При прочтении литературных биографий философов всегда следует помнить, что наследие автора никогда не будет равно тексту писателя, выступающего посредником между читателем и мыслителем.
Так и здесь. «Жизнь в пяти идеях» Роберт Зарецки написал предвзято, эмоционально и очень лично, но — с любовью к первоисточнику. И раз уж в этом причудливом и живом описании мышления и миропонимания Симоны Вейль уместилось столько человечности, открытости и любви, полагаю, читатель может простить писателю все его отступления от оригинала. Цель, которую преследовала Вейль в своих работах, поступках и убеждениях, была достигнута. Как бы там ни было.