянии, на котором сейчас находились от меня грабители, вероятность промаха невелика. Придурки постоянно в движении, но подловить их можно.

Мои рассуждения промелькнули ещё в тот момент, когда Ник уходил от удара тесака. На то, чтобы сформировать стрелку, у меня ушла пара минут. Этого времени моим славным парням хватило для убийства ещё одного подонка и тяжёлого ранения главаря шайки. Так что моя магическая атака обрушилась на бандита, стоявшего позади своих подельников.

Росчерк белого цвета длиной с арбалетный болт разрезал ночную темноту, сгустившуюся, когда мои ребята отбросили факелы, и угодил точно в переносицу цели.

Попавший под мой удар дико завыл от боли, схватился за рассечённое лицо, захлебнулся криком и упал.

– Прошу пощады! – упал на колени последний из шестёрки.

– Не жди, – отказал я ему в милости.

Иван добил главаря, шагнул к заскулившему мерзавцу и воткнул меч тому в сердце.

На этом стычка закончилась. Сколько она длилась? Полагаю, минут десять всего, причём местных, которых в часе сто. Эрик забрал у Ника поднятый тем факел и внимательно осмотрел убитых.

– Это нездешние, – сделал он вывод. – Видите, милорд, каким узлом у них завязки на вороте рубашек? Скорее всего, из Парма. Там так привыкли.

Мне всё равно. Из Парма так из Парма. Подозревать старого графа Генриха или его подлеца-сынка Кирилла даже и не подумаю. Злоумышляли бы против меня они, прислали умелых убийц, а не вот это вот всё дерьмо.

Мне захотелось вернуться к трупам и плюнуть на них, когда мы, пройдя дальше, после того как Ник с Иваном собрали трофейные кошели, обнаружили нищенку с перерезанным горлом. Объедки, которыми старуха лакомилась, недоеденными так и валялись рядом. Видать, шайка пришла в этот проулок вскоре после нас с Эриком.

– Бабушка-то чем этим уродам помешала? – спросил я вслух сам себя.

Выйдя к Вдовьей площади, направились перпендикулярно к тому направлению, откуда к этому проулку пришли. К людям Джека Мстителя мы отправлялись от амфитеатра, а сейчас наш путь лежал в замок.

Думаю, меня не хватились. В этом плане мне помогает шутливая истина из родного мира, что у любого профессора должны быть и жена, и любовница. Первой сказать, что ушёл ко второй, той сообщить, что останешься у супруги, а сам в библиотеку.

Джею с Марией сейчас не до меня, они разводят вокруг себя политические игры со своими вассалами и герцогом Конрадом, дядя Рональд думает, что я с Агнией, сродная сестрица считает, что я с нашим дядей, остаётся только моя любимая кузина, но ту я нечестно ввёл в заблуждение.

Врать Юлиане не соврал, но ужимками, ухмылками и недомолвками сделал так, чтобы она сама додумала. Виконтесса Дитонская ждёт сейчас меня со свидания с молодой замужней баронетой. Карл остался с моей кузиной и успокоит её, если вдруг та начнёт тревожиться. Ловко я всё придумал.

На улицах полно пьяных, но всё вполне мирно, горожане увлечены зрелищами и дармовыми угощениями, так что Ник с Иваном ничьего внимания не привлекали, я с Эриком – тем более.

Дошли до моста Злого герцога. Когда-то с него в раннем детстве, в возрасте шести-семи лет, Степ с Юлькой и Фомой любили плевать на головы проплывавших под мостом на лодках речных чистильщиков. Забавлялись, гадёныши. Пару раз их ловили за этим непотребным занятием, секли, но пугали ненадолго.

Да уж. Мог ли тогда кто-нибудь представить, что один из них станет величайшим боевым магом королевства? Вряд ли. А про Юльку кто бы сказал, что в скором времени она превратится в известную коррумпированную особу?

В канун коронации сладкоежка развернулась на полную катушку. Не помню точно, сколько я подписал пропусков, приглашений и поздравлений. Суммарно точно не менее полусотни. И с каждой бумаги или пергамента Юлька наживалась. Разумеется, с моего ведома.

Её авторитет на ниве мздоимства среди неллерцев сильно вырос. Мою служанку привечали и в ратуше, и в гильдиях, а во дворце не только слуги побаивались, но и мелкие чиновники старались угодить.

Доверяй, но проверяй. На всякий случай распорядился Эрику проверить девушку. Он выборочно опросил людей. Нет, всё по-честному, прошлый урок пошёл впрок. Значит, иногда надо розги практиковать, раз такие эффективные, и это без привязки конкретно к Юльке.

