последнее, что нужно здесь сказать об опыте как о копилке фактов: стремление сохранять и передавать из поколения в поколение значительные пласты коллективного опыта уже в незапамятные времена породило колоссальные повествовательные тексты. Их дошедшие до нас (записанные через много поколений после возникновения) версии — от «Ригведы» до «Старшей Эдды» — иногда называют «мифопоэтическими». Памятуя о том, что «миф» по-гречески — это просто «сказание», следует признать это название вполне точным. Чтобы запомнить текст такого размера, были созданы, как мы сказали бы теперь, мнемотехнические приёмы. Теперь ясно, что поэтический строй речи — это реликт системы таких приёмов. Метрика, ритм, рифма, аллитерация, тропы, риторические фигуры, сценические и ораторские жесты (и многие другие конструкции, сохранившиеся в разных культурах), первоначально были способами облегчить запоминание текста при его изустной передаче. Конечно, эти мнемонические системы разложились за время существования письменности, и большинство приёмов было утрачено. В первую очередь это коснулось материальных и, в частности, графических вспомогательных средств, из которых собственно письменность и родилась348.
