Точный смысл его утверждения в том, что «смех исключительно или почти исключительно вызывается тем, что обозначает или указывает что-нибудь непристойное без непристойности» [71]. Другими словами, причина смеха не в уродстве самом по себе, а в остроумии шутника, которое преобразует уродство в шутку – сущность более высокого уровня. Неслучайно в рассуждениях Страбона шутка (или шутник) предстает в роли катализатора, или, если хотите, главного передаточного звена между смехом и его объектом.
Смех в Древнем Риме: как шутили и над чем смеялись в Вечном городе
·
Мэри Бирд
