Степной волк.
Это философско-психологический роман, в котором внутренний мир главного героя, Гарри Галера, становится полем битвы между человеческим и животным началом, между духом и инстинктом, между стремлением к гармонии и отчаянием. Он разрывается между отвращением к мещанской, буржуазной жизни и невозможностью полностью от неё отрешиться. Его терзают экзистенциальные противоречия, он находится на грани самоубийства. Гессе в этом произведении исследует дуализм человеческой природы - борьбу между разумом и инстинктом, между духовностью и телесностью. Гарри Гелер олицетворяет человека модерна, запутавшегося в собственных идеалах, оторванного от общества и себя самого.
Гессе подчеркивал, что роман не пропагандирует отчаяние или самоубийство, а, напротив, ведет к внутреннему освобождению. В письмах он объяснял, что финал произведения — обнадеживающий, и основной посыл в том, чтобы научиться смеяться над собой, воспринять жизнь как игру и преодолеть дуализм в себе. Главный образ, метафора раздвоенности. Гарри ощущает в себе два начала: Человеческое - духовное, культурное, тянущееся к идеалам, высокому искусству, этике. Волчье - дикое, одиночное, инстинктивное, презирающее общественные нормы. Но дальше выясняется, что эта дуальность - иллюзия, слишком упрощенная. Человеческая душа гораздо сложнее, она состоит из множества "я" (вспоминается юнгианское понимание множества архетипов внутри личности).
В самом конце Галлер говорит: "Я научусь смеяться" - и это суть финала. Он понял, что не нужно искать окончательных ответов, нужно научиться играть, быть свободным от серьезности, от саморазрушительных идеалов.
Нарцисс и Златоуст.
Для меня эта прекрасная повесть обрела отдельное место в сердце. Такое уже умиротворение и спокойствие в конце произведения я ощутила в "Сиддхартхе" и "Гертруде". Видимо, романтизм юности и любовных или философских волнений больше откликается в душе. Мне ближе идеи Гессе о мечтаниях, о любви. Когда его герои обретают умиротворение и определенное смирение к жизни, я ощущаю то же. Поразительное умение автора передавать волнения героев заражают меня их настроением. Не так отчетливо понимаю я какие-то духовно-аморальные перипетии в его произведениях ("Демиан", "Степной волк"), их моя душа отвергает и осуждает.
Несмотря на это, в каждом произведении Гессе четко ощущается одно - дуальность. Это может быть дуальность в сердце одного и того же человека ("Степной волк", "Демиан", "Игра в бисер" - может быть олицетворение одного героя несколькими персонами), либо в сердцах разных людей ("Нарцисс и Златоуст", "Гертруда"), но она точно есть. И часто это размышления о дилемме разум/чувства. Противоположности в данном случае все равно выступают частью целого - частью необходимо полного существования в мире и гармонии. Каждый, Нарцисс или Златоуст, находит свой путь и растет благодаря своему отличию от другого. В этом произведении мне видится еще одна дуальность, которая красной нитью тянется через практически каждое произведение автора - дихотомия "Восток-Запад". Первый для него - олицетворение чувственности, плавности и мысли (Сиддхартрха, Златоуст, Синклер, Галлер); а второй - разума и рассудительности, холода и серьезности (Демиан, Нарцисс, Моцарт), как мне показалось.