Кітаптан алынған дәйексөздер Под маской зла. Как профайлеры ФБР читают мысли самых жестоких серийных убийцавторлар Джон Дуглас, Марк Олшейкер
С психологической точки зрения наши исследования показали, что мужчины, пострадавшие от жестокого обращения, обычно проявляют враждебность и агрессию к окружающим, тогда как женщины с подобным опытом чаще направляют гнев и злость внутрь и наказывают самих себя, а не других людей.
1 Ұнайды
По причинам, которые мы понимаем лишь отчасти, практически все преступники, неоднократно совершающие убийства, являются мужчинами. Это обстоятельство вызвало к жизни множество исследований и предположений. Возможно, все достаточно просто: индивиды с более высоким уровнем тестостерона (то есть мужчины) более склонны к агрессивности, чем индивиды с более низким уровнем тестостерона (то есть женщины). С психологической точки зрения наши исследования показали, что мужчины, пострадавшие от жестокого обращения, обычно проявляют враждебность и агрессию к окружающим, тогда как женщины с подобным опытом чаще направляют гнев и злость внутрь и наказывают самих себя, а не других людей. Чтобы справиться с собственным гневом, мужчина может убивать, мучить и насиловать других, а женщина, вероятнее всего, станет делать что-то, от чего будет страдать в первую очередь сама, к примеру, начнет пить или принимать, займется проституцией или попытается покончить с собой. Я не припоминаю ни одного случая, чтобы женщина совершила убийство на сексуальной почве по собственной инициативе.
1 Ұнайды
По данным Национального комитета по предотвращению насилия над детьми, в 1995 году в США было зарегистрировано 350 000 сексуальных посягательств на детей, причем примерно в 90 % случаев их совершали знакомые этих детей, как правило, родственники. За первые десять лет работы на горячую линию НЦПЭД 1–800-THE-LOST поступило более 900 000 звонков от людей, которые хотели заявить о пропавших и потенциально эксплуатируемых детях. Приблизительно за то же время сотрудники Центра помогли найти и вернуть более 28 000 тысяч детей.
признании. И разумеется, прежде всего он ищет ребенка, рядом с которым нет заботливого родителя или воспитателя.
Он подойдет к этой девочке, скажет, что она прекрасно выступала, и представится сотрудником журнала или танцевального коллектива, который хотел бы сделать ее фотографии при хорошем освещении. И если ему удастся выманить ее из толпы, если она с готовностью последует за ним, то, скорее всего, мы больше никогда не увидим эту девочку живой.
Видишь, как он смотрит на ту девочку, которая слезает с пони?
– Да, папуль. Давай больше не будем, ладно? Неудобно. Он может нас услышать.
– Нет, понаблюдай за ним, Лорен. Он следит за детьми. Видишь, как он за ними следит?
Мы украдкой наблюдали, как он неотступно следует за девочками по всему парку, иногда фотографируя их. И Лорен начала понимать, что этот человек оказался на ярмарке среди детей отнюдь не просто так. Я подробно объяснил ей это и предостерег: такие как он не строят планов заранее и не похищают детей внаглую, прямо с улицы. Такой не подъедет к нашему дому и не увезет ее, стащив с велика. Но если она в одиночку пойдет по домам продавать благотворительные печеньки или выпрашивать сладости в Хеллоуин и окажется на пороге его дома, он убедится, что вокруг нет взрослых, и решит, что момент настал. Допустив подобное, я, по сути дела, сам отдал бы ему дочь.
Мой небольшой наглядный урок окупился сторицей. Примерно через два года Лорен оказалась одна на главной улице нашего городка, когда увидела, что тот самый мужчина преследует ее, держась поодаль и время от времени фотографируя. Десятилетнему ребенку этот человек вполне мог показаться вполне безобидным, возможно, даже привлекательным, несчастным и одиноким. Но благодаря опыту двухлетней давности и довольно неприятному упражнению, которое я заставил ее проделать на ярмарке, Лорен сразу поняла, что у него на уме. Она была подготовлена к такой ситуации.
Лорен забежала в ближайший универмаг, оценила обстановку, подошла к одной из покупательниц и заговорила с ней так, чтобы у этого типа создалось впечатление, что это ее мать. Актерского таланта дочке было не занимать, и, увидев, что происходит, незнакомец молниеносно испарился.
Такое происходит слишком часто, стоит только присмотреться повнимательнее. За пять лет до этого мы с моей женой Пэм и нашей старшей дочерью Эрикой, которой тогда было десять, ездили в Хэмптон, штат Вирджиния. Мы были в районе гавани, очень милом месте с разнообразными магазинчиками и аттракционами, и смотрели выступление девочек из детского танцевального кружка. Среди примерно полутора сотен зрителей я заметил мужчину лет сорока с фотоаппаратом на шее. Я легонько толкнул локтем Пэм, и услышал от нее: «Да-да, я тоже обратила на него внимание. Понимаю, о чем ты». Она уже привыкла к подобному, потому что прекрасно знала, чем я занимаюсь на работе. А я отчетливо видел взгляд, которым этот тип следил за девочками. Такое впечатление, что он смотрел выступление полуобнаженных танцовщиц варьете.
Повторюсь, такой не станет похищать ребенка на глазах у толпы очевидцев. Возможно, он даже не готов самому себе признаться, что хочет воплотить в жизнь свои фантазии.
Но у него фотоаппарат. Скажем, он замечает, как со сцены сходит ребенок соответствующего типа. Что значит соответствующего типа? По всей вероятности, это пол (в данном случае женский) и внешность, но, что еще важнее, поведенческие сигналы, заметные внимательному наблюдателю. Ему нужен не шумный и дерзкий ребенок,
Глава 3. Конфетки от незнакомцев
Как-то раз весной, когда моей дочурке Лорен было, наверное, лет восемь, я повел ее на ярмарку в парк неподалеку от нашего дома. Там продавали мороженое, хот-доги и сладкую вату, можно было посмотреть на выставки, покататься на пони и купить всевозможные игрушки и безделушки. Царила праздничная атмосфера, все вокруг выглядели веселыми и довольными.
Возможно, это сохранилось у меня со времен работы спасателем, но на людях я никогда толком не расслабляюсь. Я постоянно начеку – посматриваю, не попал ли кто-то в беду и не пошло ли что-то не так. И вот тогда, оглядываясь по сторонам, я заметил мужчину ростом около пяти футов и семи-восьми дюймов, с заметным брюшком, в очках и с фотоаппаратом на шее. Он смотрел, как дети катаются на пони. Я стоял на расстоянии пятнадцати футов, видел, каким взглядом он следил за детьми, и мог утверждать – среди них не было его собственного ребенка. Он глазел на катающихся малышей с выражением похоти на лице – другого слова не подберешь. Я решил, что это удачная возможность дать Лорен полезный урок.
Я спросил ее:
– Лорен, видишь вон того дядю?
– Какого?
– Вон там, правее. Увидела? Обрати внимание, как он смотрит на детей. Заметила? Вот о чем я тебе говорил.
– Тише, папа! – шепнула она.
– Нет уж, обернись и посмотри на него. Замечай, что он делает.
Лесли Ван Хутен, Сьюзан Аткинс и Патриция Кренвинкл,
Федеральное правительство тратит миллиарды долларов на борьбу с преступностью, как и обязано. Но на самом деле решение состоит в правильном воспитании детишек их мамами и папами
Тьеном По Су – окровавленные трусики Делианы Хенг