Кстати, пара слов об этих дрожащих перепонках, изборожденных розоватыми прожилками, по которым можно было судить о мощи пробивающегося наружу гормонального извержения. Подкрепляясь перед наступлением сумерек, Клоков поглядывал на них с легким отвращением. Они так и сяк помаргивали вокруг него, норовя вскружить ему голову в рамках акции по обаянию, в которой не было ни обаяния, ни ума, ни стыда. В филиграни крошечных веночек в этой кожице и в самом ее лице для него сквозило нечто первичное, нечто пронырливо животное, и теперь, когда он вновь очутился рядом с Наташей, эта ветеринарная интуиция лишь подтверждалась.
Блэк Вилладж: сказни
·
Лутц Бассман
