Невыносимость ночного выкручивания души. И каждой части телесной оболочки. Каждой казалось бы несуществующей мышцы. В том месте, где её быть не должно. Множества маленьких и одной главной.
Ночная мельница не щадит никого и ничего. Мелет и мелет.
В бесконечную мельчайшую труху.
Книга. Последнее средство. Тут есть короткий прогресс. Засыпаешь лицом в оной. Но скорее это не сон, а полузабытьё. Вроде с закрытыми глазами, в строчки видишь и усваиваешь их. Реально читаешь. Даже понимаешь, о чем идёт речь.
Этот город можно любить, только рассматривая медленно, переживая с ним каждую секунду повышенной влажности. У нас с ним общая влажность. Я тону в этом городе. Мы с ним заодно.
