Вам не удастся от нас избавиться, — продолжала писательница. — Нас невозможно заставить перестать писать тексты и музыку, перестать петь и рассуждать. Пусть наши имена окажутся в списках безбожников, будущих узников тюрем и кандидатов на расстрел — нам наплевать. Я обращаюсь к моему народу: сделал ли парламент нашей страны хоть что-нибудь во имя культуры, во имя свободы? Парламент должен руководствоваться не какими-то трудновыразимыми принципами, а мнением подавляющего большинства граждан. Мы не позволим превратить себя из подавляющего меньшинства в подавленное меньшинство! В этой стране книги запрещают по обвинению в дискриминации, покушении на власть, разжигании классовой ненависти, оскорблении общественных
Белая линия ночи
·
Халид Аль Насрулла
