автордың кітабынан сөз тіркестері Архитектура внешнего мира. Искусство проектирования и становления европейских физических представлений
любым стабильным представлением, помимо его практического удобства, стоит либо произвольное решение в пользу той или иной интерпретации чувственных данных, либо какое-то некритически усвоенное традиционное установление
1 Ұнайды
Представьте себе, что вы спите. Во сне, как известно, могут происходить самые разные, странные, курьезные и абсурдные вещи. Предположим, кассовый счет за только что сделанные покупки вам почему-то спускают вниз на веревке из окна второго этажа. Затем вы попадаете в просторный современный офис, все сотрудники которого, как выясняется, забыли свой возраст и лихорадочно пытаются его вычислить, складывая и вычитая непонятно откуда взявшиеся многозначные числа. Затем вы открываете в себе способность летать, свободно управляя положением своего тела в пространстве, направлением и скоростью перемещения. Вы вылетаете в окно и парите над улицей, разглядывая снаружи стены многоэтажных домов. Предположим далее, что из-за полной чувственной достоверности происходящего вы теперь уже не уверены, что спите, или даже скорее уверены в том, что все происходит наяву. Вероятнее всего, что в тот же момент (момент идентификации происходящего как реальности) состояние легкой эйфории уступит место серьезности и усиливающемуся беспокойству. В глубине смешанного с восторгом страха «полета наяву» – под слоем опасений утратить контроль, разбиться, не найти дорогу домой и тому подобного – как сумма всех этих опасений обнаруживается переживание грандиозной утраты, ужас потери истории.
1 Ұнайды
физическая картина мира не определяет архитектуру в одностороннем порядке, но сама оказывается исторически предопределенной ключевыми алгоритмами и характерными чертами проектно-концептуальной деятельности, которые формировались в ходе становления архитектурной дисциплины.
Речь, таким образом, идет об исчезновении науки о природе в смысле «объективной науки» или «науки об объектах», который был доминирущим на протяжении последних пятисот лет: окружающий мир начинает все чаще и все с большей последовательностью рассматриваться как эволюционирующее состояние людей (точнее, как проекция этого состояния в форме конвенциональных установлений, описаний и сообщений), а «природа», соответственно, – как нечто, неотделимое от человека, его мышления и факта его присутствия в мире
Может показаться парадоксальным, но именно подъем международного экологического движения и организованная борьба с глобальным потеплением наносят «природе» последний роковой удар, в результате которого завершается ее переход в категорию объектов культуры, подлежащих техническому обслуживанию и искусственному воспроизведению.
Архитектурная дисциплина оказывается при этом в принципиально новом положении, поскольку теряет сохранявшуются в течение четырех последних веков возможность ориентироваться в своем развитии на интегрированную картину мира, формируемую полем естественных наук. Такой цельной картины сегодня уже попросту не существует.
Пример развития философии показывает, что в каждом из этих случаев мы имеем дело с повторением одного и того же базового цикла, распадающегося на два последовательных «такта» или две фазы – «восходящую» (негативно-дедуктивную) и «нисходящую» (позитивно-индуктивную). В «восходящей» фазе множество привычных содержаний чувственного опыта и соответствующих им традиционных объяснений отрицается во имя всеобъемлющего синтеза и восхождения к трудновыразимому абсолюту; в «нисходящей» фазе «с высоты» осу
Обратившись к компьютерному моделированию, исследователи приравняли этот вопрос к другому: может ли процесс, протекающий в компьютере, быть одновременно случайным и конструктивным? Положительный результат был воспринят как подтверждение исходной гипотезы – предположения о возможности «эмерджентных» процессов, не управляемых разумной волей.
Примечательно, что в новой эпистемологической ситуации это искомое качество взаимной адекватности субъекта и объекта уже по определению не может стать достоянием отдельного человеческого сознания: субъект исследования, так же как объект, – это теперь всегда множественный субъект.