«Автобиографии», Дмитрий Половков сөресіндегі кітаптар

В основе этой необычной книги лежат многочасовые интервью с Лилианной Лунгиной, проведенные Олегом Дорманом. А в аудиоверсии мы слышим саму Лилианну в возрасте 77 лет; чтобы скрыть периодически встречающиеся дефекты качества звука, рассказ дополнен вставками текста, который читает Олег Дорман.

Лилианна Лунгина наиболее известна по переводам произведений Астрид Линдгрен. Мне кажется, что есть и что-то схожее во внешности обеих дам.

Помимо скандинавской литературы Лилиана переводила также французскую и германскую.

Лилианна Лунгина (1920-1998) как свидетель советской эпохи рассказывает о себе, родителях, друзьях, передавая атмосферу времени. Как говорится, в деталях скрывается жизнь, а что может поведать частное лицо? Все правильно: детали повседневности. И они исчерпывающие. Лилианна, жившая во Франции, Германии, Палестине и, наконец, в СССР, рассказывает о жизни интеллигенции тех лет.

Будучи еврейкой, конечно, затрагивает антисемитский вопрос и то, что чувствовали евреи в СССР.

Вспоминает об Ахматовой, Цветаевой, Пастернаке, Солженицыне и многих других.

Ее хочется слушать бесконечно, но все хорошее имеет свойство заканчиваться.

Ваш книжный стилист.

А вот еще одна необычная аудиокнига, прочитанная самим автором с очень незаурядным голосом. Рядом с ней друзья, в перерывах раздается звон ложечек о чашечки и рюмочек о рюмочки. И знаете, что-то в этом есть! Будто я тоже за этим столом и вот именно тебе Алёна Долецкая рассказывает свои истории.

Алёну Долецкую не нужно представлять. Это она долгое время представляла мир российского глянца и не только, а теперь делится с читателями своим богатым опытом.

Помимо гламурных историй о дивах и мэтрах из мира моды, много личного. И рассказано это так легко и откровенно будто подруженькой твоей.

Долецкую слушать очень интересно. Во-первых, занимательная биография, вот почитайте или послушайте. Во-вторых, ироничный настрой, а это всегда располагает.

Долецкая любит жизнь и она повернулась к ней сказочной стороной.

Ваш книжный стилист.

Если есть у человека какое-то предназначение, то у Евгении Гинзбург — это КНИГА «Крутой маршрут». Быть может свой крутой маршрут она прошла для нас, а потом записала, чтобы знали и помнили.

Эта книга для тех, кто волен менять маршруты другим.

Эта книга для тех, кто служит во власти и обслуживает власть.

Эта книга для всех, верующих в идеи о светлом будущем.

Эта книга для меня. Эта книга для моих детей.

Эта книга о том, как страшное и бесчеловечное вмиг становится нормой. О том, что человек — самое жестокое и подлое животное. Хуже нет. И одновременно о том, что человек
может вынести все, и даже невозможное.

Удивляюсь несломленности хрупкой женщины, воле жить тогда, когда смерть предпочтительнее жизни.

Восхищаюсь сохранению порядочности, когда думать нужно лишь о том, как выжить.

Эта женщина, вероятно, прошла свой крутой маршрут дважды: второй раз, когда писала книгу.

Жизнь ее не описывалась формулой «мыслю, значит существую», а находила подтверждение в муках: «страдаю, значит существую».

Нет, не прослушала, я прожила эту книгу. Мощную, великую.

Ваш книжный стилист.

Еще немного мемуаров, размышлений, сомнений от поэта-шестидесятника Андрея Вознесенского.

Для большинства людей поэт известен стихами к таким эстрадным песням, как «миллион алых роз», «плачет девушка в автомате», рок-оперой «Юнона и Авось».

Вознесенский учился в одном классе с Андреем Тарковским, дружил с Борисом Пастернаком, был женат на Зое Богуславской…
Его воспоминания связаны с выдающимися людьми своей эпохи.

Он жил и творил в послесталинские времена, но не переставал раздражать власть.
Именно ему крикнул Хрущев: «Можете сказать, что теперь уже не оттепель и не заморозки — а морозы… Ишь ты какой Пастернак нашёлся! Мы предложили Пастернаку, чтобы он уехал. Хотите завтра получить паспорт? Хотите?! И езжайте, езжайте к чёртовой бабушке. Убирайтесь вон, господин Вознесенский, к своим хозяевам!»

Поэт большого таланта, человек интересной судьбы.

Ваш книжный стилист.