«Передайте, что я лекарь,
Знатный травник и аптекарь.
Могу вылечить царевну,
Из девицы изгнать скверну.
А зовут меня Талгат.
Будет царь мне только рад».
Донесли Ивану весть
Гостя тот велел привесть.
Говорит: «Мне Ярославну
Исцелить ты должен справно,
Доверяю как врачу
И тебя озолочу.
А не сможешь – так и знай,
На себя тогда пеняй».
Молвил старец тут глагол
Стукнув посохом об пол:
«Черви выползли из почвы,
Ими накормите дочь вы,
Без гарнира и приправ,
Лишь добавьте в яство трав».
И достал он из котомки,
Споро развязав тесёмки,
Два пучка травы душистой,
Протянул рукою мшистой
Удивлённому царю:
«Эти травы я дарю!
С вас не смею просить платы,
Ни алмазов в шесть каратов
И ни злата с серебром.
Подпишите лишь пером,
Вы никчёмную бумажку…»
«Утомил ты, старикашка.
Мне давай скорей снадобье
Уж, надеюсь, не угробит
Твой загадочный рецепт
Мою дочку, ясный свет
Ярославну, чей недуг,
Словно обухом нас вдруг
Оглушил и озадачил
Весь народ, меня тем паче,
Всё ж таки я царь, отец!
Ярославну под венец
Я ещё вести мечтаю…
Дай бумажку прочитаю».
Вперил очи в письмена…
«Разобраться без вина
В этой вязи мне непросто…
Лет почти уж девяносто
Прожил честно на планиде,
А таких словес не видел.
Эй, служивый, ну-ка быстро
Позови сюда министра.
Он у нас мастак известный,
Разные читает тексты».
Вот проходит пять минут,
Берендея в зал ведут.
Царь суёт ему листок,
Мол, прочти-ка нам, дружок.
Тот вертел и так и сяк,
Тяжело вздохнул, обмяк:
«Нет, царь-батюшка, идей», —
Грустно молвил Берендей.
Царь в сердцах всплеснул руками:
«Издевается над нами
Этот иноземный лекарь!
Ну-ка, говори, калека,
Признавайся сей момент,
Что за странный документ?»…
