Началась для меня совсем новая жизнь, и только тут я оценила роль отца в их быту и в их отношениях в последние годы. Да, он бесконечно любил мою мать и, всю жизнь её терзая, был ей бесконечно предан и бесконечно ею занят в последнее время, когда болезнь принялась неумолимо кромсать её милый приветливый характер; когда из гаснущего разума, как из подземелья, повылезали на свет тролли упрямого своеволия, враждебности, требовательности, неприязни… Теперь-то я понимала, что значило для него изо дня в день по многу раз повторять ей очевидные вещи, ходить и выключать за ней газ, уговаривать, что незачем в три часа ночи идти выяснять отношения с директором хостела.
После его ухода всё это свалилось на меня и на Таню, терпеливую и сострадательную, но тоже немолодую женщину.
