автордың кітабынан сөз тіркестері  О чем думают растения

Алессандра Виола, Стефано Манкузо

Амебы умеют выбираться из лабиринта, плесени – составлять план территории, и делают это намного эффективнее, чем любые придуманные человеком компьютерные программы.

Дарвин показал, что рассматривать живую природу в терминах более или менее эволюционно развитых организмов нельзя; с точки зрения Дарвина все существующие ныне организмы находятся на вершине их эволюционной ветви – в противном случае они бы уже исчезли. Это очень важное предположение, поскольку, согласно Дарвину, нахождение в конце эволюционной ветви означает максимальную способность к адаптации, достигнутую в ходе эволюции.

В практическом аспекте ископаемое топливо (каменный уголь, углеводороды, нефть, газ и др.) – не что иное, как накопленные под землей запасы солнечной энергии, сконцентрированные в биосфере растениями при помощи фотосинтеза в различные геологические эпохи. Это вовсе не «минеральные вещества», как считают многие, а истинные органические отложения

русский ботаник Климент Тимирязев (1843–1920) писал: «Растения – это связующее звено между землей и солнцем», и действительно, почти все источники потребляемой человеком энергии имеют растительную природу

Мы восстаем против того, от чего зависим, поскольку эта зависимость мешает нашей полной свободе

нам хочется забыть, что наше выживание зависит от мира растений, поскольку это преуменьшает нашу мощь в качестве властителей Вселенной

Разница в скорости между нами столь велика, что мы не в состоянии ее осознать. Это некая оптическая иллюзия, trompe l’oeil, только по временной шкале

События, происходящие столь медленно, что наш глаз не в состоянии за ними уследить, формируют непостижимую для нас временную шкалу

Совершенно неслучайно мы постоянно называем себя индивидами: это слово происходит от латинских слов in — нет и dividuus — делимый. Наше тело действительно неделимо: если его разделить пополам, две половинки не смогут жить по-отдельности, они погибнут. Но если разделить пополам растение, обе части смогут жить независимо по той простой причине, что растение – не индивид.

. Наши органы чувств не могут воспринять движения растений, и поэтому мы относимся к ним как к неодушевленным объектам. Хотя мы прекрасно знаем, что они растут и, следовательно, движутся, для нас они остаются неподвижными, поскольку их движения неуловимы для нашего зрения и, соответственно, для нашего понимания