– А я не пою для живых, – огрызнулся Эни, медленно направляясь к источнику звука. – Что значит – не поешь ты для живых? А для кого тогда? – Для мертвых, – улыбнулся Эни и проскользнул в щель, оставив недоумевающего стража.
– Господин! Если вы решили избавиться от меня и брата одновременно, то мы замучаем вас неупокоенными душами! Господин! Да ответьте же мне!
Он бы и не прочь искупаться наедине, но только не в компании со зловредным Адамом. Руки чесались разбить его голову об камень.
– Я люблю детей, госпожа. – Идеальный мужчина! Почему вас так мало?
– А почему только одна бутылка? Ты думаешь, мне одной хватит? Обычное вино на нас, как на людей, не действует. Мы его как компотик пьем
– Ох, когда симпатичный парень называет меня госпожой, я начинаю думать совсем не по-королевски. – Ее Темнейшество залилась румянцем и прикусила губу, отчего Эни помрачнел
«Врата Рая для меня закрыты. Но я создам Рай и в Аду, лишь бы ты улыбался. Мое маленькое утешение», – подумал он
– Если тебя кто-то обижает, знай, дядя сожжет их всех дотла. – Угу… «Ты для меня все», – крутилось на языке.
– Может, пора поджарить его? Так он вкуснее будет, – предложил огненосец. По наглым губам стекала кровь пленника. Как вдруг прогремел голос, заставив стол и стулья задрожать. Казалось, само время замерло в почтительном поклоне, услышав властный тон: – Сейчас я тебя пожарю. И выброшу на корм в Сожженных землях…
– Я спрашиваю! Ты пил воду из озера?! – не унимался хозяин. – Н-нет! – Лжешь! – Совсем чуть-чуть. – Как ты это допустил?! – Я-я-я тонул… – А я не просил тебя тонуть! – Но, господин! На нас напали! В лодочника попала стрела… – Да кому ты нужен, кроме меня!