Наш третий друг по тем безобразиям, Фома, увы, умер пять лет назад. Тогда чёрная лихорадка собрала обильную жатву. Четверть Неллера вымерла, причём дети гибли в большем количестве. Степ тогда обошёлся лёгким недомоганием. Хорошее питание и забота Ригера с Эльзой помогли отделаться испугом.

Как чёрная лихорадка называлась на Земле и была ли у нас когда-нибудь, сказать не могу. Не специалист по симптомам средневековых эпидемий. Вот ковид я бы сразу узнал по потере вкуса и прочему. Ещё уверен, что не оспа. У переболевших не осталось характерных меток на коже.

– Вы чего остановились, милорд? – поинтересовался Эрик на середине моста.

– Да так, вспомнил кое-что. – Я улыбнулся с грустью. – Пошли дальше.

Опять началась очередная волна фейерверков. Мы как раз проходили мимо одной из точек, откуда их запускали. На телегах связки вертикально стоящих бронзовых труб разного диаметра. Оттуда и вылетали шары, которые на высоте в несколько десятков ярдов при разрыве раскрашивали ночное небо разноцветными огоньками.

Пока на площадях одни (их подавляющее большинство) любуются, задрав головы, другие (их единицы или десятки) обчищают первых, срезая кошели или залезая в сумки. Я со своими вояками относился к третьей категории, мы не делали ни того ни другого.

Мимо проскочил парень, на моих глазах обчистивший дебелую тётку, которая в компании со своей молоденькой служанкой смотрела вверх, раззявив рот. Мелькнуло было искушение схватить вора, да передумал, на это есть городская стража, пусть каждый занимается своим делом.

Уже перед подъёмом к воротам герцогского замка увидели вышедших из трактира баронетов Иоанна и Карла, еле держащихся на ногах. Эти два дворцовых прихлебателя, мои сверстники, не дают прохода при каждом моём приезде в Неллер. Всё в друзья набиваются, но я быстро раскусил их натуру: подхалимы, лжецы, попрошайки, подлецы, зачем мне такие приятели?

Сейчас они держали в обнимку шлюх, молодых, но явно потасканных, размалёванных так, что их лица напоминали маски.

– О! Это же этот, – громко произнёс Иоанн и икнул. – Ник, а ты где своего господина оставил, а?

– Не знаю, баронет, – вежливо склонился остановившийся штаб-капрал. – Где-то во дворце же должен быть? У меня выходной, милорд отпустил на весь день.

– Да-а? – почему-то удивился Карл, выпучив глаза, покачнулся и упал бы, если бы не поддерживающая его девица, впрочем, тоже нетвёрдо стоящая на ногах. – Ты ему передай, что мы в «Старой мельнице» будем всю ночь кутить. Пусть присоединяется. Что ему во дворце со старичьём делать? С нами веселее.

– Хорошо, баронет, милорд Степ обязательно узнает о вашем предложении, – совершенно честно пообещал Ник.

Ага, ещё бы я не узнал. Вот же я, рядом стою. Легко толкнул в плечо Эрика, нечего тут стоять, слушать пьяный разговор, ворота уже – вот они, а ребята как-нибудь сами разберутся с молодыми благородными кутилами и догонят.

– Вы бы сказали своим приятелям, чтобы они лучше в вертепы ходили. – Лейтенант пошёл со мной. – Там хозяйки следят за здоровьем девиц, а в трактирах полно таких потаскух, от которых можно срамные болезни подхватить. Потом к вам же баронеты и прибегут исцеляться, вряд ли у них есть деньги на лекарей или магов.

– Перебьются, – отмахнулся я. – Да и не приятели они мне. Говорить им тоже ничего не стану. Дурака учить – только портить. Пусть набивают шишки, может, так ума наберутся. Хотя вряд ли. Уже поздно.

У арки входа в замок сразу же за мостом через ров кроме обычного караула гвардейцев прохаживался и мой старый боевой товарищ капитан Леон Бюлов, который со своей ротой сопровождал меня в Рансбур и обратно.

Когда я с Эриком подошёл к краю моста, баронет Леон вздрогнул, быстро огляделся, обнаружил нас, присмотрелся, улыбнулся и сразу расслабился, узнал.

И я, и дядя Рональд изготовили по амулету, позволяющему распознавать как невидимок, так и находящихся под заклинанием отвода глаз, а моя невестка Ольга, наша новая герцогиня, вовсе сделала два.

Изготовили бы и больше, но применять такие артефакты могут только маги, а у нас не так много одарённых, чтобы обеспечить больше трёх постов, где они, сменяясь, несли бы службу все дни праздников.

