удь же ты все проклято: значит, я вроде воробья! – сказал Яков Саввич. – Либо опять мне тронуться куда-нибудь! Так ведь одинаково везде – поля да избушки, облака и мелкие речки… Ну что ж: пусть я воробей, а ведь если другой птицей стать, то в клетке насидишься.
Мальчик перестал водить воробьев: «Вы не люди, – сказал он им, – надо мучиться, а вы прямо умираете, с вами не игра».
Глиняный дом в уездном саду
·
Андрей Платонов
