Вместо биографии
Конкурсантка
— Пойдёшь учиться на фортепьяно, — решила мама.
У семилетнего ребёнка выбор невелик: заведомо проигранный спор с родителями или повиновение, что, в сущности, одно и то же.
И началось. Бег пальцев по черно-белым косточкам, издававшим при правильном подходе фуги, сонаты и менуэты великих композиторов, чередовался с хоровым пением, музыкальной литературой и сольфеджио. И это после пяти-шести уроков в школе. Обед — по дороге из храма науки в храм искусства.
— Не заваливай кисть! Не ныряй пальцами! Ты глухая?! Дура! — кричала мне Наталья Григорьевна, самая сильная препод по фа-но. Я закрывала рот и зубы на амбарный замок и пыталась извлечь из инструмента, что от меня требовали. Я отбывала музыкальное наказание и ждала окончания срока. Я ждала и развивалась.
Прошло три года.
— Будешь выступать на городском конкурсе, — однажды сказала мне Н. Г.
— Я??
— У меня других способных нет, — ответила Н. Г., — должна готовиться, как на Олимпийские игры.
Вознесенное самолюбие девочки 10 лет подбросило дров в топку работоспособности, и через два месяца я стояла в концертном зале за кулисами, ожидая своего выхода.
— Смело! Артистично! Покажи себя! — напутствовала меня Н. Г. А мои крошки-ладошки были холоднее сосулек. И мокрые. «Как я играть-то буду?! Не двигаются и скользят!» — тряслась я.
— Исполняет Валентина Воронина! — услышала я своё имя. Вдох-выдох. Шаг, другой. Невесомость. Вышла на середину. Поклонилась залу. «Какой огромный! Сколько людей!» — мелькнуло. Села за рояль.
Деревянные пальчики умудрялись точно попадать по черно-белым косточкам, отбивая ход мысли композитора.
Не помню, как музыкальная канва привела меня к финалу. Помню, как встала, скомканно поклонилась и почти убежала со сцены.
Позже я услышала из-за кулис: «Жюри приняло решение никому не давать первое место. Второе место присуждается Валентине Ворониной…». Странность, отстранённость происходящего. «Я?? Не может быть!»
Если бы не диплом, который я тогда получила, до сих пор бы сомневалась.
P.S. Оставался год, чтобы закончить музыкалку. Но маму отправляют в Камбоджу, я еду в Москву. Музыкальный диплом меня не дождался. Но я научилась слышать музыку. Благодарна. Всем.
Учились музыке?
Буквы обо мне
Замечательная вещь — выполнять необычные задания. Мозг сначала нехотя просыпается, потом удивляется:
— Ты это мне?
— Тебе, тебе!
Он прислушивается, закрывает форточку на чердаке, чтоб не упустить со сквозняком мысли. И наступает тишина, приходит сосредоточение. Начинается творчество.
Наткнулась на флешмоб #буквыобомне и получила слово от моей̆ весёлой̆ и жизнерадостной̆ интернетной подруги Ирины про то, как она меня воспринимает. Моя задача была найти в нём присущие мне черты. Оказалось, не так просто. Пришлось рассматривать себя через внутреннее зеркало. И вот, что нашла.
Н — Несправедливость — самый надежный способ вывести меня из равновесия.
Е — Ева, говорят, когда вкусила яблоко, увидела в змее не только змея, но ремень, кошелёк и сумочку. Думаю, она моя прямая родственница — я все ещё люблю кожаные изделия.
Ж — Женой и мамой становятся, а женщиной рождаются. Я стараюсь всегда об этом вспоминать, когда эти три ипостаси спорят, кто главней.
Н — Насекомые, пожалуй, единственная часть природы, к которой у меня стойкая неприязнь, неистребимая, до омерзения. Брр.
О — Оливье есть — есть праздник. Его мне не хватает в Испании. Здесь я познакомилась с его бледным родственником ensalada rusa — русским салатом