Вопрос серьёзный, о семёрках имперских зилотов, одну из них послали по мою душу, рассказывают всякие небылицы об их успехах в устранении неугодных. Хотя, как по мне, преувеличивать опасность не стоит.

Невидимыми убийцами тоже пугали, а на деле я устроил им побоище и на том не успокоюсь. Хочу вообще истребить эту заразу в Рансбуре. Главное, там вычислить мага или магов, которые обеспечивают тех киллеров амулетами. С остальным будет проще, у меня есть и кому клинками орудовать, и кто в столице знает все закоулки. Я этих козлов в покое не оставлю, как и тех, кто их послал.

Что же касается этих хвалёных зилотов, так, подозреваю, никакие это не демоны, а просто хорошо обученные люди, значит, с ними можно бороться – это первое, а второе – они хотят не только выполнить приказ, но и вернуться с задания живыми. Не камикадзе же они, в самом-то деле. Были бы смертниками, мне о том бы рассказали. Даже если бы им и удалось в нынешних обстоятельствах совершить на меня покушение, уйти из Неллера, набитого сейчас под завязку нашими вояками – Мария в канун торжеств стянула сюда два полка и три егерские роты в дополнение к гвардейцам, – никак не удастся. Одно дело проникнуть в город, дав на лапу, другое – сбежать, когда всех поднимут на поимку. Нет, пытаться меня убить имперцы будут в Готлине или в самом монастыре, не зря же их торгаш весь мой распорядок, привычки и места посещений изучил.

Но, конечно же, всё это не повод терять бдительность, и в замок, а тем более сам дворец невидимки в дни торжеств никак не проберутся.

– Ты обещал, что недолго, – с укоризной сказал капитан Бюлов.

– Так я недолго и отсутствовал. – Я пожал плечами, услышав, как меня ускоренно догоняют Ник с Иваном, всё же отделавшиеся от привязчивых как банный лист баронетов. – А что, уже хватились?

– Думаю, в данный момент начинают о тебе спрашивать, – усмехнулся Леон. – Иди скорее к пруду, там сейчас начинается кормление мурен.

Глава 3

У себя в обители привык вставать под урчание Мурзика и Котьки, тыкающихся мне мокрыми носиками в лицо, и сейчас будто чего-то не хватает. Соскучился? Ну да, наверное. Привыкаешь к этим животинкам, как к членам семьи. Надо было их с собой взять, да вот не догадался. А с другой стороны, что мне, без них проблем мало?

Ладно, хватит валяться. Лёг вчера очень поздно, почти в три, хотя пирующие ещё не расходились – веселье было в самом разгаре, – зато выспался на отлично, только прислонился головой к подушке и сразу же вырубился. Если бы не позывы организма, мог бы и дальше спать.

– Господин, вы встали? – заглянула в комнату Юлька, услышавшая звуки из моей спальни.

– Нет, сплю, – буркнул я. – Сколько раз говорил, Юль, отучись уже задавать глупые вопросы. Сама не видишь, что ли?

Девушка цвела, как та роза чайная, выглядела не служанкой, а настоящей придворной дамой, и нарядами, и украшениями, а главное, спесью в лице и походкой по дворцовым коридорам. Как тот петух во дворе, честное слово. Спустить бы её вновь с небес на землю, да, думаю, успеется. Подруга детства Степа как-никак. Пусть немного поважничает. В конце концов, других претензий у меня к ней нет. Изучила все мои привычки, расторопна, честна, умеет предугадывать намерения господина и официально попросила моего дозволения стать невестой штаб-капрала Николаса, моего подручного. В общем, свой человек. Пусть все видят, что быть рядом с аббатом Готлинским не только почётно, а ещё и выгодно.

– Мне ночью во время представлений сунули два прошения, – доложила она, протягивая свежее нательное бельё. – И на пиру глава гильдии шорников попросил достать приглашение на завтрашний молебен в замковой часовне. Подпишете?

– Ох, лиса. – Я покачал головой, переодеваясь, служанок давно уже не стесняюсь, тут все аристократы так делают, как и аристократки на слуг внимания не обращают. – Решила, что спросонья буду подписывать, не разбираясь? Нет, так не пойдёт. Сначала я потренируюсь с милордом Карлом, потом вы с Ангелиной покормите нас завтраком, и лишь затем ты мне подробно поведаешь, кто на ком стоял, кто о чём просил. Кстати, милорд проснулся уже?

– Не знаю, – пожала плечами Юлька. – Он у себя не ночевал. Вы пришли, а он нет. Там закончилось-то всё только три часа назад. Молодой герцог, уходя с герцогинями, велел продолжать веселье, кому сколько захочется.

