📖💔✂️Любопытно, в октябре 25ого одновременно вышли 2 антиутопические книги кувейтских (!) авторов на одну и ту же тему - цензуру, запрет книг и сопротивление, при этом даже обложки оформлены несколько похоже: «Хранитель Мировой поверхности» и «Белая линия ночи». В Я книгах БЛН вышла только сейчас, с задержкой.
Книга неровная, чуть не бросила в начале, надо пережить первые 100 страниц, после изменилась не только динамика развития сюжета, но и манера письма (чтец тоже резко включил режим «турбированное выразительное чтение» - для тех, кто слушает), возникло ощущение, что письмо дяди Федора родителям подхватили Матроскин и Шарик («волосатые друзья» пишут значительно лучше.) Не знаю, на чьей стороне проблема, автора или переводчика, но язык явно не является сильным преимуществом, как и персонажи (хотя здесь это ход, это типажи), мне важнее оказалась идея. В итоге понравилась книга («взрослее» «Хранителя мировой поверхности», после первых 100 страниц 😎).
P.s. ✍️ «На каждом углу стояли полицейские автомобили и военная техника — все, чтобы опьяненные чувством безопасности и стабильности граждане спали спокойно.»
«…очень скоро правительство начало закручивать гайки по-настоящему. Полки книжных магазинов обеднели настолько, что на них невозможно было смотреть без слез. Абсолютно все сайты по заказу книг из-за границы были заблокированы. В аэропортах ввели тщательный досмотр багажа. Каждый, кто был замешан в распространении запрещенной литературы, обрекал себя на уголовное преследование и последующее неминуемое наказание.Телевизионные передачи тоже представляли собой весьма унылое зрелище: официозные интервью, пропагандистские ток-шоу, пресная аналитика, доклады о правительственных планах и этапах их реализации, патриотические песни, повторы одних и тех же выступлений главы государства, хвалебные речи в честь особо отличившихся граждан, сцены массового ликования, выступления представителей псевдооппозиции...»
«Во время одной из таких передач кто-то из участников заявил:— Действия, предпринимаемые руководством нашей страны, — не что иное, как проявление заботы о гражданах, и обусловлены они не чем иным, как искренним стремлением охранять наши же с вами права и свободы. Оппозиция упивается безнаказанностью, не понимая, что правительство еще даже не показало клыки.»
Pp.s. 🇰🇼 📖 ✂️ для справки: цензура в Кувейте ужесточилась в 2006, Министерство информации стало контролировать все импортируемые и публикуемые в стране книги. Судьбу каждой книги решала комиссия из двенадцати человек, которая собиралась дважды в месяц (интересно, состав комиссии, как в книге?) Формулировки причин для возможного запрета были нарочито расплывчатыми, давая цензорам практически неограниченную власть. Каждый год список запрещенных книг удлинялся на тысячу названий; признанные неугодными тома регулярно сжигались. В 2018 году начались гражданские протесты. Борьба борьба активистов дала плоды в 2020 году, когда в Кувейте была упразднена предварительная цензура, а полномочия по запрету книг были переданы от исполнительной власти к судебной. Тем не менее свобода слова в стране все еще ограничена (суд в Кувейте отличается от «Басманного»?)Ppp.s. Одной из историй у истоков вдохновения романа оказался рассказ друга-писателя, работающего в Министерстве информации. Оказывается, цензоры устаивают даже книжные клубы прямо в министерстве, чтобы читать ЗАПРЕЩЕННЫЕ книги. 😎
Неожиданный конец. Прям фантастика. Кто был библиодемоном, я так и не поняла. Куда исчезли дети.. Они настоящие? Или это так быстро закончил повесть Цензор? Много вопросов
Книга из лонга Ясной поляны 2026 на актуальную для сегодняшнего книжного мира тему цензуры. Героя, автор, следуя жанровым заветам притчи, оставляет безымянным, лишь обозначив функцию - Цензор. В отличие от Бенкендорфа, например, видевшего себя защитником общества от разрушительных идей, он пришел на работу в Управление печати потому что больше всего на свете любит читать. А где мог бы заниматься любимым делом так, чтобы за это еще и платили?
Смущает ли его служебная обязанность лишать встречи с книгой других людей, любящих чтение не меньше него? Как-будто нет. Впрочем, однажды Цензор все же сделал попытку встретиться с любимым писателем (Рыцарем), чтобы убедить его отказаться от нецензурного слова из четырех букв, ставившего под угрозу новый роман. Рыцарь с негодованием отказался менять что бы то ни было. Не в последнюю очередь с этим случаем оказались связаны массовые протесты и движение за свободу слова, в результате которых цензуру упразднили.
Нет, герой не остался без средств к существованию, доставшаяся от отца небольшая типография заработала в новых условиях круглосуточно (да, всегда лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным). К слову о болезни: на сознательном уровне Цензор нейтрален к необходимости запрещать хорошие книги, разрешая всякий мусор, но подсознание мстит психосоматикой, заставляя горстями жрать таблетки от боли в животе. Удивительно, но новая реальность, в которой издавай-не хочу, не избавляет Цензора от боли. Пора бы уже и о женитьбе подумать, девушка подходящая есть - подруга сестры, и она к нему благосклонна, но тут герой принимает странное решение: "Я женюсь, когда прочитаю 10 000 книг".
Вы спросите, не дебил ли он? Даже приняв за базовую способность читать в среднем по книге в день, осуществление этого проекта должно занять порядка двадцати семи лет. И какой из него будет отец на исходе шестого десятка? Ребенку в колледж поступать, а папе под 80. А что насчет нареченной? Первородка в 50 - нонсенс даже для продвинутого Первого мира, к которому Кувейт не относится. Российским книжным девам шлепающим книжке ан Насруллы пятерки, явная аномалия в мотивации Цензора странной не кажется.
Подозреваю, что дело в успешном освоении искусства говорить о книге, не читая ее. Их можно понять, это чудовищно скучно в обеих частях: истории Цензора и "романа в романе" - повести о библиодемоне, охотящимся на книжников, которую он пишет (всякий бездарь, владеющий типографией, считает долгом осчастливить мир нетленкой). Историю отмены свободы и закручивания гаек после недолгого послабления, с тотальными запретами и уголовным преследованием, так узнаваемую россиянами, автор умудряется сделать нудной на грани полной нечитаемости. Ну какой Гай Монтег, о чем вы! "451 по Фаренгейту", в сравнении с этим просто Книга книг.
Соотечественники автора, не связанные лояльностью к "Дому историй" оценивают "Белую линию ночи" куда адекватнее: в среднем от единицы до тройки, а число читателей катастрофически мало - чуть больше полутора сотен. Если это бестселлер, то я трактор. Эксперты ЯП, вас обманули. Может стоит уже пригласить для отбора тех, кто читает книги и смыслит в них?
