– Милая моя, – уговаривал ее Эдик, – мама пережила так много трагедий в своей жизни! Неужели я оставлю ее одну?
– Эдик, тебе тридцать шесть лет, – осторожно возражала Наташа. – Все сыновья рано или поздно уходят из дома.
Она забыла, где садится солнце – на востоке или на западе. Эта мысль ужаснула ее. Господи, она не может вспомнить, где садится солнце! Такое просто невозможно!
– Опять своих монстров достал, – поморщился Макар. – Слушай, давай я тебе приличную кружку подарю?
– Приличную не хочу. Хочу эту. – И Сергей полюбовался на надпись «Мы – монстры».
От жены Эдуарда Гольца Бабкин вышел, ощущая, что голова у него пухнет, но толку от почерпнутой информации не было никакого.
– Я Винни-Пух, – негромко сказал себе Бабкин, спускаясь по лестнице. – Я Винни-Пух, и дома меня ждет много меду.
Я вот что думаю, ребятки мои, – промурлыкал Затрава, наливая себе следующую стопку. – Один раз, как говорят умные люди, – это случайность, два раза – совпадение, три раза – закономерность.
