Любопытно, почему столь многие так часто используют слово «аутентичный», когда речь заходит о продуктах питания. В голову мгновенно приходят ответы: в эпоху промышленного производства любой пакет муки идентичен соседнему — идеальный машинный помол, предсказуемые качества, которые проявятся при выпекании хлеба. Видимо, есть что-то особенно привлекательное в уникальных ингредиентах, с каждым из которых связана своя история. Работая с ними, пробуя их, мы узнаем условия производства того, что потребляем, — условия, которые обычно узнать невозможно. В определенных случаях эти ингредиенты могут пополнить наш культурный капитал — так, ложка, вырезанная вручную, уникальнее отштампованной из листа металла, она говорит на доиндустриальном крестьянском языке, а не на современном, промышленном. Что занятно, при определенных обстоятельствах вещи, сработанные промышленным способом, могут обретать собственный культурный капитал — если в них проявляется «аутентичность» современных (а значит — промышленных) подходов к питанию. Однажды в Сан-Франциско на ужине, куда все участницы приносили свои блюда, я с несколько мрачным любопытством наблюдала за женщиной, которая явилась с небольшой сумочкой и извлекла из нее три банки: с фасолью, сыром и обжаренными луковыми кольцами. Все это она запекла в духовке у хозяйки, соорудив, по ее собственным словам, горячее блюдо со Среднего Запада — мне оно показалось куда более экзотичным, чем самоса, которую я когда-то купила на улице в Дели, но при этом столь же «аутентичным»
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін