и даже особую эстетику. Эти люди жили по своим собственным законам, и законы их были крепче, чем законы любого государства. <...> С их точки зрения мы были жалкой тварью, не заслуживающей уважения и подлежащей самой беспощадной эксплуатации и смерти. И тогда, когда это зависело от них, они со спокойной совестью уничтожали нас с прямого или косвенного благословения лагерного начальства».
Это из «Истории моего заключения» Н. А. Заболоцкого,
Высоцкий
·
Владимир Новиков
