Матвей Иванов – последний из пациентов, кому я бы хотела делать массаж!
– Дорогая, родим нашему сыну братика?
– Конечно!
Ну вот. Слезы на глазах. В последнее время я стала такой чувствительной! И перепады настроения просто невозможные. То сижу в уголочке и сдерживаю слезы, то смеюсь из-за каждой ерунды. То ругаю Матвея… Причины всегда находятся!
Правда, потом я обычно извиняюсь.
– Это все гормоны!
– Хорошая отмазка, – обычно кивает мой терпеливый муж. – Но это не помешает мне тебя отшлепать!
Как хорошо, что он у меня не обидчивый!
Ну не могу же я просто смотреть на самую красивую в мире задницу! Я прижимаюсь к ней сзади. Ласкаю. Вхожу.
– Ты, случайно, еще не устал? – бормочет Настя.
– Я нет. А ты?
– А я… Я… О-о-о!
Она держится за стол. Стол трясется. Все быстрее и быстрее. Что-то падает. Но нам все равно…
А потом она просто взяла меня за ремень и потянула за собой.
О, боги! Неужели она… Она ведет меня в спальню!
Закрывает дверь. Свет не включает.
– Настя… – шепчу я.
– Молчи, – произносит она. – Не говори ничего!
И расстегивает мой ремень.
Я обхватываю руками ее лицо. Целую ее в губы. Чувствую вкус коньяка… Ах, вот откуда эта смелость! И этот загадочный блеск глаз.
– Я позабочусь о вас с Ваней.
– Ты предлагаешь мне деньги?
– Я предлагаю тебе всестороннюю помощь. Но мы поговорим об этом позже.
– Я не уверена…
Нет, я не буду вспоминать, чем мы тут занимались с Матвеем! На мне тогда тоже было платье, с пуговицами спереди. Матвей расстегнул их, добрался до моей груди, которая всегда сводила его с ума…
За пару минут он заставил меня забыть, что все это неудобно, стыдно и вообще недопустимо. Мне уже было все равно, что кто-то может услышать. Я не хотела, чтобы он останавливался. Я хотела…
Так, все, хватит.
Я выскочила из кабинки. Вымыла руки. Лицо пылало, и мне очень хотелось умыться холодной водой. Но на мне макияж, так что нельзя.
И демонстрирую ей красивый браслет из белого золота с бриллиантами.
– Спасибо, но я это не возьму, – внезапно выдает моя строптивая красотка.
– Это подарок!
– Ты и так много всего мне подарил… Даже слишком.
– Я настаиваю!
– Нет.
Настя сегодня сурова. И непреклонна. Но я знаю, как ее укротить. Меня дико заводит этот ее неприступный вид!
Мы постепенно расставались.
Отвыкали друг от друга.
А ночью мы занимались сексом яростно и исступленно, до стертой кожи, до синяков и укусов. До слез. Это я о себе. Матвей, конечно, не плакал… Да и я старалась спрятать слезы. Но у меня не очень-то получалось.
– Кошка, – говорил Матвей, слизывая их с моих щек. – Все будет хорошо. Я обещаю.
У кого все будет хорошо? – хотелось спросить мне. У меня – точно нет.
– Ты когда-нибудь устаешь? – внезапно спрашивает она.
– С тобой – никогда! Ты же Виагра. Мертвого поднимешь. Вот, сама смотри. Расстегни халатик. И блузку. Ну давай, кошка. Неужели ты меня до сих пор стесняешься?
Да, она стесняется! После всего, что было… Поразительное создание.
Но все же расстегивает.
Я врываюсь в нее. Она громко стонет. Прижимается ко мне. Впивается ногтями в спину… Кайф!
Дикий, невероятный, нечеловеческий кайф…