– С другом-вассалом всё ясно. – Меч у меня всегда при себе, в постель с собой, конечно, не беру, но лежит в шаговой доступности. Прицепил к поясу. Я оделся в тренировочный костюм и готов к выходу. – Тогда найди Ника, пусть приходит на малый плац. Там меня найдёт.

Настроение сегодня приподнятое, спасибо вчерашним разговорам. Я как в воду глядел, убеждая Агнию, что нам надо лишь время потянуть, глядишь, все матримониальные планы, касающиеся нас, сами разрешатся к нашему удовольствию. К тому всё и идёт.

Гости, ну, кроме герцога Ормайского, вчера все пировали и веселились, насыщались изысканными яствами и смотрели представления, от клоунских эскапад до гладиаторских схваток, устроенных прямо на плацу перед пиршественными столами – праздновали на свежем воздухе, внутри дворца такому количеству приглашённых было бы тесно и душно. Семья же Неллеров лишь изображала веселье, а на деле продолжала обсуждение очень важного вопроса, который поставил перед нами герцог Конрад.

У нашего короля Эдгара Первого имелся родной дядя Филипп, добровольно отправившийся в изгнание ещё в то время, когда на престол вступил его старший брат Пётр Третий. Насколько это самоизгнание было добровольным, не понял, но отъехал принц очень недалеко, в Верцию. Сейм этой республики одиннадцатью голосами лордов против трёх постановил принять Филиппа с семьёй под своё покровительство.

Лорды даже выделили на это какие-то средства, хотя основные суммы на содержание изгнанника шли от кранцевского двора. Шли, шли и пришли. В том смысле, что после гибели прежнего короля поток денег из Рансбура вскоре прекратился. У Эдгара с финансами и так всё не очень гладко, а тут ещё содержи дядю, который был вовсе не в дружеских отношениях с семьёй старшего брата. В общем, коронованный племянник решил, что принц Филипп как-нибудь сам проживёт.

– Что-то ты помятый какой-то. – Я не смог сдержать смеха при виде взъерошенного Николаса.

Я тут единственный, кто предпочитает очень короткую стрижку, остальные отращивали длинные волосы. Даже епископ Рональд имеет их до плеч, да ещё и завивает по последней моде.

Штаб-капрал пока щипцами не пользуется, у него и так на голове вьющиеся заросли. Сейчас спешил на мой вызов, не расчесался, вот и выглядит вороньим гнездом.

– Не надо было соглашаться на игру в кости, – самокритично высказался он, извлекая меч.

– Что, проиграл?

– Наоборот, выиграл, – вздохнул приятель. – Пришлось проставляться, а просто смотреть, как другие пьют моё вино, больно. Присоединился.

– Жадность – не самое лучшее качество, – понимающе улыбнулся и, легко отведя в сторону его клинок, ударил точно в область сердца. – Так, ты просыпайся уже, и давай работать.

Нет, такая тренировка несерьёзная, слишком большая разница в уровнях подготовки между мной и приятелем, к тому же не выспавшимся. Зато хоть его подтяну немного, всё польза, да и с ним легко отвлекаться на свои мысли.

Насчёт жадности, да. Не про Николаса, а про Эдгара нашего Первого. Зря он снял с содержания дядю. Так тот, может быть, жил бы себе в забвении и никому не мешал, но обида, нужда и злость на несправедливость привели к тому, что этот человек королевской крови возжаждал сесть на трон Кранца. Да, прав у него немного, законных если, вот только и право сильного никто не отменял. Тем более что Эдгар с Люсиндой до сих пор не озаботились рождением наследника, и в случае гибели монарха у сорокадевятилетнего принца шансов надеть на голову золотой обруч Кранца ничуть не меньше, чем у семнадцатилетней Хельги. Кстати, ей позавчера только исполнилось семнадцать. Взрослеем.

– Опять не получилось, – расстроился штаб-капрал, когда я раскусил его хитрость одним лишь взглядом на положение ног Ника перед ударом.

Спасибо наставнику Ричарду, мне такие увёртки распознать ничего не стоит.

– Долго готовишься. Надо быстрее переходить от задумки к действию, – посоветовал я. – Давай повторим.

Казалось бы, принцу Филиппу, покинувшему свою родину более полутора десятков лет назад, не на что и не на кого рассчитывать, реши он взгромоздить свою задницу на трон нашего королевства, однако не всё так однозначно.

Во-первых, его жена принцесса Катарина, мать его детей, семнадцатилетнего Гарри и пятнадцатилетнего Ольгерда, приходится герцогу Конраду Ормайскому двоюродной сестрой, а её родная сестра Мальва замужем за герцогом