У нас и у них
Судили у них, а сидели у нас —
и разные вышли герои:
у них адвокат по-шекспировски тряс
Евангелием над головою,
у нас подсудимый просил карандаш,
а когда не давали — царапал
известку ногтями (ну как передашь
иначе — по камерам и по этапам?):
Он жив еще, уничтожаемый, наш...
По слухам, расстрелян. Казался распятым,
но видел сегодня: Его в коридоре
вели под конвоем. Меня оттеснили к стене
успел различить над Его головою
движение круглое, ставшее Светом во мне
Ангел войны
·
Виктор Кривулин
